Главная
Регистрация
Вход
Среда
08.07.2020
14:21
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Меню

Категории раздела
Святые [139]
Русь [11]
Метаистория [7]
Владимир [1277]
Суздаль [392]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [417]
Музеи Владимирской области [60]
Монастыри [7]
Судогда [10]
Собинка [108]
Юрьев [219]
Судогда [103]
Москва [42]
Покров [129]
Гусь [150]
Вязники [274]
Камешково [93]
Ковров [373]
Гороховец [118]
Александров [244]
Переславль [108]
Кольчугино [73]
История [39]
Киржач [81]
Шуя [103]
Религия [5]
Иваново [55]
Селиваново [37]
Гаврилов Пасад [9]
Меленки [99]
Писатели и поэты [99]
Промышленность [89]
Учебные заведения [107]
Владимирская губерния [37]
Революция 1917 [50]
Новгород [4]
Лимурия [1]
Сельское хозяйство [75]
Медицина [47]
Муромские поэты [5]
художники [23]
Лесное хозяйство [12]
священники [6]
архитекторы [6]
краеведение [41]
Отечественная война [241]
архив [6]
обряды [15]

Статистика

Онлайн всего: 15
Гостей: 14
Пользователей: 1
Николай
Яндекс.Метрика ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Покров

Комаров Николай Алексеевич

Комаров Николай Алексеевич

Комаров Николай Алексеевич, уроженец Тверской губернии, высшее богословское образование получил в Московской духовной академии. По окончании курса в академии, 17 июля 1875 года назначен был преподавателем Владимирской духовной семинарии по предмету латинского языка, который и преподавал до 1907 года.
С 1884 года Н.А. преподавал в семинарии кроме латинского и немецкий язык.
В 1900 году исполнилось 25-ти-летие преподавательской службы Николая Алексеевича. 10-го сентября 1900 года событие это было отмечено особым скромным торжеством, на котором юбиляра приветствовали речами как корпорация, так и воспитанники.

Двадцатипятилетний юбилей преподавателей Владимирской Духовной Семинарии, о. В.М. Орлова, М.А. Плаксина и Н.А. Комарова.
(17 июля 1875-1900 гг.)

10 сентября1900 года во Владимирской Семинарии происходило скромное торжество по случаю исполнившегося 25-летия службы трех старших ее преподавателей о. Василия Матвеевича Орлова, Михаила Александровича Плаксина и Николая Алексеевича Комарова. — Двадцати-пятилетие их службы истекло несколько раньше — 17 июля, но это было время летних каникул, ученики и большая часть сослуживцев разъехались из гор. Владимира, а потому и чествование юбиляров было отложено до начала учебного года.
Юбиляры — уроженцы разных епархий, но судьба тесно объединила их: в одной и той же академии они закончили свое образование, в один и тот же день (17 июля 1875 г.) были определены на службу, все двадцати-пятилетие трудились в одной и той же духовной семинарии (только о. В. Орлов первые 2 года прослужил в другой семинарии) и таким образом в один и тот же день закончили свой первый юбилейный срок.
В чествовании юбиляров выразили желание принять деятельное участие корпорации всех духовно-учебных заведений гор. Владимира и бывшие их сослуживцы, оставившие ныне службу при семинарии — прот. Вл. Г. Боголюбов, Законоучитель гимназии свящ. Н. Вл. Покровский и А.И. Переборов,— днем празднования было избрано 10 сентября.
Начато празднование молитвой Господу-Богу, промыслом Коего поддерживались в течении 25 лет силы юбиляров в нелегком труде обучения юношества.— В Богородицкой при семинарии церкви о. Ректором семинарии в сослужении о. В.М. Орлова и духовника семинарии совершена была поздняя литургия, а по окончании ее благодарственное молебствие; в нем участвовали — кроме совершавших литургию — о. Смотритель дух. училища прот. М.П. Введенский, Законоучитель гимназии о. Н. Вл. Покровский, Инспектор классов Владимир. женского епархиального училища о. М.А. Веселовский, председатель совета училища прот. Вл. Г. Боголюбов и др. дух. лица.— Обычное многолетие, следовавшее за молебном, закончено прибавлением многолетия «досточтимым юбилярам».
В 12 час. дня в зале духовной семинарии собрались все воспитанники семинарии, корпорации духовно-учебных заведений гор. Владимира и прочие пожелавшие принять участие в торжестве лица.
Собрание началось пением молитвы «Царю небесный». Первое поздравление юбиляры получили от Высокопреосвященнейшего Сергия, Архиепископа Владимирского... Отец ректор семинарии, открывай собрание, сказал: «имею долг и удовольствие исполнить данное мне Его Высокопреосвященством поручение поздравить от его имени юбиляров с пожеланием еще долгой и благополучной службы».— «Искреннее поздравление семинарским юбилярам» получено было и от Преосвященного Платона, Епископа Муромского, викария Владимирского.
За сим о. ректор обратился к юбилярам и собранию с следующими словами:
«Едва успели смолкнуть последние звуки торжественных речей и приветствий, какие слышала Владимирская Семинария в недавние дни своего юбилейного праздника,— едва успели стать эти знаменательные дни дорогим для каждого из нас воспоминанием, как приходится воскрешать их в своей памяти снова и именно в эти минуты, когда собрались сюда мы все, чтобы почтить двадцати-пятилетие в служении родной Семинарии трех старейших членов своей корпорации.
Случайным может представляться то, что по времени эти два юбилейные торжества так близко следуют одно за другим; но не случайна внутренняя связь между ними. 25-летнее служение чествуемых ныне дорогих юбиляров и вся их деятельность на пользу образования духовного юношества принадлежат той же Семинарии, которая с небольшим полгода тому назад праздновала свой полутора-столетний юбилей. Они все трое являются живыми носителями славы Семинарии за последние 25-лет ее истории, и посему немалая доля признательности, какою почтили Семинарию в день ее 150-летнего юбилея, с полным правом и по преимуществу может быть отнесена к ним, как старейшим членам нашей преподавательской семьи. Конечно, празднование 150-летнего юбилея Семинарии было событием большей важности, чем настоящее празднество: тогда целое учреждение с его полуторавековой деятельностью на пользу русскому просвещению предстало взорам значительной части русского общества; наше настоящее торжество носит более частный и, так сказать, семейный характер. Но, уступая первому по своим размерам и важности значения, оно нисколько не менее его отличается силою и искренностью тех чувств, которыми одушевлены все, здесь собравшиеся. И это понятно: теперь приходится чествовать не отвлеченное, хотя по духу нам и близкое, историческое прошлое Семинарии, а живых деятелей ее, двадцатипятилетнее служение которым протекло на глазах и в соучастии многих из нас самих. Поэтому то, в сознании своей крепкой связи и единства с юбилярами, наш небольшой кружок и сплотился дружно для открытого признания их заслуг пред Семинарией и сердечного выражения им своих лучших товарищеских чувств.
Каждому из нас должна быть близка и понятна истина, что преподавательское служение есть подвиг,— подвиг высокий и благородный, но за то тяжелый и трудный.
Не легка доля земледельца, в поте лица полагающего множество труда над возделыванием своего клочка земли, чтобы засеять и получить с него хлеб насущный. Но едва ли не тяжелее наша учительская доля: дело воспитания и обучения юных поколений, по роду своему, таково, что на него мало отдать только часть самого себя, часть своих трудов, сил и способностей; чтобы возделать душу юноши и дать ей надлежащее направление, чтобы приготовить из юноши истинного пастыря Церкви, полезного члена государству и человека,— на это великое и святое дело надо посвятить всего себя, отдать ему весь свой труд и все свои силы. И хорошо бы еще, если бы не было к тому препятствий, если бы, при своей готовности, мы имели и полную возможность свободно служить святому делу, не отвлекаясь никакими посторонними интересами и не преследуя ничего, кроме одной главной цели. К сожалению, далеко не то приходится сказать об условиях преподавательской службы. Условия эти всякому из нас хорошо известны,— довольно будет сказать о них, что подчас они лишают энергии и самую сильную волю, заставляют отчаиваться и самое мужественное и самоотверженное сердце.
Но если так высоко и вместе так трудно преподавательское служение, то как же высоко должны мы ценить и людей, посвятивших себя этому служению! И в особенности тех из них, которые долгое время оставались на этом трудном посту, не меняя его на другие более легкие служения, преодолевая все трудности и неуклонно следуя к своей высокой цели!
Пред лицом этого почтенного собрания предстоят три мужа, которые целую четверть века неустанно трудились во благо родной нам семинарии: ей они отдали свои лучшие силы, ей посвятили все лучшие годы своей жизни — годы юношеской свежести и энергии духа и годы полного расцвета сил в пору зрелого мужества; с нею прожили они 25 лет общей жизнью, продолжая все время быть мудрыми и искусными руководителями юношества и прекрасными товарищами в среде своих сослуживцев, таких же, как и они, тружеников.
И вот теперь за все понесенные Вами труды, досточтимые юбиляры, за вашу неизменную любовь и привязанность к великому делу образования юношества Вам, по милости Божией, привелось дождаться и сего, знаменательного дня вашей жизни. Теперь мы все, ваши сослуживцы и ученики, собрались сюда, чтобы единым сердцем и едиными устами достойно почтить и восхвалить ваш 25-летний подвиг.
Поздравляя Вас с исполнившимся 25-летием служения в должности преподавателей, я от всех, присутствующих здесь, сослуживцев и товарищей, прошу Вас принять по святой иконе ваших небесных покровителей,— принять в залог самой чистой и искренней с нашей стороны любви и признательности за ваше благоуспешное, плодотворное и поучительное для нас служение родной Семинарии».
Окончив речь, о. ректор передал юбилярам иконы, поднесенные им корпорациями духовно-учебных заведений Владимира в память 25-летия их службы и в знак молитвенного пожелания сил и здоровья еще на многие годы.
Ответ на приветственные слова о. Ректора начал о. В.М. Орлов… Вслед за о. В. М. Орловым говорил М, А. Плаксин… После М. А. Плаксина говорил Н.А. Комаров.
«Позвольте и мне, сказал он, досточтимый отец Ректор, с своей стороны выразить искреннюю благодарность за Ваше приветствие от лица Вашего и всего собрания с исполнившимся двадцати-пятилетием моей учебно-педагогической деятельности и за драгоценный для меня дар, какой я имел удовольствие получить от Вас и всех собравшихся здесь достопочтенных чтителей нас, юбиляров. Да, двадцать пять лет — времени не мало. Много за это время было трудного, дурного; не мало и хорошего. Все прошло и — слава Богу. Святитель Николай, покровитель мой от юности моей,— святая икона которого, преподнесенная мне в дар, служит символом, с одной стороны, расположения, с другой,— уважения и со стороны некоторых, смею надеяться, даже — благодарности, — да будет мне и на будущее время помощником во всех добрых начинаниях моих и заступником и покровителем при всех бедах и несчастиях, могущих встретиться на моем жизненном пути».
Когда окончил свою речь Николай Алексеевич, хором воспитанников семинарии был спет концерт на слова псалма «Блажени людие»...
По окончании концерта, с речью к юбилярам обратился воспитанник YI класса семинарии А. Морозов.
«Высокоуважаемые о. Василий, Николай Алексеевич и Михаил Александрович!
Сегодняшний день для нас день знаменательный, и виновниками этого являетесь Вы, досточтимые наши наставники!
Ровно четверть века тому назад Вы вступили на назначенный Вам в удел жизненный путь, — на педагогическое поприще. Поприще это одно из самых благородных и вместе с тем труднейших. Воспитание — дело великое; от него зависит благосостояние не только семьи, но и общества, даже всего государства. И Вы целых 25 лет трудились на этой ниве; сеяли в сердца юношества доброе семя. Если и не все семена взошли, это уж собственно не Ваша вина; почва бывает различная: и хорошая, и плохая. Все зависящее от Вас Вы делали, а там свободная воля каждого: кто как хочет, так и поступает. И вот мы, Ваши питомцы, сердечно приветствуем Вас, как путников на дороге, неуклонно стремящихся к своей цели. Положим, скромное положение преподавателей семинарии не создало Вам громкой известности и славы, что служит уделом людей знаменитых, великих; но одних-ли только людей, совершивших великие подвиги, можно считать благодетелями рода человеческого?
Нет. Есть герои, живущие в неизвестности, не служащие предметом тысячеустной молвы, а между тем эти герои неизвестности в общую сокровищницу человечества опускают весьма ценную лепту. Внешняя, видимая сторона их подвига,— скромна, не блестяща, не кричит о себе во всеуслышание и не бьет в глаза, часто бывает даже бесцветна. Но ведь наружность обманчива, мы это знаем. Нужно взглянуть, значит, на внутреннюю сторону дела. А если так, то нельзя не согласиться с тем, что путь педагога усыпан очень острыми и колючими терниями. Ведь наши воспитатели и наставники отдают нам все: и здоровье, и покой, и знания: всю жизнь свою. И это самопожертвование совершается медленно, годами. Для нас иногда оно бывает и не заметно; а в действительности тут ребром поставляется вопрос жизни. Изо дня в день по капле отдавать свою жизнь другим - что же это, как не подвиг? И Вы, досточтимые юбиляры, мучились нашими горестями, радовались радостями в течение 25 лет. На это ушли Ваши молодые, свежие силы; лучшие годы вашей жизни Вы пожертвовали нам. Не оценить этого было бы с нашей стороны неблагодарностью.
Позвольте же, поэтому, принести Вам, дорогие наставники, глубокое, сердечное спасибо за Вашу честную деятельность, направленную к нашей пользе. Не в наших силах возвратить Вам то, что Вы для нас потратили; но искренняя благодарность и уважение наше послужат, может быть, залогом Вашей непоколебимой твердости и бодрости духа. Отец, видя, что его усилия воспитать сына не остаются бесполезными, радуется и находит в себе новые силы продолжать дело, как бы оно ни было трудно. Дай же Бог еще много лет потрудиться Вам и с такой же честью и славой, как трудились Вы эти 25 лет.
После речи Морозова хором был спет еще концерт «Отрыгну сердце мое»..., а за ним следовала речь воспитанника VI класса И. Архангельского.
Многоуважаемые и дорогие наши наставники о. Василий, Михаил Александрович и Николай Алексеевич!
Сегодня наша родная Владимирская Семинария празднует двадцатипятилетний юбилей Вашей педагогической деятельности. В этот радостный и торжественный для Вас и для всей Семинарии день позвольте мне от лица воспитанников воздать Вам должное за ваше долголетнее в родной Семинарии педагогическое служение. Само по себе педагогическое служение принадлежит к числу труднейших, и надо удивляться, что на этом трудном поприще Вы поработали двадцать пять лет. Много трудов и лишений понесли Вы за это долгое время; много было потрачено ваших сил и энергии для образования и воспитания молодого поколения. И ему ли не быть благодарным Вам! Посмотрите, дорогие наставники, вот пред Вами только небольшая часть того молодого поколения, в которое Вы вложили лучшие силы свои, свой ум и сердце; мы, являясь представителями этого поколения, собрались сюда, чтобы присутствовать на Вашем празднике; мы слились с Вами в этот миг в одном, ничем не омрачаемом радостном чувстве. Мы любим и высоко ценим Вас. А любя Вас, мы естественно относились с полной симпатией к предметам Ваших занятий. Вы, дорогие юбиляры, на этих занятиях главной задачей своей деятельности поставляли религиозно-нравственное воспитание юношества. Вы, Михаил Александрович, при экзегетическом толковании мест Св. Писания, указывали нам на высокие примеры благочестивой, нравственной жизни, в подзаконном периоде, возбуждая в нас любовь к подражанию этим излюбленным Вали идеалам; а Вы о. Василий и Николай Алексеевич стремились к столь же высокой цели при чтении на греческом и латинском языках богословских трактатов христианских писателей, да и не только при переводе трактатов этих писателей но и при чтении на уроках лучших произведений древней классической литературы Вы особенно сосредоточивали наше внимание на личностях по своим нравственным качествам выдающихся из ряда всех остальных, вызывая тем самым с нашей стороны симпатию. Правда, бывали и ошибки с нашей стороны: горькими и неудобопримиримыми казались нам по временам Ваши слова и наставления, но то было дело минуты, в последствии мы понимали обаяние и всю прелесть сказанных Вами слов и близко принимали их к сердцу. И теперь уже многие из тех, которые обучались и воспитывались под Вашим руководством, проводят в жизнь правила, некогда им Вами заповеданные. А в нынешний радостный для Вас день, зная о торжестве Вашем, возносят, предстоя Престолу Господня, горячие молитвы о ниспослании Вам благ духовных и телесных. И мы, все здесь собравшиеся, сердечно пожелаем Вам, дорогие юбиляры, прежде всего и главным образом доброго здоровья, чтобы Вы еще как можно дольше послужили на пользу родной нам Семинарии.
За речью Архангельского следовал еще концерт «Сей день, его же сотвори Господь»... и новое приветственное слово воспитанника V класса семинарии М. Барабанова...
«Дорогие наставники, о. Василий, Михаил Александрович и Николай Алексеевич!
В день празднования 25-летней годовщины вашей преподавательской деятельности позвольте и мне от лица ваших учеников выразить то, чем полны сердца наши в эту минуту.
Прежде всего, должно сказать, что мы исполнены чувством изумления и уважения пред великими силами вашими, вынесшими в течении 25 лет тяжелое дело преподавания. Сколько нужно труда, уменья, сколько сил нужно потратить на то, чтобы перелить знания в молодые головы, часто непослушные, горячие, неустойчивые! И должно быть, велики силы ваши, если вы чрез 25 лет сохранили и любовь к делу, и отечески- любвеобильные отношения к нам. Должно быть, велики ваши душевные силы, если телесные силы не выдерживали понесенного вами труда и надламывались до того, что прошлый год мы с глубокой грустью услышали, что один из наших уважаемых преподавателей близок к смерти. Но милостивый Господь внял мольбам нашим, и мы снова видим Вас, дорогой Михаил Александрович, в стенах нашей семинарии, хотя мне и моим сотоварищам уже не суждено более быть на Ваших уроках и не суждено даже было закончить курс Священного писания 4 класса под Вашим руководством.
И бодрые духом, вы, глубокочтимые юбиляры, и после 25-летнего труда снова выходите на трудное поприще и снова сеете семена разумного, доброго, вечного. И работая так неустанно и старательно для пользы нашей, вы преисполнили сердца наши глубокой и искренней благодарностью за то, что вы дали нам, и чем были для нас.
Вы дали нам, готовящимся стать тоже учителями и пастырями, высокий образец преподавателя. Вы наглядно показали нам, что служение истине выше всего в жизни, дороже самой жизни, показали нам, что в деле учения главным связующим звеном между преподавателем и учениками служит любовь и ласковые отношения. Вы показали нам, как должно пользоваться мерами строгости и снисходительности, чтобы приобрести и сохранить к себе преданность и уважение учеников.
В деле преподавания вы сохранили через все 25 лет любовь к делу и ученикам, вы были не суровыми педагогами, только требующими выполнения требований программ, но как бы любящими родителями. В 25 лет вы хорошо изучили наши слабости и недостатки и, зная причины их, снисходительно относились к некоторым немощам нашим. Чаще вы старались действовать словом убеждения, а не мерами суровой строгости, и если прибегали к ним, то всегда давали нам средства поправить, загладить свои ошибки.
На своих уроках вы, дорогие наставники, приучали нас,— и с первых классов семинарии,— вникать в самую суть дела, а не довольствоваться одними верхушками в деле изучения. И вы достигали вашей цели, как мы можем судить по старшим товарищам; и вот теперь в нашем лице признательные ученики приносят вам низкий и благодарный поклон, за все, сделанное вами.
Отныне нам остается с большим усердием молить Бога сохранить силы ваши и здоровье, чтобы вы и в будущие годы продолжали засевать юные умы и сердца семенами добрых учений. Сейте ж разумное, доброе, вечное. Сейте, спасибо вам скажут сердечное, как и мы, будущие ученики ваши».
На все эти приветствия — со стороны учеников - от лица всех юбиляров отвечал Н.А. Комаров...
«Господа, - говорил он, от себя и от лица своих товарищей-юбиляров, - благодарю Вас за приветствие с исполнившимся 25-летием нашей трудной педагогической Деятельности. Обязанность педагога — весьма трудная. Но для нас юбиляров лучшей наградой за нашу трудную деятельность служит уже то обстоятельство, что мы в числе своих товарищей-сослуживцев видим своих бывших учеников, а во главе их представителя нашего учебного заведения, досточтимого отца Ректора. Я — только преподаватель латинского языка, а не богословского предмета; но тем не менее я уверен, что и я внес свою, хотя и малую, долю в дело воспитания. Мои добрые отношения к воспитанникам семинарии с самого начала моей педагогической деятельности не прерывались и не прерываются и до сих пор. Из нашей семинарии много воспитанников поступает в духовные академии, много в университеты; являются они деятелями на жизненных путях общественной деятельности, кроме пастырского служения,— и ныне добрые отношения за стенами нашего учебного заведения между нами не прерываются. Дай Бог, чтобы эти добрые отношения, какие существуют в настоящее время между нами, перешли и за стены этой родной нам семинарии и сохранились на долгое время».
После этой речи собрание закончилось пением русского народного гимна и молитвы «Достойно есть»...

В 1907 году Николай Алексеевич захотел исполнить свое давнишнее желание и завершить свою педагогическую деятельность новым служением—пастырским. Согласно просьбе Н.А., Высокопреосвященнейший Николай определил его 22 мая во священника в с. Орехово. 31 мая H.А. был рукоположен Владыкой во священника, а 4 июня корпорация прощалась со своим сослуживцем, в течение 32 лет неизменно трудившимся на педагогическом поприще во Владимирской семинарии и отдавшем ей свои лучшие годы и силы.

Вечером 4 июня в квартиру о. Ректора семинарии собралась вся корпорация Владимирской семинарии и некоторые представители из корпорации мужского духовного училища. О. Ректор семинарии протоиерей И.В. Соболев от лица всех сослуживцев, обратившись к Н.А., прочитал следующее приветствие:
«Ваше высокопреподобие, глубокоуважаемый о. Николай Алексеевич! Товарищи-сослуживцы Ваши с радостью приветствуют Вас с знаменательным событием в Вашей жизни—с принятием священного сана и получением нового назначения Вашего служения.
Радуемся мы, Ваши сослуживцы, этому событию, во 1-х потому, что в этом мы видим исполнение Вашего исконного, давнишнего желания; радуемся, во 2-х, и потому, что принятие священного сана в Ваши лета, принятие не только по призванию, но и по глубокому убеждению, будучи знаменательным событием в жизни человека, в тоже время является событием отрадным и утешительным как для нас и всего нашего учебного заведения, имеющего своею задачею приготовление лиц к служению православной церкви, так и для Вас, да и для будущей паствы Вашей, по весьма понятным для всех причинам.
Радуемся далее и потому, что Вы, дорогой наш Николай Алексеевич, прослужив верой и правдой 32 года на одном из труднейших поприщей человеческой жизни, при помощи Божией настолько сохранили крепость своих сил, свою энергию, что имеете полную возможность начать новое, не менее трудное дело — пастырского служения церкви. Правда, это новое Ваше служение будет некоторого рода продолжением прежнего Вашего служения, поскольку Вы своею педагогическою деятельностью вели своих питомцев к пастырству, но все же это служение новое и насколько высокое и святое, настолько же и трудное по своим задачам, особенно в нынешнее время, но отрадно и утешительно то, что Вы имеете более, чем достаточный запас как сил, так и необходимых средств к прохождению этого служения.
С другой стороны, в настоящие минуты мы невольно переживаем и другое, и до противоположности другое, тяжелое чувство—в виду предстоящей нам скорой разлуки с Вами, дорогой наш Николай Алексеевич.
Вполне сознаем, что не легко и Вам оставить дорогую всем нам Владимирскую семинарию, тяжелому и бескорыстному служению которой Вы посвятили 32 года лучшей поры Вашей жизни. В течение столь продолжительного Вашего служения в нашей семинарии, Вы, дорогой и глубокоуважаемый Николай Алексеевич, показали редкий пример любви и преданности своему делу, а также и ко всем Вашим питомцам, за что и они Вам платили такою же любовию. Да и мы, Ваши сослуживцы, глубокоуважаемый и дорогой наш Николай Алексеевич, в Вашем лице всегда видели великого труженика, честного работника, преданного своему делу, всегда безропотно и терпеливо переносившего встречавшиеся житейские невзгоды, всегда кроткого, всегда любящего и любимого друга товарища, а потому и уверены, что сказание о времени и деятельности Вашего служения во Владимирской семинарии со временем составит одну из лучших страниц истории нашей семинарии.
В знак нашего искреннего и глубокого к Вам, дорогой наш Николай Алексеевич, уважения, признательности, любви и благодарности, как одному из старейших наших сослуживцев, за Вашу любовь и доброе к нам отношение — просим Вас принять от нас на всегдашнюю молитвенную память эту святую икону великого Святителя и Чудотворца Николая, по молитвам и ходатайству которого да сохранит Господь Бог Вас, глубокоуважаемый Николай Алексеевич, и присных Ваших еще и еще на многия и многия лета на благо Православной церкви особенно в лице новой Вашей паствы, да и нам на утешение в разлуке с Вами. От всей души желаем Вам, глубокоуважаемый и дорогой наш Николай Алексеевич, и на новом месте Вашего служения потрудиться во славу Божию не менее того времени, какое Вы послужили с нами, да и там снискать такую же любовь и расположение от Ваших новых сослуживцев, какими Вы всегда пользовались у нас».
По окончании речи Инспектором семинарии была поднесена о. Н.А. икона Святителя Николая Чудотворца, которою сослуживцы напутствовали своего товарища на его новое служение.
Приложившись к иконе, Николай Алексеевич обратился с своей стороны к присутствующим с речью, в которой выразил прежде всего глубокую благодарность Высокопреосвященнейшему Владыке, так отечески и заботливо, по его словам, отнесшемуся к нему. Потом благодарил корпорацию во главе с о. Ректором за всегдашнее сочувствие и поддержку, которые он встречал со стороны ее, и за те ценные для него подношения, которые сделаны теперь и которые говорят об искреннем расположении к нему.
Затем тут же в квартире о. Ректора Николаю Алексеевичу предложена была со стороны сослуживцев товарищеская трапеза, за которой в дружеской беседе высказаны были те же мысли и пожелания — успешного и плодотворного служения Н.А. на новом избранном им поприще.— Во время трапезы сказано было несколько речей, из которых одна принадлежала товарищу Н.А., старейшему преподавателю семинарии М.А. Плаксину.
Михаил Александрович обратился к о. Н.А. с такими задушевными словами:
«Много лет прошло с тех пор, как Божие Провидение поставило нас рядом и указало нам обоим общий жизненный путь. Местом первой нашей встречи с тобою была Московская духовная академия. С того времени и началось наше совместной шествие рядом и не прерывалось до настоящих дней.
В течении трех лет мы вместе слушали одну и туже группу наук, работали под руководством одних и тех же профессоров, черпали знание из общих источников и готовились к педагогическому делу.
На последнем только курсе избранная каждым из нас специальность разъединила нас, но она не могла положить резкой грани между нами, потому что специальные занятия не мешали ни нашей общей жизни, ни нашим общим интересам.
Но вот академический курс закончен, настало для всех наших общих товарищей давно желанное время самостоятельного труда, а вместе с этим пришла и необходимость разойтись всем в разные стороны. Но это поворотное время в жизни студенческой пощадило нас с тобой, оно не разъединило нас, как многих наших товарищей, а поставило опять рядом и привело на службу одному и тому же заведению, одним и тем же учебно-воспитательным целям.
Общее дело, конечно, много сближает и роднит людей между собою, но не всегда и не всех, не прочно и не надолго.
Постоянный опыт показывает, что группы людей, объединённых между собою только одним каким-нибудь общим делом, не долговечны, скоро они созидаются, но еще скорее распадаются.
Одна общность дела — весьма недостаточный цемент для образования простых дружеских взаимоотношений между людьми, для тесного сближения их между собою. Таковой цемент, от времени до времени, может давать трещины и пропускать и сырость, и гнилость, и холод.
Но есть более прочный цемент образования тесных дружеских взаимоотношений между людьми. Под этим названием я разумею личный характер человека, все те черты, из которых слагается нравственная личность человека.
Совместное обучение в академии, а затем, совместная продолжительная служба дали мне возможность ближе других товарищей сослуживцев узнать тебя, подметить некоторые особенности твоего характера и теперь, при расставании с тобою, с уважением и благодарностью вспомнить о них.
С любовию и глубоким уважением вспоминаю и на первом месте ставлю твою всегдашнюю скромность: ты, дорогой товарищ, обладая серьезным знанием своего предмета, никогда им не величался, отличаясь опытностью, никому ни навязывался советами, в товарищеских собраниях искал - не первого, а последнего места, и думается мне, что никакой хозяин трапезы не сказал об тебе: друг мой, сядь пониже и уступи место более достойному тебя.
С тем же чувством уважения вспоминаю твою доступность для всех. Многие люди испытывают очень тяжелое чувство, когда им предстоит обращаться к другим с какой-нибудь нуждою и просьбою. Действительно, тяжело вообще обращаться к другим с каким бы то ни было одолжением, но не к тебе, мой добрый товарищ и сослуживец. Ты сам много испытал нужды, и тебя никто не может удивить никакою просьбою, а потому каждый, обращающийся к тебе с просьбою, не испытывает мук неизвестности и сомнений, ибо вполне уверен, что ты исполнишь просьбу, если только можешь.
Холодный, оскорбительный отказ не был в числе твоих правил.
Мог бы я, наконец, вспомнить о твоей невзыскательности по отношению к другим и обходительности со всеми, мог бы иллюстрировать их, но боюсь, чтобы кто-нибудь не счел тебя невозможным совершенством, а меня не заподозрил в пристрастии к тебе. Я намерен даже больше сделать, хочу поставить мазок на светлой картине.
При встрече с явлениями, так называемого, отрицательного характера, ты быстро воспламеняешься гневом, негодованием, а гнев правды Божией не поделывает. Но не беспокойся, добрый товарищ, я припомнил и эту черточку твоего характера не к бесчестью, а к чести твоей,— всякий гневается, и негодует, никто не может уберечься от этого, но твое негодование похоже на весеннюю тучку, разрешающуюся благотворным дождем, после которого растительность освежается, а цветы еще сильнее благоухают.
В заключение всего сказанного мною прошу тебя, незабвенный товарищ, смотреть на мои слова не как на советы, а как на дружеские благопожелания.
Венцом всех своих благопожеланий, необходимых для пастырей и пасомых, поставляю руководственное изречение Великого Апостола Павла: любовь все созидает.
Таким образом, любовь есть великая созидательная сила в жизни людей. Полюби же свое дело и оно полюбит тебя, и тогда труд твой, на который ты идешь, будет тебе не в тягость, а в сладость».
6-го июня Н.А. Комаров выбыл к месту своего нового служения в с. Орехово.
Личный состав служащих в духовно-учебных заведениях Владимирской епархии (к 1-му сентября 1904 года)
Село Орехово, Покровского уезда
Святители, священство, служители Владимирской Епархии
Владимиро-Суздальская епархия.

Copyright © 2020 Любовь безусловная


Категория: Покров | Добавил: Николай (17.06.2020)
Просмотров: 22 | Теги: Владимир, учебные заведения | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

Поиск

Владимирский Край



Славянский ВЕДИЗМ

РОЗА МИРА

Вход на сайт

Обратная связь
Имя отправителя *:
E-mail отправителя *:
Web-site:
Тема письма:
Текст сообщения *:
Код безопасности *:



Copyright MyCorp © 2020
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика