08:46
Всё начинается с детства. Часть 1

Всё начинается с детства. Дружба, преданность, любовь

В повести В.М. Мордвинцева «Всё начинается с детства» рассказывается о жизни детей в годы после войны 1941-1945 гг. и их становлении как активных участников общественной жизни.
В «Происхождении» приводятся сведения из жизни семьи донских казаков в начале 20-го века.
В «Рассказах рыбаков» описаны эпизоды рыбалки на реках Медведице, Клязьме и приёмах ловли сома.
«Афоризмы, пословицы, поговорки, мысли» - подборка любительницы поэзии, много лет собиравшей интересные высказывания известных и неизвестных мыслителей, в изложении автора книги.
Автор посвящает книгу жене Вере и выражает благодарность за финансовую и техническую помощь зятю Евгению, дочери Светлане, внучке Анне и внуку Павлу.


Мордвинцев, Василий. Все начинается с детства. Дружба, преданность, любовь: Автобиографическая повесть: / Василий Мордвинцев. - Владимир: Калейдоскоп, 2011. - 88 с.

Повесть «Всё начинается с детства. Дружба, преданность, любовь» Задумана и в основном написана в 1957 году; в период подготовки к поступлению в Сталинградский университет на историко-филологический факультет. Это лиро-эпический род литературы в котором сочетается изображение жизни с лирическими отступлениями, стихами автора.
Жизнь изображена с одной стороны в поступках и переживаниях людей и событиях, которые происходят, а с другой стороны - в переживаниях поэта-повествователя, вызванных картинами жизни в виде лирических отступлений, иногда не связанных непосредственно с ходом событий, но расширяющих сферу интереса писателя-поэта.

Караганда, 1962 г. Мне 26 лет. С любовью к Вам, читатели.
1996 г. Мне 60 лет. Пора на пенсию. Владимир, 2009 г. Мне 73 года. Вспоминаю.
2011 г мне 75 лет — продолжение.


Всё начинается с детства — дружба, преданность, любовь...
Шёл обычный дождь. По залитой площади, без плаща, вымокший до нитки, Юрий бежал на свидание. Всё было предусмотрено, но не учли вот такой простой вещи - пошёл дождь.
Через перекрёсток он бежал, как мог, к своему земному счастью, а она стоит и мокнет, и не уходит, чтобы укрыться, чтобы доказать привязанность. Вот и встреча, везёт же. Намокшие, крепко держась друг за друга, они побежали к остановке, сели в автобус и уехали. Я их знаю, это мои друзья. Что дальше, расскажут сами.
Тот день незабываем. Мир был потрясён, радио передавало песнь о Родине. Двое в комнате, озябшие и мокрые... Спокойный голос диктора радио объявил: свершилась мечта человечества, посланник земли в космосе...
Она сделалась какой-то маленькой, беспомощной, вывернулась из его рук, подбежала к этому совсем земному прибору и усилила громкость. А он... как-то глубоко осознал свое счастье, нужность этой встречи, особенность времени. Вот с этого у них и началось. В этих понимающих и вдруг сроднившихся людях - мужчины и женщины - родилось доверие, оно их соединило накрепко. Через многие годы необходимость этих двух событий подтвердилась.
Впервые появилось на земле поколение, которому стали доступными безбрежные дали космоса и глубочайшие, непостижимо сложные формы существования материи. Человек подошёл к тому разумно им построенному настоящему, когда он видит свое будущее. Борьба миров только кристаллизует наиболее яркие из возможных вариантов общественного развития, ближе и ближе подходит время, когда сомнения и иллюзии человека войдут в стройное, разумное представление о мире и месте в этом мире частицы материи, самого человека. Ответственная пора человечества, и всё начинается с начала, у человека - с детства.

ВОЙНА

Ему было 5 лет, когда она началась, а понял, что это такое, только в 6 лет, когда отца забрали воевать, да и то не когда телега уехала с призванными, а через некоторое время, - сознание подсказало - забрали насовсем, может, насмерть даже, - и он завыл, вылез в форточку, догнал как-то всех, и поехал на войну тоже. А на вокзале народу... лошадей, телег, плача, крику, разговоры, и страшное говорят люди: кто не хочет идти на фронт, тех ставят к стенке. И поезд ушел, и война для него окончилась, как похороны... Закопали и притихли все. Всё имеет конец, так думал он, а война стала повторяться...
В один из вечеров небо покраснело до таких красок, что и малому стало ясно: это кровь, а народу на улицах столько, сколько их осталось... и все говорят, что это кровавого боя отсветы - он верил словам. Где-то там отец, там лилась рекою кровь.
Матери, жены начали верить в бога, ходили к знахарям и денег не жалели за правду. Жить стало трудно, и каждый начал кто куда прижиматься, чтобы выжить, и он запоминал всё - и дорогу в другой поселок, и заунывный переезд на автомобиле, и саму новую жизнь по военному времени.
До семи лет выжил, а когда заболел тифом, и в тифу война окончательно прояснилась... это когда люди умирают совсем. Прошли годы, а из детства не уходит война, и нет этому объяснения. Многие с войны не вернулись, а его отец выжил и жизнь началась новая - запахи шинели, звездочки, пистолет, целый букет консервов и сладостей, а, кроме того, зажигалки и фотографии голых женщин. За это любопытство его била мать солдатским ремнем с железной пряжкой, это тоже была война настоящая.

ГОЛУБИ

Его мечта осуществилась - отец купил голубей, всего двух черных с белыми боками, назвал «сорочатами» и пошла у него голубиная жизнь. Вместе с парой голубей пришла забота об их потомстве, наблюдение за их любовью, верностью и преданностью. Это же надо, такие маленькие птички, а такие верные, заботливые и внимательные. Он удивлялся и мечтал вырасти большим, заработать много денег и купить стаю голубей, чтобы увидеть много любви, верности, дружбы и преданности. Помог случай, и голубей прибавилось, прибавилось и забот. «Сороки» продолжали любить друг друга, и дети их тоже жили дружно, как-то быстро находили себе пары и трудились для продолжения своего рода, но вот другие...
Белый голубь, подстреленный отцом на охоте, никак не приживался с серой голубкой, бил ее до крови, сидел в тесной клетке, не спаривался. Оба заболели, зачахли, крылья опустили, глаза потухли, даже корм не ели. Вот тебе и любовь - думал он, - где она? А ведь нашлась и ему пара - тоже белая, с большим страшным клювом; за что таких голубей называют дикарями, а ему нравится, и гнездо появилось, и плодовитыми оказались на зависть всей стае. Преданность белого голубя оказалась на редкость устойчивой. Если голубка в руках, он будет в воздухе парить, следовать за человеком, куда бы он ни пошел, а если помахать её крылом, может сесть на плечо, руку и приблизиться к ней. Так и жила эта пара. Другие жили иначе. Стая была лётная, чудное скопище птиц, жадных к высоким и долгим утренним полетам. До пяти часов они кружили в воздухе, едва различимые в синеве, и до такой степени отвлекались от своей наземной жизни, что долго не могли прийти в себя после посадки. Человек завидует полётам птиц. В стае выделялись кроткие голуби, нежные, изысканные у них взаимоотношения, и когда дело дойдёт до самой любви, картина заботливого внимания, настоящего ухаживания незабываема. Зачем это - думал он и обращал внимание, что не все так - другие делали своё дело без лишних эмоций, потому от красных голубей появлялись серые, сизые, к тому ж нелётные. Появился такой маленький голубок, шустрый, летал дальше всех, и прозвали его Пятьсот весёлым. За 10-15 километров носили его |к чужим стаям, а прилетал безошибочно, голубку выбирал долго, пока с тремя не пожил, а кончил плохо. Сел на чужую крышу, и его загнали голубятники, дети, которые любят голубей. Вместо Пятьсот весёлого главенство в стае заняли курчие, рябые голуби, а до чего красивые, любят друг друга как-то медленно, долго дрожит шея у них от волнения, и потомство было красивое.
Появилась пара почтовых голубей, и стая распалась на группы, от них разбегались кто куда, все ухаживания прекращались перед великанами, он их продал. Купил павлинью семью, вот это чудо надо видеть, сами белые, а хвост жёлтый, да еще трубой, а вот летать не могут - одна пустая красота. Кто-то завёл голубей-вертунов, это такие мастера воздушной акробатики, что и придумать невозможно. До четырнадцати колен с высоты 50 метров до самой крыши он вертится, зрелище красивое, яркое, а как доволен сам голубь! Голуби, голуби... И так проходит детство тысяч мальчишек, а Юрий своё детство помнит точно, с подробностями, с запахами, наблюдениями днём, волнениями ночей.
В разнообразии его юных дней в стайке детей тоже были свои законы жизни.

ТИМУРОВЦЫ

Эдьку, девочку пятого класса, били не за то, что она плохо училась, и не за то, что она была толстая, когда все были тонкими, а за то, что она не пришла мыть полы учительнице, которая заболела. И ещё потому, что она сказала, что пусть полы моет ухажёр учительницы, а он был молодой красивый мужчина, и никто, кроме Эдьки, ему этого не желал. Её исключили из тимуровской команды, забрали удостоверение, написанное от руки кем-то, а за побои всему классу поставили двойку за поведение. Мальчишки продолжали рубить дрова в домах, где были старики и ветераны войны, носили воду, а сборы проходили в штабе - вырытой за сараями землянке с маленькой входной дверью. При свече там все собирались, шёл разговор о жизни, кто что знал, то и говорил. В штабе, в клетке жил степной орёл, его кормили мясом, он вертел головой, пищу рвал кусками и глотал, всем было интересно наблюдать. Капитанов ещё не избирали, ими становились. Когда образовался штаб Парковой улицы, никто не знал, а капитана уже называли все, им был Сашка. Он в степи вырыл подвал, замаскировал его так, что с весны до самой осени никто не догадался, где он есть. И если бы не война между штабами... Парковая улица наступала на школьную с собаками и разными угрозами, тимуровский штаб был взломан, землянка разрушена, орёл погиб, его придавило крышей. Стал нужен капитан. С улицы школьной, им стал Витька, ну и жизнь началась... Летом футбол, улица на улицу, зимой лыжи, походы дальние в горы, все в работе, в заботах, а тут ещё девчонки, им тоже нравится вместе, дружить это называется, а на самом деле любовь это, бывает даже настоящая.
В сарае шёл фильм «Каменный цветок», кто-то достал фильмоскоп, и целую серию из настоящего фильма гнали каждый день. Чтобы его посмотреть, нужно было целую неделю гнать кадры. И гнали, было интересно, потому как были девчонки, и другого интереса было мало. Кто кого любил, кто с кем дружил, неизвестно, но точно на свидание, все наряжались, мальчишки боты резиновые подогнули, фуфайки почистили, фуражки с маленьким козырьком носить стали. Кто-то даже подрался из-за ревности, но потом это прошло.
Чтобы старшим нескучно было, дети шалили, и всем заправлял новый капитан. Набрали тыквы, вырезали содержимое, прорезали глаза, рот, вставили свечи, и - под окна. Даже в войне кто участвовал, могли остолбенеть от страха. С пистолетом гонялись, а поймать шалунов не могли. Кто-то рассказал, что одна тыква, поставленная на дороге, заставила уйти назад человек двадцать народу. Праздник детский... а кончилось плохо. Директор школы всех родителей собрал, тимуровскую команду расформировал, капитана разжаловал, за что дети побили окна в школе. Но баловство прекратилось. Настала зима снежная, холодная, всё восстановилось, строили прочные крепости из снега такие, что до весны не ломались, играли в снежки, вели настоящие сражения с целью захвата крепости, с деревянными саблями и рукопашными схватками, лежачего не били, борьба честная, только один на один, всё другое считалось предательством.
В школе проводились вечера старших классов, даже танцы разрешались. Старшие отличались тем, что они умели многое, к Новому году они готовили такой бал-маскарад, что его на всю жизнь запоминали. Это когда человек двести превращались в загадочных фей, на которых шали из зерна, короны блестящие как золото, всякие звери и люди со злыми рожами, а бенгальские огни и ленты, конфетти. Праздник, к которому готовились все - дети и родители, равнодушных не было. Даже премию давали за лучший костюм, и весь новый год люди говорили о бал-маскараде. Учителя старались детям не мешать, были выше этого угнетения человека, они могли вместе читать стихи, играть на сцене, а постановка «Золушки» произвела такое впечатление, что и сейчас помнится. Все дети знали, кто Золушка, и потому хотели ей счастья, она действительно была девушка красивая, такой она и осталась в памяти.
Учились кто как, а многие очень старались до пятого класса; вместе с похвальной грамотой могли дать и отрез на костюмчик, или какой другой подарок. А в классе всем заведовали двое мальчишек и одна девчонка, остальные помалкивали. Один был Женька картавый, чернобровый и слегка прихрамывавший мальчик, учился на пятерки, и только по поведению ему не везло. Отвечал только наизусть, иначе начинал заикаться, картавить, в первом классе не учился, а начал со второго. В пятом знал много из восьмого-десятого классов, мастерил радиоприемники и другие устройства, авторитет завоевал знанием английского языка и математики, хороший верный товарищ. Никому не отказывался помочь, и к нему тянулся класс. Его любили все, кроме учителей, от них у него постоянно были неприятности, а дома никого, кроме старой бабушки, не было. Это знали все тимуровцы, так как дрова заготавливали все вместе.
Второй мальчик Леня любил песню петь «Вдоль по Питерской». Этого было достаточно, чтобы завоевать сердца, песня нравилась, особенно когда за дело принимался весь класс. Под гармошку Зинки организовался шумовой оркестр, инструментами служили крышки парт и всякое другое, получалось так, что учитель минуту-другую не входил в класс и даже не всегда ругал.
Пионерия - вот уж пора! Походы, таланты, дружба, а пионерские лагеря - чудо. Наверное, важно, чтобы всё это было. Если искал упорно в походе и нашёл знамя, если стоял за красных насмерть в игре, если верил в справедливость слов учителя о жизни, значит, надолго, лишь бы жизнь подтвердила всё. Пионеры - это организация, там никому не тесно, интересно всем детям, особенно летом. В походах купание, рыбная ловля, ночные костры, бал-маскарад и прощальный костер и песни, песни... Жить стоит только ради этого детского счастья. Впереди была юность.

ЮРИЙ

С крыши упала первая слеза весны, словно хрустальная, она переливалась всеми прелестями наступающего тепла. Он поймал одну из них и растёр в ладони. В жилах бурлила кровь, взбодрённая порывом весеннего ветра. Так наступала юность, тянуло в дорогу. И это случилось однажды летом. Дорога на юг запомнилась. Вдалеке оставался сверкающий миражом огней город. Мрак степи принимал поезд, а он усердно выстукивал километры пути и наполнял сердце смрадом разлуки, приливом тихого счастья и заполнял глубоким раздумьем и малого, и старого, только объемы мыслей были разные. Покидаемый город впервые напомнил ему огромное дышащее существо, готовое глубоко вздохнуть от тяжёлого ежедневного труда. В ночной разлуке с городом есть что-то не житейское, необычное, влекущее к рассуждениям.
Прощаешься с каждым окном, с каждым мелькающим кустиком, ползущим из заводских труб дымом. Прощай же, город, а вместе с ним и вы, люди и детство. Здесь и начала у него рождаться мысль о простых этих мелькающих окнах, о стерегущих покой и мир людей городах, о всех, кто живёт на этой планете. Может, не каждый думает в такие моменты о земле, людях, о счастье, о больших разлуках с городами, но у Юрия разлука с ночным городом осталась необъяснимым предчувствием длинной дороги. Впереди ещё ночь. Начались горы. Поезд прошёл туннель. В ушах осталось глухое урчание. Остановка. Серые глыбы гор, оттенённые лунным светом, картинно рисуются на ночном горизонте. Белые, словно лощёные, плиты выделяются яркими пятнами. И всё же лучше бы день - думал Юрий. Нет, и ночью хорошо на юге. Увидеть этот сказочный ландшафт невозможно без восторга. Вы внимательны к этой мглистой незнакомой земле, и потому в вас откладывается благородная дань памяти этой ночи.
Поезд трогается. Гряды гор бегут одна за другой, словно передвигаясь по линии горизонта. Вдали медленный рассвет рисует тысячи вершин этой могучей земли и близко, словно в фильме, вдруг поставил перед вами мощную красивую вершину, от которой глаза не в состоянии оторваться. Вы ищете мелочи в этой статуе природы и упускаете главное - она само великолепие и не имеет мелких деталей, всё здесь собрано веками, чтобы стоять неприступно. Красота не стареет.
Поезд, словно длинная шипящая змея, продирается у подошв этих великанов, уступивших ей край своей громадной опоры. И вот снова тоннель. Вам хочется родиться в этом краю сказок и сильных впечатлений. Здесь рождаются стихи, влюбляешься навеки в природу, понимаешь гордость, высоту, вечность жизни.
Яркий блик солнца полыхнул на горное селение, и оно засветилось бурным мигающим светом, и вы уже целиком влюблены в его опрятно собранные ряды улиц и одиноко торчащие дубы. Но поезд не даёт мечтать, и накладывает менее красивую картину на слишком яркую. К этому немного привыкаешь, и, наконец, вы можете перестать таращить глаза на мигающие гряды гор. Начинается утро, природа сияет всеми красками.
Детский санаторий - это восторг для детей, а дорога к нему - счастье. Солнце, воздух и чудо-лес, только подумать... И это у Юрия с детства - ощущение родства с природой.

ЛЮБОВЬ

Когда в душе юноши бродят тени многообразия женской красоты и вместе с тем, фантазируя о её прелестях до конца, юноша начинает любоваться всеми сразу - это не любовь. Достаточно взгляда девушки, подаренного, как и тысячам других, вызывающего в нём волну восхищения ею. А затем гипнотизм взгляда проходит. Но шаг сделан, начался путь анализа всех достоинств девушек и своих. Юноша в это время поэт, его интересуют все её очертания, он видит всю девушку, какой бы покров она на себе не несла. Он замечает прелесть алых губ, неловко сплетённых кос, ему нет дела до аккуратности в причёсках. Вольно колыхающиеся волосы заставляют его думать о многом. Но проходит время, и юноша, как скульптор, вытачивает из тысячного многообразия замеченных чар девушек образ, и он надежно укладывается в мозгу. Так рождалась у Юрия мечта о любви. В эти же годы он научился мгновенно схватывать свой силуэт, начался второй поэтический порыв - поиск и осмысление - нужно было оживить созданный образ, найти подобие, соединить желание с действительностью. Юноша чувствовать начинает все ароматы, возникает желание, и с этих пор он в поиске.
Юрий взрослел, понимал, уяснял, проверял на своих весах, делал сравнения, проходил рубеж формирования в хороших условиях, юность началась с этого. В таком состоянии он находился недолго, такое случается на непродолжительное время, а выяснить всю сложность проходимого этапа удаётся не всем, спешка бросает к любви. Но отпуск летний недолговечен, проходит очарование, наступает момент, когда хочется назад, домой. Опять горы, города, мосты, реки, великолепие пространств лесов и бесконечность родных степей.

СТЕПЬ

Возвращаясь назад, Юрий понял: степь манит какой-то необычной красотой. Чистый, ослепительно прозрачный горизонт, и только ветер изредка тревожит тишину степи, да не знающий забот суслик иногда пробежит, озираясь и замирая в стойке. Захватывает простор с блестящими волнами ковыля. Юрий в степи всегда более явно чувствовал присутствие облаков, а по дороге назад увидел их причудливые очертания, бесконечные превращения и появления. Хороша земля, говорит сердце юноши, пурпур ясного утреннего неба в степи прельщает, так и хочется на большой скорости из белых волн ковыля войти в небесный поток облаков и лететь, лететь...
Юрий дома. Родители, родственники, голуби, школа, товарищи - всё, как прежде, а покоя нет. Как сложно устроена природа, нас окружающая, а человек ещё сложнее. День идёт за днём, событий невпроворот, а для юности время пробы сил, кто старается учиться, кто в спорте преуспевает. Красота мышц, стройная фигура, и жажда подражания кому-то из старших. Для этого героев не выбирают, они как-то сами находят нас и подают пример, как жить. Насчёт первой любви вопрос решали просто, кто чего не понимал, ему помогали. На вечерах играли в почту, объяснялись письменно, а кто и этого не понимал, того принуждали так. Выдавали номер девушки, к которой нужно подойти в конце вечера и проводить домой. Юрию повезло, ему назначили первую любовь к новенькой девочке, от проводов она не отказалась, и всё бы, может быть, развилось хорошо, если б не случай. На одном из вечеров Юрий своей «наречённой» Валентине подарил целый ворох открыток с голыми женщинами, которые привёз с войны отец. Что тут было - надо было на том балу присутствовать, смотрели-то все, а обвинили одного Юрия, из-за того так и не состоялась по настоящему первая любовь. Разрыв с девчонками был долгим, каким-то коварным, голые женщины даже сниться стали, их хороводы туманили сознание. Ранняя доступность удалялась всё дальше и дальше.

СОН

И снится сон... Далёкий край, неведомый, глухой... И человек один среди безмолвья. Но это ж он, измученный, худой, ищет что-то во тьме, над затуманенной рекой. Вот нагибается, срывая стебель трав, и смотрит на его остав. Зачем-то бросил вдруг, опять пошёл. Куда? К чему стремится он и что ищет в своём дерзанье одиночном. Как будто дикий вопль его пугает, навстречу ветру он руки простирает и всё зовёт куда-то, но кого? Не слышно ответа ни от кого.
А он по-прежнему кричит, стремится вдаль уйти и - чудо! Такого он ещё не видел - как будто осенила мысль, знакомую увидел, внимательно за ней он наблюдает, всё больше напрягает память и... узнаёт свою любовь... Всю в белом!
Зачем-то появилась и звала. Но слова голос не даёт, сама к нему она не идёт, становится как будто дальше и исчезает. А образ всё яснее нарастает. Приходит сила голоса к нему, кричит, зовёт, она бежит, по всем горам, лесам, и слёзы текут. Он весь горит, и, просыпаясь, осматривает дом, чуть улыбаясь.
И появились первые стихи. Его стихи!

О чём шептал камыш?
Когда я с девчонкой в белом,
Укрывшись подальше в тишь,
Склонился к груди несмело.

Что говорил ветерок,
Гуляя над нашей тишью?
О чём подумалось впрок?
Что судьба нам запишет?

Нет зла к нам, конечно,
Раз тихо шепчет камыш.
И ветерок беспечно
Разглядывает нашу тишь.

* * *
Я гляжу на тебя прекрасная.
Про себя же я песнь пою.
Всё же жизнь у меня не напрасная,
Если вижу красу твою.

Полюбить тебя я не смею,
И желаний особых нет.
Только тонко осмысливаю
Нежный твой портрет.

У меня ты стоять будешь вечно.
Для бессмертья взойдет цветок.
Поглядишь - он красив бесконечно,
И сплетут другие венок.

* * *
Синее, синее небо,
А вдали курган облаков.
Никогда такого не было
Совпадения богов.

И века распятые будто,
И чудовищ огромных пасть,
Представляется не трудно
Человеческая власть.

* * *
Солнце все ярче блестит,
Раньше встает и позже ложится.
Видно, оно беспокойное тоже,
Коли весною спокойно не спится.

* * *
Ветерок слегка колышет
Голубеющую даль.
Ощущаешь, даже слышишь
Растревоженную даль.

* * *
Совсем не видно солнц
Погода разбушевалась
В раскрытое оконце
Волна с садов ворвалась.

***
Расхлопалась дверями,
Поджала хвосты собакам,
Камнями разбросалась
И воет в чердаках.

Людей нагнула низко,
Шляпы руками держат.
Дождем пахнуло близким.
От страха воробьи дрожат.

Совсем не видно солнца,
Погода разбушевалась.
В раскрытое оконце
Волна с садов ворвалась.

* * *
Улица, улица... Белые лица.
щёчки румяные... Ночью не спится.
Все ты знаешь, ночка -
Жизнь нашу «кудрявую», дачи бесконечные.

Улица, улица, пошла бы умылась,
Щечки нарумяненные, может,- бы не снились.

* * *
Я хочу быть нежным
На ковре лужайки
И кому-то нужным
У родимой стайки.

Очень даже весело по коврам валяться,
Только очень тяжело с мыслями расстаться...

* * *
Я дружил с девчонкой,
Когда был мальчишкой.
Уходил в сторонку
И читал ей книжки.

Забирался до небес,
Плакал оскорбленный.
И простой улыбкой
Был удовлетворенный.

* * *
Белая береза
Под моим окном,
Гибнешь от мороза,
Думаешь о чём?

Не о той ли роще,
Где в семье большой
Все как будто проще
И теплей душе?

Наклониться можно
К дубу иль сосне.
Плакать осторожно
О своей весне.

Жаль тебя, береза.
Только не могу
Отнести, как розу,
Милому дружку.

* * *
Изменчивым повесой
Хотел идти я вдаль.
Весь в песенной завесе
Во взгляде грусть-печаль.

Влюбился в голубые
Твои глаза…
И дальние степные
Дыхания в косах.

Заброшу все мечтанья
О тысячах других
В любви сожгу страданья
И намараю стих.

Пусть каждый верит в счастье
Своей косы,
А все свои ненастья
Расспросит у росы.

Прозренье наступило не сразу, стихи захватывали, как затмение, уводили в нереальные, вымышленные представления. Потери в период затмения невелики, а мечта и реальность стоят рядом... Вот, думал Юрий, если б у людей вообще прозрение не наступало, тогда было бы ясно, что ты в пору юности счастлив. В пятнадцать своих лет он умел многое, старательно растил голубей, водил мотоцикл, машину, в спорте имел успех. Как и вся команда, получил спортивный разряд, а далось это большим трудом.
Команду сформировали взрослые. Тренировки, игры, ежедневные заботы, бутсы, гетры, трусы и прочие принадлежности. Но вот награда - на груди значок спортсмена-разрядника.
За лето все мальчишки как-то разом стали взрослыми юношами. Сашка дружил с Ниной, Виктор с Валькой, а его брат с Зинкой. Вот уж дела пошли, за голубями некогда ухаживать, от пятичасовых полётов им пришлось отвыкать, а тут ещё эти девчонки... Соседки все как-то разом стали девушками, кто с кем дружит, не разберёшь, кутерьма да и только. Не школа, а какой-то дворец любви. Приходишь на занятия, а тут взгляды, разные недомолвки, все всё знают, кто больше, кто меньше, ошибаться нельзя. Скажешь правду - могут побить, житуха началась - берегись, жив будешь.
Спокойствие нарушилось, начались волнения, переживания, конфликты. По вечерам дома не сиделось, всё сильнее завлекала бурная жизнь молодежи. Танцы, встречи... Расширялся круг знакомств, голова ходила ходуном от увиденных вещей, свиданий. Так всем двором со школьными друзьями и появились на танцплощадке бывшие тимуровцы, пионеры, а теперь комсомольцы. Первые танцы были в школе, там кое-чему друг друга научили, а вот на самом балу в школьном кругу нужна была храбрость, а её не было у многих. Потому многие начинают пить.
После танцев провожания до калитки, пели «гвоздики алые». Вот уж песня была, душу разрывает от нежности. Красавиц как-то не замечали до самых танцев, а тут началось... Лидка покорила всех своей фигурой и причёской, а год назад на неё никто внимания не обращал. Прямо красавица стала, когда дома готовит уроки, под окном по три парня смотрят на неё, не отрываются, любят, наверное. У неё родители строгие, начальники, на улицу не отпускают. Сергей заявил, что красивее Лидки в школе никого нет. Его тут же успокоили девчата, он этого не предполагал, но на вечере ему впервые пришлось её пригласить на танец. Что с ним было, аж вспомнить приятно. Он как-то выровнялся весь, чуть не столкнул с пути учительницу, сделал какое-то нестандартное движение и пригласил Лидку, а кружил её как будто она неземное существо, все это поняли и расступились - такое надо пережить. Сергея стали уважать.
Появился новый друг Толик со своей Раей, ходят парой, как взрослые, будто им всё дозволено... завидно всем, а что делать, такая вот у них дружба.
Прошло 16-е лето его жизни, переломная пора, нужно было думать о будущем. И думали все сразу, кто как, но думали. Первым из школы ушёл работать Петька, стал электриком. За ним ушёл Витька, где-то дали станок ему токарный. Продолжали уходить в рабочие старшеклассники. И только на вечера приходили, как прежде, всех тянула большая школьная семья, совсем юная привязанность, настоящая дружба и преданность друг другу.
Предателей не было, и только однажды школа была потрясена. На вечере произошла ссора, а затем драка мальчишек школы с почти взрослыми ребятами из училища.
Оказалось, что группу драчунов сформировал Иван, тихоня и нытик, таким его знали. В одном из зимних походов мы чуть все не помёрзли, а его тащили до дома. А тут он всех предал. Произошло событие так неожиданно, что зал замер при виде грозных драчунов, вооружённых ножами, и только Сашка и Витька не оплошали, всю озверевшую ораву взяли на себя и выстояли, были раненые, но легко. А вечера в школе временно прекратились.

УСТРЕМЛЁННОСТЬ

Молодость, как и вся жизнь человека, должна быть целеустремлённой. Человек - зерно жизни, и оно должно быть посажено в такую почву, которая даст ему всё для буйного роста. Родится хороший, здоровый плод и всё повторится. Есть у человека необозримое смолоду чувство, которое нельзя удовлетворить - это желание быть полезным Родине, И ведь это знает каждый, многие кончили смертью, но как величественна она. Молодость любит рисковать поэтому. А поводов к риску много, отбавлять надо бы. Все хотят одного - жизни, наполненной работой, действием. В работе видится им счастье, и они находят его. Жить надо уметь и стараться делать жизнь счастливой. Есть вещи, которые в юности взвешиваются, да так точно, что могут привести к большой победе. У каждого человека есть увлечение, и если это шахматы, футбол, парашют, голуби или, скажем, охота, то это ещё ничего, это нужно, человек должен жить увлечённо. Все это понимают и ценят, но если человека одолевает муза, начинаются испытания, и часто не детского содержания. Поэзия во всех живых людях с детства необъяснимо присутствует всегда, у кого больше, а у кого меньше.
И выбор нашёлся.

В майские теплые, школьные дни
Трудом учебным наполнены они,
А вечерами гуляя в саду
Десятиклассник решает, куда я пойду.

В мечтах его доступности большие,
Порой от юности дерзания такие,
Или с детства он мечту лелеет
Дойти до цели он стремление имеет.

Родители, друзья, подруги
Советами помогут другу
И вот юнец приобретает твердость,
Мечта его уже не спорность.

Душой значительной и рвущейся,
Профессия является зовущей
В упорстве достижения и воли
Он летчиком решил стать и доволен.

ВПЕРЕДИ ДОРОГА

Загораются сердца страстью человеческой с детства и не по роковой воле, а по стечению обстоятельств житейских и не горе одно и не радость порождает людей одержимых, а скорее полнота душевных сил и желаний. Она, как маяк, ведет судьбу человека к самой заветной его мечте. Никак без горения не зажигается мысль человека, никак без борьбы не видно будущего - только впередсмотрящему открываются необозримый простор действительности во всем своем многообразии и краске.
Наше время - какое оно необычное, какое мудрое и противоречивое, но и люди мы непростые, если это время мы поняли, осознали всем сердцем и только для того муки эти приняли, чтобы следующим за нами было легче идти дальше. Уж не поэты ли мы, современники космических подвигов и атомных взрывов, не судьбой ли самой дано нам осознать деяния людей всей матушки земли и ее необозримой истории, не мы ли родились первыми под счастливой звездой знания всей человеческой мечты и яви? А если так случилось, то и люди мы должны быть особые, необыкновенные, но понятные. Ах, эта школа, знала бы она каких ей мудрых людей надо растить будущему, понимала бы, сколько прекрасных черт нужно вложить в современного человека, знала бы что все, что сказано в детстве надежно будет служить человеку всю жизнь. В жизни обыденной есть дурное и подлое, есть невежество и бескультурье, равнодушие и бессердечие, косность, да мало ли чего все-таки есть. Нужно чтобы детство человека прошло не в безвоздушном пространстве, а в плотном утреннем, чистом, нравственном воздухе.
Детство, юность - наше счастье, счастье, завоеванное навсегда, оно как весенний ручей многоголосо и звонко, разноцветно и деятельно, разумно и умудренно. Не беда, что мы живем в разных городах и селах, по разному видим мир впервые свои годы, кому лес и горы, кому степь и долы, нас объединяет с самого раннего возраста чувство семьи единой - большая страсть все увидеть и это прекрасно. Посмотрите на своих детей - увидите их всеобщее счастливое детство, тронут любое сердце они своим особым озаренным мыслью о них, заботой самой матери Родины и всегда мы будем гордиться этим, потому что это право - результат усилий нашей человеческой мечты и дел, постойте на пионерском слете, побывайте в школьных лагерях и клубах космонавтов и моряков, летчиков и судостроителей, юных техников и музыкантов и станет осознанной любовь.

Здравствуй, человек, здравствуй.
Тебя я искал и нашёл.
Здравствуй, человек, здравствуй.
По трудной дороге ты шёл.

Рабам ты дал свободу,
Несчастным отдал любовь.
Голодным дал работу.
Надежда вселилась в кровь,

Нашёл я тебя человек,
Гордо стоишь ты и твердо.
И славу свою навек
Утаиваешь гордо.

Ты одно оставил нерешенным будущему.
Счастье чтоб делили поровну.
И уверенно двигается к лучшему
Человеческая колонна.

А Юрий думал так...

Гений - это гений
Есть люди хорошие
Жил и Сергей Есенин
С заснеженной порошей.

Люди все сверкают
На жизненном пути,
Великих почитают
Ну а самим идти, идти...

Идут, идут все сами
По извилистым тропам
Ну и Есенин с нами
То здесь пройдет, то там.

ВСЕ НАЧИНАЕТСЯ С ДЕТСТВА

А в детстве была война. В два года ее дети не воспринимают совсем, даже кажется, что так и надо, чтобы ты оставался один подолгу в комнате, когда нарыдавшись до безысходного состояния валился с ног и засыпал, когда страх прекращался и наступало тихое прикосновение к великой тайне жизни, покою и бесстрашию. И еще в теле малыша разливается счастливая река сытости и сон войну прекращает, а снится ему легкая рука матери, голос ее, и во сне жизнь продолжается.
И хорошо, когда проснувшись наяву кто-то тебя приласкал, накормил, приголубил. В жизни этих детей был другой порядок, их судьба держалась на волоске, крепость которого никто не знал, и доверяли все течению времени и обстоятельствам. Отец на войне, мать в работе с утра до ночи, чтобы выжить детям нужно понять все и прижаться хоть к кому-то. Так и шли долгие годы войны, дети выжили и когда для взрослых воина кончилась для этих детей она только началась. И ее детство кончилось, когда вернулся с фронта отец, и помнит она всё, как детей делили на отцовых и материнских, как началась худшая из дней жизнь, когда совсем никто не жалел никого, никто не говорил по душам с ребёнком и разделенные дети черствели…
Дети знали, что война - это когда мама уходит, а отец приходит в дом и наводит порядок, когда запущенные волосы детей слипаются в кудри, и ветер их не колышет, когда струпьями покрыта голова, и не дают покоя вши, которых никто не хочет вывести. Их всех постригли наголо, и война отступила, сердце прогрелось надеждой, и началась мирная жизнь, вскоре появилась и новая мать с кучей детей мал малого меньше, и война отступает, но всю ее жизнь она продолжается в душе, в характере, в проявлении воли, в поступках, в состоянии духа, в недоверии ко всему светлому. Умрет восхищение, радость, счастье, и кто знает, что еще. Война не проходит просто. В школу она пошла с желанием, недоученных заданий не было; таких детей родители предпочитают. Деревня, в которой захватило ее детство, была прекрасна.
На свидание шел Юрий именно к этой девушке. Состоялась встреча навсегда.

По дороге пыль клубится,
В скворечне прячется скворец,
К ручью козлята собрались напиться
А во дворе с метлой стоит старец.

А к вечеру сияет счастье,
Игры до упаду, хоровод.
Велик и чуден день в деревне.
С зарей багряной, с пеньем петуха,
Журчанием ручейка.

Встаешь, бежишь по нивам бесконечным и рад без края и конца. А зимой так...

Милая береза
Под моим окном
Гибнешь от мороза
Думаешь о чем?

Не о той ли роще,
Где в семье большой
Всё как будто проще
И теплей душе.

Наклониться можно
К дубу иль к сосне
Плакать осторожно
О своей весне.

А в вечерние минуты...ТАК,

Горизонт чуть колышет... усталость...
Нежно-розовый запада край
Тишина. Аромата весеннего пряность.
Наступает вечерний покой.

Вот уж край горизонта закрыт,
Раскрасневшее солнце закатилось,
Где-то гул моторов звучит.
Эхо вторит, шумно прокатившись.

После жаркого дня этот час
Словно дар векового преданья
Тревожную силу нагонят в нас
От дневного увяданья.

Для юности всё важно, и поэзия вливается в сердца каждого,- так устроена природа. Любимая дочь отца старалась, училась упорно, а когда пришла пора выбирать путь, заколебалась душа. Такова уж Родина, она манит, совращает с пути отцов детей, они ищут иную неисповедимую судьбу и находят лучшую. Жить иначе, чем близкие, кому этого не хочется в детстве, затаенные обиды на жизнь, хочется уехать от бед, уйти от судьбы, добиться большего, чем другие сверстники и стать человеком. И потянуло ее к людям, героям-шахтерам. А из того города три года назад приезжал Юрий, он был с крыльями, его научили летать.

О ГОРОДЕ ДЕТСТВА
И когда ушёл из смрада, гари
Бросив в терриконы взгляд тоски
На вокзале в сне лизались драни,
Пропивали куртки и носки.

Город оставался в дымке сизой
А вдали чернелся голубень,
Сердце было радостью обвязано,
Улыбался каждый встречный пень.

И уехал, дальняя дорога.
Кто ещё как он ее любил?
Остывала радость понемногу
Молча вспоминал он и грустил.

Не понять нам человечьей муки,
Где живем тем насладившись мы,
К новым берегам протягиваем руки
Новой хочем испытать судьбы.

По горам, лесам рекам, степям волнистым,
Вдоль и поперек прошёл по всей Руси,
Сердце стало трепетным и мглистым
У него он правду расспросил.

По степи скакал народ кочующий,
Наслаждаясь тряской на ветру
И ковыль седой коня почуявший
Разливал тоскливо тпру...

Долго ль коротко страна родная
На коне тебя не проскакать,
И пришла Россия молодая
Топливо из-под земли достать.

Уголь - это хлеб - сказал Великий
И пошла сюда стальная рать
Сбросили кресты в огне реликвий
Оживилась степь ночная мрать.

Трудно было людям, очень трудно
И пурга как бешеный зверек
Завывала не по-русски нудно,
Мало было хлеба на паек.

Многие не выдержав невзгоды
В степь бескрайнюю крестясь,
Вспоминали прожитые годы
Умирали с жизнью не простясь.

Домики месили хороводом
Пели песни про родимый край,
Разбрелись по шахтам и заводам
Воздвигался богатырский край.

Расцветала в зелени и мела
Отступала гаревая выть,
Отдавала всё, что в ней имелось
Нужно было горе позабыть.

Нагулялись кажется не вволю
Снова бури закружился вой
Красной тенью небо засветило
На отчизну фриц пошёл стеной.

И пошли телеги и тачанки
По вокзалам строить рать,
Чтоб дымились бешенные танки
И могилы новые копать.

Плакали, рыдали, ныли, рвались,
Всё кипело под землей и наверху.
И за Волгой беззаветно дрались
Рука об руку на страх врагу.

Шла тяжелая суровая година,
За честь отчизны трудовой
Вставала Русь своей лавиной
И встала вся, на передовой

Громадная, широкая, могучая и сильная
Как сталь тверда, как море глубока
Расправив плечи
Далеко выбросила Русских знатока.

Бежали, еще как бежали
О рус... О рус... щади... щади,
Такого общего ещё мы не видали
Единства цели на твоей груди.

Прошли по сопкам
Где еще Суворов
Водил дивизии по узеньким тропам
Освобождая землю от воров.

И вот Берлин, он пал коленопреклоненный,
И крик ура потряс остатки стен,
Фашизм умолк навеки покоренный,
И русский воин с девочкой взамен.

Все так должно было свершиться
Кто прав, тот может и герой,
И если привелось сразиться
Другой судьбы нет больше никакой.

Умирать, так умирать весомо,
Жить так жить в блестящей вышине,
Эта заповедь знакома
В разлюбимой вешенной стране.

По труду иной раз руки плачут.
Строить просится с передовой душа
В мыслях города прекраснейшие скачут
Там в окопах думалось спеша.

Не легко прошло восстановленье
На ура лишь можно разломать,
Но вставали всем на удивление
Новые веселые дома.

Все в строительстве, строитель бог
И оратор лучший есть строитель,
Кровь подогревал горячий слог
Буйного похода укротитель,

Партия была на месте, как в бою,
Напрягая мысли масс
Цель конечную свою
Ставила в ряды, в рабочий класс.

Юрий вспомнил подробности детских лет, первые шаги детства. Со связкой стихов, с воодушевлением прозревшего человека, волнуясь от нахлынувших чувств, он преступил пору юности.
Писать - вот смысл моего дарования - думал он, здесь должен быть смысл моей жизни и труд, а сама жизнь представилась ему в виде познания места человека во всем окружающем мире. Юрий думал много, иногда, обуреваемый страстью, он твердо решает поставить в стройную систему свои взгляды, ищет идеал, новое в человеке. Роясь во всех источниках знаний, он искал прямого ответа на вопрос, кто герой ближайшего будущего,- его не было. Забыв на время классиков, их замечательные ответы, на бывших героев, герои которые и ныне живы, он задумался над будущим.
Изведав непростую таинственность душ людей, он понял - учиться понимать других людей можно только через собственное осознание внешней, окружающей действительности.
Истинно прекрасным идеалом чистоты, гуманности, твердости воли было все изученное, окружающие люди воспринимались неясно, не родные, близкие, а далекие родственники. В наших понятиях о прекрасном, думал он, всегда существуют разноречивые толки, и буквально каждый воспринимает прекрасное по-своему. А, в общем, ничего нет прекраснее самой жизни человека, этого чуда материи, его извечное становление, борьба, поиски, страсти и у каждого по-своему настигнутый конец. Прекрасным является то, что, воздействуя на человека, воспитывает с детства в нем качества, необходимые для самой жизни, качества, которые дают победы в трудностях и которые не идут во вред формирования личности, имеющей наследственное влияние к различным ситуациям, всевозможным переживаниям и наклонностям. Прекрасно все, что правдиво, близко к действительности, природе. Человек из поколения в поколение обновляет себя знаниями через прожитое, через познание истории человек удлиняет свою жизнь до бесконечности, до бессмертия. Внутренняя сторона жизни содержит сложную структуру чувств, осязаний, представлений и переживаний. И каждый раз в новой жизни нужно все начинать сначала, ответственность воспитания огромна. Человеку мало знать каким он должен быть, он должен знать, зачем это должно быть так. И если с раннего детства нет точного порядка в стремлениях и мыслях, он ищет выход, который или находит или создает сам.
Подойти вплотную к полотну, изображающему жизнь, непростая задача каждого юного человека, а многие живут вслепую. И Юрий заинтересовался прекрасной порой человека, его дикими отголосками. Дикость - это не все плохо, - думал он, это колыбель, в которую мы попадаем каждый не по своей воле, мать приемлет дитя, ей не известно, где и как скажется в ее существе древнейшая связь времен и народов. Поэтому дикость - наше изначальное достояние, начало, счастливая точка отсчета, наше непременное условие пути восхождения, наша история, наше прошлое. Знать свою дикость, непременное условие утверждения нравственности, прозорливости, талантливости современных и даже прошлых великих и малых, сегодняшних и будущих людей, - все оттуда. Какое же усилие нужно преодолеть, чтобы пережить дикое в себе, осознать себя из прошлого, догадаться через дикое и все прошлое его, вытащить себя от подошвы горы на вершину ее и увидеть настоящую картину земной человеческой жизни. Как раз там на вершине начинает исчезать дикость, пробуждается истинно-человеческое достояние - совесть. Нужна смелость, дерзость, чтобы с этой вершины смотреть на свои зародившиеся в далеком прошлом естественные позывные.

PA3PЕШИТЕ ВЗЛЕТ

Когда ранним летним утром на восходе солнца ревут самолеты, что-то отрешающие от земной жизни нападает на тебя, вроде и вправду ты вот сейчас как вольная птица взмахнешь крылами и понесешься туда, к солнцу, к этой красоте рассвета - тебя, собственно говоря, уже и нет, а есть природа, она покорила тебя своими утренними красками. Вот так и шли ежедневные дни учебы у Юрия. Встречать рассвет в летние дни человеку и всему живому беспокойно, будто и впрямь все в природе создано по законам красоты, будто шумные города, многоликость наша - это что-то случайное преходящее, а вот восход солнца, рождение утра - вечно. Жизнь зовет молодых к подвигу, старых к раздумью.
И Юрий писал:

Сколько на земле счастья
Давайте возьмём посчитаем,
Отнимем от всего ненастья
Разлуку, тоску повставляем,

Получится счастья мало,
Слепых одних миллионы
Голодных и безработных
На каждую тысячу сто

Могу? Имею ли право
О счастье мечтать своем?
Посмотришь налево, направо —
Смеемся мы только вдвоем.

Юрий помнил, как лазурная небесная ласка ее взгляда утопила во что-то мягкое, что стало жарко. Он был рад, счастлив что жизнь не обошла его, штурм высоты продолжался.

Слегка колышет небо синеву
Отблеском предстоящего рассвета.
Сегодня трудовое утро я начну,
Полеты начинаются с рассветом.

Голубизной и на горизонте красным
Уж засветился утренний рассвет.
Технический состав подвозит АПЛ в салазках,
И вскоре двигатель проверен и прогрет.

Люблю встречать я утро спозаранку!
Жить начинаю раньше птиц взлёт.
Идём с задорной песней на стоянку,
Обязан делом и контролем технику помочь.

Вот запуск разрешили и флажками
Мне инженер указывает путь.
И с гордостью выруливает с нами
«Комэска» - скоро ему можно отдохнуть.

Вот снова взлет нам разрешают,
Дав, как совет и память нам «добро»,
«Комэска» первый скорость набирает
На кромке горизонта разливается утро.

* * *
Синева небес о счастье мне напоминает
В вольном сердце отзовётся звук,
Прямо надо мною пролетает
Мне знакомый острокрылый друг.

Сколько ни живи на свете белом
Скольких троп пешком ты не пройдешь
Все ты ковыляешь как-то неумело,
Только он стрелою вдруг пройдет.

Чисто пишет стальная машина,
Комплекс сложен и летчик устал
Напряжения стоит махина
А в руках его воля и память любви на устах.

* * *
Горизонт чуть колышет усталость
Нежно-розовый запада край
Тишина. Аромата весеннего пряность
Наступает вечерний наш рай.

Вот уж край горизонта закрыт
Ракрасневшее солнце закатилось
Где-то шум моторов звучит
Эхо вторит! На землю ночь стучится.

После жаркого дня этот час,
Словно дар векового преданья
Тревожную силу пробуждает в нас
От дневного увяданья.

* * *
Я такой же как ты человек
Только может мое отличье -
Не забыл за свой маленький век
Прыть мальчишечью и человечью.

А грущу иногда о другом
О большом и уверенном мире
Пробегая года кругом,
Прекрасное будет время.

Не грозится никто разрушеньем,
Не висит на звездах кошмар,
И луна улыбается встречным,
Шепчет новый любовный роман.

* * *
Не хочу быть скромненьким мечтателем
От прилавка отгонять жужжащих мух,
Я хочу быть просто проницательным,
А в работе справляться за двух.

Что могу я? Песни петь смеяться,
Могу я пить и не бояться
Что обойдет меня мечта,
Желаю полететь я в космос
Но дело люблю на земле,
Люблю я женские косы,
Запутался я в них как в черной мгле,
Еще люблю Россию мать родную,
Завидую мощным ее сынам,
Люблю я жизнь свою степную
И только в подвиге ее отдам.

В остальном я человек нормальный
Ем и пью и бываю рьян,
И в стихах вижу смысл скандальный
Часто нахожу в них бурьян.

Я хотел бы описывать степи,
Растрезвонить свист ковыля
Я хотел бы в шахте ставить крепи
И всю жизнь провести у руля.

Так прошло два года.

Всё начинается с детства. Часть 1
Всё начинается с детства. Часть 2
Всё начинается с детства. Часть 3

Категория: Мордвинцев В.М. | Просмотров: 59 | Добавил: Николай | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar