Главная
Регистрация
Вход
Пятница
30.10.2020
14:19
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Меню

Категории раздела
Святые [139]
Русь [11]
Метаистория [7]
Владимир [1312]
Суздаль [413]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [424]
Музеи Владимирской области [60]
Монастыри [7]
Судогда [10]
Собинка [113]
Юрьев [222]
Судогда [103]
Москва [42]
Покров [139]
Гусь [151]
Вязники [277]
Камешково [95]
Ковров [376]
Гороховец [119]
Александров [247]
Переславль [112]
Кольчугино [74]
История [39]
Киржач [82]
Шуя [106]
Религия [5]
Иваново [59]
Селиваново [39]
Гаврилов Пасад [9]
Меленки [104]
Писатели и поэты [101]
Промышленность [90]
Учебные заведения [114]
Владимирская губерния [37]
Революция 1917 [50]
Новгород [4]
Лимурия [1]
Сельское хозяйство [75]
Медицина [48]
Муромские поэты [5]
художники [25]
Лесное хозяйство [16]
священники [6]
архитекторы [6]
краеведение [41]
Отечественная война [243]
архив [6]
обряды [15]

Статистика

Онлайн всего: 24
Гостей: 24
Пользователей: 0

Яндекс.Метрика ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Суздаль

Архиепископ Суздальский и Юрьевский Стефан

Архиепископ Суздальский Стефан

Год рождения неизвестен. Состоял в клире Патриарха Никона и был одним из приближенных к нему лиц.
В 1656 году становится первым игуменом Воскресенского Новоиерусалимского монастыря. При нем было начато строительство монастыря, возведена первая деревянная церковь во имя Воскресения Христова и освящена Патриархом Никоном 17 июня 1657 года.
18 октября 1657 года в день закладки каменного Воскресенского собора и установки памятного креста на холме, названном Елеон был возведен в сан архимандрита.

Архиепископ Суздальский и Тарусский (1658—1661).
9 мая 1658 года хиротонисан во епископа Суздальского и Тарусского с возведением в сан архиепископа.
С 1658 г. положение патриарха Никона резко изменилось. Опале стали подвергаться и близкие к нему люди. Все сторонники церковной старины подняли голову и начали громить как патриарха, так и его приверженцев. Не мог избежать общей участи и архиепископ Стефан. В 1659 г. Суздальский соборный поп Никита, известный впоследствии под именем Пустосвята, подал на архиепископа Стефана донос, в котором писал, что тот „служит божественную литургию не по правилам св. отец, честным канонам, и церквам, и всякой святыни ругается, учит священный чин и всех христиан не от божественного писания". В устах расколоучителя эти обвинения, — в сущности очень тяжкие, имели, конечно, известную цену. Началось следственное дело, во главе которого был поставлен епископ Вятский Александр, тоже сочувствовавший старине.
6 февраля 1660 года, по доносу священника Суздальской соборной церкви Никиты Добрынина (Пустосвята), вызван в Москву. Царь повелел рассмотреть это дело освященному собору совместно с боярином Петром Михайловичем Салтыковым и думным дьяком Алмазом Ивановым. На предъявленное ему обвинение, что он «дозволяет священникам в одной епитрахили входить в царские двери и, стоя на амвоне во время Трисвятого, держит крест в левой руке, а свещу в правой», архиепископ Стефан отвечал так: «Борисоглебскому игумену Иову, в начале всенощного в патрахили в царские двери ходить велел, потому что как он, архиепископ, был в Воскресенском монастыре в архимандритах, и тогда, при патриархе Никоне, из алтаря в царские двери священники в патрахили ходили... На божественной литургии в Трисвятое Животворящий Крест Господень в левой руке держу, а в правой руке свещу, осеняю на Трисвятом, и пред литургиею ко облачению и ко входу сижу и в руку целовать даю по благословению святейшего Никона патриарха». Но ссылка в то время на распоряжения и авторитет Никона, свидетельствуя о преданности такого человека опальному патриарху, в то же время служила поводом ко всяким притеснениям и даже гонению на него со стороны лиц, стоящих у власти. Неудивительно поэтому, что первым доносом дело не ограничилось.
По возвращении в Суздаль 16 сентября того же года Владыка послал свою грамоту в соборную церковь, в которой отрешал Никиту от места и велел дьяку читать публично.
Никита изорвал грамоту, избил дьяка, проклял Стефана и снова послал государю жалобу на архиепископа, что он, вопреки царскому указу „грамотою отрешил меня от церкви и лишил хлебного жалованья и всякого дохода". Однако, и на самого Никиту поступил донос от архиерейского приказного Дениса Петрова, в котором читаем, что поп Никита, „приехав из Москвы в Суздаль сентября 16-го 1660 года, на другой день учинил большое смятение, называл архиепископа Стефана государевым изменником и еретиком, и проклинал, и по отпуске на вечерни и на многолетии не номинал".
Назначено было вторичное следствие. Во главе следственной комиссии поставлен был опять епископ Александр († 1679). На расследовании допрошено было множество лиц, которые большей частью подтверждали сделанные против Стефана изветы. Относительно попа Никиты допрошенные соборный протопоп с причтом показали следующее: „как поп Никита приехал из Москвы в Суздаль, и архиепископ прислал свою грамоту, и приказной человек, Дионисий, велел грамоту подъячему Андрею в соборной церкви чести, и поп Никита грамоту у подъячаго из рук вырвал и изодрал, а что в грамоте написано, того нам выслушать не дал, а долю свою он, поп Никита, церковной денежной доход и хлебный, омлет весь сполна, и архиепископа еретиком и великого государя изменником назвал “.
Следственное дело заслушано было на соборе 1660 года. Собор сначала приговорил было Стефана „к извержению из сана". Но потом, выслушав личные пояснения архиепископа, присудил „послать его в монастырь, в который Великий Государь укажет, и быть под началом у доброго старца, и ему архиерейское ничтоже действовати и клирики во владети". Но власти, на этот раз, — вероятно, под влиянием отношений арх. Стефана к патриарху Никону, слишком „переусердствовали". Царь, ознакомившись с подробностями дела, которое возникло, несомненно, на почве речей Стефана, направленных в пользу Никона, велел сказать властям: „которые вины пред ним, великим государем, архиепискупли, и в тех винах Великий Государь жалует, его прощает; а что свои архиепискупли вины церковные, и в том бы они, власти, судили и прощали по правилам, потому что от простых речей прозябают ереси, а попа Никиту чтоб отослали под градской суд". Когда власти узнали о таком отношении Алексея Михайловича к архиепископу Стефану, то и они переменили свое отношение к нему и нашли, что во многих статьях архиепископ Стефан оклеветан Никитой, а в других винился перед собором и просил прощения, вследствие чего и определили простить его, но не оставили в Суздале, так как он, по их словам, „возненавиден этого города людьми", и указали ему быть ради пропитания у Архангельского собора и в нем архиерействовать (совершать поминовение по умерших Царях и Великих Князьях). В 1661 г. Стефам оставил эту обязанность самовольно. За эту ослушность его и непокорство, он сослан был в Борисоглебский монастырь (Ростовского уезда), с запрещением священнодействия. Находясь в болезненном положении и не чая быть в живых, Стефан просил у Царя Алексия Михайловича прощения в своем поступке.

В 1666 году возвращен на Суздальскую кафедру.
В 1666 году принимал участие в Соборе по низложению патриарха Никона.
В 1667 году производил исследование о чудесах от Смоленской иконы Божией Матери, находившейся в Шуйском Воскресенском соборе.
В 1668 г. города: Таруса, Калуга, Смоленск, малый Ярославец и др., поступили в заведование Московского Патриарха; а из патриаршей области, взамен этих городов, отделен для Суздальской епархии, Юрьев-Польский с 72 церквами. Вследствие чего, Суздальские Архиепископы стали именоваться Суздальскими и Юрьевскими.

Архиепископ Суздальский и Юрьевский (1668—1679).
В 1668 году по представлению Стефана к Патриарху Иосафу, производил освидетельствование о архиепископе Арсении.
Вот что писал Стефан Архиепископ:
«В мимошедших летех по нахождении, на Московское Государство и на православных христиан, безбожных и богоненавистных Ляхов, благоволением Божиим и избранием освященного Собора, был в Суждале в Доме Пресвятыя Богородицы на Архиерейском престоле, Греческия страны града Геласонска, Архиепископ Арсений, о нем же в житии преподобнаго Сергия, и в Пролозе в Октябре месяце (22 ч. ) на праздник Пресвятыя Богородицы, чудотворныя Ея иконы, нарицаемыя Казанския, о избавления великаго града Москвы и всего Российскаго Государства от безбожных Ляхов, воспоминается, и будучи он, Архиепископ Арсений в Суждале на своем престоле, волею Божиею преставися и погребен в соборной церкви Рожества Пресвятыя Богородицы, в прошлом 133 (1625) году, на левой стороне подле столпа, и в нынешнем в 7176 году Марта в 8 день, что был на гробе его кирпичный свод, и тот свод и персть осыпались, и люди гроб его видят, и подле тое гробницы не починя, стоять нельзя».
На это представление последовала грамота от патриарха следующая:
«Писал ты, сыну, к нам Патриарху о Арсении Архиепископе Суждальском, и мы Патриарх Великому Государю Царю и Великому Князю Алексию Михайловичу, всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержцу, по той твоей отписке докладывали, и Великий Государь, советовав о том со Святейшими Вселенскими Патриархи, кир Паисием Папою и Патриархом Александрийским и Судиею Вселенским, и кир Макарием Патриархом Антиохийским и всего Востока, и с нами Патриархом; а советовав, указали о Архиепископе Арсении освидетельствовать тебе, сыну, да к тебеж послан для тогож свидетельства Чудова монастыри Архимандрит Иоаким, и о всем к тебе, сыну, приказано с ним Архимандритом словесно; а что учинено будет, о том тыб, сыну, с ним Архимандритом к нам писал на Москву».
На эту грамоту, Стефан Архиепископ отвечал, что с Архимандритом Чудова монастыря, Иоакимом, гроб и мощи Архиепископа Арсения, досматривали, и оныя, за повреждением прежняго гроба, преложены в новый и поставлены на том же месте.
От Стефана Архиепископа известны две грамоты: а) 1669 г. в Юрьевский Архангельский монастырь, об определении туда Келарем бывшего Архимандрита Германа с изложением обязанностей его по сему званию и б) 1675 в тот же Юрьевский монастырь Архимандриту Иакову о действе летопровожения т.е. как совершать и какой чин наблюдать при начале Нового года в Сентябре месяце.
В октябре-ноябре 1671 г. архиепископ Стефан «бил челом Великому Государю царю и великому князю Алексею Михайловичу, чтобы Великий Государь пожаловал его, повелел ему, по правилам святым и по Соборному свитку, в архиерейской одежде в саккосе служити». В 1672 году, на праздник Христова Рождества, когда Великий Государь пожаловал своих государевых богомольцев, преосвященных митрополитов и архиепископов, дарами, деньгами и ефимками, преосвященного архиепископа Стефана, вместо даров, пожаловал архиерейскою одеждою, повелел ему в саккосе служити. А по его государскому указу, сказку эту сказывал Чудова монастыря архимандрит Иоаким, впоследствии патриарх Московский. В феврале 1672 года преосвященный Стефан повелел «построить себе саккос государева жалованья индейской цветной камки, а ту камку пожаловал ему в прошлом 1671 году за поминовение государыни... Марьи Ильиничны». В феврале того же года патриарх Иосаф «благословил и повелел преосвященному архиепископу в саккосе служити».
В 1672 году архиепископ Стефан участвовал в избрании патриарха Питирима († 1673).
Вновь поставленный, 6 июля 1673 года патриарх Питирим подтвердил ему государево жалованье о саккосе, и преосвященный Стефан 15 октября этого года „на Москве на домовом своем подворье, впервые в саккос облачился и божественную литургию служил и иные службы тако-ж на подворье служил в ризах". Значение отличия, полученного архиепископом Стефаном, можно видеть из того, что саккос, появившийся в России только в ХV в., был сначала отличительною особенностью одних митрополитов и патриарха, причем патриархи в отличие от митрополитов имели на саккосе ,,передник“, чего не было у митрополитов.
Патриарх Иоаким (с 26 июля 1674 г.), вступивший на престол после Питирима, придавал особенно большое значение внешним отличиям высшей русской иерархии. При нем, напр., на соборе в 1674 году было постановлено, что „все митрополиты возлагают на себя во время богослужения саккос без преднашвеннаго наперсника (сие бо единаго токмо патриарха), звонцы имуща, егда в своей епархии священнодействуют. В царствующем же граде Москве или в иной епархии, за изволением тамо сущего архиерея, потребе случившейся, священнодействовати в саккосе же, звонцов неимущем".
Таким образом саккосу, как богослужебной принадлежности сана митрополита и патриарха, придавалось столь большое значение, что даже собор нашел необходимым рассуждать о том, когда митрополиту служить в саккосе с звонками и когда без них.
Естественно, что архиепископ Стефан, получивший эту прерогативу вне обычного порядка (не будучи митрополитом), не мог пользоваться расположением нового патриарха, хотя раньше еще в звании архимандрита патриарх Иоаким сам же объявлял ему о царском пожаловании. Свое неудовольствие Иоаким выразил уже в 1675 г. В августе этого года «указал святейший патриарх Иоаким архиепископу Стефану ездить в соборную церковь к себе безпрестанно, а служить без своего святительского благословения не указал». Больше этого на сей раз патриарх Иоаким ничего не мог сделать, так как жив был еще Алексей Михайлович, пожаловавший Стефану саккос.
В 1675 году делал доклад царю Алексею Михайловичу о мощах погребенного в Кидекшенском монастыре туровского князя Бориса Юрьевича, сына Юрия Долгорукого.
После смерти Алексея Михайловича патриарх Иоаким стал действовать решительнее. Об этом свидетельствует копия с указа патриарха Иоакима от 2 июля 1678 г., сохранившаяся в одной из рукописей Императорской Публичной Библиотеки и опубликованная в Трудах Тверского съезда. Вот этот указ:
«По соборном же сем, руками нашими архиерейскими подписанном на него епископа Стефана, в его непокорствии изложении, мерность наша не до конца прогневася ниже весьма враждуя, но яко отец чада крайним своим отеческим люблением хотя к прежнему архиерейскому сочетанию и служению паки его соединити, множицею же со благим увещанием глаголаше ему на соборе, и посылаше к нему, дабы управлял паки свой архиерейский престол, якоже и прежде, и порученную ему своея епархии паству и да служил бы купно нам во повеленных ому фелонех, и о всяких приличных его архиерейству должное предложити возвещение... Он же нимало сему нашему архипастырскому увещанию внят, ниже подобающим повиновением нас сыновски послуша,но напыщен всезлобною, всеупорственного своего начинания гордынею, не токмо выше возвещенных нами не послуша, во еже быти паки ему на своем архиерейском престоле и сослужити нам в определенных ему архиерейских одеждах; но пред нами на соборе при многих свидетелех архиерейскаго служения в фелонех множицею отречеся и, ругаяся архиерейству, без вданныя ему патерицы и без архиерейския мантии мимо сущия на его дворе церкви, яко юрод, хождаше самочинно к приходским церквам пения ради, таковым своим буйственным самочинием всем бысть посмеяние и позорище, яко вданную ему свыше архиерейскую честь ногами попра, и самопроизвольно вданныя ему от Бoгa архиерейския красоты совлечеся... Мерность же наша, усмотрив вышеписанныя в нем вины, сицевое его во выше предложенных ему нами увещаниях злое упорство и явное непокорение, паче же во должных ему архиерейских чинех самоличное разгласие, и по новеленных ему нами установлениях противное ослушание, суди такового непокорника и презирателя вданныя ему архиерейския чести лишена быти... и порученные ему словесные овцы не паствити, и архиерейских служениих к тому за раскол не действовати, зане пасомым и иным овцам, яже не суть от двора его, много соблазн принесе, а не себе подавая образ. И того ради от сообщения архиерейства нашего отлучихом, и послахом его за пределы великого Новограда во епархию митрополита Новгородского, во некоторую обитель, именуемую «на Лисьих горах», яко да в той обители живый от такового высокоумия престанет и совершенно смирится... и в той обители начальствовати ему над всеми и монастырскими вотчинами препитания ради имети, архиерейского же чина весьма не обнажихом его, ниже одеяния архиерейского совлекохом, но повелехом ему носити мантию архиерейскую со панагиею и патерицу на Троицкого Сергиева монастыря подобие, во церкви „мир всем“ глаголати. Братию обители тоя и служебников и прочих приходящих к нему благословения ради благословляти и стояти ему на собственном игуменском месте. Кроме же сих, повеленных нами ему, в той обители ничесого архиерейских служений действовати. Причащати же ся Святых Таин, когда похощет, служащему тамо иерею по чину, точию в мантии и в панагии, во епитрахили и в нараквицах во алтаре самому, а не от руку иерейских. Кроме же сих ни во какия архиерейския и иерейския одежды ему не облачатся. Быти же ему в той обители со всяким смирением неисходно и управляти братию и служебников, и подданных ему по чину монастырскому, якоже и прежде бывшие тоя обители игумени и строителие, и архиепископ Иосиф. Аще ли же он, сый в той обители, начнет что по своим похотем творити, кроме сего нашего определения архиерейская служения совершати, нововводныя чины и уставы в той обители деяти, братии, и служебником, и подданных преобидения яковая либо творити начнет, или тамошнему митрополиту прекословен и непослушен и противен явится, и ему, митрополиту о всем, святейшему патриарху извещати повелехом, и о сем архипастырское наше разсмотрение будет».
Заканчивается этот указ патриарха Иоакима следующими словами: «Ведения же ради, яко о Стефане, архиепископе Суздальском, архипастырское наше сицевое суждение изнесеся и того ради повелехом всем митрополитом, архиепископом и епископом Российским повсюду писанием извести, яко сие суждение наше всех архиереев российских с подтверждением руками их подписано будет. Деяся сие в царствующем граде Москве в лето мироздания 7186 (1678) иулиа во 1 день».
Из приведенного указа видно, что в 1678 году архиеп. Стефан был запрещен, если можно так выразиться, от архиерейского служения и послан в монастырь в качестве его начальника. Главная вина его заключалась в том, что он «на соборе при многих свидетелех архиерейского служения в фелонех множицею отречеся». Очевидно, патриарх Иоаким, проведший на соборе 1674 г. такие до тонкости точные правила относительно ношения митрополитами саккосов, потребовал от архиеп. Стефана, чтобы тот, как не митрополит, служил в фелони. Получив саккос по указу государя, который был впоследствии подтвержден двумя патриархами, архиеп. Стефан, естественно, не согласился отказаться от столь важного в то время отличия, и патриарх Иоаким подверг его запрещению, каковое единоличное распоряжение патриарха, по его приказанию, должны были скрепить своею подписью впоследствии все русские иерархии.
2 июля 1679 года архиепископ Стефан был лишен сана и заточен в Новгородский Лисицкий монастырь, оттуда переведен в Иосифо-Волоколамский монастырь. Причины перевода его в Иосифов Волоколамский монастырь и условия, на каких он там жил, остаются неизвестными.
Скончался в 1679 году в Иосифо-Волоколамском монастыре.

Суздальские и Тарусские

Суздальская Епархия
33. Св. Архиепископ Софроний Суздальский (29 января 1654 - 13 сентября 1654).
34. Иосиф II (1655 - апрель 1656). Поступил на Суздальскую епархию в 1655 году, а в следующем 1656 в апреле скончался.
35. Филарет (10 августа 1656—1658). Поступил на Суздальскую епархию в 1657 году, и через год переведен в Смоленск.
36. Стефан (2 мая 1658—1661, 1666-1668).
Архиепископы Суздальские и Юрьевские.
В 1668 г. города: Таруса, Калуга, Смоленск, малый Ярославец и др., поступили в заведование Московского Патриарха; а из патриаршей области, взамен этих городов, отделен для Суздальской епархии, Юрьев-Польский с 72 церквами. Вследствие чего, Суздальские Архиепископы стали именоваться Суздальскими и Юрьевскими.
Стефан 1668-1679 гг.
37. Маркелл 1679-1680 гг. В 1681 переведен во Псков Митрополитом.
Владимирская епархия.

Copyright © 2016 Любовь безусловная


Категория: Суздаль | Добавил: Николай (20.12.2016)
Просмотров: 912 | Теги: Суздаль | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

Поиск

Владимирский Край


Славянский ВЕДИЗМ

РОЗА МИРА

Вход на сайт

Обратная связь
Имя отправителя *:
E-mail отправителя *:
Web-site:
Тема письма:
Текст сообщения *:
Код безопасности *:



Copyright MyCorp © 2020
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика