Главная
Регистрация
Вход
Пятница
13.12.2019
06:12
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Меню

Категории раздела
Святые [136]
Русь [11]
Метаистория [7]
Владимир [1160]
Суздаль [350]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [373]
Музеи Владимирской области [59]
Монастыри [5]
Судогда [9]
Собинка [83]
Юрьев [200]
Судогда [86]
Москва [42]
Покров [113]
Гусь [127]
Вязники [231]
Камешково [68]
Ковров [299]
Гороховец [104]
Александров [218]
Переславль [100]
Кольчугино [62]
История [32]
Киржач [69]
Шуя [93]
Религия [4]
Иваново [48]
Селиваново [28]
Гаврилов Пасад [8]
Меленки [72]
Писатели и поэты [53]
Промышленность [80]
Учебные заведения [64]
Владимирская губерния [31]
Революция 1917 [44]
Новгород [4]
Лимурия [1]
Сельское хозяйство [75]
Медицина [40]
Муромские поэты [5]
художники [13]
Лесное хозяйство [12]
священники [1]
архитекторы [2]
краеведение [1]
Отечественная война [3]

Статистика

Онлайн всего: 8
Гостей: 8
Пользователей: 0

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Покров

Аркадий (Федоров), Архиепископ Олонецкий и Петрозаводский

Аркадий (Федоров), Архиепископ Олонецкий и Петрозаводский

Преосвященный Аркадий, один из выдающихся иерархов русской церкви XIX столетия, известный главным образом по своей борьбе с расколом старообрядства и своей громадной перепиской с разными лицами по вопросам веры, христианской нравственности и церковной практики.

В мире Григорий Федоров, был сын дьячка Федора Никифорова погоста Димитриевского, Покровского уезда, Владимирской губернии, и родился в 1784 г. Первоначальное образование получил во Владимирском народном училище (1796 — 1800 гг.), преобразованном потом (1804 г.) в гимназию, и затем во Владимирской духовной семинарии (1800 — 1807 гг.). По окончании курса в Семинарии, он, как один из лучших студентов, был оставлен преподавателем в Семинарии.
В 1814 г. он пострижен в монахи (18 мая) с именем Аркадия и в том же году был назначен во вновь открытое Владимирское духовное училище смотрителем (23 дек.). Во время прохождения этой должности сделан был настоятелем Боголюбова монастыря и возведен в сан архимандрита (1818 г.).
В 1823 г. был назначен ректором Могилевской Семинарии, 1824 г. — Минской, 1827 г. — Ярославской.
3 февраля 1829 г. был хиротонисован во епископа Оренбургского.
С 1831 г. епископ Пермский.
С 1851 г. Архиепископ Олонецкий и Петрозаводский.
В 1869 г. уволен на покой в Александро-Свирский монастырь, где 8 мая 1870 г. и скончался в схиме на 86 г. своей жизни.

В церкви погоста Димитриевского хранится приводимое ниже письмо Архиепископа Аркадия, при котором было прислано им несколько книг — одни для храма Димитриевского погоста, другие для раздачи на память в семейства лиц, близких ему по воспоминаниям детства. Письмо это интересно, как материал для биографии преосвященного Аркадия. Здесь он вспоминает свои детские и отроческие годы, проведенные им в его родном Димитриевском погосте. Воспоминания эти проникнуты горячей любовью к родине и сердечной признательностью к землякам — прихожанам Димитриевского погоста, среди коих провел он свое детство и отрочество, «утешаемый теплою их любовию, незабвенною для него», и «кои столь усердны были к его покойному родителю, помогали ему в его бедности, и чрез него и к нему ребенку были внимательны»

Письмо Аркадия, Архиепископа Олонецкого и Петрозаводского к причту погоста Димитриевского, в Покровском уезде

Возлюбленному о Господе причту погоста Димитриевского, что Владимирской Епархии в Покровском уезде.
Препровождаю при сем несколько моих собственных книг в принадлежность церкви, при которой вы служите. Число и наименование книг показаны в реестре, который за подписом моим сего 25 июля 1855 года также при сем препровождается.
Прошу Вас, возлюбленные о Господе, и преемников Ваших, чтобы некоторые из оных книг были употребляемы по их назначению при Богослужении в храме Господнем, в котором собираются и будут собираться на молитву и учение потомки тех боголюбезных, чисто православных, к церкви Божией усердных, к учению ее прилежных прихожан, среди коих провел я мое детство и отрочество, утешаемый теплою их любовью, незабвенною для меня; а другие при частных домашних собеседованиях с теми же потомками, да и они, подражая своим благочестивым и миролюбивым предкам, преуспевают в святой вере православной, в христианском благочестии спасительном, пребывая неуклонно в искреннем благодатном единении с Материю нашею Христовою Церковью.
О, если бы вместе с сим Возлюбленный о Господе причт погоста Димитриевского, в молитвах своих, особенно при совершении Божественной литургии в храме Божием, хотя изредка воспоминал с прочими и мое недостойное имя и моих достоблаженных родителей и сродников!
Из 25 экземпляров книжки Молитвы и церковное чтение три выдать дьячку Акципетрову для его семейства, а прочие прошу передать в семейства, которые существуют от покойных родоначальников — крестьян: в д. Новоселке — Николая Семеновича, Ивана Матвеевича, Филата Ивановича, Захара Димитриевича и Александра Андреевича Крючка; в д. Ульянихе — Ивана Васильевича и Симеона Васильевича Лобановых, Никифора и Мавры у коих был сын Никита, Афанасия Васильевича; в д. Литвинове — Антона Лаврентьевича — несколько лет бывшего церковным старостою, племянника его Феоктиста Кривого, Ивана Логиновича брата Прохора Логиновича, пастуха погостовского, который ходил за мною во Владимир, чтобы привесть меня на праздник Св. Пасхи в погост Димитриевский — (помню, как в опасных местах на своих плечах, переносил меня через ручьи; помню как он меня, в страдное время, заменял на гумне, а я его при стаде); Ивана Климовича, Феодора Игнатьевича, Гавриила Флоровича пчеловода и Афанасия Губанчика, любившего петь в Субботу: «Славно бо прославися, Господа пойте и превозносите Его во веки»; в д. Губанихе — Марка и Нефеда Петровичей — родных братьев, но живших особыми домами: у первого из многих сыновей был сын старший, великовозрастный, возвратившийся из военной службы солдат, участвовавший во взятии в плен Польского Военачальника Костюшки; а у второго был добрый сын Ермолай, нынешний имянинник, который поступил при мне в военную службу; Ивана и Савелья Васильевичей, которых родная сестра старица-дева Василиса жила особою келиею на погосте, — Гаврила, что жил в первом доме при въезде в деревню из погоста, и торговал крестиками и перстеньками, за покупкой которых и я бегал к нему — добрый был человек: в д. Огибке — Ивана Герасимовича, у которого был обычай, в день Пророка Божия Илии, принимать Св. Иконы и Духовенство и на угощение Духовенства закалят того ягненка, который в тот год родился у него первый (впрочем не ошибаюсь ли я в имени: не Герасим ли это, а сын его Иван). Многих милых забыл я, странствуя столь долго и по столь отдаленным местам; да извинят меня достоблаженные предки, кои столь усердны были к моему покойному родителю, а по нем и ко мне — ребенку — внимательны!
Когда я в 1851 году проезжал через приход погостовский, некоторые из прихожан желали видеть меня; а в д. Литвинове, на восходе солнечном, некоторые старушки даже за деревню провожали меня: и в семейства таковых выдать сколько-нибудь, — для пополнения книжек, к 25-ти экземплярам прибавлено еще 10 экземпляров.
Всех, поименованных мною, помнит и знает, как я полагаю, любезный брат мой заштатный диакон Лаврентий Федорович; при выдаче книжек, его указаниями и прошу руководствоваться. Он помнит нашу бедность и усердие прихожан к нам. Он помнит наши великие нужды, в которых добрые люди помогали нашему, высокому по добродетелям, терпению, трудолюбию, благочестию, преданности Всеблагому Богу, — нашему незабвенному родителю.
Ради братий моих, и ближних моих, глаголах убо мир о тебе, приход погостовский: Дому ради Господа Бога нашего взысках благая тебе, незабвенный погост Димитриевский!
Аркадий Архиепископ Олонецкий и Петрозаводский.
26 Июля 1855.
С.-Петербург.

Сообщ. Дейст. чл. И. В. Малиновский.

Архиепископ Аркадий (Федоров)- родственник гр. Сперанского, продолжатель его дела

Уже, вероятно, в годы своего служения в Могилеве и Минске родственнику графа Сперанского пришлось впервые столкнуться с проблемой, которой он посвятил немалую часть своей научной и церковно-административной деятельности - противодействию церковному расколу. В двух регионах, где проходило служение архиепископа Аркадия, старообрядчество было одним из главных факторов, влиявших на религиозную жизнь в этих краях - на территории современной Белоруссии, под Гомелем, существовали довольно многочисленные Ветковские скиты, а на Урале, под Оренбургом, вдоль р. Б. Иргиз, также жило значительное количество старообрядцев, в основном выходцев с Ветки. К моменту своего пребывания в Пермской и Оренбургской епархиях архиепископ Аркадий успел достаточно глубоко изучить историю такого сложного явления, каким был в истории Русской Церкви старообрядческий раскол. И зная ее, он хорошо видел всю уязвимость многих богословских и канонических позиций старообрядцев, но вместе с тем не мог принять основных принципов той политики по отношению к расколу; которую должен был проводить как архиерей «никонианской» Церкви. Во времена Николая I государство фактически вернулось к тем методам борьбы с церковным расколом, которые еще в середине XVII в. были определены Патриархом Никоном. Но гонения на старообрядцев, осуществлявшиеся в это время, были гораздо более жестокими, чем во времена Никона - тогда они во многом были порождены личными амбициями Патриарха, носили во многом эмоциональный характер и осуществлялись спонтанно, отдельными волнами, имевшими кратковременные перерывы. В середине XIX в. политическое устройство России было несколько иным по сравнению с XVIII в. - Церковь, вопреки исторической традиции и действовавшим издревле каноническим правилам, была подчинена государству, став составной частью громоздкого репрессивно-бюрократического аппарата. Государство обрушило на старообрядцев мощную и беспощадную систему сыска, откровенно дискриминационных и несправедливых законов.
Наиболее суровым государственно-правовым актом стал закон 1838 г., в частности, квалифицировавший воспитание старообрядцами детей в своей религиозной традиции как совращение в раскол и запрещавший старообрядческим общинам строить свои храмы похожими на культовые здания «господствующей» Церкви. «Официальному» Православию в этой откровенно неправовой политике была отведена роль идеологической цензуры. Все эти перекосы в государственной политике Российской империи происходили, как ни странно, уже после того, как были явлены яркие образцы отечественной либеральной мысли - главный их творец М.М. Сперанский еще был жив, хотя его блистательный жизненный путь уже близился к своему завершению. Несмотря на жесткую николаевскую цензуру, либерализм в России не был полностью подавлен, и явная несправедливость проводившейся в это время политики по отношению к старообрядчеству заставила либеральную мысль резко активизироваться. Одним из наиболее ярких событий русской общественной жизни середины XIX в. стала полемика о роли церковного раскола и старообрядчества в истории страны. Либералы, близкие к А.И. Герцену и Н.П. Огареву, не вдаваясь в исторические, богословские и канонические тонкости, однозначно поддерживали старообрядцев, как гонимых - сторонники революционного пути развития России даже пытались привлечь их на свою сторону, как возможных союзников в деле свержения самодержавия. Но особого успеха попытки перевести обострившийся конфликт старообрядцев с государственной властью и «господствующей» Церковью в политическое русло и тем самым еще более обострить его, не имели - гораздо более плодотворной оказалась полемика на страницах журналов, в которой участвовали видные богословы, историки и этнографы, а также литераторы. Представители Владимирского края, бывшие в основном выходцами из Владимирской духовной семинарии - родного гнезда графа Сперанского, сказали в этой полемике решающее слово - в этот период появились исторические исследования, посвященные расколу, написанные преподавателями Владимирской семинарии К.Ф. Надеждиным и Ф.К. Сахаровым. Кроме того, видный этнограф и литератор А.С. Пругавин, обратившись к проблеме перегибов в государственной политике по отношению к расколу, привлек внимание общественности к горькой судьбе долгие годы содержавшихся в тюрьме Спасо-Евфимиева монастыря видных деятелей старообрядчества - архиепископов Аркадия (Дорофеева), Конона (Дуракова), Алимпия и старосты общины на Рогожском кладбище в Москве Ф.В. Жигарева. Узники содержались здесь в условиях строжайшей секретности, и для двоих из них заключение закончилось трагически - они так и не увидели свободы, а оставшимся в живых узникам долгожданное освобождение было даровано отчасти благодаря упомянутой выше полемике, привлекшей общественное внимание к острейшей проблеме своего времени. Еще один выходец из Владимирской духовной семинарии, отчасти повторивший путь Сперанского, А.Г. Вишняков, выступил не только как глубокий и объективный исследователь проблемы церковного раскола, критически оценивавший как перекосы государственной политики по отношению к старообрядцам, так и кризисные и болезненные явления, возникшие к этому времени в среде раскольников, но и как автор многих важных законопроектов, помогавших вывести государственно-религиозную политику из явного тупика и способных предотвратить развитие таких неблагоприятных тенденций в старообрядчестве, как сближение его с западным протестантством и вырождение раскола, происшедшего некогда в силу весьма принципиальных причин, в агрессивные сектантские и еретические группировки. Полемика о роли церковного раскола и старообрядчества в истории страны, охватившая широкие слои российской общественности, от государственных мужей до ученых и литераторов, впервые в отечественной истории XIX в. дала возможность старообрядцам высказать свою точку зрения на страницах периодической печати, контролировавшейся церковной и государственной цензурой. Одним из главных апологетов старообрядчества в этой полемике также выступил представитель Владимирского края, необычайно одаренный историк-самоучка Павел Любопытный (он же - Платон Светозаров), уроженец г. Юрьев-Польского. Столь широкое представительство владимирцев в важнейших событиях общественной жизни России XIX в., каким, несомненно, была полемика о старообрядчестве, раскрывало огромнейший духовный потенциал края - кроме того, стремление изменить откровенно позорное с правовой и человеческой точки зрения положение дел в государственной политике, направленной против раскола, вполне соответствовало идеям и замыслам М.М. Сперанского. Основоположник русского либерализма стал как бы еще одним, незримым участником памятной полемики - она имела вполне зримые результаты и привела к отказу государственной власти и священноначалия от наиболее одиозных методов борьбы с расколом. Но до поры до времени этой полемике не хватало одного - в стране, где законом закреплен официальный статус Православия, решающее слово всегда оставалось за представителем епископата. Иерархом, который придал затянувшемуся спору логическое завершение, стал родственник М.М. Сперанского архиепископ Аркадий (Федоров). В возглавляемых им епархиях он превратил борьбу с расколом из государственно-репрессивной политики в подлинно миссионерско-просветительское дело, достигнув в этом больших успехов. Опыт подобной деятельности, не знавшей себе равных в отечественной истории, архиепископ Аркадий отразил в многочисленных трудах по истории раскола. Высказанное им мнение об исторической и богословской оценке этого явления, увенчавшее собой памятную полемику, отнюдь не было официозным благословением чиновника «господствующей» Церкви, но суммировало богатый и уникальный опыт личного общения со старообрядцами, отличалось незаурядностью и выражало, в значительной мере, личностную позицию, а не идеологические установки, далекие от жизни.
Архиепископу Аркадию (Федорову) было даровано завидное долголетие. Начиная свой жизненный путь и служение Церкви и Отечеству в одну эпоху со своим знаменитым родственником и земляком, видный иерарх, миссионер и историк намного пережил неблагоприятные для русской либеральной мысли времена, стал свидетелем одной из главных побед политического здравомыслия - отмены крепостного права.
8 мая 1870 г. яркий и незаурядный жизненный путь архиепископа Аркадия (Федорова) завершился в Александро-Свирском монастыре под Архангельском. Его многогранная деятельность стала настоящим мостиком, по которому великие идеи его родственника графа Сперанского о необходимости узаконения в России политических и религиозных свобод были перенесены в новую эпоху. А, кроме того, судьбы двух выдающихся выпускников Владимирской духовной семинарии наглядно показали тесную связь либеральной общественной мысли в России с христианскими нравственными ценностями и особую роль Владимирского края - древнего духовного центра России в развитии самых передовых идей в общественной жизни страны.
А.В. Торопов (г. Владимир). Материалы областной краеведческой конференции (20 апреля 2007 г.). Том 2. Владимир, 2008.
Святители, священство, служители Владимирской Епархии
Владимирская епархия.

Copyright © 2019 Любовь безусловная


Категория: Покров | Добавил: Николай (20.12.2016)
Просмотров: 700 | Теги: Покровский уезд | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

Поиск

Владимирский Край



Славянский ВЕДИЗМ

РОЗА МИРА

Вход на сайт

Обратная связь
Имя отправителя *:
E-mail отправителя *:
Web-site:
Тема письма:
Текст сообщения *:
Код безопасности *:


Счетчики
ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика


Copyright MyCorp © 2019
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика