Главная
Регистрация
Вход
Суббота
26.09.2020
04:22
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Меню

Категории раздела
Святые [139]
Русь [11]
Метаистория [7]
Владимир [1298]
Суздаль [412]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [422]
Музеи Владимирской области [60]
Монастыри [7]
Судогда [10]
Собинка [109]
Юрьев [219]
Судогда [103]
Москва [42]
Покров [131]
Гусь [151]
Вязники [276]
Камешково [93]
Ковров [375]
Гороховец [119]
Александров [244]
Переславль [112]
Кольчугино [74]
История [39]
Киржач [81]
Шуя [105]
Религия [5]
Иваново [59]
Селиваново [37]
Гаврилов Пасад [9]
Меленки [104]
Писатели и поэты [100]
Промышленность [90]
Учебные заведения [114]
Владимирская губерния [37]
Революция 1917 [50]
Новгород [4]
Лимурия [1]
Сельское хозяйство [75]
Медицина [48]
Муромские поэты [5]
художники [24]
Лесное хозяйство [16]
священники [6]
архитекторы [6]
краеведение [41]
Отечественная война [242]
архив [6]
обряды [15]

Статистика

Онлайн всего: 6
Гостей: 6
Пользователей: 0

Яндекс.Метрика ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Ковров

Дубов Алексей Степанович

Дубов Алексей Степанович

Дубов Алексей Степанович выпускник 1932 г. профессионального училища №2, гор. Коврова. По специальности токарь. В 1932 году работал на экскаваторном заводе в качестве старшего распреда. В 1934 году по комсомольской путевке направлен в Краснознаменное военное авиационное техническое училище. В 1937 г. Получил военное звание – воентехник 2-го ранга и стал кадровым офицером. Война застала в городе Шепетовка в должности инженера 91-го истребительного полка. Стал инженером авиационной дивизии.

Шла финская война.
Я проходил службу в 116-м артиллерийском авиационном отряде г. Житомира Киевского особого военного округа. Киев готовил воинские подразделения на финскую войну. Один из авиационных полков был уже отправлен, готовился второй. Для укомплектования этого полка я в ноябре 1939 года был назначен младшим техником по приборам 3-го легкоштурмового авиационного полка (г. Киев, аэродром Жуляны), в шестую эскадрилью. В этой же эскадрилье проходил службу Константин Коккинаки.
Я выехал в Киев с семьей, сыну было два месяца, стояли сильные морозы.
На вооружении полка находились самолеты И-15, И-15 бис, И-16, 3С.
Шло быстрое укомплектование личным составом и материальной частью самолетов.
Но война с белофиннами вскоре закончилась и подготовка полка была отменена.


А.С. Дубов – воентехник I ранга, декабрь 1940 г.

В апреле 1940 года я был направлен техником по приборам 91-го истребительного авиационного полка 17-й авиационной дивизии г. Шепетовки (м. Судилков в 12 км. от Шепетовки).
Шло укомплектование полка личным составом. Большинство личного состава уже было, не было командира полка.
И вот вскоре прибыл командиром полка подполковник Александр Кузьмич Петровец. Он был репрессирован и находился в заключении. Его реабилитировали и направили командиром полка.
На вооружении полка находились самолеты И-153 («Чайка»). Это был единственный в СССР серийный биплан с убирающимися шасси. Максимальная скорость - 443 км/час.
Самолеты предназначались для войны с финнами, они были окрашены в белый цвет, но в связи с окончанием конфликта с финнами были направлены для комплектования новой части.
В декабре 1940 года приказом командующего Киевским особым военным округом мне было присвоено воинское звание воентехника 1-го ранга и я был назначен инженером по спецоборудованию 91-го иап 17-й АД КОВО. Командир дивизии - генерал Гусев, главный инженер - Хохлов. Врачом полка был назначен Новицкий. Начальником штаба полка был назначен Николай Александрович Степанов, который трагически погиб в марте 1986 года в г. Кореиз (Крым).
В мае 1941 года полк выехал в летние лагеря (д. Тирановка у м. Полиннье, в то время Хмельницкой обл.).
Здесь в июне был принят в члены Коммунистической партии.
Ранним утром 22 июня 1941 года (это было в 4 часа) вражеская авиация, начала бомбить железнодорожный узел Шепетовку и наш аэродром. Над Шепетовкой повисли густые клубы черного дыма, горизонт окрасился заревом пожаров.
В первую половину дня 22 июня было трудно установить, что происходит. И только после сообщения правительства в 12 часов дня, с которым выступил В.М. Молотов, все стало ясно.
Подлый враг, внезапно напавший на нашу Родину, стремился повергнуть в прах то, что в невероятных трудностях долгие годы создавалось руками советских людей.
Командир полка подполковник Петровец построил весь личный состав полка, объявил о нападении фашистской Германии на Советский Союз и поставил задачу перед личным составом полка.
Каждый из нас чувствовал необыкновенный прилив энергии, готов был отдать все свои силы и знания, чтобы как можно лучше выполнить боевую задачу.
В эти дни семья была эвакуирована к своим родителям в д. Колесниково Вязниковского района Владимирской области.
Пошли жаркие боевые будни.
Служба спецоборудования, которую я возглавлял, должна была подготовить к боевому вылету: приборное оборудование, электрооборудование, высотное и фотооборудование.
В это трудное время большую трудность представляла зарядка самолетных аккумуляторов. В то время на «Чайках» не было радиостанций, и было получено задание на машинах командира полка, его заместителей и командиров эскадрилий устанавливать приемо-передающую радиостанцию, а на остальных самолетах только приемники. Это было сопряжено с очень большими трудностями, так как этим приходилось заниматься только в темное время, с наступлением рассвета самолеты должны быть на боевом задании.
Один за другим уходили на задание верткие самолеты «Чайка». Возвращались на аэродром на заправку горючим и боезапасом и снова шли в бой.
Многие машины в неравных воздушных сражениях с численно превосходящими силами противника получали повреждения. Лишь только их колеса касались земли, к израненным истребителям спешили техники и механики. Проходило немного времени, и машины вновь уходили на задание.
Много приходилось «лечить» самолеты по спецоборудованию. Целыми сутками, порой не смыкая глаз, приходилось иногда приводить в порядок спецоборудование самолетов: здесь отказал генератор, тут пробиты пулями трубки манометров, термометров, отказала радиостанция, не работает освещение. Надо исправить его, иначе не сработают замки и не сбросятся бомбы, и не будут работать пулемёты. Все это надо устранить своевременно, чтобы не сорвать боевого вылета.
Особую трудность представляла замена генератора на двигателях с водяным охлаждением. Генератор на них ставился в развале двигателя.
При сильных морозах приходилось у перчаток отрезать кончики пальцев, мочить пальцы и примораживать чапку к пальцу, чтобы закрепить генератор, иначе никак больше достать невозможно. Вместе с чапкой поворачивалась и кожа на пальце, окровавливая его.
Благодаря отличной работе технической службы летчики полка доставляли фашистам немало неприятностей. Они с первых дней войны открыли счет сбитых самолетов противника, перебили сотни гитлеровцев, уничтожили боевую технику противника на земле.
Тяжело приходилось. Не возвращались иногда наши соколы на свой аэродром.
Задание на вылет давал по телефону открытым текстом представитель ВВВ Юго-Западного фронта генерал-майор авиации Мальчиков: «Прикрыть работу бомбардировщиков ТБ-3 между Овручем и Коростенем», и далее шло время в часах и минутах.
Начальник штаба 91-го иап Степанов возразил генералу Мальчикову, что эту задачу полк не может выполнить, так как не позволяет радиус действия самолета И-153.
Однако приказ был выслать пять самолетов И-153.
Командиром группы вылетел капитан А.Д. Михайлов, его заместитель по политчасти капитан Борисов и три рядовых летчика, среди них Павел Семенов, Сафронов.
В первые дни войны они не вернулись с боевого задания.
Выполнил это задание только один летчик - Павел Семенов, но до аэродрома Бородянка (шоссе между Киевом и Житомиром, почти посередине) не дотянул - не хватило горючего и сел с убранными шасси в 10-15 км западнее Бородянки, на нескошенном поле, и скапотировал, т. е. перевернулся на спину.
Капитан Борисов выпрыгнул на парашюте, успел пробраться на свою родину в Белоруссию, пробыл в партизанах до возвращения наших войск.
«В сентябре 1941 года нам удалось установить (спецкор. «Известий» Злюков Борис Борисович): капитан Михайлов А.Д. появился в оккупированном Киеве. Возникает такая версия, что он был подбит немцами, опустился на парашюте на оккупированной территории, попал в плен, а затем бежал в Киев».
Немцы знали расположение нашего аэродрома и ночью наносили бомбовые удары. Днем же истребители противника Me-109 часто производили штурмовку нашего аэродрома.
Обстановка складывалась так, что помимо боевых действий приходилось отходить и прикрывать свои войска под Киевом, Белой Церковью и другими важными пунктами. И со всеми этими заданиями полк справлялся успешно.
Приходилось не только готовить и чинить самолеты, но и оборудовать их дополнительным вооружением.
В связи с тем, что вооружение И-153 состояло из 4-х пулеметов 7,62 мм., решили установить под каждую плоскость по два бомбодержателя для PC (реактивных снарядов). Мощность огня стала более эффективной. Эта работа требовала большого труда и времени.
В этом отличилась служба электриков под руководством Дмитрия Сысоева.
Вскоре пришло подкрепление - новые самолеты ЛАГГ-3. В это время штатное расписание полка было изменено. Для лучшей, оперативной работы полк формировался в составе 20 самолетов.
Одна половина полка старого состава из района Хорол была отправлена в г. Таганрог на авиационный завод для получения самолетов ЛАГГ-3, а другая осталась продолжать работу имеющимися самолетами.
Группу для получения новых самолетов возглавил подполковник А.К. Петровец. Я был включен в эту группу. Получив самолеты, наш полк перебазировался под Красный Лиман, потом был перебазирован под Харьков, на аэродром Чугуев.
В декабре 1941 года получил высокое звание военинженера 3-го ранга и был назначен старшим инженером по спецоборудованию 16-й САД (смешанной авиационной дивизии) Юго-Западного фронта (м. Л. Россошь); командир дивизии - полковник Янсон.
На вооружении дивизии находились самолеты И-16, ЛАГГ-3, СУ-2. В состав 16-й смешанной авиационной дивизии входил 135-й авиационный полк на самолетах СУ-2.
В составе полка проходила службу Екатерина Зеленко. Она погибла осенью 1941 года в районе Сум, протаранив вражеский самолет. Это был единственный в истории авиации таран, совершенный женщиной-летчицей.
В начале 1942 года в результате изменения структуры строения соединений временно назначался инженером по спецоборудованию 21-й воздушной армии г. Короча (командир генерал Зайцев) и 28 ВА г. Старобельска (командир полковник Сиднев).
В апреле 1942 года на должность инженера 28-й воздушной армии по спецоборудованию отдел кадров ВВС назначил Г. Вартанова, моего друга по военному училищу, а я был откомандирован в г. Москву, в отдел кадров.
В этом же месяце получил назначение на должность заместителя старшего инженера 126-й истребительной авиационной дивизии по спецслужбам.
В начале соединение формировалось в составе Карельского фронта г. Кемь, м. Подужемье, затем ст. Обозерская, в дальнейшем один из полков дислоцирован в Холмогоры.
Получив самолеты иностранных марок по ленд-лизу, пришлось их изучать и приспосабливать к нашим условиям.
В связи с тем, что система противовоздушной обороны приобрела зональный характер, нам было определено охранять участок Кировской железной дороги Мурманск - Обозерская.
В дальнейшем 126-я иАД была передислоцирована в г. Астрахань. Здесь командиром дивизии был назначен полковник И.Г. Девятченко, участник событий в Испании. Позднее передислоцированы в г. Грозный, столицу Чечено-Ингушской АССР. Задача состояла в том, чтобы преградить путь самолетам противника к грозненской и бакинской нефти. С этим заданием соединение справилось успешно.
В это время было получено задание подготовить один из авиаполков и передать его в состав Степного фронта под Воронеж, командующему И.С. Коневу.
Как только натиск нашей армии усилился, полки, а потом отдельно и эскадрильями были рассредоточены по аэродромам от Грозного до Ростова: Минеральные воды, Армавир, Тихорецк, Краснодар.
В это время на вооружении частей дивизии находились самолеты: Як-1, ЛА-5, несколько самолетов МИГ-3, Киттихаук, Аэрокобра, Харрикейн.
В октябре 1942 года был переаттестован и получил звание инженер-капитана, а в марте 1943 года одел погоны.
После того, как были разгромлены окруженные фашистские армии под Сталинградом, продвижение наших частей ускорилось.
126-я иАД перебазировалась в г. Днепропетровск, где ставилась задача прикрыть важные оборонные объекты.
Полки были рассредоточены на аэродромах Мокрая под Запорожьем и Кайдаки под Днепропетровском.
В это время жена и сын переехали к моему месту службы в г. Днепропетровск.
Находясь под Запорожьем на аэродроме около станции Мокрая, над нами появился немецкий разведчик. Был дан сигнал зеленой ракетой на взлет и перехват противника летчику командиру эскадрильи 758-го истребительного авиационного полка капитану Кралинину.
С земли отчетливо было видно, как краснозвездный истребитель летчика Кралинина с набором высоты настигает уходящего «Ю-88» - фашистского разведчика. Небо прочерчивают строчки пулеметных очередей, одна, другая, но фашистский ас прекрасно пилотирует. Мимо, опять мимо. Тысячи глаз защитников Днепрогэса с надеждой и напряженным вниманием смотрят в небо.
«Я, Сокол-3, боезапас израсходован, иду на таран».
«С богом, сынок», - отвечает «Земля» - начальник штаба 758-го истребительного авиационного полка подполковник Марков.
И вот радужный диск винта врезается в хвост фашистского самолета, и тот в беспорядочном падении устремляется к земле.
Приземляется и краснозвездная машина. Все три лопасти винта самолета Киттихаук были погнуты. Пришлось винт снимать, править лопасти, частично срезать, отбалансировать его и после проверки общего состояния двигателя самолета установить вновь.
Все это сделали авиационные техники, «технари», как любовно называли их летчики. Сколько самолетов «подняли они на ноги» своими мозолистыми, обмороженными, избитыми, почерневшими руками.
Выполнив свою задачу, соединение было перебазировано в Крым, для прикрытия работы Ялтинской конференции трех держав.
Базировались на мысе Херсонес под Севастополем и на аэродроме Кача, 20 км. севернее Севастополя.
Командующим ВВС группой ПВО южного направления был генерал В.И. Андриашенко.
Все полки работали на самолетах ЛА-5 и Як-9 различных модификаций.
После выполнения этого задания соединение в полном составе было перебазировано под Будапешт - столицу Венгрии. Здесь под Будапештом в м. Уйпешт в состав 126-й иАД был передан 586-й истребительный авиационный женский полк на самолетах Як-9.
Командиром полка была Тамара Александровна Казаринова. В полк она пришла уже опытным военным командиром-летчиком. Здоровье Казариновой было неважное, она перестала летать. Ее отозвали в Москву.
Командиром полка был назначен майор Гриднев, позднее подполковник.
С боями продвигались на Запад, через Братиславу на Вену - столицу Австрии.
Штаб дивизии разместился в гестаповском училище, почти в центре города, подвал которого был завален книгами Гитлера «Майн кампф».
Здесь встретил День Победы.
822-й иАп на самолетах ЛА-5 был рассредоточен в м. Брук в 35 км. от Вены. Причем автострада от Вены до м. Брук построена очень хорошо, по обеим сторонам трассы посажены фруктовые деревья. Дорогу строили русские пленные.
Два других полка 833 и 586 иАп были рассредоточены на аэродроме Фишамендорф под Веной.
Нашему соединению пришлось принимать участие в операциях по ликвидации гитлеровских войск северо-восточнее Вены - в районе г. Асперн.
Здесь сосредоточились остатки разгромленных гитлеровских армий «Мертвая голова», «Великая Германия», власовцы.
За несколько дней до дня Победы получил очередное воинское звание - майор технической службы.
В соответствии с договоренностью на Ялтинской конференции мы оставили аэродром Фишамендорф французам, а сами перебазировались на аэродром Гимберг. Сюда мы перебазировали два полка, 833 иАп и 586 истребительный авиационный женский полк.
Закончилась война, соединение перестраивалось на мирную учебу.
В начале соединение было перебазировано в Румынию - г. Плоешти.
Сюда из Днепропетровска переехала семья, к моему месту службы.
Здесь был расформирован 586-й иАп. Личный состав частично отправлен в другие части, все женщины были уволены в запас, а все материалы, в том числе знамя полка, были отправлены в Москву. Самолеты переданы другим частям, а личный состав 822, 833 полков и управления 126-й иАД в марте 1946 года на пароходе «Мичурин» были передислоцированы на Родину в г. Батуми. Погрузку производили в порту Констанца.
Полки 126 иАД начали переучиваться на реактивную технику. Я был командирован на авиационный завод в г. Тбилиси, где производили сборку самолетов МИГ-17.
В сентябре 1950 года был направлен на переподготовку - так я стал слушателем курсов усовершенствования инженеров по спецоборудованию при Ленинградской Краснознаменной военно-воздушной академии им. Можайского, после окончания которых вновь вернулся в свою часть в г. Батуми.
В октябре 1951 года был направлен в Группу советских войск в Германии, на должность инженера по спецслужбам 200-й гвардейской штурмовой авиационной дивизии.
Находясь в отпуске в 1952 году, перевез семью из г. Батуми в г. Вязники.
В сентябре 1952 года присвоено воинское звание подполковника технической службы.
Во время очередного отпуска в июне 1954 года перевез семью из г. Вязники к месту своей службы в ГДР.
В связи с сокращением Вооруженных Сил в августе 1956 года был уволен в запас с правом ношения военной формы одежды.
За участие в Великой Отечественной войне и годы службы в армии был награжден: орденом Красного Знамени, двумя орденами Красной Звезды, медалями «За боевые заслуги», «За оборону Кавказа», «За Победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «XXX лет Советской Армии».
В связи с расформированием дивизии было принято решение: два полка самолетов Ил-10 перебазировать в Советский Союз на аэродром Гурьевск Калининградской области. Третий полк на самолетах МИГ-15 и личный состав его расформировать по другим частям, дислоцированным в ГДР.
Железнодорожный эшелон был сформирован на ст. Бранденбург и отправлен после летного эшелона. Я был назначен начальником эшелона. В эшелоне находился личный состав дивизии и их семьи.
По прибытии в Гурьевск все самолеты Ил-10 были разукомплектованы и разрезаны в металлолом.
Личный состав дивизии ожидал получения приказов из Москвы на увольнение. После получения приказа об увольнении я выехал с семьей в Ковров.
В январе 1957 г. вновь вернулся на экскаваторный завод, работал заведующим заводского музея.


Алексей Степанович Дубов

Алексей Степанович Дубов — многие годы бессменный председатель организации общества «Знание» на Ковровском экскаваторном заводе, член правления городской организации, лектор, директор заводского музея.

Источник:
Н. Фролов. Потомству в пример. Из истории боевой славы Ковровского края. Воспоминания работников Ковровского экскаваторного завода – участников Великой Отечественной войны и трудового фронта. Ковров. 1995.
Ковровский экскаваторный завод в годы Великой Отечественной войны

Copyright © 2020 Любовь безусловная


АВДЕЕВ Николай Иванович Авдеев Николай Иванович

Авдеев Николай Иванович

Воспоминания работников Ковровского экскаваторного завода

В день 50-летия Великой Победы взбудоражили мою душу нахлынувшие воспоминания о пережитом, мысли унеслись в тяжелые и опасные дни фронтовой юности. Словно вновь увидел живые лица боевых друзей-соратников, членов дружного экипажа, славных товарищей.
Откуда только они ни съехались на Черное море! Боцман украинец Подопригора, старшина мотористов - армянин Кирокасян, старшина радист - еврей Гурский, лейтенант штурман - еврей Домнич, старший трюмный матрос - молдаванин Медря, матрос торпедист - белорус Рогачев, старший матрос электрик - татарин Абдуллин, старшина торпедист - мордвин Яксаев, лейтенанты - русские парни Грудин, Пономарев и многие другие - это только небольшая часть нашего многонационального экипажа боевого подводного корабля, на котором мне довелось пройти путь к Победе в 1418 дней и ночей, участвовать в обороне и освобождении Одессы и Севастополя, Новороссийска и Керчи, побережья и городов Крыма, Кавказа, Румынии и Болгарии. Расскажу о ряде операций разных лет войны, которые выполнял наш экипаж.
...СЕНТЯБРЬ 1941-го, последние дни обороны Одессы. Приказ командования - следовать в осажденный город для выполнения спецзадания. Мерно работают оба дизеля, обеспечивая крейсерскую скорость нашей субмарины. Вдали за кормой остались родной Крым и столица моряков Севастополь. Подводники на боевых постах четко несут вахту у механизмов. Идем в надводном положении. На ходовом мостике командир корабля Алексеев, вахтенный командир Трофимов, рулевой Кириленко, матросы-наблюдатели Баринов и Михайличенко. На траверсе слева турецкий берег, порт Трапезунд - идем в нейтральных водах: меньше вероятности атак с воздуха.
Осень, море штормит, лодку бросает с борта на борт, крен доходит до 20-25 градусов. Особенно тяжело нести вахту в отсеках у дизелей, на линиях гребных валов. Вот очередная огромная волна положила лодку на борт, гребной винт оголился и работает в воздухе. Обороты мгновенно растут, дизель идет вразнос, подшипники гребных валов быстро перегреваются, и вахтенному трюмному матросу Медрину надо особенно внимательно смотреть за уровнем и циркуляцией охлаждающего масла в подшипниках.
Отлично несут вахту у дизелей мотористы под руководством старшины Кирокасяна. Ходовая вахта длится два часа. Я работаю в центральном отсеке на посту управления погружением. Здесь установлены пневматическая система управления кингстонами и вентиляцией, мощные водоотливные и перекачивающие роторные помпы. Два часа прошло - заступает вторая вахта, ее сменяет третья. Через четыре часа отдыха - снова за работу. И так круглосуточно до 45 дней, которые лодка находится в автономном плавании.
К вечеру шторм усиливается. Наверху волна захлестывает вахтенных, им приходится пристегиваться специальными поясами к поручням. Видимость сокращается до 5-6 кабельтовых, командир приказывает усилить наблюдение за морем и воздухом. Наблюдатель матрос Лебедев докладывает:
- Справа по курсу 30 градусов два самолета противника.
Алексеев вскинул ночной бинокль, всмотрелся и подал команду: «Всем вниз, срочное погружение», - и поставил машинный телеграф - «стоп дизеля». Несколько десятков секунд - и подлодка ушла в глубину, проведя маневр по уклонению от воздушной атаки и продолжая свой путь на электромоторах. Через три-четыре минуты, когда лодка шла на 40-метровой глубине, самолеты сбросили восемь бомб, глухие взрывы которых мы отметили в вахтенном журнале. Спустя час-полтора лодка всплыла и продолжала путь.
На подходе к Одессе была темная южная ночь - ни звезд, ни береговых постов сигнализации или огней маяков. Местонахождение можно было определить только расчетами на штурманской карте. Затем связались по рации с городом, получили шифровку: заходить нельзя, бои идут на улицах и в порту. Нам назначалось «рандеву» в указанном месте Тендровской косы с эсминцем «Бодрый», который должен передать для транспортировки в Новороссийск особый груз. Дали опознавательные знаки, пароли.
Чем ближе подходили мы к указанному району, тем отчетливее становились огненные всполохи, зарево пожаров над Одессой. По этому ориентиру мы и пошли к месту встречи. В штормовую ночь по авральному расписанию экипаж подлодки за несколько часов перегрузил с эсминца много тяжелых оцинкованных ящиков. Выстроившись в живую цепочку, мы равномерно укладывали их в отсеках и надежно закрепляли на палубах. Но два деревянных ящика не проходили через люки. Пришлось отнимать съемный лист прочного корпуса первого отсека. Теперь лодка уже не могла погружаться, превратившись в беззащитную посудину.
Наконец, с помощью кран-балки справились и с этими ящиками. И только под утро съемный лист установила команда во главе с мичманом Перовым. На рассвете мы погрузились, проверили герметичность и поблагодарили товарищей за отличную работу.
Через сутки нас уже встречали в Цемесской бухте Новороссийска. После многочасовой разгрузки и приведения корабля в порядок экипажу дали отдых - баня, кубрики плавбазы «Эльбрус», увольнение на берег.
А грузы те под усиленной охраной увезли на аэродром для отправки в Москву. Как позже мы узнали, в оцинкованных ящиках был весь наличный денежный и золотой запас одесских банков, в деревянных же ящиках размещались две новейшие секретные немецкие донные магнитно-акустические бесконтактные мины. Их отправили для исследования и выработки способов борьбы с ними.
...ЛЕТО 1942-го, позади год войны. Началась героическая оборона Севастополя. Удобные бухты опустели, корабли и катера рассредоточились по кавказским портам. По заданию командования был выделен большой отряд подлодок для доставки боеприпасов, продовольствия и горючего для гарнизона Севастополя, вывозки раненых. Оперативной базой стал Новороссийск. Вот один из походов нашей подлодки типа «С».
...С утра мы принимали и размещали в отсеках грузы для севастопольцев: снаряды, мины, гранаты, патроны, продукты, бензин, медикаменты - всего свыше 170 тонн. Внутренние отсеки превратились в пороховые погреба: помимо всего, восемь торпед в аппаратах и столько же запасных, а в каждой до 3000 кг. тротила.
После погрузки и бани ходили в город. В короткие дни отдыха между походами мы, двадцатилетние парни, всегда старались снять напряжение в кино или на танцах. В тот вечер мы с друзьями впервые танцевали в Доме флота под звуки «офицерского вальса»:
Море зовет -
снова в поход,
Покидая
Ваш маленький город,
Я пройду
мимо Ваших ворот...
С той поры этим вальсом начинались и заканчивались все наши танцевальные вечера.
Наутро подлодка подошла к элеватору, где стоял лидер «Ташкент». Здесь экипаж засняли для киносборника (который мы так и не увидели). В тот день на наш корабль прибыл маршал С.М. Буденный, в окружении свиты военачальников разных рангов. Обходя отсеки лодки, маршал обратился ко мне с вопросом:
- Кто вы, сколько лет и как служите?
Я четко ему ответил, и он спросил:
- Не боишься идти в Севастополь?
- Нам уже не впервой, чего бояться!
...Вечером подлодка, отдав швартовы, вышла из Цемесской бухты. Погода теплая, солнечная, море спокойное, ленивые волны, рассекаемые форштевнем, облизывают борта. Но что ждет нас впереди?
Через три часа нас обогнал лидер «Ташкент» с десантом, просигналив нам: «Доброго пути».
Перед закатом в 60 милях от Новороссийска подлодку атаковали из-под солнца два «Юнкерса-88». Сигнал боевой тревоги - «срочное погружение!» - не застал врасплох тренированный экипаж. Четко работает боцман Подопригора, держа горизонтальные рули на погружение и отсчитывая вслух для командира глубину. 60 метров - «стоп погружение», лодка идет горизонтально. Самолеты, наугад отбомбившись, подались восвояси. Через полтора часа, продув балласт, мы всплыли.
Летняя ночь коротка. За это время надо успеть зарядить аккумуляторные батареи, провентилировать отсеки, подкачать компрессорами сжатый воздух в запасные баллоны, откачать воду из трюмов. А тем временем наш славный кок Долженко, весельчак и затейник, до войны работавший в лучшем ресторане Киева, готовит долгожданный обед. «По совместительству» во время артиллерийской тревоги он выполнял обязанности наводчика в орудийном расчете 100-миллиметровой корабельной пушки, установленной на палубе.
И вот на востоке, где небо сливается с морем, заалела у горизонта светлая полоса, возвещая о рождении нового дня. И вновь мы погружаемся на рассвете и упорно следуем по заданному курсу. Хорошо пообедать, когда лодка тихо идет на большой глубине. Надо сказать, питание подводников всю войну было поставлено образцово. Такие наш кок готовил борщи, солянки, ромштексы, пирожки, признаюсь честно, даже в ресторанах после войны не видывал, хоть и поездил по стране немало. В ежедневную норму питания, кроме всего прочего, входило 100 г. шоколада, 100 - водки или 200 - вина, 50 - сливочного масла, свежие или сухие фрукты и т. п.
...ДНЕМ, подойдя к Севастополю, мы всплыли на перископную глубину. Наблюдаем за берегом. Не хочется верить, что он уже не наш, топчут его вражеские сапоги, в санаториях веселятся немецкие офицеры. Но севастопольцы дерутся за каждый дом, каждый камень нашей земли.
В 19.00, как условлено, показываем несколько раз перископ нашим постам Херсонесского маяка - нам отвечают азбукой Морзе: идти по фарватеру в Камышовую бухту. Едва мы подходим к ее причалу, начинается разгрузка. Только вахтенный матрос Кириленко не участвует в ней, следя, чтобы к лодке не приблизились посторонние. Вдали стоят несколько катеров и охотников. Снуют машины, увозя груз и доставляя на лодку раненых, женщин, детей. Размещаем всех по отсекам, раскладываем подвесные койки.
В это время у причала произошло ЧП. Громко прозвучала автоматная очередь вахтенного, послышались стоны и немецкие ругательства трех корчившихся на земле диверсантов. Переодетые в нашу морскую форму, они пытались взорвать лодку противотанковыми гранатами. Позже, на базе, Кириленко за бдительность и умелые действия был награжден медалью «За отвагу».
...Только пять дней не были мы в Севастополе, а сколько изменений произошло! Северная сторона сдана, бои идут в Инкермане, на Черной речке. В Камышовой бухте почти все здания превращены в груды камня и щебня. И все же ни один из нас не сомневался в конечной победе!..
...ШЕЛ 1943-й. Подлодка капитана 3-го ранга Алексеева находилась на позиции в Каркинитском заливе. Кильватерной колонной идет вражеский караван в составе трех полногрузных транспортов и 13 кораблей эскорта, в том числе эсминцев «Мерешти» и «Налука», сторожевых кораблей и катеров-охотников за подлодками. Караван постоянно облетают самолеты сопровождения.
Звучит боевая тревога. Команда подлодки занимает посты, закрывает люки между отсеками. Командир на центральном посту периодически поднимает перископ, осматривает горизонт, звучат команды:
- Полный вперед, курс... Носовые аппараты 1 -3-5 - товсь!.. Гидроакустику давать пеленг...
Доносятся ответные доклады. И вновь команда:
- Выхожу в атаку, боцман, трюмный центрального поста, держать перископную глубину.
Лодка на максимальной скорости сближается с караваном. Поднимается перископ, необходимые поправки с дистанции 3-4 кабельтовых - и команда:
- Торпеды, пли!
Торпедисты первого отсека под командованием старшины Косенкова плавно выжимают рычаги стопоров. Лодку слегка качнуло, маневрируя, она идет на погружение. Томительное ожидание. И вот три сильных взрыва потрясли морскую пучину! Все молча обнимаются, поздравляя друг друга с победой. Противник, по-видимому, был так ошеломлен дерзкой атакой, что решил: корабли подорвались на минах.
Через несколько минут лодка подвсплыла под перископ, командир со штурманом осмотрели горизонт, пристроили к окулярам фотоаппарат и засняли результаты атаки. Команде сообщили: два транспорта водоизмещением 4-5 тысяч тонн каждый, охваченные пламенем и клубами черного дыма, медленно оседая, погружались в воду. Вокруг плавали обломки, тонущие фрицы, ходили катера. Вдали дымил одинокий транспорт, спеша к ожидавшим его миноносцам.
Это был первый удачный залп торпедами способом «луч» или «веер», когда одновременно поражаются два неприятельских транспорта. Мы пробыли на этой позиции несколько дней и не встречали вражеских кораблей. Немцы считали, что фарватер сильно заминирован, и боялись проходить здесь. Лодка вернулась на базу, а фотоснимки каравана сдали в штаб фронта. Вскоре пришло подтверждение наших данных от морских летчиков, проводивших аэрофотосъемку торпедированных транспортов.
...НАСТУПИЛИ радостные дни освобождения Крыма. Активизировались и подводные лодки: только с ноября 1943 по 9 мая 1944 года (когда был штурмом взят Севастополь) было потоплено 68 кораблей и транспортов противника, пытавшихся эвакуировать войска, технику, оборудование.
Наша подлодка весной 1944-го находилась на коммуникациях противника, связывающих порты Крыма и Румынии. Вдруг - авария: вышло из строя электроуправление на лебедке подъема перископа атаки. В мирное время по инструкции мы должны были возвращаться на базу, где есть оборудование, мастерские, запчасти, квалифицированные ремонтники. Но сколько бы времени ушло!
Командир Алексеев вызвал механика Перова, старшину электрика Гаркушу, старшего матроса электрика Абдуллина:
- Можно ли своими силами в море восстановить работоспособность лебедки?
Посовещались ребята и заявили:
- Обещаем все сделать в сжатые сроки.
- А конкретно?
- Три дня, товарищ командир!
- Добро...
Подлодка легла на грунт на глубине 80 метров, началась упорная работа, круглые сутки. По ночам лодка всплывала, ремонт продолжался. Экипаж знал: без исправного перископа атаки лодка небоеспособна. В итоге наши электрики за двое с половиной суток сделали работу, на которую в заводских условиях целой бригаде ремонтников потребовалось бы не меньше недели. Лодка вновь стала грозным боевым кораблем. А качество ремонта довелось вскоре проверить во время атаки вражеского каравана из 40 кораблей - транспортов, самоходных барж и кораблей охранения, в числе которых были эскадренные миноносцы «Король Фердинанд» и «Королева Мария». Такое охранение говорило о ценности груза.
Командир подлодки, прильнув к перископу, выбрал для атаки самый крупный транспорт. После торпедного залпа лодка, маневрируя, ушла на глубину, форсированным ходом отрываясь от каравана. Немцы наугад забрасывали предполагаемое местонахождение подлодки глубинными бомбами часа за полтора их было сброшено 158. Как чувствуют себя подводники при бомбежке? Представьте себе, что вы находитесь внутри железнодорожной цистерны, и по ней одновременно с двух сторон начинают бить 10-килограммовыми кувалдами! Кровь из ушей и носа, ежеминутное ожидание конца - не случайно некоторые ребята возвращались из похода седыми.
Оторвавшись от преследования, лишь к вечеру мы вернулись в район атаки. В перископ увидели перевернутое вверх килем днище огромного транспорта с блестящими в лучах солнца двумя бронзовыми винтами. Вокруг плавали резиновые плотики и разный мусор. Это был наш седьмой потопленный транспорт.
Через несколько дней вернулись в базу и были торжественно встречены флагами и артиллерийскими залпами стоявших на рейде кораблей. Вечером в Доме флота всем вручили ордена и состоялся торжественный ужин. Командующий Черноморским флотом адмирал Октябрьский сообщил, что мы потопили транспорт водоизмещением 8000 тонн с 600 офицерами на борту. Они отдыхали в здравницах Крыма - пусть теперь спокойно отдохнут в «дельфинотрале».
...ВОЙНА на море - сложная и тяжелая работа. Здесь не спрячешься за бугор, в окоп или траншею. Морской бой жесток и скоротечен, порой секунды решают его исход. Нам помогали новейшая техника, разнообразие тактических приемов и отличная выучка экипажа. Скрытно, неожиданно атакуя, мы удачно блокировали морские коммуникации. Много можно было бы рассказать о наших походах, но ограничусь рассказанным.
1945-й экипаж встретил в звании гвардейского, на лодке развевался флаг с орденом Красного Знамени. Но непрерывные походы сказались: пришлось ставить корабль в Поти на ремонт. Часть экипажа осталась там, а нас после тщательной подготовки направили в порты Румынии и Болгарии. Как правило, вначале там высаживался десант морской пехоты, захватывал порт и корабли, мы же, спецы-технари, после подготовки перегоняли вражеские корабли в наши базы. Всякое бывало. 18 моряков погибли в родном Потийском порту: когда выгружали торпеду из аппарата трофейной подлодки, раздался оглушительный взрыв, лодка с оторванным носовым отсеком ткнулась в грунт у причала и повисла на швартовых тросах. Оказалось, немцы оставили там специальное взрывное устройство...
День Победы мы встретили уже на родной подлодке.
И вот прошло 50 лет с окончания Великой Отечественной войны, выросли новые поколения людей на земле. А ряды ветеранов редеют с каждым днем и годом. Поэтому нам, оставшимся в живых участникам Великой Отечественной войны 1941-1945 гг., с глубокой болью в душе, с прискорбием и сожалением приходится наблюдать ускоренный развал экономической и оборонной мощи нашей Родины и ее Вооруженных Сил, обнищание народа. За короткое время наша великая, могучая держава-победительница скатилась на уровень второстепенных развивающихся стран мира. Родину раздирают внутренние потрясения, идет необъявленная война в Чечне и у границы с Афганистаном. Много месяцев идут непрекращающиеся военные действия, где гибнут наши российские молодые солдаты - наши дети и внуки, а когда это кончится - неизвестно.
Когда-то непобедимые наши армия и военно-морской флот в настоящее время влачат жалкое существование, демонстрируя всему миру свою неподготовленность и неспособность решать поставленные перед ними боевые задачи.
Взять, к примеру, наш родной Краснознаменный Черноморский флот, где я с честью и добросовестно отслужил 6 лет в элитной части - в 1-й Севастопольской бригаде подводных лодок и участвовал в 26 боевых походах и в потоплении девяти вражеских кораблей, в обороне и освобождении Одессы, Севастополя, Новороссийска и Керчи, которые стали городами-героями. А что сейчас происходит с нашими Вооруженными Силами? Говоря откровенно, сейчас Черноморский военно-морской флот как единое боевое войсковое соединение не существует. Более трех лет идут грызня, споры, переговоры по дележу баз, кораблей, имущества флота между военными, дипломатами, президентами России, Украины, Крыма. А боевые корабли флота, приданная ему авиация стоят в базах, на аэродромах. Корабли, самолеты и другая техника не укомплектованы личным составом согласно штату. Военные моряки и летчики не знают, кому они служат и подчиняются, кто их обязан снабжать и финансировать. Корабли прикованы к стенкам, ржавеют, стареют, а если выходят в поход, то на них собирают экипаж из нескольких однотипных кораблей.
Мы, ветераны войны, твердо верим и надеемся, что придут лучшие времена, наша Россия возродится, будет богатой, процветающей страной, могучей державой. Пусть наши дети, внуки, правнуки не забывают своих отцов и дедов, которые ради счастья и мира на Земле отдали свою молодость, боевой опыт, здоровье, жизнь - все для Великой Победы, помнят тех, кто избавил мир от фашистского порабощения.


Авдеев Николай Иванович

Источник:
Н. Фролов. Потомству в пример. Из истории боевой славы Ковровского края. Воспоминания работников Ковровского экскаваторного завода – участников Великой Отечественной войны и трудового фронта. Ковров. 1995.
Ковровский экскаваторный завод в годы Великой Отечественной войны

Copyright © 2020 Любовь безусловная


Категория: Ковров | Добавил: Николай (09.04.2020)
Просмотров: 107 | Теги: вов, Ковров | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

Поиск

Владимирский Край


Славянский ВЕДИЗМ

РОЗА МИРА

Вход на сайт

Обратная связь
Имя отправителя *:
E-mail отправителя *:
Web-site:
Тема письма:
Текст сообщения *:
Код безопасности *:



Copyright MyCorp © 2020
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика