Главная
Регистрация
Вход
Среда
08.04.2020
17:04
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Меню

Категории раздела
Святые [139]
Русь [11]
Метаистория [7]
Владимир [1212]
Суздаль [373]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [401]
Музеи Владимирской области [60]
Монастыри [6]
Судогда [10]
Собинка [98]
Юрьев [213]
Судогда [94]
Москва [42]
Покров [125]
Гусь [148]
Вязники [267]
Камешково [83]
Ковров [319]
Гороховец [115]
Александров [233]
Переславль [102]
Кольчугино [70]
История [39]
Киржач [80]
Шуя [95]
Религия [4]
Иваново [49]
Селиваново [35]
Гаврилов Пасад [8]
Меленки [89]
Писатели и поэты [95]
Промышленность [88]
Учебные заведения [80]
Владимирская губерния [36]
Революция 1917 [50]
Новгород [4]
Лимурия [1]
Сельское хозяйство [75]
Медицина [43]
Муромские поэты [5]
художники [20]
Лесное хозяйство [12]
священники [6]
архитекторы [4]
краеведение [39]
Отечественная война [218]
архив [6]
обряды [15]

Статистика

Онлайн всего: 22
Гостей: 22
Пользователей: 0

Яндекс.Метрика ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Революция 1917

Белышев Александр Викторович

Белышев Александр Викторович

Белышев Александр Викторович родился 25 июля 1893 г. в д. Клетнево, Шуйского уезда, Влад. губ., в семье сапожника.
В 1909—1913 годах учился в техническом училище Мальцева во Владимире. Работал слесарем на текстильной фабрике в Нерехте.
Начал службу матросом на Балтийском флоте в 1913 году, летом 1914 переведён машинистом на крейсер «Аврора».


Белышев Александр Викторович

В один из последних дней февраля 1917 года машинист крейсера «Аврора» Александр Викторович Белышев стоял на причальной стенке Франко-Русского завода. Перед ним грозно возвышалась стальная громада корабля, который проходил капитальный ремонт. Белышев вместе с несколькими матросами временно были переведены в новомеханический цех на помощь судоремонтникам. Там он быстро подружился со многими рабочими. Среди его новых друзей были бригадир Павел Леонтьевич Пахомов, слесарь Афанасий Силыч Пермяков и другие. Павел Леонтьевич долго приглядывался к Белышеву, стараясь понять, чем дышит молодой матрос. Когда же убедился, что ему можно доверять, стал вести с Александром беседы на запрещенные темы, политически его просвещать. Тогда же Белышев узнал, что бригадир Пахомов и слесарь Пермяков — большевики.
Обо всем услышанном от них Александр рассказывал товарищам. Незаметно он превратился в большевистского связного и агитатора, хотя в партии пока не состоял.
Александр Викторович неторопливо приблизился к трапу и так же не спеша поднялся на корабль.
— Знаешь, что происходит? Весь город бурлит, — встретил Белышева его земляк Николай Лукичев. — Рабочие полицейские участки громят.
— Как не знать. Рассказывают: сегодня на Литейном мосту демонстранты схватились с отрядом конной полиции, смяли его, а командира отряда стащили с лошади и избили.
Подошел Петр Курков. Оглядываясь, тихо вмешался в разговор:
— Братва, надо бы и нам до своих драконов добраться.
— Тише,— предостерег Белышев. — Офицеры могут услышать. Загремишь как зачинщик. Против белой кости и голубой крови нужно сообща действовать. Верных ребят собрать да через них потолковать с командой.
Но поговорить с командой не удалось. Аристократ и монархист, сторонник суровой дисциплины, командир крейсера капитан первого ранга Никольский, почуяв возбужденность матросов, приказал усилить охрану корабля и обеспечить порядок. Команде объявили: «Никаких сборищ не допускать!» У трапа на стенке появился часовой.
На следующий день, 27 февраля, Александр увидел, как на корабль в сопровождении солдат охранного батальона доставили трех арестованных рабочих. Они шли к авроровцам с целью призвать матросов примкнуть к восставшему пролетариату Петрограда. Солдаты перехватили большевистских агитаторов и сдали дежурному офицеру. Тот посадил их в корабельный карцер. Весть об этом мгновенно облетела весь корабль.
— Освободить арестованных! Всей командой подняться! Айда к Никольскому! Подобру-поздорову не отпустит — силой освободим! — заявил Белышев.
— Назад! — рявкнул Никольский. Но его не послушались. Матросы напирали, теснили офицеров, тянули руки к рабочим.
— Бунтовщики, изменники, стойте! Стрелять буду! — кричал вышедший из себя Никольский. Он выхватил револьвер. Раздались выстрелы. Стреляли Никольский и старший офицер Огранович. Белышев увидел: упал один матрос, согнулся, зажимая рану на ноге, другой. Когда стрельба прекратилась, палуба была пуста. Матросы нырнули в кубрики. Рабочие незаметно скрылись.
На корабле воцарилась гнетущая тишина. Не спали матросы, не спали офицеры. В обстановке подавленности прокоротали до рассвета. Утром матросы вновь высыпали на верхнюю палубу. Тут увидели, как распахнулись ворота завода, и толпа вооруженных рабочих заполнила все пространство у причала. В руках у многих были красные флаги.
— Товарищи матросы, царя скинули! — громко кричали снизу.— Присоединяйтесь к нам!
— Да здравствует революция! — гремело вокруг.
— Захватить пулеметы! — Тимофей Липатов с группой товарищей бросился к переднему мостику, где у «максима» суетились кондукторы. Их оттолкнули, пулемет забрали в свои руки. Захватили пулемет и на заднем мостике.
— Арестовать Никольского! За винтовками, товарищи! — распорядился Белышев.
Матросы ринулись в офицерские каюты, отобрали у «их благородия» револьверы. У старшего артиллериста вырвали из рук ключи и открыли погреб, где хранились винтовки. Вооруженные матросы выволокли на верхнюю палубу Никольского и Ограновича. Здесь уже находились рабочие. Белышев взял у одного из них красный флаг и передал Никольскому:
— Веди матросов на демонстрацию!
— Какая ему, царскому холую, демонстрация! Бей его! — шумели матросы.
Никольский злобно посмотрел на окружающих и брезгливо отбросил флаг в сторону.
— Ах ты, шкура! Смерть дракону! — Прогремел выстрел. Никольский упал. Это машинист Брагин рассчитался с ненавистным тираном.
— А ты за кого? — обратились матросы к дрожащему Ограновичу.
— Я... я придерживаюсь нейтралитета.
— Дудки. Так и поверили. Зачем стрелял вчера в нашего брата? Кто убил Осипенко? — наседали матросы. — К ракам его!
Машинист Бабин прицелился в Ограновича и опустил курок винтовки...
По единодушном у желанию матросов на корабле состоялся митинг. Выступили и авроровцы, и рабочие.
Несколько слов произнес Белышев.
— Товарищи рабочие! — сказал он. — Матросы крейсера «Аврора» с вами. У нас один враг и общий путь борьбы.
На фок-мачту крейсера был поднят красный флаг. Флаг начавшейся революции.
На крейсере утверждалась новая жизнь. Был избран судовой комитет. Состоялись также выборы командного состава. Кого избрать командиром и старшим офицером — по этому поводу долго и жарко спорили. В конце концов порешили: избрать командиром крейсера старшего лейтенанта Никонова, а старшим офицером - штурмана Эриксона.
28 марта 1917 года Александр Белышев был в райкоме большевиков. В комнате сидело несколько человек, в том числе Пахомов.
— Твое заявление мы рассмотрели, — сообщил Павел Леонтьевич,— и решили принять тебя в члены партии большевиков. Поздравляем тебя, товарищ Белышев. Отныне становишься на крейсере нашим человеком и обязан проводить большевистскую линию.
Через несколько дней в райкоме Белышеву сказали:
— Сегодня вечером в Петроград из-за границы приезжает Владимир Ильич Ленин. Надо выделить отряд авроровцев в состав почетного караула для встречи вождя на Финляндском вокзале.
Александр много слышал о Ленине, знал, что его возвращения из эмиграции с нетерпением ждут большевики. Имя Владимира Ильича часто упоминалось на матросских и рабочих митингах. С ним связывали надежды на лучшую долю. Поэтому на призыв Белышева — идти встречать Ленина — откликнулись больше сотни авроровцев.
Матросы и солдаты выстроились на перроне. Вскоре подошел поезд. Раздалась команда — и караул замер. Грянул оркестр. Послышались приветственные возгласы «ура!». Белышев с трудом разглядел вышедшего из вагона Ленина. Он обратился с краткой речью к присутствовавшим, затем в сопровождении ликующей толпы прошел в помещение вокзала. Когда моряки выбрались на площадь, броневик, на котором стоял В.И. Ленин, и многотысячные колонны уже двинулись на Петроградскую сторону.
На другой день все авроровцы только и говорили о приезде Ленина. А чуть попозже на крейсер доставили газету «Правда», в которой были опубликованы тезисы доклада «О задачах пролетариата в данной революции». Послушать ленинское слово в кубрик к Белышеву набилось полно людей.
Александр начал читать. В некоторых местах отрывался от текста, чтобы объяснить по своему уразумению:
— Врут нам господа офицеры, а вместе с ними меньшевики и эсеры, будто война теперь с русской стороны стала справедливой и оборонительной. Товарищ Ленин пишет: война как была при царе, так и сейчас, при Временном правительстве, остается грабительской. Что с войной надо кончать.
— Это верно, хорошо сказано! Хватит нас под германские снаряды подставлять. Вот того очкастого хлюпика, который здесь третьего дня распинался и говорил о войне до победного конца, его бы послать воевать. Узнал бы, шкура, почем фунт лиха.
— Мы что же, враги своему Отечеству? — не согласился кто-то.— Немец прет, а вы агитируете лапки поднять. Нет, шалишь, на пулю надо отвечать пулей.
— Заткнись, эсеровский подпевала. Хочешь воевать—иди. Других не подстрекай, а то получишь.
Александр Белышев был доволен реакцией товарищей и продолжал читать.
В последующие дни газета обошла все кубрики. Тезисы доклада В.И. Ленина получили одобрение подавляющего большинства команды.
Команда корабля с энтузиазмом встретила известие о создании Центробалта и избрала в него своего представителя. Сначала им был матрос Зоткевич, а потом — Белышев.
На крейсере состоялись перевыборы судового комитета. В новый состав вошли большевики Курков, Лукичев, Андреев, Липатов, Ковалевский. Председателем избрали Белышева. Вскоре сменился и командир корабля: старший лейтенант Никонов, убедившись в окончательном выходе команды из повиновения, добился списания с «Авроры» и командование крейсером передал старшему офицеру Лейтенанту Эриксону.
Став председателем судового комитета, Белышев прежде всего собрал митинг, на котором авроровцы приняли резолюцию в защиту В.И. Ленина и большевиков, обвиненных Временным правительством в измене. Потом на крейсере стало известно о состоявшемся VI съезде партии и его решениях. А 19 сентября была получена телеграмма от Центробалта. В ней говорилось: Временное правительство больше не признавать и распоряжений его не выполнять.
Белышев показал телеграмму Эриксону. Тот пытался возразить:
— Это открытое неповиновение правительству. В таких условиях дисциплины не будет. И вообще, на корабле воцарится анархия.
— Будет не анархия, а настоящий революционный порядок. Так что потрудитесь держать нас в курсе получаемых приказов.
Эриксону ничего не оставалось, как согласиться.
В середине октября «Аврору» посетил председатель Центробалта П.Е. Дыбенко. Он твердо предупредил:
— Без разрешения Центробалта в море не выходить. «Аврора» нужна в Петрограде.
Наступили исторические дни. Белышев понимал, что каждый час могли разыграться решающие события в борьбе за победу пролетарской революции. 24 октября на корабль прибежал дежуривший в Смольном машинист Сергей Бабин.
— Кажется, началось, Саша. На, прочти, — и Бабин передал Белышеву предписание Военно-революционного комитета. Тот торопливо пробежал текст: «Петроградскому Совету грозит прямая опасность. Ночью контрреволюционные заговорщики пытались вызвать из окрестностей юнкеров и ударные батальоны в Петроград. Предписывается судно привести в боевую готовность. Ждите дальнейших распоряжений. Всякое промедление и замешательство будет рассматриваться как измена революции...»
— К нам юнкера тоже могут нагрянуть. Приготовим им крепкую встречу. Товарищи, — отдал Белышев распоряжение матросам,— пулеметы на мостики. Передайте Огневу и другим комендорам: от орудий не отходить, вахтенным: кроме связных, на берег никого не отпускать.
События развивались в стремительном темпе. Приказы и распоряжения следовали друг за другом и звали к действию. К полудню из Смольного передали: представителям судового комитета срочно явиться в ВРК к товарищу Свердлову. Пошли Белышев и Лукичев.
В Смольном их провели в комнату, в которой находился Я.М. Свердлов. Он по бескозыркам узнал авроровцев. Стал расспрашивать о жизни на корабле, настроениях команды, офицеров. Остался доволен, узнав, что на крейсере сорок два большевика.
— Сорок два человека—это же сила! Надо только сплотить вокруг себя остальных, зажечь их верой в победу.
— Команда способна выполнить все, что прикажет Военно-революционный комитет, — ответил Белышев. — Большинство ребят горой стоят за революцию.
— Это хорошо. Владимир Ильич Ленин дает вам наказ: в любой момент быть готовыми принять участие в вооруженном восстании. По поручению Центрального Комитета вы, товарищ Белышев, назначаетесь комиссаром Военно-революционного комитета на крейсере «Аврора». Теперь вы фактический руководитель крупного боевого корабля. За все действия корабля и команды головой отвечаете перед Военно-революционным комитетом.
Я.М. Свердлов взял со стола бланк мандата и вписал в него фамилию Белышева.
Вернувшись на корабль, Белышев твердо объявил Эриксону и офицерам:
— Я назначен комиссаром крейсера. С этого момента все приказы и распоряжения будут выполняться только с моей санкции.
В тот же день, 24 октября, на крейсер приехал секретарь ВРК В.А. Антонов-Овсеенко. Белышев доложил ему: на корабль идет погрузка снарядов, машины готовятся к опробованию.
— Опробуете в Неве. И не только машины, — многозначительно сказал Антонов-Овсеенко. — В Неве крейсер поставьте так, чтобы Зимний был под угрозой ваших орудий. Юнкера и Временное правительство должны увидеть: мы с ними шутить не намерены.
Ночью, едва Белышев задремал, его разбудили и передали очередное предписание из Смольного. Оно было адресовано ему, комиссару «Авроры», и требовало: «Всеми имеющимися средствами восстановить движение по Николаевскому мосту». Все мосты на Неве, за исключением Николаевского, патрулировались отрядами Красной Гвардии. И вот теперь ставилась задача овладеть и этим мостом.
Эриксон и офицеры отказались вести «Аврору» в Неву.
— Посадим корабль на мель. Я не могу и не имею права рисковать крейсером! — заявил Эриксон.
— Мы проверили фарватер. До самого моста глубина нормальная.
— Нет, не могу, — наотрез отказался командир. И потом добавил, когда они остались вдвоем с Белышевым: — Если ваше восстание провалится, нас с вами на рее повесят.
В этом и была главная причина отказа Эриксона. Поняв ее, Белышев приказал арестовать командира и офицеров корабля. У дверей их кают выставили часовых.
— Поведем сами! Андрей, — обратился комиссар к унтер- офицеру Тихонычеву, — поднимай пары. Захарову и Аникееву— со мной на ходовой мостик. Командуй, Сергей! — приказал он Захарову.
Гулко заработали машины. Крейсер вздрогнул и стал медленно отходить от стенки. Лишь тогда лейтенант Эриксон согласился вступить в командование и довести корабль до моста.
В три часа ночи «Аврора» бросила якорь у Николаевского моста. Включили прожектор. Его луч уперся в разведенный пролет. В полумраке послышались выстрелы и промелькнули фигуры разбегающихся юнкеров. Матросы быстро свели разведенный мост.
Утром 25 октября на корабль доставили воззвание Военно-революционного комитета:
— Приказали передать в эфир. Действуй, комиссар.
Белышев бегло пробежал текст. Лицо его озарилось светом, сердце охватило волнение. Приказал:
— Большой сбор. Всех наверх!
Со всех концов корабля матросы гурьбой сбежались на верхнюю палубу.
— Товарищи! — обратился к ним Белышев. — Временное правительство низложено. Революция победила. Власть перешла в руки Советов. Да здравствует революция рабочих, солдат и крестьян!
Сообщение было встречено всеобщим ликованием. Матросы кричали «ура», обнимались, подбрасывали вверх головные уборы, поздравляли друг друга с победой. Радости не было конца. Тут же историческое обращение «К гражданам России» через радиостанцию «Авроры» понеслось в эфир.
Днем на крейсер снова поднялся Антонов-Овсеенко. Как и в прошлый раз, он был энергичен, деловит. Сообщил Белышеву, что В.И. Ленин находится в Смольном и лично руководит восстанием. Уже заняты вокзалы, телеграф, почта, все правительственные учреждения. Временное правительство под защитой юнкеров окопалось в Зимнем дворце, который окружен восставшими. Его часы сочтены.
— Если не сдадутся — возьмем штурмом. Начало штурма — выстрел «Авроры». Огонь открыть по сигналу с Петропавловской крепости.
— Как бы своих не перебить, — заметил Белышев. — Наши, орудия все вокруг разнесут в пух и в прах.
— Это верно. Дворец окружен почти вплотную и можно беды наделать. Тогда вот что: сначала сделаете один-два холостых выстрела. А если потребуется, ударите боевыми.
— Понятно.
Несколько позже на «Аврору» поступил приказ ВРК, подтвердивший устное распоряжение Антонова-Овсеенко — дать холостой выстрел в девять часов вечера.
— Приготовить баковое орудие! — приказал Белышев комендору Евдокиму Огневу.
Огнев зарядил орудие холостым зарядом.
Белышев, Липатов, Лукичев, еще несколько большевиков крейсера собрались на мостике. Ждут. Стрелки часов передвигаются медленно-медленно. А сигнала с Петропавловской крепости все нет и нет.
— Включить прожектор!
По этой команде комиссара синеватое лезвие луча рассекло темноту. Белышев еще раз посмотрел на часы: половина десятого. Наконец небо полоснула зеленая ракета, а с набережной замигали фонари заранее выставленных сигнальщиков.
— Носовое, пли! — скомандовал комиссар.
Ударила носовая шестидюймовка. По Неве пошел гул. Со стороны Зимнего послышалась ружейная и пулеметная перестрелки. Затем донеслось могучее «ура!». Комиссар Александр Белышев знал: то восставший пролетариат Петрограда и революционная армия пошли на штурм последнего оплота старого мира. Над страной вставала заря Свободы.

После демобилизации с флота в 1918 году некоторое время жил в Петрограде. В конце 1918 года вернулся на родину. Работал слесарем-механиком на 2-м Государственном авторемонтном заводе в Родниках. Избирался председателем Иваново-Вознесенского губернского отдела профсоюза транспортных рабочих. С января по декабрь 1922 года был управляющим губернского транспортного отдела.
В сентябре 1923 года переехал в Петроград. Работал на телефонном заводе «Красная заря», где его избрали членом бюро партийной организации и председателем заводского комитета профсоюза. В 1929—1931 годах был заместителем директора центральной лаборатории проводной связи.
В 1935 окончил Ленинградскую промакадемию и работал по специальности, главный механик завода «Ленэнерго».
В годы Великой Отечественной войны 1941 – 1945 принимал участие в обеспечении деятельности «Дороги жизни», снабжении Ленинграда топливом.


Белышев Александр Викторович

Персональный пенсионер.
Старый большевик Белышев ушел из жизни 29 августа 1974 г. Похоронен на Большеохтинском кладбище Ленинграда.

Память:
- Именем Александра Викторовича названа улица в Санкт-Петербурге;
- В корабельном музее крейсера «Аврора» установлен бронзовый бюст А.В. Белышева.


Мемориальная доска из белого мрамора. «Здесь, в здании бывшего Мальцевского ремесленного училища, в 1908-1913 годах учился Белышев Александр Викторович – первый комиссар революционного крейсера «Аврора»

25 октября 1977 г. в связи с 60-летием Октября Владимирскому авиаМеханическому Техникуму было присвоено имя Александра Викторовича Белышева.
В техникуме открыт музей его имени, где собран богатый материал о нем и о самом техникуме. За сто лет учебное заведение подготовило около 15 тысяч специалистов для промышленности страны.

Источник:
В. Буланцов, Я. Москвитин КОМИССАР «АВРОРЫ».

Copyright © 2020 Любовь безусловная


Категория: Революция 1917 | Добавил: Николай (10.03.2020)
Просмотров: 24 | Теги: 1917, Владимир | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

Поиск

Владимирский Край



Славянский ВЕДИЗМ

РОЗА МИРА

Вход на сайт

Обратная связь
Имя отправителя *:
E-mail отправителя *:
Web-site:
Тема письма:
Текст сообщения *:
Код безопасности *:



Copyright MyCorp © 2020
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика