Главная
Регистрация
Вход
Среда
26.01.2022
10:53
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Меню

Категории раздела
Святые [142]
Русь [11]
Метаистория [7]
Владимир [1444]
Суздаль [439]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [468]
Музеи Владимирской области [62]
Монастыри [7]
Судогда [11]
Собинка [135]
Юрьев [242]
Судогодский район [111]
Москва [42]
Петушки [163]
Гусь [179]
Вязники [325]
Камешково [112]
Ковров [412]
Гороховец [127]
Александров [277]
Переславль [115]
Кольчугино [96]
История [39]
Киржач [89]
Шуя [110]
Религия [5]
Иваново [65]
Селиваново [42]
Гаврилов Пасад [9]
Меленки [116]
Писатели и поэты [163]
Промышленность [106]
Учебные заведения [146]
Владимирская губерния [41]
Революция 1917 [50]
Новгород [4]
Лимурия [1]
Сельское хозяйство [76]
Медицина [57]
Муромские поэты [6]
художники [43]
Лесное хозяйство [17]
Владимирская энциклопедия [2067]
архитекторы [10]
краеведение [62]
Отечественная война [265]
архив [8]
обряды [21]
История Земли [12]
Тюрьма [26]
Жертвы политических репрессий [38]
Воины-интернационалисты [14]
спорт [31]
Оргтруд [29]

Статистика

Онлайн всего: 36
Гостей: 35
Пользователей: 1
Николай
Яндекс.Метрика ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Суздаль

Епископ Суздальский Иоанн IV (Братолюбов)

Иоанн IV (Братолюбов) - епископ Суздальский

Иоанн IV (Братолюбов) (16 [28] июня 1882, Казань — 27 февраля 1968, Ульяновск) — епископ Суздальский, архиепископ Ульяновский и Мелекесский.

Сергей Васильевич Братолюбов родился 16 июня 1882 г. в г. Казани в семье законоучителя 2-й казанской гимназии протоиерея Василия Степановича Братолюбова (1841—1909) в городе Казани Казанской губернии. Отец в 1909 году был удостоен редкой для священника награды — его жене (Софья Александровна, урождённая Плетнева) и детям пожаловано потомственное дворянство.
Последовательно учился в Казанском духовном училище, затем Казанской духовной семинарии и Казанской духовной академии. В 1906 году окончил Казанскую духовную академию со степенью кандидата богословия.
21 декабря 1906 года (3 января 1907 года) определён на должность помощника инспектора в Симбирскую духовную семинарию.
Неизвестно, в какое именно время созревает у него решение стать монахом, - очевидно, давно, т.к., с детства, по утверждению знающих людей, будущий архипастырь юродствовал. В 1907 г. архиепископ Симбирский и Сызранский Иаков (Пятницкий) в Жадовской Казанской пустыни Симбирской епархии постриг Сергея в монашество, с наречением имени Иоанн в честь преподобного Иоанна Лествичника. 18 апреля (1 мая) 1907 года рукоположён во иеродиакона архиепископом Иаковом, на следующий день был рукоположён в сан иеромонаха.
24 августа (6 сентября) 1907 года церковное начальство переводит о. Иоанна на должность помощника смотрителя в Усть-Сысольское Духовное училище.
С апреля по октябрь 1907 года занимал должность в духовных учебных заведениях Пермской епархии — помощника смотрителя Соликамского духовного училища, а с сентября по октябрь 1908 г. — преподавал гомилетику и литургику в Пермской духовной семинарии.
С сентября 1909 года — исправляющий должность епархиального миссионера Олонецкой епархии.
С 27 мая (9 июня) 1910 года — преподаватель обличительного богословия в Олонецкой духовной семинарии, ведал также религиозно-нравственными чтениями для жителей района Голиковке в г. Петрозаводске.
Очевидно, о. Иоанн проявляет большое старание в монастырском служении и обнаруживает высокую духовную устремленность, т.к. уже в 1912 г. он возводится в сан архимандрита и 8 (21) сентября 1912 года назначается в Могилевскую пастырскую школу заведующим.
С 12 (25) августа 1914 года — смотритель Каргопольского духовного училища.
28 октября (10 ноября) 1915 года уволен от духовно-учебной службы за перемещением его на службу по ведомству протопресвитера военного и морского духовенства. Состоял в распоряжении духовного начальства Олонецкой епархии.
С 28 декабря 1916 года (10 января 1917 года) — помощник начальника Житомирского училища пастырства.
С 3 (16) сентября 1917 года — исполнял должность настоятеля в Тюменском Троицком монастыре Тобольской епархии.
С 1920 по май 1921 года служил в селе Пятницком и Усть-Тунгузка Енисейской епархии.
С июня 1921 года — настоятель Тобольского Знаменского второклассного монастыря.
22 января 1922 года — патриархом Тихоном, ныне канонизированным Русской Православной Церковью как святой, определён на кафедру епископа Берёзовского, викария Тобольской епархии.
С 1 июня 1922 года по резолюции Тобольского архиепископа Николая исполнял обязанности настоятеля Обдорских церквей и управлял церквами Берёзовского викариатства в сане архимандрита с правом служения на орлецах и с дикирием и трикирием.
В 1922 году привлекался к суду по обвинению в «сокрытии ценностей», но был оправдан.
19 мая 1923 году Керженским епископом Павлом (Волковым) был определен исполнять пастырские обязанности в Керженском единоверческом женском монастыре.
1 августа 1923 года в Москве был хиротонисан во епископа Берёзовского, викария Тобольской епархии. Хиротонию совершили патриарх Московский и всея России Тихон, архиепископ Уральский Тихон (Оболенский), епископ Каширский Николай (Могилевский) и епископ Иннокентий (Летяев).
С 10 июля по 4 августа 1924 года временно управлял Иркутской епархией.
4 (17) августа 1924 года назначен епископом Воткинским, викарием Сарапульской епархии.
С апреля 1926 по 13 июля 1927 г. – епископ Суздальский, викарий Владимирской епархии.
С 13 июля 1927 года — епископ Шацкий, викарий Тамбовской епархии, при этом проживал в Воткинске.
С 27 февраля 1929 года — епископ Уральский и Покровский. С 12 сентября 1930 года — епископом Курганский.
Все эти годы были очень трудными в жизни Русской Православной Церкви. Это было время гонений на тех архиереев и священников, которые не перешли к "обновленцам" и остались верны истинной Церкви.

23 октября 1931 года был арестован как «член к/р организации». Находился в заключении в Свердловском ГПУ. Проходил по групповому делу «архиепископа Синеокова-Андреевского. Тюменская обл., 1932 г.». 14 мая 1932 года Коллегией ОГПУ приговорен к пяти годам исправительно-трудовых лагерей. Отбывал наказание с июля 1932 года в Ташкентском лагере, а с 4 апреля 1933 года по 30 октября 1936 года был в Бек-Буди Узбекской ССР.
О всех его дальнейших испытаниях дает представление документ, найденный в Ульяновском областном государственном архиве: рапорт, написанный самим архиепископом Иоанном 28 января 1954 г. в Президиум Верховного Совета СССР (Р - 3705, оп. 1, ед. хр. № 30, с. 53):
"Будучи Епископом Курганским я 23. 10. 1931 г. был арестован, находился в заключении в Свердловском ГПУ, осужден по статье 58, п. 10-11 на 5 лет, отбывал наказание с июля 1932 г. в Ташкентском лагере, а с 4-го апреля 1933 г. по 30 октября 1936 г. был в Бек-Буди Узбекской ССР. С 12 декабря 1936 г. по 16 октября 1937 г. по своей инвалидности проживал в г. Казани. 16 октября 1937 г. был арестован и постановлением Тройки НКВД ТАССР по "Кра" 29 ноября 1937 г. приговорен на 10 лет и отбывал наказание в 7-м отделении Сев. Ураллаге НКВД до 9 февраля 1943 г., когда (в порядке директивы НКВД НКЮ и Прокурора СССР от 23 октября 1942 г. за № 467 (18-71) 117 с.) освобожден досрочно".
Особо доверенным людям, своим прихожанам, он признавался, вспоминая время, проведенное в сталинских лагерях, что никогда не шел на компромиссы с лагерным начальством, а потому постоянно получал самый жесткий лагерный режим. Прихожанка храма Воскресения Христова в г. Ульяновске Анна Алексеевна вспоминает, что ее подруга Наталья, служившая келейницей у владыки, привезла ему в лагерь хлеба. А он в это время сидел на пеньке, опустив голову и руки. Умирал от голода. "Если бы ты сегодня не приехала, меня бы уже не увидела". Только Бог уберег его от гибели в нечеловеческих условиях. Сам он ощущал главной своей духовной задачей в этих условиях - сохранить верность Господу во что бы то ни стало: "Я в ссылке не поддавался. С какими словами ушел, с такими и вернулся". То есть владыка Иоанн в годину испытаний сумел сохранить Слово Божие и верность Истине Христовой.
9 февраля 1943 года в порядке директивы НКВД НКЮ и Прокурора СССР от 23 октября 1942 г. за № 467 (18-71) 117 с.) освобождён досрочно.
Его досрочное освобождение из лагерей НКВД стало частью общего изменения ситуации, сложившейся в СССР вокруг Православной Церкви в годы Великой Отечественной Войны. Дело в том, что почти с самого начала войны с Германией И.В. Сталин под давлением обстоятельств изменил политику советского правительства в отношении РПЦ. "Полностью прекратилась антирелигиозная пропаганда, была свернута деятельность "Союза воинствующих безбожников"... В июле-августе 1941 г. еще нередки были аресты священнослужителей, но с осени они почти прекратились. Более того, из лагерей освободили десятки священнослужителей, в том числе к сентябрю 1943 г. шесть архиепископов и пять епископов" (История Русской Православной Церкви. Т. 1. 1917-1970. СПб, 1997. С. 320). В числе освобожденных пяти епископов был и владыка Иоанн.
С 21 июня 1943 года — архиепископ Сарапульский. 8 июля того же года на него возложено временное попечение об Удмуртской епархии, «с возношением имени Преосвященного в храмах Удмуртской епархии на общем основании».
8 сентября 1943 года был участником Московского Собора, избравшим Патриархом митрополита Сергия (Страгородского).
С 19 ноября — архиепископ Ижевский.
С 14 февраля 1945 года — архиепископ Уфимский и Башкирский.
18 ноября 1948 года уволен на покой с назначением местожительства в Жировицком монастыре Минской епархии.
До 28 января 1953 г. проживал на покое в Жировицком монастыре Барановической области Беларусской ССР.
27 января 1953 года назначен временно управляющим Ульяновской епархией. Первый, подписанный им в этом качестве документ, сохранившийся в архиве, относится к 19 февраля 1953 г. Этим документом он назначает протоиерея Димитрия Ермишина благочинным 2-го округа, в который входили восемь церквей: церкви в г. Мелекессе, с. Ивановке, с. Бирле, с. Кокрята, с. Теньковке, Мордовской Карагуже, с. Лаве, с. Кашинке. Всего же Ульяновская епархия была разделена владыкой Иоанном на 2 благочиннических округа.
По приезде в г. Ульяновск владыка устроился в церкви на ул. Водников. Здание, в котором располагалась церковь на ул. Водников (д. 17), не строилось как храм. Оно было выстроено в 1887 г. Деревянное, на кирпичном фундаменте. Общая площадь его была ко времени закрытия церкви в июне 1959 г. всего 136 квадратных метра. Ничем особо примечательным это здание не отличалось, ибо строилось оно в свое время как клуб водников, а к 50-м годам использовалось как общежитие работников речного порта г. Ульяновска. Судьба здания резко изменилась в октябре 1941 г., когда в Симбирск-Ульяновск прибыл в эвакуацию из Москвы Местоблюститель Патриаршего Престола митрополит Сергий (Страгородский ) со своей свитой. Общежитие в очень короткие сроки было переоборудовано под главный храм Ульяновска. Причем на втором этаже располагалась пристройка, предназначенная для кельи митрополита Сергия. Вот в этой-то пристройке и поселился по приезде своем в Симбирск в 1953 г. владыка Иоанн. Иногда, даже не будучи на службе в храме, он строго следил за ее правильным исполнением из своей кельи.
4 июня 1953 года утвержден архиепископом Ульяновским и Мелекесским.
21 мая 1959 года уволен на покой по болезни с проживанием в Ульяновске, причём нового назначения на Ульяновскую кафедру не последовало (в рамках политики КПСС по «сокращению числа епархий»).
Архиепископ Иоанн скончался 27 февраля 1968 года в городе Ульяновске Ульяновской области, в возрасте 85 лет. Отпевание в Неопалимовском храме совершил епископ Сызранский Иоанн (Снычёв). Похоронен в в Ульяновске на городском кладбище.
Реабилитирован Прокуратурой Тюменской области в 1990 году по приговору 1932 года.

***

Его современники свидетельствовали, что архиепископ Иоанн (Братолюбов) был человеком и архиереем весьма необычным. Он так горел любовию к Богу, что с детских лет начал юродствовать.
Один ульяновский священник вспоминал: "Его знал весь город. Всегда ему уступали место. Но он этим никогда не пользовался. За хлебом, за молоком ходил, всегда выстаивал очередь.
Блажил. Ходил в женской одежде. У него была шапка с длинными ушами. Ходил на каблуках, а нижнее белье, когда лежал в больнице, носил женское". В самом деле: о том, что владыка сам ходил за продуктами в магазин, не посылая туда свою келейницу Наталью, вспоминали те, кто его знал. Вел он себя с чрезвычайной скромностью, приходил не в епископской одежде, а как простой мирянин. Лишь те, кто знал его как владыку, узнавали его и старались чем-то помочь. Ольга Яковлевна Былинина вспоминала, что когда она еще только начинала свою трудовую деятельность и работала продавцом, она часто видела в своем магазине владыку Иоанна и даже просила свою подругу из молочного отдела уступить ей место, чтобы налить молока любимому пастырю. В первый раз, обслужив владыку, она с радостью сообщила своему отцу, человеку глубоко воцерковленному, что наливала архиепископу молоко. Отец же строго наказал ей никогда не брать с владыки денег за молоко.
Многие говорили, что и одевался архиепископ Иоанн очень необычно: носил женскую одежду. Но почти никто не знал, почему он это делал. На самом же деле владыка глубоко почитал как поистине человека святой жизни игумению Екатерину, сопровождавшую его в его странствиях, как говорят, со времен его заключения. Мария Семеновна Маслова, хорошо знавшая владыку, говорила, что игумения Екатерина редко выходила из своей кельи, была прозорлива и даже ей был дан дар чудотворения. Когда она умерла, владыка, в уподобление подвига святой блаженной Ксении Петербургской, стал носить одежду матушки Екатерины.
За внешней необычностью, за юродством владыки Иоанна скрывалась молитва и покаяние, аскетизм, истинное служение Всевышнему. Уборища храма Неопалимой Купины Татьяна Александровна Лаврентьева рассказывала в день св. Архистратига Божьего Михаила в 1998 г.: "Я много-то о нем не знаю. Но как слышала, он взял на себя юродство - как бы для спасения не только личного, но и всей епархии своей, всего нашего города. Он одевался в женскую одежду, туфли на каблуках. Подошел однажды к колонке и кричит, и плачет: "Хотя бы 40 раз в день говорите каждый: "Господи, помилуй!". Ведь мы погибаем. Город должен провалиться. Какая будет беда, какой ужас и страх. Куда пойдем?" Сильно, говорят, плакал наш владыка".
Многие верующие православные в Ульяновске встречались с владыкой Иоанном и не могли его забыть уже всю жизнь: от него веяло духовной силой, необычно сильной верой, сугубо монашеской аскезой. Тамара Ивановна Белова, прихожанка храма Неопалимой Купины поведала о своей встрече с ним в то время, когда ей было 17 лет: "Я видела архиепископа Иоанна один раз в жизни. На Пасху владыка служил в Неопалимой Купине. И после службы его выводили под руки. Я пробилась к нему поближе: хотелось хоть что-нибудь от него услышать. Он остановился, перекрестил весь народ и шепотом сказал: "Благославляю". А глаза у него все это время были закрыты. Я этому очень удивилась. Спустилась к своей тетке, инокине Спасского женского монастыря Матрене, и говорю ей:
- Услышала одно слово.
- Какое?
- Благославляю.
- Это хорошо.
- А почему у него глаза закрыты?
- Чтобы не видеть почитания.
Это был поистине духовный орел!"
Архиепископ Иоанн отличался необычайной скромностью в быту. Он не только выстаивал в общей очереди за хлебом и молоком, но и ездил в трамвае. Матушка Александра, прихожанка храма Воскресения Христова, видевшая владыку Иоанна (она с 1926 г. рождения - и всю жизнь ходила в церковь) говорила: "Садился владыка Иоанн в трамвай в рясе, ботиночки на каблуках, в шапочке".
Келейщиком и секретарем архиепископа Иоанна, в его бытность в храме по ул. Водников, был о. Борис (Крыжин). С юных лет о. Борис возрастал в церкви на Водников, 17. Был пономарем, иподиаконом, псаломщиком. Вот что он говорил о почитаемом архиепископе: "Мне как келейщику и личному секретарю архиепископа Иоанна приходилось с ним много ездить по епархии. Служить нам не дозволялось по закону ни в одном приходе. Мы только навещали приходы. Приедем, навестим, справимся о состоянии дел в приходе и уедем. Владыка был очень строг и требователен к выполнению церковного устава... Он был необычайно строгий постник - великий. Мясо никогда не вкушал. Был необычайно скромен, не любил никакой роскоши. Вел жизнь поистине праведническую. Очень почитал житие и труды св. Иоанна Лествичника, читал его творения с амвона (особенно в посты) в соборе. О своих "отсидках" в лагерях никогда не говорил, уклоняясь от назойливых вопросов. Служил он в основном в Соборе и в храме Неопалимой Купины, иногда в храме Воскресения Христова. Мне он подарил Библию, Евангелие, даже посуду - такой был добрый".
Мария Семеновна Маслова утверждала, что владыка был прозорлив. Как-то в Петров пост она сильно занедужила. Пришла к архиепископу Иоанну за благословением на операцию. Он ее благословил и сказал, что операция пройдет успешно и ничего бояться не надо: "Иди, иди, не жди, не бойся". В самом деле, операцию сделали безболезненно и на удивление быстро - всего за 11 минут. И выздоровление по молитвам владыки Иоанна шло чрезвычайно быстро. Мария Семеновна старалась найти работу возле собора, чтобы не пропускать службы. Сама просилась в ночные смены, а днем пела в хоре. За такое верное отношение к церкви и любил ее владыка. Когда подходила она к нему благословляться, разводил руками, как бы отодвигая от себя народ: "Отойдите все, ко мне Мария идет". Подарил ей кошку свою.
Когда владыка уже умирал, лежал в постели тяжело больной, Мария Семеновна, работавшая на швейной фабрике Кима, как-то ушла сама с недомоганием с работы, отпросившись раньше времени. Прошла мимо дома владыки, не заглянув к нему. Он же, хотя и не мог ее видеть в окно, тотчас сказал: "И что это Мария прошла мимо, почему не заглянула?" Эта фраза была у него на языке, по свидетельству келейницы Натальи, несколько дней,- пока не пришла Мария Семеновна. При этом он сказал: "Ты же душу мою держишь". Удивительно, что сразу после ухода Марии Семеновны он умер.
Хорошо знавшая владыку прихожанка храма Воскресения Христова г. Ульяновска Анна Алексеевна (она вместе с Натальей ухаживала за владыкой в последние годы его жизни и теперь живет в оставшемся после него доме) говорила, что по дому архиепископ Иоанн всегда любил ходить "крестом". Иподиакон Нижегородской епархии Игорь, бывший прихожанин указанного храма в г. Ульяновске, вспоминал, что его родная бабушка рассказала ему о том, как владыка укротил бурю на Волге. Архиепископу с клиром и некоторыми прихожанами нужно было перебраться за Волгу - на ее восточный берег. Туда ходил паром. Но в это время началась буря. Все небо стало черным-черно. На великую реку с расходившимися волнами страшно было смотреть.
- Владыко, куда нам переправляться,- мы же утонем!
Испуг и страх были общими. Но владыка сказал:
- Престол ждет!
А потом помолчал немного и добавил:
- Помолимся, отцы!
И крестом благословил взбесившуюся реку. После краткой молитвы Волга утихла и архиепископ с клиром переправился на пароме на другой берег.
Владыка был чрезвычайно нищелюбив. Он старался всегда хоть что-нибудь, да подать нищим и всегда был окружен ими. Особенно же любил юродивого Василия Ивановича Жировова, ходившего вокруг храма Воскресения Христова с пряником в кармане пиджака. Сам Василий Иванович признавался в разговоре с доверенными людьми: "Архиепископ Иоанн мне все просфору выносил". Сытых же и богатых как бы чурался, не приближал их к себе. Очень любил своих духовных чад.
Очевидно, ко времени приезда в Ульяновскую Епархию владыки Иоанна, здесь сложилась достаточно непростая обстановка. Владыке пришлось столкнуться с большими сложностями, коренящимися в нестроениях церковной жизни г. Ульяновска и Димитровграда, в особенности в попытках некоторых настоятелей укрыть доходы приходов от епархиального начальства. Владыка много ездил по своей епархии, налаживая духовную и материальную жизнь приходов. Время было тяжелое, церковь находилась под строгим надзором государства. В самой церкви было много неустройств. Далеко не все верующие понимали высоту духовной жизни архиепископа Иоанна и его подвиг юродства, который, по их мнению, не подходит для архиерея. Усугублялось дело и тем, что владыка был чрезвычайно строг к тем настоятелям церквей, которые позволяли себе утаивать деньги и не предоставлять точную отчетность. Такие настоятели не только позволяли себе грубые, оскорбительные выходки в отношении архиерея, который, по их мнению, был легко уязвим, т.к. не шел на сотрудничество со светскими властями, но и организовывали на него доносы в Патриархию и уполномоченному по делам религий.
Оскорбительно и дерзко выглядит описание архиепископа Иоанна глазами доносчиков. В жизни же, наоборот, люди преклонялись перед духовным обликом своего владыки, любили его, чувствовали, что он - проводник Божьей правды. А суть "злодейства" архиепископа Иоанна в доносе раскрывается позже: "Остающиеся излишки причтовой доходности, по нашему мнению, должны оставаться в пользу церкви (прихода). Тогда как архиерей Ульяновский эти деньги забирает... Если настоятель храма передает ему денег на 2-3 тысячи менее, то он кричит на него: вор, плут, мошенник - украл деньги".
О. Борис (Крыжин), в свое время наблюдавший все эти сцены, вспоминал: "Он требовал, чтобы духовенство не занималось воровством, он правильно требовал".
Много помогала архиепископу Иоанну в его деятельности своими советами игумения Екатерина. О. Борис вспоминал и о ней: "Женщина она была благодатная, умная, сдержанная во всем... Жила она тоже на Водников-17 - после закрытия Спасского женского монастыря. Жила при епархии, помогая, в чем могла, владыке... давала ему советы даже по управлению епархией". Умерла она в 1956 г. и похоронена рядом с архиепископом Иоанном на кладбище у храма Воскресения Христова... Интересно, что после смерти игумении люди как-то позабыли о ней. Владыка Иоанн скорбел, что православные г. Ульяновска не смогли оценить ее духовный подвиг по достоинству. Мало кто приходил к ней на могилку. За несколько недель до смерти архиепископа его келейница Анна Алексеевна спросила его:
- Владыко, а может, еще поправитесь, еще поживете?
На что он ответил очень характерно:
- Дорожку к Екатерине укажу.
После смерти владыки люди, приходившие к нему на могилку, в своих молитвах всегда поминали и игумению Екатерину, так как они оказались похороненными в одной оградке на городском кладбище недалеко от церкви Воскресения Христова. И доныне их поминают всегда вместе. Действительно, владыка "указал дорожку" к игумении.
Между тем обстановка вокруг истинных верующих и пастырей церкви в стране все более осложнялась. Неуступчивый в вопросах веры и по-монашески аскетичный владыка, по воспоминаниям о. Бориса Крыжина, "чувствовал, что его могут отправить на покой (возраст у него уже был преклонный), а епархию просто ликвидировать - и заранее купил дом в Собачьем переулке (ныне это 1-й переулок Рылеева, дом № 1). Он переехал в этот дом еще до того, как забрали кафедральный собор на Водников".
Перед закрытием епархии в 1958 г., в Ульяновск приезжал управляющий делами Московской патриархии Пимен (будущий Патриарх РПЦ). "Приехал он Великим Постом и служил в кафедральном соборе. Читал пышный канон св. Андрея Критского" (о. Борис).
Вскоре вопрос о закрытии кафедрального собора на ул. Водников встал вплотную. Каким образом производилось закрытие храма, дает представление "Заключение о закрытии церкви на ул. Водников г. Ульяновска", подписанное уполномоченным Совета по делам РПЦ при Совмине СССР по Ульяновской области М. Кошманом 11 июня 1959 г. (ГАУД, Р-3705, оп. 1, Ех. 39, стр. 58-61). Собор был закрыт якобы по просьбам трудящихся, которым мешал спать звон колоколов и которые организовали несколько статей по этому поводу в областную газету "Ульяновская правда". Кроме того, противопожарная безопасность собора не соответствовала нормам.
Вскоре храм был закрыт. Закрыта была и Ульяновская епархия. Владыка поселился в заранее купленном домике в Собачьем переулке. Вела его хозяйство келейница Наталья, а помогала ей Анна Алексеевна.
С 1959 г. и до самой своей честной кончины архиепископ, попавший в опалу к светским властям, жил одиноко. Особенно обидно было то, что к нему, очевидно, из-за боязни, не приходили и священники, многие из которых начали свою службу в церкви под его началом и были рукоположены им в священнический сан. Редкие из них заглядывали в домик владыки Иоанна.
Главное, что делал владыка при жизни, был призыв к покаянию. Анна Алексеевна рассказывает, что архиепископ даже перед кончиной в дни своей болезни все время повторял: "Мне нужно сказать народу". Будучи крайне ослабевшим, он вдруг, словно молодой энергичный человек, вскакивал с кровати и с силой обувался в валенки.
- Владыко, вы куда? Вам нельзя вставать, ложитесь!
- Мне нужно сказать народу.
И шел к соседу-коммунисту, который, несмотря на свою партийную принадлежность, внимательно слушал владыку Иоанна, призывавшего к покаянию и рассказывавшему о другой, небесной жизни. Слушал более получаса. Келейницы Наталья и Анна жестами давали понять владыке, что сосед донесет на него, но он их не слушал, продолжал проповедь. Так велико в нем было стремление призывать людей к покаянию.
За несколько дней до смерти его келейницы говорили ему:
- Владыко, надо бы позвать священника - приобщить Вас.
На что архиепископ ответил:
- Не надо звать, сами придут.
В субботу и воскресенье они еще более настойчиво предлагали позвать священника со Святыми Дарами. Но у владыки ответ был прежний: "Сами придут".
И в самом деле в понедельник пришел священник, которого никто не приглашал. Он и приобщил владыку Иоанна Святых Христовых Тайн.
27 февраля 1968 г. в возрасте 85 лет окончилась жизнь владыки Иоанна, великого молитвенника и постника.

Источник:
Владимир Мельник. ИОАНН, архиепископ Ульяновский (в миру Братолюбов Сергей Васильевич) [Электронный ресурс] // ПРАВОСЛАВИЕ.RU : [сайт]. – 2001. – URL: https://pravoslavie.ru/archiv/archiereology08.htm
Владимирская энциклопедия

Категория: Суздаль | Добавил: Николай (03.12.2021)
Просмотров: 32 | Теги: архиепископ, Суздаль | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

ПОИСК по сайту




Владимирский Край


>

Славянский ВЕДИЗМ

РОЗА МИРА

Вход на сайт

Обратная связь
Имя отправителя *:
E-mail отправителя *:
Web-site:
Тема письма:
Текст сообщения *:
Код безопасности *:



Copyright MyCorp © 2022
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru