Главная
Регистрация
Вход
Пятница
30.10.2020
02:17
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Меню

Категории раздела
Святые [139]
Русь [11]
Метаистория [7]
Владимир [1312]
Суздаль [413]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [424]
Музеи Владимирской области [60]
Монастыри [7]
Судогда [10]
Собинка [113]
Юрьев [222]
Судогда [103]
Москва [42]
Покров [139]
Гусь [151]
Вязники [277]
Камешково [95]
Ковров [376]
Гороховец [119]
Александров [247]
Переславль [112]
Кольчугино [74]
История [39]
Киржач [82]
Шуя [106]
Религия [5]
Иваново [59]
Селиваново [39]
Гаврилов Пасад [9]
Меленки [104]
Писатели и поэты [101]
Промышленность [90]
Учебные заведения [114]
Владимирская губерния [37]
Революция 1917 [50]
Новгород [4]
Лимурия [1]
Сельское хозяйство [75]
Медицина [48]
Муромские поэты [5]
художники [25]
Лесное хозяйство [16]
священники [6]
архитекторы [6]
краеведение [41]
Отечественная война [243]
архив [6]
обряды [15]

Статистика

Онлайн всего: 11
Гостей: 11
Пользователей: 0

Яндекс.Метрика ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Владимир

Владимирские консисторские архивы XVIII в.

Владимирские консисторские архивы XVIII в.

Вопрос об епархиальных консисторских архивах выдвинут был благодаря переполнению их книгами и делами. В 60-х годах XIX столетия в Св. Синод стали поступать представления от епархиальных преосвященных, в которых указывалось на тесноту консисторских архивных помещений и приводились разного рода соображения касательно разбора старых дел консисторий и сокращения их путем уничтожения. Представления этого рода передавались Св. Синодом на рассмотрение особой Высочайше утвержденной Комиссии для разбора дел синодального архива. При обсуждении одного из таких представлений (Вологодского преосвященного), Комиссия сочла нужным представить на благоусмотрение Св. Синода следующие пункты:
1) Хранящиеся в архивах дела отнюдь не могут быть оцениваемы с точки зрения надобности или ненадобности их для движения текущих дел того учреждения, при котором состоит архив. Архивные дела — это драгоценный памятник, который своим содержанием должен отвечать на самые разнообразные вопросы, предъявляемые наукой, и который тем ценнее, чем далее восходит по времени. Между тем в представлениях консисторий часто намечаются к уничтожению такие разряды дел, которые одним своим названием дают возможность безошибочно предполагать богатый научный материал, уничтожение которого повлекло бы за собой невознаградимую потерю для науки.
2) Опыт всякого изучавшего сколько-нибудь предмет по первоначальным источникам в достаточной степени показывает, что означенную выше ценность архивные дела получают не от разряда, к которому относятся, и далее не от общего содержания, а от нескольких, иногда косвенно к нему относящихся указаний. Как часто 2 — 3 строки известного дела или даже менее полагают конец утомительным изысканиям ученого, выводят его из лабиринта противоречий, блистательно оправдывают с трудом составленные предположения и догадки, возводя их на степень научного факта. Очевидно, много нужно иметь осторожности, решая вопрос о сохранении или уничтожении известных дел, даже взятых отдельно, а тем более целыми разрядами и заочно.
Исходя из таких предположений, Комиссия нашла, что прежде чем решаться на такую крайнюю меру, как уничтожение архивных дел, вызываемую при том внешними побуждениями (теснота архивных помещений), просвещенное епархиальное начальство могло бы испытать все остающиеся в его распоряжении средства к сохранению этих дел по крайней мере до тех пор, пока в их полной бесполезности не убедит тщательный разбор их с научной стороны. Одной из лучших мер к такому сохранению, по мнению Комиссии, является изъятие старых дел из консисторских архивов и помещение их в одном из ближайших к консистории монастырей или какой-нибудь церкви, по возможности в самом епархиальном городе, при чем изымаемым делам должен быть предварительно составлен подробный каталог. При этом Комиссия, с своей стороны, надеялась и выражала желание, чтобы помещение архивных дел, обременительных для консистории, в особых местах не было последнею мерою к сохранению их для науки. Было бы желательно, по ее взгляду, чтобы при консисториях учреждались комиссии из наставников семинарии, духовенства и других лиц, интересующихся делом науки, с целью тщательного разбора архивных дел и составления им научных описей. Описи эти могли бы печататься в № Епархиальных Ведомостях, редакции которых без сомнения были бы очень рады подобному свежему материалу, обещающему епархии полную интереса историю. Только тогда, писала в заключение Комиссия, мог бы быть произнесен безошибочный приговор о совершенной бесполезности того или другого дела не только для архива консистории, но и для науки.
Св. Синод, на рассмотрение которого пошло изложенное представление Комиссии, нашел все эти соображения вполне основательными и приказал сообщить циркулярно всем преосвященным, с тем, чтобы они а) в случае встречаемой затруднительности в помещении архивных дел в консисториях, по тесноте консисторских архивов, не прибегая к ходатайству об уничтожении таковых дел, обращали дела эти для хранения в ближайших к консисториям монастырях или церквах и б) в просвещенном внимании к научным интересам приняли возможные, со стороны своей, меры для тщательного разбора архивных дел и составления им ученых описаний посредством особо назначенных для того комиссий в каждой епархии, на изъясненных Высочайше учрежденною для разбора дел синодального архива Комиссией основаниях.
Указ об этом получен был во Владимире 11 февраля 1869 года и пришел сюда как нельзя более благовременно. Старые дела Владимирской консистории хранились во Владимире в подколокольном помещении Рождественского монастыря. Делам этим в начале XIX столетия составлена была инвентарная опись префектом семинарии Никоном Боевским (впоследствии архимандритом Юрьевского Архангельского монастыря) совместно с священником Ильинской церкви Доброхотовым (Разрозненные листы этой описи, свидетельствующие о богатом составе и содержании Владимирского консисторского архива в начале XIX столетия, в нач. ХХ века хранились в подколокольном архиве - верхний этаж.). Очевидно, в начале XIX столетия все старые дела Владимирской консистории лежали в порядке, соответственно №№, поставленным Боевским. Но к 60-м годам порядок этот был нарушен; дела беспорядочными грудами валялись под колокольней и беспощадно уничтожались лицами, имевшими смутное и превратное представление об их ценности. В 1866 году на Владимирскую кафедру назначен был Архиепископ Антоний. Печальное состояние консисторского архива обратило на себя его просвещенное внимание, и по его распоряжению к разбору подколокольного архива приступил член консистории прот. А. Харизоменов, занявшийся этим делом при посредстве консисторских чиновников. Как впоследствии доносил сам прот. Харизоменов, главная задача этого разбора заключалась в том, «чтобы дела ненужные, которых при разборе, по его словам, оказалось на половину, уничтожить и, таким образом, очистить место в помещении архива для хранения более важных документов и решенных по епархиальному управлению дел». Предполагалось, между прочим, уничтожить дела XVIII столетия об училищах при монастырях и церквах, о совращении православных в иные веры, о сложении сана духовными лицами, о проступках духовных лиц, об обозрении церквей преосвященными и др., — короче говоря, имелся в виду один из тех разборов, которых так основательно боялась Высочайше учрежденная Комиссия для разбора дел синодального архива.
К счастию, последовал приведенный выше синодальный указ, и консисторские «канцелярские служители» вынуждены были оставить свои работы под колокольней.
Архиепископ Антоний, в силу синодального указа, решил составить другую комиссию из лиц более подготовленных для составления ими научной описи архива. Но сделано было предложение Владимирскому духовенству и из него никто не откликнулся на призыв архипастыря. Согласились войти в состав новоучреждаемой комиссии только два наставника семинарии: священ. Александр Сервицкий и преподав. Василий Крылов. Для такого количества членов труд научного описания громадного архива оказался, конечно, непосильным. Грандиозность предстоящей работы испугала А. Сервицкого и В. Крылова, и они ограничились только просмотром существующих описей. На этом дело и остановилось. Дела продолжали валяться в беспорядочном состоянии под монастырской колокольней.
Прошло три года. 8 ноября 1872 года Архиепископ Антоний дал Владимирской консистории указ, в котором напоминал об учрежденной для разбора архива Комиссии, «результатов деятельности которой до сих пор еще не видно», и требовал немедленно доставить ему сведения о положении дела и объявить членам, что, в случае дальнейшей медлительности, они могут подвергнуться законному взысканию. В ответ на этот указ член консистории А. Харизоменов вступил к Высокопреосвященнейшему Антонию с пространным докладом, где изложил подробно всю прошлую историю разбора подколокольного архива и проектировал с своей стороны целый ряд мероприятий для дальнейшего более успешного разбора старых дел консистории.
Предложение А. Харизоменова было принято почти целиком. Резолюцией Владыки от 16 мая 1873 года комиссия восполнена была двумя новыми членами: свящ. Борисоглебской церкви города Владимира М. Тихонравовым и преподавателем семинарии архимандритом Митрофаном; последний определен был председателем комиссии. Для занятий комиссии назначили бывшую квартиру секретаря попечительства, в виду того, что в холодном помещении монастырской колокольни заниматься было невозможно. Велено было командировать в помощь комиссии одного из консисторских писцов с вознаграждением, смотря по трудам из консисторских сумм. Архивариусу консистории поручено было привести подколокольный архив в возможно лучший для изучения его и описания порядок.
Казалось бы, что дело теперь должно было вполне наладиться. Но, по словам свящ. Сервицкого, «в слушании резолюции все по принадлежности расписались, но дело от этого не двинулось ни на шаг». Председатель комиссии архимандрит Митрофан не отличался особенной склонностью к архивным занятиям. В июле месяце 1874 г. он по прошению был уволен от звания члена комиссии по разбору архива, и на его место назначен священник Александр Сервицкий. Кроме того в состав комиссии вошли новые члены: архивариус консистории Лесновский и епархиальный архитектор Артлебен.
В июле и августе 1874 года новый председатель комиссии Сервицкий и архивариус Лесновский все дела архива, находившиеся под колокольней, перенесли в бывшую квартиру секретаря попечительства и распределили по годам и разрядам. В сентябре месяце А. Сервицким составлен особый проект разбора Владимирских консисторских дел и описания их. Проект утвержден был епархиальным архиереем. Предполагалось составить подробное описание всех дел, которые по своей исторической важности заслуживают этого. — Оставалось, далее, привести проект в исполнение. Работы по упорядочению и описанию архива, по-видимому, стояли на верном пути и приближались к своему благоприятному разрешению.
Но встретилось снова неожиданное препятствие, которое дало возможность комиссии еще раз отложить дело в долгий ящик. «Оставалось разобрать архив по одобренному проекту, писал впоследствии Сервицкий, но в зимнее время этого делать было нельзя, а с весны 1875 года в архиерейском доме начались различные переделки. Подобранные и упорядоченные до 1800 г. дела архива из квартиры секретаря попечительства волею эконома перетащены в некую каморку с одним окном; все оказалось перемешанным, перебитым; помещения для мало-мальски удобных занятий не стало. Так было и в последующее время, с прибавлением того, что опять весь архив отправили под колокольню, без всякого ведома комиссии».
Архив после всякого рода блужданий оказался, таким образом, на прежнем месте. Вспомнили о нем лишь три года спустя. Летом 1878 года А. Сервицкий, с дозволения преосвящ. Иакова, перенес несколько пачек дел в комнату архиерейской канцелярии и вместе с Артлебеном занялся их разбором и описанием. В течение года Сервицким было прочитано и вчерне описано 302 дела (1733 — 1750 г.). Что касается до остальных членов комиссии, то «Тихонравовым, как докладывал Сервицкий, архив был посещаем, а Крылов должно думать не имел вовсе времени для занятия в архиве». При таких условиях описание обещало затянуться на долгое время.
9 декабря 1878 года на Владимирскую кафедру назначен был Архиепископ Феогност. Ознакомившись с ходом занятий комиссии по разбору архива, составившейся десять лет тому назад и описавшей всего около 400 дел, он сделал попытку сообщить делу более устойчивую постановку. Указом от 16 янв. 1880 г. Арх. Феогност обновил состав комиссии, присоединив к ней новых членов. Из прежних в состав комиссии вошли: А. Сервицкий, оставшийся по прежнему председателем, и Артлебен. Кроме них в комиссию назначены: свящ. Дм. Покровский, Вас. Косаткин и Иоанн Красовский — и столоначальник консистории Экземплярский. Последнему велено быть делопроизводителем комиссии. Над ходом занятий комиссии предполагалось учредить строгий контроль. С этою целью, по требованию указа, каждый член комиссии мог брать к себе на дом от 5 — 10 дел, смотря по объему их, с распиской в особой книге, имеющей храниться у делопроизводителя. Затем, в первых числах каждого месяца в вечернее время по повесткам председателя все члены комиссии должны были собираться в присутствие консистории и заявлять собранию, сколько дел в предшествующем месяце каждым просмотрено, какие из них описаны кратко и какие подробно. Собрание должно было входить в обсуждение вопроса о количестве дел, описанных каждым членом, научности и правильности описания — и о том, не следует ли какое-нибудь из описаний немедленно напечатать в Епархиальных Ведомостях. Определение собрания должно было заноситься в журнал, и журнал с описанием дел представляться на благоусмотрение Его Высокопреосвященства.
Распоряжение Владыки выполнялось на первых порах с буквальною точностью. Но и при таких условиях дело двинулось вперед сравнительно мало и в конце концов вследствие трудности и отсутствия надлежащего руководителя приостановилось. В 1887 году назначена была новая комиссия. Протоиерею Сервицкому велено было передать все документы, какие у него имеются по разбору, преподавателям Николаю Беляеву и Федору Сахарову, изъявившим желание заниматься описанием старых консисторских дел... В 90-х гг. члены этой комиссии заменены были другими, работавшими с таким же успехом...
К 90-м гг. со времени учреждения первой комиссии по разбору Владимирского архива прошло целых 20 лет. За этот длинный промежуток времени состав комиссии успел уже измениться несколько раз. Нельзя сказать, чтобы работы этих комиссий были совершенно безрезультатны. Правда, что подробные описи, составлявшиеся ими, к нач. ХХ века большей частью затеряны; сохранились лишь отдельные листы, — но и те рассеяны по частным рукам и представляют из себя лишь черновые наброски. При всем том работы комиссий, как сказано, нельзя считать бесплодными. Благодаря этим работам, извлечено было из архива много ценного материала по истории Владимирской епархии, оживились местные периодические органы, начат был и приведен в окончание ценный труд К.Ф. Надеждина «История Владимирской духовной семинарии», пробудилась любовь к родной церковной старине... Одно только плохо. Члены комиссии, пользуясь делами для своих ученых описаний, не всегда и не все дела возвращали обратно. Не мало пачек архивных дел попало на чердаки частных домов, а в последующее время бумага этих дел утилизирована была в качестве материала для оклейки комнат и для других надобностей хозяйственного свойства. Более виновными в этом были, кажется, члены, более других работавшие над упорядочением архива. Таким путем погибло не мало интересных дел, научно не использованных, но, благодаря своему значению, удержанных в домах и не возвращенных на старое место. Некоторые из таких дел отысканы в последнее время. Но то, что отыскано, составляет, вероятно, небольшую часть утраченного и расхищенного.
Конец всем этим неустройствам и проволочкам в упорядочении и описании Владимирского консисторского архива положен был Высокопреосвященнейшим Сергием, Архиепископом Владимирским и Суздальским, который обратил свое просвещенное внимание на печальное состояние этого архива и принял соответствующие меры к приведению его в надлежащий порядок.
В начале 1901 года Высокопреосвященнейшим Сергием, Архиепископом Владимирским и Суздальским, поручено было мне (Н. Малицкий), состоявшему в то время правителем дел Владимирской Ученой Архивной Комиссии, организовать для разбора Владимирского консисторского архива новую комиссию из лиц, которые заявят на это свое доброе согласие. Предложение Высокопреосвященнейшего Владыки нашло сочувственный отклик среди наставников и воспитателей местной семинарии, и к весне того же года новоорганизованная комиссия готова уже была приступить к работам. В состав ее, кроме меня, взявшего на себя труд заведывания работами по разбору архива, вошли: И.Г. Левкоев, Н.П. Крестов, С.К. Молчанов, Ф.К. Сахаров, А.Н. Победоносцев, Н.С. Приклонский, Н.Н. Ушаков и хранитель Владимирского музея врач А.В. Смирнов. Кроме того, в работах комиссии изъявили желание участвовать священники о. Павел Ильинский и о. И. Быстровзоров, которые считались членами комиссии по разбору архива, работавшей до того времени.
Новоорганизованная комиссия нашла старый консисторский архив в таком положении. Часть дел и книг находилась в верхних покоях архиерейского дома. Сюда они были перенесены на время для более удобного разбора членами прежней комиссии. Дела распределены были по годам (хотя не все), книги валялись беспорядочными грудами, а некоторые были разбиты. В среднем этаже монастырской колокольни хранилась другая часть дел, которая не могла быть перенесена в архиерейские покои по недостатку там места. Последние дела носили на себе следы и испытали все невыгодные последствия отрывочных работ нескольких быстро сменяющих одна другую комиссий. Здесь царил полнейший хаос. В отдельных пачках попадались дела самых разнообразных годов и совершенно различного содержания. Но и пачек было сравнительно немного. Около половины хранящихся здесь дел свалены были на полу несвязанными и беспорядочно сложенными. И все это покрыто было густым слоем пыли и птичьего помета.
На предварительных совещаниях, которые состоялись вслед за осмотром архива, комиссия решила сузить несколько задачу и изменить план работ, намеченных некогда по устройству и разбору архива прот. А. Сервицким. Опыт научного описания консисторского архива оказался неудобным. Труд этот был слишком громоздок и требовал одновременной и совместной работы многих лиц и притом лиц, хорошо знакомых с историей местного края и имеющих возможность выделить из старых бумаг исторически ценное от ненужного и излишнего балласта. Владимирский консисторский архив в виду его состояния требовал работ другого рода. Его прежде всего необходимо было предохранить от дальнейшего расхищения и истребления и затем сделать мало-мальски доступным для пользования тех, кто интересуется историей Владимирской епархии. В этих видах новоорганизованная комиссия решила составить всем делам одну только инвентарную опись и затем привести эти дела в соответствующий описи порядок. Правда, инвентарная опись такого рода, составленная в давнее время, хранилась в консистории. Но, во первых, в этой описи заглавия дел не всегда соответствовали их действительному содержанию, а во вторых, и главное, в длинный промежуток времени разбора и упорядочения Владимирского консисторского архива столько дел было расхищено и утрачено, что консисторская инвентарная опись совершенно не соответствовала наличному числу дел.
План комиссии был одобрен Его Высокопреосвященством, и в мае месяце 1901 года было положено начало занятиям. Закупка необходимого материала для описания и приведения в порядок архива, как-то, бумаги, бичевок и пр., производилась, по распоряжению Высокопреосвященнейшего Сергия, Архиепископа Владимирского и Суздальского, из средств Рождественского монастыря (он же Архиерейский Дом). План и порядок работ комиссии был приблизительно таков.
Первоначально комиссия позаботилась собрать консисторские дела XYIII века из тех мест, куда они случайно попали. Поиски в этом направлении, хотя и не дали слишком блестящих результатов, но около 200 дел было таким образом спасено для архива. В целях полноты составляющейся описи, далее, с разрешения Высокопреосвященнейшего Владыки, взяты были из консистории все вообще дела XVIII столетия, которые там хранились и которые к 1901 году не перешли еще в подколокольный архив. Таких дел взято было около 1000. Затем, все наличные дела распределялись точно по годам и содержание каждого дела вкратце выписывалось на отдельных карточках. Карточки каждого отдела делились на 8 отделов, соответственно содержанию дел. Именно, к первому отделу отнесены Высочайшие, Синодальные указы и общеепархиальные распоряжения Владимирских архиереев и консистории; ко второму — дела, касающиеся монастырей и монахов; к третьему — дела о постройках, ремонте церквей и вообще — хозяйственно-экономические; к четвертому - дела, касающиеся светских чиновников духовных правлений и консистории и консисторского делопроизводства; к пятому — дела ставленнические, о смерти священников и зачислении в заштат; к шестому — следственные; к седьмому — училищные и к восьмому — раскольнические и сектантские. — Затем, каждый отдел каждого года располагался в порядке следования месяцев и чисел.
В июне месяце 1902 года новая опись была готова и переписана. Дела перенумерованы соответственно цифрам описи и отдельными пачками (от 50 до 100 в каждой пачке) сложены по годам в среднем этаже монастырской колокольни. Помещение на средства монастыря было в достаточной степени приспособлено к той цели, к какой предназначалось, и дальнейшая сохранность дел в целости была вполне обеспечена.
В архиве этом заключаются дела с 1741 г. по 1818 г. Дел за 1768 г. и 1769 г. совсем не найдено; с 1770 по 1789 г. найдено очень мало (впоследствии, как открылось, дела эти лежали в Суздале). С 1801 г. по 1818 год в подколокольном архиве имеется только часть дел; остальные хранятся в консистории. Всего дел внесено в опись 18150.
Кроме дел, комиссия нашла в подколокольном архиве не мало книг Владимирской консистории: входящих, исходящих журналов, докладных реестров, формулярных списков и т. п. Книги эти оказались большей частью разбитыми, разрозненными. Комиссия приняла все меры, чтобы собрать разрозненные части их и привести в первоначальный порядок. Книги переписаны и сложены в самом верхнем помещении монастырской колокольни.
Научное значение Владимирского консисторского архива не подлежит сомнению, в виду чего будет совершению излишним говорить об этом подробно. Считаю нужным заметить только следующее. Каких-нибудь дел сенсационного характера, выдающегося интереса в этом архиве мы стали-бы искать напрасно. Все, что было такого, в настоящее время расхищено: часть использована, напечатана в разных изданиях, а часть погибла безвозвратно. Но за то здесь хранится огромный запас материала сырого, но ценного для будущего историка Владимирской епархии. Особенно дороги и заслуживают внимания, по моему мнению, консисторские журналы, докладные реестры и исходящие, входящие книги. В них очень часто приводится in extenso содержание целых дел, давно утраченных, и историю правления Владимирскою епархией некоторых архиереев XVIII столетия, напр. любопытную историю Архиепископа Антония (царевича Карталинского), можно восстановить по этим документам, по-видимому, день за днем.
В последнее время Владимирским консисторским архивом пользовались, кроме меня, заимствовавшего из него много материалов для истории Владимирской семинарии ХѴIII века, о. Павел Ильинский для своих рефератов, читанных в заседаниях Владимирской Ученой Архивной Комиссии, В.Г. Добронравов для некоторых статей, помещенных в местных органах, и наконец, отчасти И.В. Малиновский для своей еще не изданной истории Владимирского духовного училища.
Когда работы по разбору Владимирского консисторского архива закончились, Высокопреосвященнейшим Сергием, Архиепископом Владимирским и Суздальским, был поднят вопрос о другом консисторском архиве, более важном в научном отношении, чем Владимирский, но подвергавшемся еще большей опасности погибнуть, — именно Суздальском.
Как известно, в XYIII столетии на территории нынешней Владимирской епархии существовало целых три епархии: Владимирская, Суздальская и Переславская, с тремя отдельными епископами во главе. В 1788 году последовало объединение трех епископий в одну, при чем кафедральным городом епископа назначен был Суздаль. В силу этого распоряжения в 1788 году в Суздаль переправлен был весь архив упраздненной Переславской консистории и та часть Владимирского, которая требовалась для справок по текущим делам (с 1769 года). Через десять лет кафедральным городом объединенных трех епархий, вместо Суздаля, избран был Владимир. Снова началась перевозка консисторских дел, но опять только части их. Во Владимир забрали лишь дела, крайне нужные для текущего делопроизводства; все же прочие оставили в Суздале. Таким способом и образовался громадный, так называемый, Суздальский консисторский архив.
В 1869 году, когда началось дело об упорядочении архива Владимирского, заговорили и об архиве в Суздале. Но лишь в 1874 году в Суздале составилась комиссия под председательством прот. Александра Кроткова для разбора и ученого описания дел архива бывшего Суздальского духовного правления. В состав комиссии вошли: свящ. Николай Покровский, Александр Резвов, Андрей Светозаров, Петр Каллиопин и Иоанн Алеев. Комиссия Суздальская пережила общую участь с однородными же комиссиями Владимирскими. В моем распоряжении имеется несколько листов научной описи, составлявшейся лицами, входившими в разное время в состав Суздальской комиссии. Некоторые дела описаны в высшей степени добросовестно (Наиболее тщательно опись составлялась священ. Алексеем Лебедевым и прот. Михаилом Снегиревым.). Но самый процесс описания дел шел настолько неторопливо, что для приведения в окончание научной описи всего архива, судя по тому, что сделано, вероятно, понадобилось бы около ста лет. При том же работам комиссии недоставало единства и выработанного плана; в то время как одни составляли подробную научную опись, другие довольствовались самым кратким указанием названия дела. — Вообще же, как и во Владимире, план оказался очень грандиозным, несоразмерным с теми силами, которыми можно было располагать. На протяжении 30 лет одни члены сменяли других, и, наконец, к 1902 г. комиссия осталась без членов: одни выбыли из ее состава за смертью, другие отказались работать в силу своих служебных занятий.
А между тем архив был тронут. Некоторые дела из него появились во Владимире (Напр., одно дело из архива Переславской семинарии, хранившегося в Суздале, приведено в Истории Владимирской семинарии К.Ф. Надеждина (стр. 94 — 97). Несколько дел передано было мне частными лицами.). Делами Суздальского архива не вполне корректно, в интересах сохранения этих дел, стали пользоваться даже сторонние лица, наезжавшие в Суздаль с целью осмотреть и воспользоваться памятниками его старины... Короче говоря, Суздальскому архиву стала грозить участь Владимирского.
В октябре месяце 1902 г., по поручению Высокопреосвященнейшего Владыки, Архиепископа Владимирского и Суздальского Сергия, я отправился в Суздаль с тем, чтобы осмотреть, в каком положении находится Суздальский архив и сделать предложение от имени Его Высокопреосвященства наставникам Суздальского духовного училища и духовенству города Суздаля заняться разбором и упорядочением его.
По осмотре оказалось, что архив бывшего Суздальского духовного правления помещался в двух местах. Небольшая часть его, около десяти тысяч дел, в недавнее время были перенесены в Спасо-Евфимиев монастырь и помещались здесь в комнате сухой, но маловместительной и проходной. Из 10,000 дел, хранившихся здесь, четыре тысячи были описаны и упорядочены. Остальные дела Суздальского архива, в количестве достигающем сорока тысяч, лежали неразобранными, скученными в подвале соборной колокольни. Подколокольное помещение не отвечало ни одному из тех требований, которые можно предъявить к местам, назначенным для хранения древних письменных памятников. Помещение тускло освещалось одним небольшим окном. Дела покрыты были толстым слоем пыли и пропитаны влагой вследствие затхлого и сырого воздуха подвала. Особенно пострадали дела, помещавшиеся в уголках, на некотором отдалении от окна. Помимо этого, дела не были гарантированы от расхищения, так как подвал, где помещался архив, служил вместе с тем и кладовой для соборного причта и во всякое время открыт был для входа сюда посторонних, которые могли пользоваться архивом для своих чисто практических надобностей. — Заниматься дальнейшим разбором и упорядочением архива не изъявили согласия ни наставники училища, ни Суздальское духовенство.
Обо всем этом было доложено мною Высокопреосвященнейшему Владыке, после чего последовало распоряжение о перевозке архива бывшего Суздальского духовного правления в город Владимир.
В 20-х числах месяца ноября я вторично отправился в Суздаль, где к тому времени, благодаря содействию смотрителя духовного училища М.Е. Стаховского(Смотрителем Суздальского духовного училища оказано вообще большое содействие мне при осмотре, упаковке и перевозке Суздальского архива.), заготовлены были ящики и нанято необходимое число ямщиков. Несмотря на морозы, в два дня все документы Суздальского архива были тщательно упакованы в ящики, ящики перенумерованы и по санному пути отправлены во Владимир.
Перевозка Суздальского архива во Владимир обошлась около 100 руб. Деньги на этот предмет, по распоряжению Высокопреосвященнейшего Сергия, Архиепископа Владимирского, отпущены были из сумм Архиерейского Рождественского монастыря.
Спустя некоторое время после перевозки Суздальского архива во Владимир мной, при содействии архивариуса консистории В. Дубенского, найдены были в архиве Владимирской консистории описи Суздальского архива, всего 9 книг. Судя по бумаге, описи эти составлялись в тридцатых годах XIX столетия и сохранились превосходно. Алфавиты к этим описям найдены были мной еще в Суздале. Они-то собственно и побудили меня искать самых описей во Владимирском консисторском архиве. К сожалению, один из алфавитов (Суздальской консистории) сильно попорчен временем и сохранился в целости лишь до буквы «С».
После того как описи были найдены, работы по разбору Суздальского архива значительно упростились. Требовалось только привести дела в порядок, соответствующий описи, и отметить на полях описи те дела, которые утрачены, или от времени и сырости истлели. Для этой цели мной были взяты в помощь два воспитанника семинарии (Ив. Руфанов и Константин Попов), за вознаграждение из сумм монастыря согласившиеся ежедневно работать по два часа в тех комнатах Архиерейского монастыря, где сложен был по доставке во Владимир Суздальский архив. К 1-му мая 1903 года дела в порядке номеров и годов были сложены в нижнем помещении монастырской колокольни, отремонтированном и приспособленном для архива на средства монастыря.
Суздальский архив оказался состоящим из следующих отдельных архивов: 1) Архив бывшей Суздальской консистории (1704 — 98 г.), 2) Архив Владимирской консистории (1769 — 88 г.), 3) Архив Переславской консистории (1743 — 88 г.), 4) Архив упраздненной Переславской семинарии (1745 — 88 г.) и 5) Архив Суздальского духовного правления (1798 — 61 г.). Всего по описи числится около 50000 дел, не считая книг. Но в действительности такого числа не оказалось; некоторые дела похищены, другие совершенно истлели. Наиболее расхищенным оказался архив Переславской семинарии. Впрочем, число утраченных дел и совершенно истлевших в сравнении с общим числом сохранившихся не так велико. Напр., в описи архива Суздальской консистории пришлось отметить словом «нет» 836 номеров дел; всего же по описи этого архива числится 21606 дел. К сожалению только, среди утраченных и истлевших дел попадаются, судя по описи, дела важные и ценные. До некоторой степени потерю эту могут восполнить сохранившиеся журналы упраздненных Суздальской и Переславской консисторий. Но и журналы сохранились далеко не за все годы; сохранившиеся же требуют в отношении к себе чрезвычайно бережливого отношения в виду их крайней ветхости.
Заведывание консисторскими архивами XYIII столетия, по распоряжению Его Высокопреосвященства, Высокопреосвященнейшего Сергия, Архиепископа Владимирского и Суздальского, поручено мне.
Таким образом, благодаря высокопросвещенному содействию и инициативе Высокопреосвященнейшего нашего Владыки, Владимирские консисторские архивы XYIII века предохранены от дальнейшего расхищения и порчи, приведены в должный порядок и сделались вполне доступными для научного пользования ими. Остается пожелать, чтобы они нашли, по возможности в ближайшее время, серьезных тружеников для своей систематической разработки. В особенности нуждается в этом Суздальский архив. Являясь менее обследованным и более богатым по содержанию, чем Владимирский, он в тоже время менее долговечен последнего — вследствие того, что довольно долгое время ему пришлось лежать в помещении совершенно для этой цели непригодном. Думается, что труды таких лиц не пропадут даром, так как только путем изучения и серьезной разработки Владимирских консисторских архивов XYIII века могут быть подготовлены ценные материалы для истории Владимирской епархии, еще мало разработанной. Конечно, работа этого рода принадлежит к числу нелегких: она потребует от тех, кто примется за нее, не мало упорного терпения и внимания. Но за то и результаты, которые она обещает, будут немаловажны. Прошлое нашей епархии получит свое надлежащее освещение не на основании каких-нибудь гадательных предположений и сомнительных преданий, а на основании материалов, имеющих историческую ценность первоисточников.
Н.В. Малицкий (В. Е. В. № 20-й. 1903 г.).
Уничтожение письменных памятников старины в Суздале в 1790 г.
Государственный архив Владимирской области

Copyright © 2020 Любовь безусловная


Категория: Владимир | Добавил: Николай (06.09.2020)
Просмотров: 37 | Теги: Владимир, архив | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

Поиск

Владимирский Край


Славянский ВЕДИЗМ

РОЗА МИРА

Вход на сайт

Обратная связь
Имя отправителя *:
E-mail отправителя *:
Web-site:
Тема письма:
Текст сообщения *:
Код безопасности *:



Copyright MyCorp © 2020
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика