Главная
Регистрация
Вход
Суббота
08.08.2020
08:20
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Меню

Категории раздела
Святые [139]
Русь [11]
Метаистория [7]
Владимир [1286]
Суздаль [393]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [417]
Музеи Владимирской области [60]
Монастыри [7]
Судогда [10]
Собинка [109]
Юрьев [219]
Судогда [103]
Москва [42]
Покров [129]
Гусь [151]
Вязники [274]
Камешково [93]
Ковров [373]
Гороховец [119]
Александров [244]
Переславль [110]
Кольчугино [74]
История [39]
Киржач [81]
Шуя [103]
Религия [5]
Иваново [55]
Селиваново [37]
Гаврилов Пасад [9]
Меленки [103]
Писатели и поэты [99]
Промышленность [89]
Учебные заведения [110]
Владимирская губерния [37]
Революция 1917 [50]
Новгород [4]
Лимурия [1]
Сельское хозяйство [75]
Медицина [47]
Муромские поэты [5]
художники [23]
Лесное хозяйство [12]
священники [6]
архитекторы [6]
краеведение [41]
Отечественная война [241]
архив [6]
обряды [15]

Статистика

Онлайн всего: 9
Гостей: 9
Пользователей: 0

Яндекс.Метрика ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Суздаль

Город Суздаль в эпоху смутного времени

Город Суздаль в эпоху смутного времени

20 июля 1911 года исполнилось ровно триста лет с тех пор, как огромные полки литовцев и поляков осадили гор. Суздаль, объявив ожесточенную войну жителям этой древней столицы великого русского княжения; осада продолжалась более четырех месяцев и окончилась, как повествуют источники, 6 декабря 1611 года. Юбилейные воспоминания невольно переносят нашу мысль в область того отдаленного прошлого, когда русская земля, раздираемая внутренними междоусобиями, подвергалась ярым нападениям Литвы и Польши, напрягавших свои усилия на завоевание великого царства восточных европейцев. В это тяжелое время, когда держава наших предков представляла грустную картину всеобщего разрушения, Суздаль наравне с прочими городами родной земли переживал скорбные моменты своего исторического существования.
Поляки и литовцы, объединившиеся под мятежными знаменами самозванцев для завоевания Русского государства, безжалостно грабили наши города, села и деревни, на каждом шагу оскорбляя национальные и религиозные святыни народа. Гор. Суздаль особенно сильно пострадал в бурное время господства на Руси Тушинского вора.
В 1608 году полчища поляков и литовцев явились сюда под предводительством пана Лисовского и, после незначительного сопротивления, взяли город, произведя затем его полное разграбление. Суздальский летописец Анания Федоров в своем историческом повествовании о городе мрачными красками рисует картину литовского разорения. Он говорит, что „из Суждальския соборные церкви и из дому архиерейского немалое бысть похищение святым древним иконам и всякой церковной богатой утвари и ризнице" (стр. 120). В это же время многие храмы гор. Суздаля были совершенно разрушены и „стояли без пения". Так, от литовского разорения пострадала Златоустовская церковь, которая тогда находилась близ гостиного двора, рядом с Воскресенской церковью (митрополитом суздальским Илларионом она перенесена „на сполье"). Также „опустела" и „стояла без пения" Введенская церковь, занимавшая место нахождения теперешнего Знаменского храма. Далее, литовцы разорили Симеоновскую (Смоленскую теплую) церковь, которая „стояла без пения" до половины XVII столетия. Наконец, известно, что в эту же печальную годину в Суздале пострадал Андреевский мужской монастырь, находившийся на месте нынешней Тихвинской церкви. В описи Суздаля 1617 года об этом монастыре ничего не упоминается; надо полагать, что он, разграбленный литовцами, в это время уже не существовал.
О жителях близ лежащих местностей известно следующее. „По другую сторону за рекою за Каменкою города от Андреевского луга дворы и места дворовыя посадских людей, да места пустыя, а люди померли и побиты в Литовское раззорение" (Ежегодн. Владим. Губ. Стат. Ком., т. I, в. I, стр. 260).
Захватив в свои руки Суздаль и ближайшие к нему крестьянские поселения, литовцы и поляки потребовали от местных жителей немедленного изъявления покорности Лжедимитрию II. Свои надменные требования они сопровождали (очевидно, для большей их убедительности) постоянными грабежами, убийствами и другими насилиями над мирными обывателями. Суздальцы, приведенные в полное отчаяние варварством лютых врагов, в надежде получить облегчение своей горькой участи присягнули Тушинскому вору и, таким образом, сделались невольными изменниками отечеству; необходимость преклониться перед силой подсказывалась естественным чувством самосохранения.
14 октября 1608 года суздальцы были приведены к присяге Бекетовым. В исторических актах археографической комиссии (т. II, стр. 132) мы находим любопытный документ — доношение, посланное Бекетовым в Переславль - Залесский панам Тимофею Бьюкову и Петру Головину. В этом акте мы, между прочим, читаем: „по Государеву Цареву и Великого Князя Дмитрея Ивановича всея Русии указу велено нам в Суздале и Суздальском уезде приводити к крестному целованию. И мы в Суздаль приехали октября в 14 день; и в Суздале, Суздальцы, дворяне и дети боярские и посацкие торговые люди..., и архиепискупли и монастырские и княженецкие и боярские прикащики, и старосты, и крестьяне, Государю Царю и Великому Князю Дмитрею Ивановичу всея Русии вину свою принесли и крест ему Государю целовали; и Суздальской Архиепискуп Галахтион, и дворяне и дети боярские, и посацкие люди, и монастырские, ко Государю Царю и Великому Князю Дмитрею Ивановичу всея Русии повинную послали, и в Гавриловской слободе пан Ян Ковецкий проезжую грамоту им дал, что им ехати прямо в полки".
Вскоре после этого вынужденного крестоцелования Тушинский вор прислал суздальцам похвальную грамоту, в которой изъявляет благодарность за выраженные верноподданнические чувства и обещает, по восшествии на Московский престол, даровать им различные милости. Он пишет: „Мы вас, дворян и детей боярских, и стрельцов и казаков... и всяких служилых людей, пожалуем своим царским жалованьем, денгами и сукны, а дворянских и детей боярских их велим поместным окладом и денежным жалованьем и в поместном окладе и денежном жалованьи и прибавку учинить; а вас, богомольцов ваших, и посацких черных людей, и наших дворцовых сел и деревень, и боярским, и княженецким и дворянским и детей боярских прикащиком и старостам и целовальником и крестьяном и всему миру, за вашу службу и раденье, велим дати свое Царское жалованье, торханные грамоты, что с вас наших царских податей никоторых имати не велим"; в конце грамоты выражается обещание наградить суздальцев тем, „чего у них и на разуме нет" (Истор. акты, т. II, стр. 133).
Администрация гор. Суздаля, с принятием обывателями присяги самозванцу, перешла, конечно, на сторону последнего. Суздальский воевода Плещеев изъявил полную покорность Лжедимитрию. В награду за это Тушинский вор пожаловал ему отнятое у князя Ивана Ивановича Шуйского село Ивановское-Шуйское. Но этой вотчиной Плещееву не удалось воспользоваться, так как ее бесцеремонно захватил в свои руки пан Николай Шумницкий. В виду этого воевода пишет в 1608 году гетману Сапеге такую жалобу на Шумницкого: „пожаловал Государь Царь и Великий Князь Дмитрий Иванович всея Руси меня, холопа своего в Суздальском уезде, изменничьею князь Ивановскою вотчиною Шуйского селом Ивановским, и тем, государь, селом владеет пан Миколай Шумницкий. И ты Государь, пан Ян Петр Павлович Сапега, пожаловал дал лист, в Суздаль, к рохмистру к пану Мирскому, и велел того пана Миколая выслать вон; и он, государь, твоего листу не послушал, из села вон не выехал; и тебе бы, государь, пан Ян Петр Павлович Сапега, пожаловати надо мною смиловаться, дати лист до пристава, а велеть того пана Миколая выслати вон" (Ист. акты, т. II, стр. 151).
История сохранила и другие факты изъявления суздальскими властями покорности литовским и польским завоевателям. Анания Федоров на странице 140 своего исторического труда пишет: „Литовские люди Сопегина табора взяли в Суздале многия древния вещи и ризницу... все это отдавал из церкви бывший в Суздале воевода Нехорошей-Бабкин". Необходимо заметить, что положение русских служилых людей в тяжелые годы описываемого лихолетья было весьма и весьма затруднительным: наличность нескольких правительств окончательно сбивала их с толку. В родовом архиве сохранился любопытный документ, характеризующий незавидное положение служилых людей в эпоху смутного времени. Этот документ, представляющий собою выписку из дел московского «Разрядного Архива», гласит следующее. «... Суздальцы по разрядному списку от службы отставлены, а по разбору князя Ивана Хованского да дьяка Василья Юдина 130 (т. е. 1622) году как коим изних можно служить и то писано под статьями и между прочими написан Федор Яковлев сын Шафров... собою не само стар и по летам служить было ему мочно; а поокладчикове и всего города от службы де он отставлен при царе Василье тому лет сдвенадцать ис тех мест сними згородом не служивал жил все дома и как де при царе Василье Лисовской был в Суздале а он де Федор в те поры был у Засеки и ево де от засеки взяли литовские люди и привели к Лисовскому в Суздаль, и Лисовский велел его мучить, жечь и он де от литовских людей ушел к Москве к царю Василью, и царь де Василий за то велел его от службы отставить, а поместье де было за ним в даче триста тринадцать четвертей»...
Несмотря на изъявленную суздальцами покорность Лжедимитрию II, положение их нисколько не улучшилось; вступление в подданство Тушинского вора не избавило их от бесчинства поляков и литовцев. Воевода Плещеев так писал в 1609 году Сапеге: «пан Ян Соболевский из Суздаля пошел во Владимир, а пан Самойло Колычев, товарищ его, был в слободе Гавриловской в Суздальском уезде, воровал, пил, и у слобожан посацких людей имал к себе, на подворье, жен и девок на постелю». Жалоба заканчивалась словами: «а здесь, господине, в Суздале и в Суздальском уезде и в Володимере, от Литовских людей и от загонов, убийство и грабежи Русским людем великия: и ты, господине Сапега пан Ян Петр Павлович, отпиши к ним, с великою угрозою, чтобы от Литовских и ото всяких загонных людей Русским людем продажи и убытков великих не было; а здесе, в Суздале, от тех литовских людей сумление великое, от их воровства и грабежа» (Истор. акты, т. II, стр. 191).
В другом письме гетману суздальский воевода заявляет: «Пахолики, господине, Литовские и козаки, стоячи в Суздале, воруют, дворяном и детем боярским, и монастырем, и посацким людем из Суздальского уезда разоренье и насильство великое, жонок и девок емлют, и села Государевы, и дворянские и детей боярских и монастырьские вотчины выграбили и пожгли» (Истор. акты, т. II, стр. 225).
Напрасно суздальские власти молили Сапегу о защите; своевольные поляки не обращали никакого внимания на распоряжения своего начальства. Они продолжали бесчинствовать, подвергая разграблению не только вотчины частных владельцев, но нередко и дворцовые имения самого Лжедимитрия. По этому поводу последний 12 июня 1609 г. так писал гетману Сапеге: „в нынешнем 117 году июня в 8 день, писали к нам, из Суздаля, ключник посник Колачев да сытник Ондрей Дорогинин: по нашему указу, велено им в Суздальском уезде, в наших дворцовых селех, готовите всякие столовые запасы и вино курите; и столовым деи запасом в Гавриловской слободе, в селе Глумове и в селе в Шекшове, от Литовских людей мотчанье великое... доходы со крестьян собирают на себя, и молотя хлеб посылают в твои полки в Суздаль, к ротмистрам, на крестьянских подводах, без меры, и в нашем хлебе курят вино и варят пиво; а крестьяне ключника посника Колачева и сытника Ондрея Дорогинина не слушают ни в чем, и вина деим от панов сидети не мочно без пристава: приходя на винокурню, из-под трубы, все выпивают аракою; а что оне умоляют на семена овса, и тот хлеб паны, приходя на гумны, емлют силно" (Истор. акты, т. II, стр. 276).
Главный притон своей разбойничьей шайки пан Лисовский, находясь в Суздале, держал в течение года в стенах Спасо-Евфимиевского монастыря; об этом свидетельствуют нам как древние летописцы, так некоторые исследователи родной старины (Токмаков и др.). Между прочим в историческом описании этой обители г. Сахарова мы читаем: „Быть может, богатство и почти всегда неизбежное с ним самозабвение навлекли Божий гнев, или Промыслу угодно было горнилом испытания возвысить чистоту и блеск избранных сосудов, — о том смертный рассуждать не смеет; известно только, что Спасо-Евфимиев монастырь еще раз подвергся бедствию, и при том тягчайшему. В первых годах XVII столетия темный человек, бродивший из одного монастыря в другой, как бы для выведывания о их богатствах, нужного для его обширных замыслов, известный под именем Григория (Юрий Отрепьев) принят был архимандритом Левкием в С. Е. обитель и прожил в ней целый год. Известно, что он отличался уменьем не только хорошо списывать, но и сочинять каноны святым лучше современных ему книжников. В этом отношении Отрепьев оставил по себе памятник и для нашей обители, о чем скажем в своем месте; здесь же ограничимся предположением, что Григорий, впоследствии бывший в Польше, передал там, между прочим, — сведение о Суздале и о Спасском монастыре, как удобнейшем пункте для воинского стана по местоположению и средствам к продовольствию и обороне". В виду того, что Григорий Отрепьев представляет до настоящего времени весьма загадочную личность, истинная физиономия которого является предметом непрекращающихся до сих пор научных споров, — изложенные предположения Сахарова вряд ли могут иметь большую ценность.

В заключение настоящего своего исторического очерка мы приведем легендарное сказание о чудесном избавлении Суздальского Покровского женского монастыря от польского и литовского на него нашествия; этот чудесный факт, по народному преданию, случился благодаря молитвам заточенной здесь супруги Василия III Соломонии Сабуровой, которая в глазах многочисленных своих почитателей с давних пор приобрела славу святой подвижницы. Упоминаемое сказание передано на надгробной плите великой княгини и гласит следующее. „В лето 7117 приходил во град Суждаль пан Литовский с товарищи своими, на разорение града Суждаля и честных обителей, и в них обитающих. И тогда преподобная и благоверная великая княгиня София, молитвами своими к Богу град Суждаль и обитель свою, от нашествия того литовского пана, и от плена его, грозным явлением своим избави; и сице бе: егда той пан литовский приехал к Покровскому девичью монастырю, и в том часе стоя благоверная великая княгиня София, внезапу пану тому литовскому явися в образе своем иноческом, с горящею свещею, и нача его жещи и палити, и в том часе он пан Литовский и с товарищи своими впаде в недуг велий, и рука правая в тож время у него отяся, и тако ужасеся зело, и от того страшного видения, отыде от Покровского девичья монастыря и с товарищи своими, и о таковом чудесе и явлении той пан всем поведаше, и клятву себе положи, чтоб ему града Суждаля и честных обителей не разоряти и отыде во своя...".
Так, по народному верованию, Покровский монастырь был спасен от разгрома одною только тенью покойной супруги великого князя Василия...

В 1611 г. в Москве началось восстание против интервентов. В нем участвовали и суздальские полки во главе с Андреем Просовецким. В восстании принимал участие и Дмитрий Пожарский, получивший тяжелое ранение.
В 1612 г. Дмитрий Пожарский возглавил второе русское ополчение, которое освободило Москву.
В 1613 г. – воцарение в Москве первого царя из рода Романовых – Михаила.
С. Шифров. (Владимирские Епархиальные Ведомости. Отдел неофициальный. № 40-й. 1911 г.).
Владимирский край в Смутное время.
Город Суздаль

Copyright © 2020 Любовь безусловная


Категория: Суздаль | Добавил: Николай (04.07.2020)
Просмотров: 35 | Теги: Суздаль | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

Поиск

Владимирский Край



Славянский ВЕДИЗМ

РОЗА МИРА

Вход на сайт

Обратная связь
Имя отправителя *:
E-mail отправителя *:
Web-site:
Тема письма:
Текст сообщения *:
Код безопасности *:



Copyright MyCorp © 2020
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика