Главная
Регистрация
Вход
Вторник
13.11.2018
21:54
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

Мини чат

ПРАВОСЛАВИЕ

Славянский ВЕДИЗМ

Оцените мой сайт
Оцените мой сайт
Всего ответов: 536

Категории раздела
Святые [132]
Русь [11]
Метаистория [7]
Владимир [970]
Суздаль [314]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [312]
Музеи Владимирской области [56]
Монастыри [5]
Судогда [5]
Собинка [49]
Юрьев [114]
Судогда [37]
Москва [42]
Покров [71]
Гусь [101]
Вязники [183]
Камешково [53]
Ковров [278]
Гороховец [76]
Александров [159]
Переславль [91]
Кольчугино [37]
История [15]
Киржач [39]
Шуя [84]
Религия [2]
Иваново [34]
Селиваново [13]
Гаврилов Пасад [8]
Меленки [28]
Писатели и поэты [9]
Промышленность [54]
Учебные заведения [20]
Владимирская губерния [21]
Революция 1917 [44]
Новгород [4]
Лимурия [1]
Сельское хозяйство [73]
Медицина [22]
Муромские поэты [5]

Статистика

Онлайн всего: 30
Гостей: 30
Пользователей: 0

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Вязники

Вязниковский уезд Владимирской губернии в 1867 году

Вязниковский уезд Владимирской губернии в 1867 году

(Этнографический очерк)

Вязниковский уезд, как замечательный в торговом отношении селениями, в них ярмарками, базарами, рукомеслами местных жителей и их внутренней и внешней промышленностью, известной под общим названием офенской, не раз пользовался вниманием многих просвещенных лиц, как для изучения местного характера торговли и, так и описания особенностей населения; жизнь народа, как и везде, сложилась под влиянием суеверия и предрассудков и различно проявляется в своеобычных нравах и обрядах.
Составленное нами описание, в своем кратком очерке, займет меньшую, но центральную часть уезда, в которое войдут населенные местности: село Никольское, Южа тож, деревни: Омелово, Нефедово, Тарантаево, Костяево, Реброво, Сойна и Русина.

Село Южа лежит при старой большой дороге, ведущей из губ. гор. Владимира в губ. гор. Нижний — Новгород, в расстоянии от гор. Вязников 50, Шуи 50, Коврова 50 и торговой слободы Холуя (известной своими оптовыми ярмарками и иконописью) 8 верстах; принадлежащие же к селу Юже селения расположены от нее по направлению к слободе Холую, некоторые на большой дороге, другие возле, так что дальняя от села деревня Русина отстоит от слободы в 2-х верстах.
Во всех селениях жителей обоего пола до 1500 душ; вероисповедания православного.
Население местности относится к отдаленным временам истории. Первыми обитателями здесь, как говорит предание, были татары.
Коренной промысел жителей составляет Офенство.
Земля при всех селениях супесчаная и частью песчаная, окруженная болотами и лесами, по свойству своему способная быть производительной, но при незначительном удобрении полей, дурной и небрежной их обработке, посеве тощими зернами и в ненадлежащем количестве урожай редко вознаграждает труд земледельца; иногда едва возвращает некоторым семена. Общеупотребительные посевы хлебов: рожь, овес, греча и в небольшом количестве лен и ярица (В просторечии называется дикуша шелуха, из под нее носит название ракуша.). Греча никогда не засевается чистым зерном, а постоянно ворохом, негодными мелкими зернами, вместе с соломой и сором, оставшимися после молотьбы и веянья сноповой гречи на гумне.
Мирские поля делятся между крестьянами узкими и длинными полосами; при всех общественных расчетах и раскладках принимается в основание тягло, называемое рубль, полтягла полтина, четверть тягла четь рубля.
Поемные луга, расположенные при реках Клязьме и Тезе, в расстоянии от селении в 4 и 6 верстах, дают хороший урожай сена, а потому и время, употребляемое для сенокошения их от 2-х до 3-х недель, почитается лучшим в течение всего лета.
За неделю до сенокосной поры, крестьяне из всех деревень, преимущественно в праздничный день, собираются полным сходом в село, где наговорившись и поспорив досыта, с общего согласия разметывают между собой по жеребью луговые пожни (участки) по вытно; каждая выть по числу тягол состоит из одной или двух деревень; по предварительному осмотру в натуре травы, выть по жеребью делится на паи, в пае участвуют несколько крестьян домохозяев.

8-го июля, в день Казанской Божией Матери, крестьяне выезжают на луга и устраивают в разных местах, возле воды, на доставшихся по жеребью участках, временные помещения — шалаши, из тонкого теса и гонотья (негодные драницы).
Шалаши ставят лицевой стороной к восходу солнца, по несколько в ряд — слободками; они служат защитой от дождя, а также хранилищем разных вещей и съестных припасов, как предметов первой необходимости, для временного жилья крестьянского семейства. Перед шалашами подвешиваются на деревянных козлах котлы, для варки обеда и ужина, а неподалеку от шалашей развешиваются в разных местах холщовые белые полога, для спанья, в предохранение от нападения комаров и мошек, которых на лугах в это время года бывает множество.
На другой, или третий день переселяются на луга почти все из деревень, в них остаются домовничать старики, старухи и под их попечительством и надзором малолетние дети.
Луга оживляются деятельностью по всем направлениям, работа идет успешно и весело. В уборке сена участвуют мужчины и женщины; все отличаются полупраздничным сельским нарядом: женщины цветными, ситцевыми сарафанами и платками ярких цветок на голове и плечах; мужчины — красными сорочками из кумача, синими бумажными и плисовыми шараварами. Все пестрой и движущейся толпой, с песнями, то рисуются в зелени кустарных растений, то отсвечиваются в зеркале синей и светлой поверхности воды озера или реки. В праздничный день несколько изменяется картина: будничный наряд заменяется более щеголеватым костюмом: женщины и девушки охорашиваются, с свойственным им кокетством, в платьях шерстяных, бумажных и шелковых материй; мужчины с размашистыми манерами и заискивающими физиономиями являются в суконных сюртуках разных покроев, пестрых жилетках, картузах и шляпах и тем совершенно отнимается в нарядах вся прелесть сельской просты.
Праздничный день пожилыми посвящается отдохновению, а молодыми своего рода удовольствиям: поют песни, гуляют по берегу, играют в горелки, катаются на лодке (ботнике), придумывают различные игры, иные ловят рыбу и шумно, и весело проводят день. Вечером замелькают в разных местах огоньки, разведенные у шалашей под котлами для приготовления ужина, и своим полутусклым красноватым блеском освещают окрестность и в различных позах группы собравшихся обитателей; звучно и уныло переносит эхо вдаль простую задушевную русскую их песню, дружно усиленную десятками голосов и глубоко прочувствованную хором.
Селения редко посещаются крестьянами — домохозяевами, лишь только в крайней надобности и то не надолго, молодые же люди едва ли вспомнят о доме: им так люб, так мил, так дорог простор и труд общей сенокосной жизни, которая заметно для них самих проходит не без приятных впечатлений, молодые парни стараются быть лучше, нежели как на самом деле, усердно ухаживают за девушками, оказывают им всевозможное внимание, расположение, окружают их любезностью и угощают их гостинцами — орехами, пряниками и проч. Не одно ретивое устоит от такого милого соблазна и невольно забьется беспечным счастьем молодости, словом между молодыми людьми возникают и складываются приятные отношения, а потому окончание уборки сена и возвращение в селения сопровождается грустным сознанием очарования и затаенным вздохом о милом прошлом.
После сенокошения следуют в деревнях незначительные занятия, изредка прерываемые деревенскими праздниками, установленные обычаями, и обязательно посещаемые соседями из окружных деревень. К этому дню каждый крестьянин приготовляет печную брагу, из ржаной муки, различные закуски, закупают гостинцы — орехи, изюм, медовые пряники и проч. лакомства. Пришедших гостей угощают в одно время брагой, чаем, вином, закуской, медом и десертом. В главе праздничного угощения всегда стоит брага, ее охотно подносят гостям и того охотнее выпивается последними. Праздничное бражничество продолжается до 3-х дней, иные хотя и остаются в деревне дольше срока, уничтожать остатки браги и проч., но это исключение допускается для почетных гостей: сельского, или волостного начальства, или богатого и влиятельного офени. Молодые люди также не упускают случая повеселиться на празднике и беззаботно участвуют в хороводах, песнях и играх, почти до солнечного восхода.
Вываживают также на ближайшие поля навоз, под посев озимого ржаного хлеба, большей частью помочью, т. е. приглашают шабров (соседей) и соединенными силами одним днем заканчивают вывозку навоза; за эту услугу бывших на помочи кормят обедом, ужином и угощают брагой и вином. Через несколько времени разбрасывают навоз на полях и порят пар, т. е. обрабатывают землю под посев ржи. Вскоре подоспеет жнитво (жатва) ржаница (ржи) и яровины (овса и гречи). Женщины и девушки целые дни стоят перегнувшись на пашне до земли и усердно жнут первоначально рожь, потом яровые хлеба, овес и ярицу, ставя сжатый сноповой хлеб снопами в пирамидальные кучки; вечером того дня подъезжают кряквы (дроги), на которые накладывают снопы большим возом и отвозят к овину, где к утру сушат его и ранней зарей дружно молотят на ладони (гумне) высушенный сноповой хлеб; женщины позавтракав отправляются в поле дожинать хлеб, а мужчины на гумно веять обмолоченный хлеб. После уборки всех хлебов косится мужчинами греча, женщины граблями собирают ее в кучки и те же кряквы отвозят ее к овину, потом засевают озимь; таким образом работа идет безостановочно и успешно. Сушка хлеба на овинах не всегда бывает благополучна: малейшая не осмотрительность сушившего приносит в жертву огню, как сам овин, так и все что имеется возле него. При таком несчастном случае домохозяину запрещается принимать личное участие в тушении пожара, а должен неупустительно исполнить суеверный обычай предков: идти в поле на зады и стать лицом в сторону противоположную к пожару, для того, чтобы огонь не мог распространиться на соседние овины и постройки. По прекращении пожара, он возвращается на пепелище с упреком к себе в допущенной неосторожности, но ничуть не исправляется и на будущее время.

По прекращении полевых работ, следует ряд свадеб и тем возбуждается внимание и любопытство населения: туда ходила сваха, там было рукобитье и сговор, здесь усватали девку ... Подруги девушки, хотя с завистью в сердце, а спешат к невесте послушать ее вопленья, ее развлечь и утешить, а также принять участие в шитье приданых вещей. У избы просватанной невесты под вечер всегда собирается толпа любопытных, чтобы все высмотреть, узнать и послушать весьма известный им причет невесты. За этими событиями пытливо следят в селении женщины и при встречах на улице с знакомыми не наговорятся досыта с выражением то удивления, покачивая головой, то страха за последствия от предстоящего брака, высказанного по секрету таинственным полушепотом, не менее словоохотливой слушальнице: простившись друг с другом, они непременно несколько раз обернутся назад и дополняют прерванный разговор отрывочными загадочными словами, понятными только для них и далеко отойдя друг от друга еще раз посмотрят вслед с желанием сообщить что-нибудь новое, но отдаленность расстояния лишает возможности экзальтированных приятельниц поделиться наплывшими умозаключениями, что заставляет их торопливо спешить домой или к соседу и выложить весь запас новостей перед не менее любопытными и внимательными слушателями.
Течение же событий совершается своим путем: вот рано утром выходит из ворот дома пожилая женщина с озабоченным лицом, тепло укутанная; вокруг внимательно озирается; глядя на церковь, набожно крестится; делает несколько шагов вперед и вопросительно повертывается к своей избе, в этот миг выбрасывают из ворот вслед ей осиновое полено (Суеверная примета: если полено (расколотое) ляжет плашмя, то означает успех, если ребром — неудачу.), она одобрительно кивает головой и продолжает идти по назначению; подойдя к соседнему или иному дому, на минуту останавливается в раздумье и поспешно входит в избу, где три раза мерно крестится с поясными поклонами образам и, после обычных приветствий хозяевам дома, торопливо садится на лавку под подматок (деревянная балка связывающая вверху строение), и тем обнаруживает причину раннего своего посещения: в ней узнают сваху.
Свахой избирается пожилая женщина и близкая родственница жениху. Она тотчас приступает к допросу родителей девушки: отдатчица ли она у них, или нет? На положительное да, сваха объясняет кто жених, какие могут быть требования приданного, какие условия жизни и сколько могут дать выкупу деньгами за невесту; расточает также похвалу жениху, рисует в радужном свете перспективу будущего довольства и счастья от предстоящего брака, словом, сваха, как и всегда, старается уладить с успехом сватовство.
При согласии родителей выдать дочь в замужество за предлагаемого жениха, делается в доме их вечером того дня, или на другой день, сговор и рукобитье; на этот случай сзываются родные невесты для совета и отец жениха, для окончательных условий сватовства; решив участь девушки и назначив день свадьбы, сваты (Отец жениха и отец невесты.) бьют по рукам и стаканом водки скрепляют свое согласие честного слова навсегда: не было примера, чтобы после рукобитья не состоялась свадьба, хотя большей частью родители не справляются с желанием дочери; воля их для нее священна!..
На другой день рукобитья жених присылает невесте для выкройки свои рубашку и порты, по которым она должна из цветного холста, собственного рукоделья, сама сшить одно о другое в подарок жениху.
По вечерам собираются к ней подруги с желанием послушать вопленья невесты, для чего она садится на лавку, под ноги подставляет небольшую скамейку, опускает на руки голову и печальным напевом плача голосит причитыванья:
К ПОДРУГАМ
Подите добро пожаловать
Ко мому горю великому,
Что заели меня во чужи люди
Родимой то мой батюшка
Со родимой то с матушкой;
Завеши меня горьку-горюху
Отступились, отшатились от меня.
Что заевши меня горькую,
Не приступятся, не пришатятся.
Не прогневайтесь подруженьки,
Что я вас горькая не встретила
Середи двора широкова,
Середи моста тесовова,
Не отворила вам тесовую дверь,
Не пристала я на резвы ноги,
Не приклонила вам буйну голову:
Не пошли мои ноги резвыя,
Сокатилась моя буйна голова
Со моех-те плечь могучих,
Со моех-те слез горючиих!..
Невеста неутешно плачет навзрыд, подруги стараются ее утешить: «полноко, полно матка! Чай уж и так надсадилась сердешная... не то мы уйдем». Невеста на короткое время стихает, как бы собираясь с новыми силами и обращается с таким же печальным воплем к своей замужней сестре, или снохе, а если нет ни той, ни другой, то к тетке.
К СЕСТРЕ:
Ты поди матушка, размила сестра,
Что долго ко мне не побываешь
Ко мому горю великому,
Что заели меня приятели —
Разболезной мой батюшко
Со приятушкой матушкой
Еще молоду и зелену.
Матушка, размила сестра
Ты послушайко, разлебедушко,
Что тея я буду спрашивать —
Каково житье во чужих людех
У чужова отца с матерью
У чужова рода племени?
Проникнувшись чувством участия к невесте, сестра, подпершись рукой в щеку, а другую руку подложив под локоть и сбочив на сторону голову, ответно голосит.
К НЕВЕСТЕ:
Ты послушай-ко размила сестра,
Что тее я буду говорить:
Не ровно житье во чужих людех
У чужова то отца с матерью,
У чужова-то роду племени
Что живу я горько-горюха,
Что живу я — проклажаюся
У чужова отца с матерью!..
Опять следуют утешения подруг невесте и просят ее сестру ненадсаживать более невесту, иначе грозят уйти, но невеста предупреждает их: встает с места, усердно утирает платком глаза и охотно провожает подруг из избы до следующего вечера. Подобные церемонии продолжаются каждый вечер до дня свадьбы, от одной до двух недель. Невеста все это время никуда не выходит, жених также, и они не видят друг друга до дня свадьбы.
Накануне свадьбы подруги топят для невесты баню; ходят к жениху за мылом и брагой и с различными песнями моют ее в бане, а брагой поддают каменку, в заключение невеста провопит им известный причет и подруги, как совершившие обязательный подвиг, самодовольно возвращаются по домам.
В день свадебного обряда невеста встает очень рано, садится за стол и, подпершись руками в голову, вопит к матери.
Ты послушай-ко родима матушко,
Что тея я буду спрашивать:
Что спалась-ли тее темна ночь?
А мне горькой не уснулося!
На белой зоре призабылося,
Не хорош мне сон привиделся:
Через наш-ли высок терем,
Что летят те гуси лебеди;
Кричат они жалобнехонько:
«Проспала ты красна девица
Свою красоту ты красную!»
Подойди родима матушка
Ко мому столу дубовому
Ты накройко буйну голову...
Мать подходит к дочери, ознаменовывает ее крестом в покрывает у ней голову платком, дочь тем же напевом благодарит мать:
Спасибо родима матушка,
Что накрыла буйну головушку!..
Вскоре приходят родные невесты, сваха и подруги; одна из подруг, пользующаяся особенным расположением невесты, подходит к ней и начинает расплетать косу; в это время невеста вопит к подруге.
Как стоят у тебя ноги резвыя,
Моя матушка подруженька?
Как поднялись у тебя руки белыя
На мою ли то буйну голову,
На мою-ли косу русую?
Я пущу тко свою красоту
На любезную подруженьку,
Ты красуйсь-ка моя подружен
Моя красота хорошая,
Моя матушка подруженька
Она тебе не полюбится
Не полюбится, не покажется;
Моя красота не сироцкая,
Моя красота хорошая.
Пустить мне свою красоту
На луга пустить в зеленые,
На лугах она загуляется
Со светочками замешается!..
Распущенные на голове у невесты волосы перевязывают у затылка цветной лентой, сряжают невесту к венцу: надевают на нее цветной сарафан и шубу. В настоящее время этот обычный наряд начинает утрачиваться, не редко можно видеть под венцом невесту в шелковом платье и пальто, но во всяком случае подвенечный наряд сопровождается предохранительными мерами: от колдовства и порчи вкалывают на спине в сорочку две скрещенные булавки, кладут в чулки и башмаки бодягу и проч.
Совсем одетая невеста обращается к отцу, потом к матери с просьбой дать ей благословение, выражая свою просьбу пением на тот же печально грустный мотив, как предыдущие:
К ОТЦУ:
Ты послушай болезной батюшка,
Что тее я буду говорить:
Уж как я стану, горько-горюха
Уж просить у тея благословления
На веки нерушимова,
Чтобы жить мне, не погибнути,
Что мне жить во чужих людех
У чужова отца с матерью,
У чужова роду племени.
Отец образом благословляет дочь и передает образ матери; невеста обращается к ней с той же просьбой, по окончании которой мать благословляет дочь.
Если же выходит замуж сирота, то посажеными отцом и матерью бывают, крестные, или дядя с теткой, или наконец посторонние; просьба сироты-невесты о благословении у посаженных, высказывается более в грустном напеве и выражениях:
Снарядить меня есть кому,
К злату венцу везти есть кому,
Благословить меня не кому:
Нет родимаго батюшки
Со любезной матушки.
Как пойду я горько-горюха
Я ко Божьей ко церкови,
Я ударю в большой колокол —
Не раступится-ль мать сыра земля,
Не раскроется ль гробова доска,
Не распахнется-ль топко полотно,
Что ко этому ль ко часику
Не встанет ли родимый батюшка
Благословить горьку горюху!..
После благословения родителей невеста в последний раз вопит вышепомещенные причеты подругам и сестре, за тем ожидают послов от жениха; невесту сажают на приготовленное для нее место — на лавку покрытую шубой, за столом накрытым столесником (скатертью), в переднем (образном) углу избы. По правую руку, рядом с невестой помещается сваха. Вскоре со звонками и поездом подъезжает жених к церкви и посылает дружку с полружьем за невестой (В этом поезде жених с дружком и подружьем едет впереди всех, в телеге с верхом, на тройке, с поддужными колокольчиками и позвонками, за ним в открытых телегах едут поезжане родные жениха.). Послы являются в избу к невесте, крестятся, раскланиваются, приветствуют всех присутствующих и спрашивают сваху: готова-ли невеста? Сваха отвечает уклончиво: дружка требует ковш с водой, или квасом и подносит свахе в виде любезного угощения: «пожалуйте отведать!» Сваха внимательно смотрит в ковш и, ничего в нем для себя интересного не видя, говорит: «невеста чай не железный грош, даром штоль наровишь взять вона какой!». Дружка, не смущаясь, с достоинством бросает в ковше гривенник; сваха зорко следит за полетом монеты и торопливо выхватывает из ковша ее и покорно возвещает дружке, что невеста готова: хоть сейчас под венец. Тотчас следуют сборы и невеста сопровождаемая свахой, дружком, подружьем, родными и гостями, отправляется в церковь (В поезде невеста едет вместе со свахой, в телеге с верхом, на тройке с колокольчиками, в таком только случае, если невеста и жених из окрестных с деревень; когда же невеста или жених из ела, то большею частью шествие совершается в церковь пешком.). Родители ее остаются дома и по уходе всех садятся на шубу — место невесты и крепко обнимаясь целуются, желая тем дочери хорошее супружество.
Под венцом невеста должна быть в шубе, а жених в чупане (род чуйки из домашнего сукна); примета, если жених с невестой одновременно крестятся, означает согласие в будущем, — розно —дурное житье.
Если свадьба произошла у сельских, то новобрачных ведут до дома в венцах с зажженными в руках свечами и в сопровождении духовенства в полном облачении; — замечают у кого раньше потухнет свеча, тому прежде и умереть.
По приходе или приезде молодых в дом невесты, или жениха, смотря по условию свадебного договора, сват сдает невесту жениху и потом они принимают благословение от родителей.
После чего столуют (обедают) молодые, миряне и гордые (Миряне — свадебные гости со стороны жениха; гордые — со стороны невесты.); но прежде всего новобрачных угощают вареным куриным ицом (яйцом), разрезанным пополам, каждому по отдельной половине, чтобы ладно жили, а также кормят молоком, чтобы были белы дети; потом следует общий обед, состоящий из холодного студня, лапши со свининой, жареной баранины, телятины и сальника; в промежутках при перемене кушанья пьют брагу, вино и водки, подслащиваемые, по требованию мирян, поцелуями молодых. На другой день свадьбы, дружка с подружьем ходят по селению для сбора яиц на белила и румяны молодым, вместо которых сами состряпают яишницу и угощают оставшихся гостей; дня через три совершенно оканчивается свадебное празднество. Новобрачная первую неделю своего замужества обязывается обычаем, не выходит никуда из дома.
Описанный нами свадебный обряд в настоящее время начинает изменяться и даже утрачиваться, со времени уничтожения крепостного права и устройства при селе Юже бумаго-прядильной фабрики.
Рождественский пост прекращает свадебные обряды до весны. Все население обращает серьезное внимание на приближающуюся Введенскую ярмарку, открывающуюся в слободе Холуе 21 ноября (Многие офени отправляются в дорогу торговать с Успенской ярмарки — 15-го августа, с 21-го же ноября уходят запоздавшие офени и более торгующие мелочным товаром, или поступающие в услужение.). Офени с нетерпением ожидают этого дня, когда они могут удовлетворить своим стремлениям в предположенных идеях и снова начать свою бродячую жизнь, полную свободы и верного барыша.
Наступившая ярмарка совершенно перерождает офеню: он больше не занимается семейным очагом; вся его энергическая деятельность устремляется выгоднее приобрести товар, или иному поступить к богатому офене в возовые прикащики, или подрушные к возовому, за условленное или обещанное вознаграждение — на честное слово.
Несколько дней ярмарки произведут совершенную суматоху в семье офени: он, как чуждый член семьи, заботится поскорее отправиться в дорогу, готовый забыть родных, семью и все-что дорого ценил он сердцем, — может быть только что молодую жену… Бывали случаи, что определившийся офеня к богатому торговцу в низовых губерниях, или Сибири, или у увлеченный успехами торговли в этих местах остается там на неопределенное время и совершенно забывает о своей оставленной семье и родине. Проживя несколько лет вдали, — на крайнем севере, — в силу каких либо обстоятельств, возвращается на родину, как блудный сын, но увы! Встречает вместо молодой, хорошенькой жены, женщину истомившуюся в ожиданиях и на которую время положило свою разрушительную печать старости. Иногда отшатнувшийся вдаль офеня умирает или теряется в неизвестности своего существования, а жена, прождав много лет и утратив всю прелесть и свежесть молодости, сокрушенно старится, дряхлеет и умирает, напрасно ожидая для себя заветного семейного счастья! Но подобные случаи редки; большей частью торгующие офени, прикащики и служащие отлучаются из дома на одну лишь зиму, а весной всегда возвращаются в места жительства.
На зимнее время мало остается в селениях мужчин, — одни лишь женщины; на обязанности их лежат все домашние работы и мирские задели; рубят в лесу дрова, бревна, переваживают на лошадях к домам, отправляют некоторые мирские службы по деревне и проч. В крепостное время жена деревенского десятника, за отсутствием своего мужа, исправляла его должность и исполняла его обязанности, — также с палкой в руке подойдет к окну, постучит в стену, тем вызывает в окно голову из живущих в избе, и серьезно передает какие—либо приказания вотчинного начальства.
В долгие, зимние вечера молодые женщины и девушки собираются на посидки в заранее приготовленную избу, у какой-нибудь, на краю селения, килейницы (Келейницами называют всех тех престарелых женщин — сирот, у которых нет средств вести хозяйство и нести тягло, и живут нищенством и знахарством.). За такое одолжение каждая из посетительниц приносить с собой дрова, лучину и кусок хлеба ради Христа килейнице. На посидках прядут первое время шерсть кулелями, потом лен на гребнях мычками и во время работ играют (поют) разные песни; посидки посещают также молодые парни, оставшиеся в селениях, и участвуют в хору пения, иногда приносят с собой различные лакомства, любезно прислуживают в зажигании лучины, укрепляя ее в поставце, между тем зорко подстерегают девушек; когда они по какой-нибудь случайной надобности сойдут с донца гребня, тогда они стремительно бросаются скорее занять место девушки и силой оспаривают это право друг у друга; появление девушки, при виде своего места занятым, сопровождается смущением и она робко и убедительно упрашивает уступить ее место, на что парень не соглашается без выкупа и девушка покорно, но стыдливо целует его и тем восстановляет на время утраченное право, по прежнему усаживается на донце, продолжает прясть и петь песни и далеко за полночь прекращаются работы на посидках. — По уходе мужчин собеседницы здесь же ложатся спать, а ранним утром возвращаются по домам до следующего вечера.
Рождественские праздники изменяют препровождение времени: днем посещают родных и знакомых и ими взаимно посещаются. В первый вечер рождественских праздников собираются толпами небольшие мальчики и девочки, ходят под окна изб в селении, кричат коледу:
Коледа, коледа!
По вечеру Рождества
Дома ли хозяин?
Нет его дома —
Уехал в поле
Пошеницу сеять (Иногда поют: «Тay таусень Дай кишке пирожка» и проч. без начальных шести строк.).
Дай кишке пирожка
Как не дашь пирожка кишке,
Уведем корову за рога
И за задни ворота,
Привяжем к столбу,
Ушибем метлой.
Песенникам подают из окон кокуры (пресные — хлебные лепешки) и пироги из ржаной муки без начинки; все это по окончании коледы делят между собою поровну. В последующие вечера молодежь собирается в избу петь песни и их посещают иногда маскированные, называемые в просторечии святки, появление которых вызывает крик ужаса, или дружный хохот, если какой-нибудь озорник внезапно явился страшно ряжоным в вывороченной шубе, с выпачканою в сажу рожею, рогами и хвостом, в виде домового, иди медведя или неизвестной какой чучелы.
На новый год в семействе, где есть девушка, пекут блины и с первым блином по утру она выбегает за ворота на улицу и замечает с которой стороны идет, или едет кто, тем определяет откуда будет суженый жених; сверх того вечерами гадают о суженом: бросают через вороты лапоть, мостят мосток, бегают слушать под окно и проч. общественные способы гаданья.
После рождественских праздников следуют те же посидки: прядут лен и разнообразят вечер песнями, изредка прерываемые шуткой баловня—парня; потом наступает сырная неделя — масленой: едят блины, бражничиют и катаются на лошадях в санках простых и расписных; лошадей обвешивают бубенчиками и колокольчиками, а также заплетают в гривы цветные лоскутья разных материй в виде лент; к дуге подвязывают по несколько колокольчиков и с красными флагами на шестах, прикрепляемых в передке саней, разъезжают длинной вереницей по улицам селений с песнями, шумом и разнозвучным тоном колокольчиков. По сторонам улиц стоят шпалерой не принимающие участия в катанье крестьяне-зрители, приветливо раскланиваясь с знакомыми; иногда какой-нибудь парень—озорник бесцеремонно вваливается в сани и смешит всех своею смелостью и шутками. Таким образом катанье продолжается во всю неделю масляной с утра до ночи, в таком порядке: в первый день масленой изо всех деревень приезжают кататься в село; в следующие дни по деревням; в последнее же воскресенье — заговены опять приезжают все в село, но не на долго, для того только чтобы попросить прощения у знакомых и родных во взаимных прегрешениях и с таким значением объезжаются все окрестные селения. Перед вечером девушки на ручных санках возят парней по улице, для того, чтобы о красной горке выйти за муж. С закатом солнца прекращаются песни и катанье. Великий пост прерывает все общественные удовольствия: женщины в своих избах ткут холсты, а девушки пестрядь на рубашки и порты жениху. Пестрядь всегда бывает цветная: ее ткут из окрашенных нитей красного, синего и белого цвета, в мелкие и крупные клетки рисунка. Также ткут браныя утирки (полотенца), из льняной основы с бумажным утком и с цветными узорчатыми концами; это предназначается для даров почетным гостям во время свадьбы. В праздничные вечера девушки и женщины собираются небольшим обществом к кому-нибудь из килейниц и под ее руководством хором поют стихи духовного содержания. В конце поста многие из офеней возвращаются из дороги, с подарками семье и деньгами для уплаты мирских повинностей; остальные затем офени почто все приходят домой вскоре после пасхи.
Светло Христово Воскресение встречается, как и везде православными, торжественно, благоговейно и радостно; при взаимном христосованьи, существуют все те же приветствия, один и тот же символ — красное яйцо, и добрые по желания.
На пасхальной неделе, в отсутствие духовенства на cлaвленье по деревням с молебнами, звонить в колокола лежит на обязанности прихожан, а потому молодые парни охотно исполняют эту музыку и усердно обивают бока колоколов с утра до сумерек. Независимо от них на колокольню взбираются девушки и с не меньшей ловкостью звонаря, своим оглушительным трезвоном оповещают женихов о скоро приближающейся красной горке и желании их выйти за муж.
Почти у каждого дома ставят из жердей, или тонких бревен, козлы с перекладиной на верху (качели), подвязывают веревки, или дубцы (тонкие шесты), на и их с песнями качаются девушки и парни. В последующие дни от Пасхи до Вознесенья, преимущественно в праздничные и воскресные дни, девушки, молодые женщины, парни и мужчины катают яйца, таким образом: каждый из участвующих в игре ставит на кон яйцо, одно возле другого — в одну прямою линию, с промежутками между ними от 4 до 5 вершков, от середины кона яиц назначается шагах во 100, более или менее по желанию играющих, пункт один для всех, с которого по очереди каждый из играющих бросает мяч (Мяч делается мягкий из льняных хлопьев, или ваты, обшивается тряпицей; величина мяча от 3 до 4-х вершков в диаметре.), — покатом по земле, — в кон яиц; вышибенное яйцо считается выигрышным; в таком виде игра продолжается до тех пор, пока не останется на кону ни одного яйца.
Играют также в веревку: все участвующие в игре слегка поддерживают руками веревку, связанную с концах, а потому образуется круг; в середине круга и веревки находится один из числа играющих, — по жеребью, и старается хитростью и ловкостью поймать чью-нибудь руку на веревке; при таком подмеченном намерении, каждый держащий веревку проворно выпускает ее из рук и отскакивает; но чия—нибудь неосмотрительность выручает ловца из круга и заступает его место пойманный с тем же назначением в игре.
Девушки и молодые женщины водят коровоны (хоровод), берут друг друга за руки, составляют круг и, мерно двигаясь в одну сторону, поют хороводные песни; в кругу иногда находятся женщина и мужчина с платками в руке и делают примеры по смыслу песни. Хоровод всегда окружается тесным кружком зрителей и любопытных.
С Фоминой недели открывается красная горка, снова свадьбы привлекают всеобщее внимание, но ненадолго: обработка полей и посевы хлебов прекращают свадебные события до осени. Лишь только хозяйки наблюдают за поведением домового, который иногда выщипывает у курей на голове перья: в таком случае предупредительная хозяйка подвешивает в курятнике кремнисто-ноздреватый камень, или глиняный рукомойник с отбитым дном, или наконец перебрасывает через нашест на веревке привязанный истоптанный лапоть, чем совершенно умиротворяет домового. А когда ожидаются роды беременной женщины, то запрещается печь хлеб, иначе принесет смерть новорожденному ребенку (Женщину, родившую дочь, в первое время называют робитка, родившую же сына — ржаница.). Перейти кому-нибудь по пути дорогу почитается страшным преступлением у женщин, в убеждении того, что каждый идущий, или едущий, непременно стремится по делу, а потому зачем лишать его успеха и удачи в предприятии! Сделать поклон знакомому, или незнакомому человеку при встрече, считается необходимой вежливостью жителей.

Под влиянием офенской промышленности в этой местности, явилась потребность в грамотности, а потому каждый отец спешит ознакомить сына до 11 летнего возраста с начатками чтения и письма; первоначальным обучением мальчиков занимаюся: в селе дьячок, а в селениях малограмотные крестьяне, которые едва могут передавать ученикам то, что сами неясно знают. Богатых офеней дети получают гораздо большее образование в народных училищах тех городов, где они имели случай проживать; во всяком случае грамотность считается необходимым знанием мужчине; женщине же не дается этого блага, как не приложимое к их занятиям деревенской жизни.
С 11 летнего возраста мальчик приучается к офенству, под руководством отца, или ближайшего родственника. Первая обязанность открывается в качестве сторожа на возу с товаром, потом поступает в подрушные к прикащику, делается прикащиком, наконец сам испытывает счастье с ходячей коробкой; при успешной торговле, расширяет круг своей деятельности и является уже самостоятельным торговцем.
Переходя из одной местности в другую, офеня встречает общества людей с понятиями различными и совершенно иными от его родной семьи; постепенно развиваясь умственно и сглаживая неровности обычных условий своей местности, он является в кругу односельчан человеком передовым и образованным и через то одежда жителей описываемой местности носит характер более городской, нежели сельской: мужчины одеваются в немецкое платье — сюртуки, пальто, шубы крытые сукном и т. п., женщины — в платья из бумажной, шерстяной и шелковой материй, карнолины (кринолина) и проч.; сарафаны считаются за будничный наряд и то только между беднейшими.
Волосы женщины заплетают в две косы и свертывают на голове куфтырком.
Праздничный головной убор у женщин составляет косички или наголовники из одноцветной шелковой материи, затейливо сложенной мелкими складками в виде небольшой шапочки; в будни носят на голове кокуй и повойник и покрывают большим цветным платком; — с непокрытой головой женщине запрещается ходить. Девушки заплетают волосы в одну косу в должны быть с открытой головой; выходя из дому, они иногда повязывают на голову небольшой цветной платочек для украшения, но это прихоть, а не обычный закон.
В названии одежд и частей их жители здешней местности имеют свои наименования: сряды — наряды, Плат - платок, Подширье — большой женский платок, набрасываемый на голову сзади и, два смежных угловых конца пришпиливаются под подбородком булавкой, или завязываются узлом, остальная часть платка свешивается на спину; такая повязка платком преимущественно делается пожилыми женщинами во время утренней, или вечерней молитвы Запон — женский большой фартук, из ветной бумажной, или шелковом материи, показываемый по верх груди.
Накапки — из льняного, синего, клетчатого и полосатого холста, — небольшой фартук с рукавами и завязками на спине, в виде фрака, надетого задом наперед, предназначается утренним костюмом для стряпух. Корзет - женская куртка. Теплушка — женская коротенькая поддевка на меху, или вате, без руковов. Холодник — летнее женское пальто. Чахчуры, Чеверики, Кадеты, Чурики женские кожаные башмаки. Босовики — мужские, кожаные башмаки. Бахилы - кожаные чулки для лаптей. Калишки — заменяют в летнее время лапти, сшитые из кожи на сборках и ремнях, — носят пастухи. Поршни — из топких и мелких лык башмаки. Шаптуны — веревочные башмаки. Ступни — лапти из бересты. Голицы — кожаные рукавицы. Воришки — шерстяные вязаные перчатки.

Населенные местности носят общепринятые названия: слобода, село, сельцо и деревня. Лицевая сторона усадьбы называется порядок; жилые помещения крестьян - избой, которые бывают большей частью одноэтажные, в фасаде русской архитектуры; кроются тесом и всегда сопровождаются на длинной жерди скворешницей, или на лицевой стороне избы, немного повыше окон, отводится помещение для скворешниц, устраиваемых в виде продолговатого ящика, с круглым отверстием для пролета скворца, или просто ставят глиняный горшок с пробитой в боку дырой; внутри скворешниц настилают для гнезда хлопки льна, тряпки и т. п. Ранней весной все приготовленные помещения занимаются прилетевшими скворцами и утешают жителей своим пением, когда самка кладет яйца; по выводе детей пение прекращается и оперившиеся скворцы огромными стадами летают по селению, в конце же лета отлетают на юг. В 2-х этажной избе нижнее помещение называется подклет. Каждый дом состоит из двух срубов, передний назначается для жилья, а задний, как летний называемый клеть, для склада вещей, одежды и припасов; промежуток между срубами под одной кровлей с настланным полом называется мост (сени) с пристроенным крыльцом; с моста ведут двери в жилую избу; при входе в нее слева русская печь с дымовой трубой и площадкой для спанья, возле нее, по ниже площадки на 1 аршин прикрепляется на столбах помост из досок шириной в 1 аршин, называемый голубец; от него до пола несколько приступов для входа на голубец, площадку печи и полати, которые устраиваются на 1 арш. от потолка в висячем положении, поддерживаемые балкой, идущей oт печи в противоположную стену; справа при входе намощен кудник в уровень с лавками, вдоль стены; он служит вместо кровати; в переднем углу справа открытый киот с образами темной живописи, а перед ним стол; от полатей вдоль стен тянутся полки, а на стене, к которой примыкает печка, несколько полок, для постановки и склада разных хозяйственных вещей; промежуток отведенный под голубец, к лицевой стороне печки закрывается небольшим шкапчиком с полками и растворчатыми на две половинки дверцами; он служит для хранения мыла, сальных свечей и разной мелочи; против шкапчика на полу ставится деревянная лохань, над ней подвешивается на веревке или железном пруту рукомойник, а с боку возле шкапчика висит на гвоздке утирка (полотенце); под голубцем устраивается ход в подполье (погреб); на стенах развешиваются картины плохой литогpaфии. Клеть, как выше сказано, служит хранилищем вещей и припасов, но для этого отгораживается в стороне небольшой чуланчик, остальное помещение предназначается для приема гостей в праздничные события. Клеть освещается в небольшие окна с железными решетками. Промежуток между потолком и кровлей называется подволока. Двор крытый тесом на столбах; в заднем углу устраивается из тонких бревен небольшая изба — омшенник на мху, для отелившихся коров в зимнее время.

НАЗВАНИЕ ХОЗЯЙСТВЕННЫХ ВЕЩЕЙ, УТВАРИ И ПP.
Колгушка — небольшая деревянная чашка;
Кринка — глиняный горшок, обвитый ленточкой берестой, — назначается для молока;
Курган — стеклянный кувшин;
Кошелка — небольшая круглая корзинка, плетеная из лозы; в большем размере называется кузов.
Бакоушка — небольшая четырехугольная корзинка, плетеная из драниц.
Пещер — кошель плетеный из лык и бересты.
Бурак — продолговатый цилиндр, свернутый из широкой бересты, для воды и кваса.
Жбан — деревянное ведро с крышкой, для кваса, с дугообразной рукояткой наверху и с приделанным на боку рогом, через который пьют квас.
Коробье — лубочные сундуки овальной формы, делаемые из распластанной осины ободом, с пришивным дном и створчатой крышкой, служит для белья и нарядов.
Приемцы- столовая вилка.
Чунки — подсанки, употребляемые при рабочих санях в перевозке бревен.
Отожь — жерди.
Стожар — оставшаяся жердь из под стога сена.
Ботало — жестяной продолговатый колокольчик, подвешиваемый на шею лошадям.
Cтяк — заостренный кол.
Подок — ручная трость — палка.
Щерба — уха из рыбы.
Кокуры — весенние грибы — сморчок разверстый.
Мел — дрожжи.
Крюкберсень — крыжовник.
Коровники — белые боровые грибы.
Гонобобель — болотная ягода с одуряющим свойством.
Все напитки называются винами, вода же для питья — водкой.

НАЗВАНИЕ ЛИЦ ПО ПОЛОЖЕНИЮ В ОБЩЕСТВЕ, СЕМЬЕ И ПР.
Земской — волостной писарь.
Сноха — невестка.
Швец — портной.
Чаботар - сапожник.
Усопшик — умерший.
Родителями называют всех умерших разных возрастов.
Обдалка — льстивый человек.

НАЗВАНИЕ ЖИВОТНЫХ, ПТИЦ И ПРОЧ.
Бирюк — волк.
Кутенок — щенок собаки.
Одрань — плохая лошадь.
Субережа- бережа — жеребная кобыла.
Сукотка - котная кошка.
Суягна — тож овца.
Пырин, пырка — индейские куры.
Кочет — петух.
Пичушка — общее название небольших птиц.
Корга — ворона.
Башлейка — верховая мелкая рыба.
Пискозоп — рыба пескарь.
Тенятник, мизгирь — паук.
Слепень — большой овод. Вообще оводов, комаров и мошек называют гадом.

СЛОВА, ВЫРАЖАЮЩИЯ ЛАСКУ, ПРИВЕТСТВИЕ И ЧАСТНОСТИ РАЗГОВОРНОГО ЯЗЫКА.
Родители ласкают детей рожоной, болезной, касатик, сударик и проч.; иногда этими словами ласкают и посторонних лиц. При встрече вместе с поклоном всегда опрашивают друг друга о здоровье, наприм. женщины; «могош-ли матка?» ответ — «мо-о-гу». При прощанье произносят протяжно: «про-о-сти!» Официальное приветствие к почетным лицам: «ваше степенство», также пишут в письмах вместо: милостивый государь. До вступления в супружество называют парней полуименами: Ваненко, Васенко, Леска (Александр); девушек: Машенко, Сашенко и проч. Со вступлением в супружество величают по имени и отечеству, что даже при личных рекомендациях говорят вместо я — мы и называют себя Иван Сидорович, Анна Даниловна и пр.
Название «мироед» считается унизительным; этим титулом называется человек живущий на счет общества.
Из бранных слов более употребительные: околоток, озорник, кадола, пострел и т. п.; из клятвенных: право, издохнуть, провалиться, лопни глазынки, изсуши руки, лопни моя утроба, сейчас умереть и пр.
При произношении слов сильно замечается ударение, на о и певучесть голоса в разговоре.

СЛОВА ВЫРАЖАЮЩИЯ РАЗНЫЕ ПОНЯТИЯ:
Блага — дурно.
Баить — говорить.
Восей — недавно.
Ворог — враг.
Вершить — докладывать верх стога сеном.
Верши — рыболовные снасти, сплетенные из ивняка, цилиндрические корзины с конусообразным углублением вовнутрь и небольшим отверстием для прохода рыбы.
Галдит — громко говорить.
Голомя — давно, обыкновенно очень рано.
Гораздо, ложа — хорошо.
Кучился - соскучился.
Коронить — прятать.
Куксить — плакать и протирать глаза сжатой в кулак рукой.
Кношиться — неспокойно лежать.
Колды — когда.
Кульпа — рука без пальцев.
Квиток — денежная расписка.
Маерить — обманывать.
Морокует - кой-что знает.
Минтом — сейчас, скоро.
Мотри, мотряй — смотри.
Марево — жаркий солнечный день.
Меледить — медлить, проводить.
Нишнуть — молчать.
Нешто — да; произносится большей частью по привычке при выслушивании разговора.
Надысь — недавно.
Неедши — не евши.
Наершить — поколотить кого.
Ошпапырился — отрезвился.
Оцапить, оскрябать — сделать царапину.
Обогнуться — укрыться на постели.
Озябешь — озябнешь.
Обмишулился — ошибся.
Озепить — сглазить. Симпатическое средство от болезни сглаза — спрыскивают и обмывают лицо больного святой водой, или водой налитой на печные угли, по которым замечают, если падут на дно, то больной должен умереть, если всплывут на верх, останется жив, но чтобы ослабить болезнь от глаза выбрасывают угли на порог отворенной двери и сильно ее захлопывают, так что угли издают скрип.
Погода — дождь, или снег с ветром.
Прочапить — просыпать.
Под, подикот-по — иди, ступай, отправляйся.
Прытко — шибко, скоро.
Подико-сь — выражает удивление.
Покучься — покланяйся, попроси.
Рушить — резать.
Рястяпи — открыть рот.
Тамо-ди — там.
Втемяшился — попал впросак.
Стябарить — украсть.
Стрыкать - выдаивать у коровы молоко.
Чаи — я думаю.
Чу! — слышу; иногда выражает удивление.
Чива — роскошно, много, выражает довольство жизни.
Шустрый — бoйкий, умный.
Уповот — день делится на две половины с утра до полдня 1-й уповот; с полдня до вечера 2-й уповот.
Кумоха, лихоманка - лихорадка.
Безприменно; в те-поры; глубоко; испить; маненько; пошто; рнавится; сядись; откелева; отселева; терпление; лежись; хворь; отдохнет; упредить; уганула.

Действительный член Владимирского губернского статистического комитета Николай Добрынкин.
Свадебные обряды в слободе Мстере в сер. ХIX века
Детские песни в слободе Мстере, Вязниковского уезда
Жизнь, нравы и обычаи жителей Мстеры в сер. XIX века
Владимирская губерния.

Copyright © 2018 Любовь безусловная


Категория: Вязники | Добавил: Jupiter (05.03.2018)
Просмотров: 268 | Теги: Вязниковский уезд | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

Поиск

Владимирский Край

РОЗА МИРА

Меню

Вход на сайт

Счетчики
ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика


Copyright MyCorp © 2018
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика