Главная
Регистрация
Вход
Суббота
15.12.2018
21:19
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

Мини чат

ПРАВОСЛАВИЕ

Славянский ВЕДИЗМ

Оцените мой сайт
Оцените мой сайт
Всего ответов: 551

Категории раздела
Святые [134]
Русь [11]
Метаистория [7]
Владимир [989]
Суздаль [316]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [336]
Музеи Владимирской области [56]
Монастыри [5]
Судогда [5]
Собинка [50]
Юрьев [118]
Судогда [37]
Москва [42]
Покров [74]
Гусь [104]
Вязники [188]
Камешково [54]
Ковров [279]
Гороховец [78]
Александров [166]
Переславль [95]
Кольчугино [38]
История [16]
Киржач [42]
Шуя [86]
Религия [4]
Иваново [39]
Селиваново [14]
Гаврилов Пасад [8]
Меленки [31]
Писатели и поэты [9]
Промышленность [60]
Учебные заведения [27]
Владимирская губерния [24]
Революция 1917 [44]
Новгород [4]
Лимурия [1]
Сельское хозяйство [73]
Медицина [22]
Муромские поэты [5]

Статистика

Онлайн всего: 18
Гостей: 18
Пользователей: 0

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Владимир

Памяти Ивана Сергеевича Аксакова (1886 г.)

Памяти Ивана Сергеевича Аксакова

Вслед за получением известия в гор. Владимире о кончине доблестного патриота русского И. С. Аксакова, в первый же после того воскресный день, 2-го февраля, отслужена была в Богородицкой, что при Семинарии, нашей церкви панихида по почившем так неожиданно истинно-русском человеке. Высокопреосвященнейший Архиепископ Феогност совершал в тот день Божественную литургию в церкви Владимирского мужского духовного Училища, где, по случаю храмового там праздника, не представлялось удобным служение панихиды. Поэтому Преосвященнейший Владыка перенес это поминовение на сороковой день кончины И. С. — 7-е марта.
В этот день, в пятницу, Высокопреосвященнейшим Феогностом, Архиепископом Владимирским и Суздальским совершена была в Крестовой церкви Архиерейского Дома, в сослужении градского духовенства, торжественная панихида по незабвенном для всей России Иване Сергеевиче, 11-го марта, во вторник, в 6 часов вечера в читальной зале библиотеки Братства св. благоверного Великого Князя Александра Невского было исполнено, при многочисленном стечении народа, чтение, посещенное памяти И. С. Аксакова. Это чтение удостоили своим присутствием: Высокопреосвященнейший Феогност, Архиепископ Владимирский и Суздальский и Преосвященный Аркадий , Епископ Муромский, Викарий Владимирской епархии и многие другие лица города. Руководил этим чтением священник Успенского женского монастыря о. Николай Владимирович Покровский, который, вместе с тем, и лично участвовал в чтении: им прочитана была брошюра: «С. и И. Аксаковы». По прочтении о. Николаем этого сочинения, хором певчих Его Высокопреосвященства пето было стихотворение на память святым и равноапостольным Кириллу и Мефодию, первоучителям Славянским: «Славяне! Песнию высокой почтим Апостолов Славян»... и торжественная песнь Россиян: «Колена, Россы, преклоните»... Затем преподаватель Владимирской мужской гимназии Николай Александрович Райский произнес понятную для каждого слушателя и глубоко-прочувствованную речь. По окончании этой речи хором певчих Его Высокопреосвященства пропет был народный гимн: «Боже, Царя храни» и публика, довольная чтением и пением, в 8 часов вечера оставила читальную залу библиотеки Братства.
(Владимирские епархиальные ведомости. 1886, № 7)

Речь об Иване Сергеевиче Аксакове

Ваше Высокопреосвященство, Ваше Преосвященство, Милостивые Государыни и Государи!
В последнее время произошел большой недочет среди деятелей русской науки и русского искусства: научные и литературные деятели сходят один за другим преждевременно в могилу — и «убывает силы у русской земли!» Так 5 лет тому назад не стало вдохновенного певца людских страданий, с чисто христианской любовью плакавшего над «униженными и оскорбленными» — Достоевского; спустя 3 года после того не стало Тургенева, могучего чародея слова, который своей глубоко поэтической душой не только умел проникнуть в сокровенные изгибы человеческого сердца, но который понял всю красоту и величие русской природы и подслушал ее таинственный, дивный лепет! За поэтами сошли в могилу и деятели науки: в их среде также большой недочет, особенно среди бытописателей родной старины, родного прошлого. Нет yж более Соловьева, первого русского историка, поставившего изучение родной истории на научную почву и высоту; нет более Костомарова, нет также и Макария московского, маститого повествователя о былом русской церкви и деятельности ее представителей! Словом, по выражению поэта, «смерть жатву жизни косит, косит и каждый день, и каждый час», при чем она не обращает внимания ни на красоту, ни на могущество, ни на богатство. Она не смотрит, насколько для оставшихся в живых была дорога та или другая ее жертва, насколько эта жертва своими делами или своим словом была полезна семье, обществу, государству.
И вот к прежним ее жертвам прибавилась новая: 27 января нынешнего года в Москве скончался известный литературный и общественный деятель — издатель «Руси» И. С. Аксаков на 62-м году своей жизни. Значение И. С. как для русского народа, так равно и для родственных нам славянских племен было настолько велико, что смерть его вызвала не одну слезу искреннего участия у истинных сынов отечества. Сам Государь Император, едва только узнал об его кончине, тотчас же прислал вдове покойного телеграмму с выражением своего искреннего участия к постигшему ее горю.
Что же сделал Аксаков в течение своей жизни для России? Чем он выдавался из среды других людей нашего обширного отечества настолько, что стал известен не только у нас, но и в других землях и странах? Вот вопросы, которые составят предмет моего чтения.
Я хочу обрисовать привлекательную личность покойного и вспомнить с благоговением его труды и характер его деятельности — это, по моему мнению, лучшее, чем можно почтить память достойного человека.
И. С. родился 26 сентября 1823 года в Оренбургской губернии. Воспитывался он в Училище Правоведения. По окончании курса, он определился в 1842 г. на службу в Московский Сенат. В 1848 г. Аксаков перешел на службу по Министерству Внутренних Дел. Эта перемена службы дала возможность Аксакову более познакомиться с русским народом, так как, исполняя поручения начальства, он должен был вступать в непосредственное общение с простым людом. Так в 1848 году он был отправлен в Бессарабию по некоторым раскольническим делам, а в 1849 году был в Ярославле для обсуждения вопроса об единоверии. В 1850 году Аксаков вышел в отставку и начал заниматься литературой. 1853 и 1854 гг. он провел в Малороссии с целью изучить и описать торговлю на украинских ярмарках. В 1855 году, когда наступила тяжелая для России Крымская Кампания, Аксаков, горя любовью к отечеству, поступил добровольцем в Серпуховскую дружину. По заключении мира в 1856 г. Аксаков воротился в Москву и снова принял деятельное участие в литературе. Желая подробнее познакомиться с родственными нам славянами, И. С. предпринимает путешествие по славянским землям. Возвратившись оттуда, он посвящает себя всецело литературе и принимает живое участие в Московском Славянском Благотворительном Комитете. — С этого времени имя Аксакова становится известным не только в России, но и за границей — в особенности в славянских землях. С этого времени И. С. твердо и неуклонно идет к одной цели, осуществление которой он поставил задачей своей жизни: выяснить русскому народу его собственные силы, сплотить его под знаменем народности, пробудить в нем братское общение и любовь к другим славянам, к которым судьба была менее благосклонна, заставив их влачить цепи рабства — с одной стороны, а с другой — этих несчастных наших братьев познакомить с Россией, вызвать и укрепить в них упование на силу и помощь русского народа. Видеть все славянство единым и дружно стремящимся на пути к нравственному совершенствованию под несокрушимым знаменем православия — вот конечная цель стремлений Аксакова. Осуществление этой задачи Аксаков посвящает все свои силы и как литературный деятель, издавая целый ряд журналов, и как Председатель Московского Славянского Благотворительного Комитета, оказывая материальную и нравственную поддержку славянам особенно во время последней Русско- Турецкой войны.
Деятельность Аксакова в этом отношении была очень плодотворна, так как он подготовился как нельзя лучше к ней и так как всегда шел прямым путем к достижению своей цели. С именем покойного мы привыкли соединять мысль о таком писателе, у которого никогда слово не расходилось с делом, который всегда являл из себя истинно-русского человека со всеми хорошими сторонами его природы и ума, который весь был проникнут чисто русскими стремлениями. Он был славянофил но не такой узкий славянофил, как многие ревнители старины, которым казалось одинаково хорошим все старое и чисто-русское — будь то даже нравственная грязь — но истинный славянофил, возлюбивший Русь всей своей душой и желавший видеть ее во всем величии первой славянской державы. Поэтому он никогда не скрывал от себя и от других недостатков настоящего и прошлого и ревностно старался об их искоренении.
И жизнь в семействе отца, и первоначальное образование, и близкое знакомство с русским народом — все это вместе сделало из Аксакова нapoдника в истинном, благородном значении этого слова.
Отец его Сергей Тимофеевич Аксаков был в свое время выдающимся русским писателем. Всякий, кто интересуется русским просвещением и русской литературой, вероятно, читал его «Семейную Хронику» и «Детские годы Багрова внука» — произведения, полные гомеровской простоты и красоты, дышащие любовью к русской природе и русскому человеку. Безыскусно рассказана в этих произведениях жизнь захолустного русского помещика Степана Михайловича со всеми ее мрачными и светлыми сторонами. Русский помещик вышел из под пера автора богатырем каким-то, обладающим крепкой физической силой и чисто русским складом ума — того ума, который часто, не размышляя долго, схватывает на лету много такого, до чего люди более образованные не додумаются даже после долгих размышлений. И такой русский человек люб нам настолько же, насколько он был люб самому автору: мощь его духа дает читателям веру в мощь русского человека вообще. Такую веру в силы русского народа и надежду на его лучшее будущее, полное чести и правды, отец сумел передать и своему сыну. Отчасти домашняя обстановка, отчасти обаятельная личность отца, а отчасти и разговоры, которые велись в присутствии молодого Ивана Сергеевича — все это вместе с ранних пор заставило его заметить в русском человеке лучшие стороны его духовной природы и верить в них всей силой своей души — верить свято, не изменяя ни на минуту этой вере до конца своей жизни. Такое доброе начало, заложенное в душе молодого Аксакова его отцом с течением времени все более и более усиливалось, так что впоследствии И. С. стал самым искренним русским патриотом,— патриотом разумным, который старался и словом и делом вести русский народ к самосознанию, исправить условия русской жизни и вдохнуть в душу своих современников любовь к народности, религии, чести и правде, идеальный русский человек, которого нарисовала Ивану Сергеевичу его фантазия, должен быть весь проникнут правдой: у него не должно быть разлада между словом и делом, между мыслью и ее осуществленьем, Русская сила не нуждаемся в изгибах дипломатии; русский народ не побоится сказать прямо и самому себе, и другим, что дурно, что хорошо. В этом заключается его главная сила — нравственная. Такой силой обладал более всех сам Аксаков. Как писатель он знал хорошо значение слова. Он знал, что «слова писателя суть его дела», а потому не дозволил себе ни разу в продолжение всей своей долголетней литературной деятельности сказать ни кое-либо гнилое слово, которое шло бы в разрез с его убеждениями. «В этом заключалась главная сила Аксакова, как писателя». Влияние на И. С. его отца видно и в этом. Известно, что детские впечатления вceго сильнее, - а в детстве, в доме своего отца, Аксаков видел постоянное проявление этой чисто русской народной черты — прямоты в словах и делах. Поэтому еще в первых своих произведениях Аксаков более всего восстает против красивых фраз, не переходящих в хорошее дело. Юношеская дума писателя такого несоответствия между словом и делом!
И всех тщеславных обольщений
Мятеж корыстный усмирив,
Да будет свят тебе призыв
Одних лишь строгих побуждений!
Чтоб трезвым мужеством дыша,
Ты не: робел судьбы бесславной.
Чтоб тел ты честно в бой неравный, —
Чтоб ненавидела душа
При бодрых силах сон обидный,
С неправедной мира мир постыдный
Постыдства лжи и суете.
Да! За словом должно непосредственно следовать дело — иначе не для чего тратить даром слова. В делах же не надо быть робким, ибо коренная также черта русского человека — ничего не бояться, и идти прямой дорогой. Малодушные и лукавые одинаково противны русской душе, — противны они и душе писателя.
Смотри! (пишет он в другом стихотворении)
Толпа людей нахмурившись стоит:
Какой печальный взор! Какой здоровый вид!
Каким страданием томяся неизвестным,
С душой мечтательной и телом полновесным.
Они речь умную, но праздную ведут:
О жизни мудрствуют, но жизнью не живут,
И тратят свой досуг лениво и бесплодно,
Всему сочувствовать умея благородно!
Ужели семя их добра не принесет?
Досада тайная под час меня берет,
И хочется мне им, взамен досужей скуки,
Дать заступ и соху, топор железный в руки,
И толки прекратя об участи людской,
Работников из них составить полк лихой!
Вот чего требовал Аксаков от истинных сынов России - прежде дел, а потом уже слов, но не пустого красноречия! Вот идеал русского человека: «прямота души, неустрашимость и работа».
Такой идеал, составился в уме Аксакова, когда ему не было еще 25-ти лет, и тем не менее он до конца своей жизни остался верным своему идеалу. В жизни своей Аксаков ни разу не покривил душой, ни разу не сказал пустого, бесцельного слова. В этом была главная сила его, как писателя. Какой силой, каким убеждением была полна его речь, когда он замечал, что в жизни русской отдалялись от этой народной черты.
Таков был Аксаков, как человек и как писатель.
Теперь посмотрим, разрешению каких вопросов честная, правдивая речь Аксакова, что составляло предмет его дум и дела?
Ко времени вступления И. С. на поприще литературной деятельности в России не было вполне национального сознания: русский народ не знал хорошо себя, не понимал своего назначения и своих сил. Громкий победами век Екатерины и победоносная эпоха 12-го года укрепили в русских веру только в их физическую силу и веру в Провидение, но не вызвали в них пробуждение самопознания и народной гордости, на недостаток которой еще так сильно жаловался Карамзин. Русский образованный человек того времени думал по прежнему, что можно жить только чужим умом, следуя рабски тому, что скажет Европа. Самобытности в мысли научных исследованиях и политике было еще очень мало; национальность начала проявляться пока только в литературе благодаря гению Пушкина. Таким образом в начале XIX столетия не было еще ни самобытного просвещения, ни национального самопознания. Причина этого вполне понятна. Петр Великий, сблизив Россию с Европой, пересадив искусственно с Запада на наш негостеприимный север европейскую науку и просвещение, заставил русских видеть все свое спасение в Европе, а на свои силы не надеяться — в особенности в области ума. Вследствие этого в течение всего XVIII столетия мы замечаем какую-то беспомощность русского ума. Без всякой критики заимствуют наши высшие классы все из Европы — и форму одежды, и блеск обстановки, и нравы, и обычаи, и убеждения. Все, что делается в Европе, хорошо, все, что происходит в России, дурно! Россия — страна варварская, думали в Европе, и мы русские, веря им на-слово, отвращались от всего национального. Дело дошло даже до того, что некоторые представители русской молодежи, побывав раз в Париже, стали считать большим несчастием для себя то обстоятельство, что они родились в России. «Мое тело родилось в России, дух же принадлежит короне Французской», говорит с гордостью один из таких умников (Бригадир Фон-Визина). Таким образом среди нашего дворянства было под час полное отвращение от всего русского. Следовательно о самопознании здесь не могло быть и речи. Так было в XVIII веке. Интеллигентное общество времени Александра Благословенного также обращает постоянно свой взор на Европу. Громкие завоевания ума в области науки, сделанные в Западной Европе, и высокое состояние искусства действовали на него обаятельно. Очарованные высоким просвещением Запада, наши образованные люди не находили ни нужды, ни времени заглянуть в сердце России и познать силу и дарования русского народа. Словом почти до половины XIX столетия в интеллигентном обществе господствовало стремление подчинить русскую жизнь и русские ум жизни и уму Западной Европы, — а народного самопознания и народной гордости не было вовсе. С другой стороны в классах необразованных — купечестве, мещанстве и крестьянстве — резкой чертой отмечалось стремление, во имя любви к родине и православию, сберечь все старое, не принимая во внимание, насколько это старое было хорошо. Стремление этих классов удержать некоторые обряды в Богослужении (хождение посолонь, сугубое аллилуия и т. под.) и крепко держаться выработанных веками рамок семейной и общественной жизни с ее грубостью и невежеством лишь вследствие того, что так жили деды и отцы, также было далеко от истинного самопознания. Таким образом в течение всего ХѴIII в. и первой половине XIX в. замечаются в нашем обществе два стремления, одинаково далекие от самопознания. Одно из них получило впоследствии название «западничества», а другое перешло в раскол, как религиозный, так и общественный. Знания же «тех даров, духовных и материальных, которые составляют отличительные свойства народа, придают ему нравственный характер и обособляют его от других народов, как отдельную духовную личность (речь прот. Лебедева) — на святой Руси не существовало. Только в 50-х годах XIX столетия группа честных деятелей, получивших впоследствии прозвание славянофилов, задалась целью определить духовную физиономию русского народа и водворить в обществе стремление к самопознанию. В главе этих честных работников на ниве народной стоял И. С. Неустанно и твердо шел он к этой цели, встречая часто, вместо сочувствия и поддержки, равнодушие и препятствия со стороны образованного общества, гордившегося своим чужеземным знанием, образованием и обычаями. Вот главная заслуга Аксакова, как писателя. В последние десять лет И С. (говоря его словами) «один поддерживал огонь на том светильнике, который был зажжен его предшественниками» — и оставил его ярко горящим... Будем надеяться, что он не погаснет с смертью Аксакова; «отныне вся Россия будет блюсти его на этом светильнике, и он будет возгораться все ярче и ярче, и свет от него воссияет венцом славы на приснопамятных подвижниках русской мысли» (слова Самарина).
Наряду с служением идее народности и самопознания шло у Аксакова и славных его сподвижников — славянофилов служение другой идее — «единению всего славянского мира», — единению не столько политическому, сколько нравственному. Служение этой идее прошло также не бесследным: славянский мир теперь уже заметно для всех стремится к осуществлению этого единения.
Хотя движения в России в пользу славян были еще до начала деятельности славянофилов, но эти движения имели совершенно другой характер благодаря тому, что русские, мало зная самих себя, мало знали и славян. Войны России с Турцией при Екатерин II, Александре I и Николае I имели целью главным образом сломить могущество Турции и защитить интересы православия. Все заботы нашего правительства сводились исключительно к старанию освободить крест из под власти луны. Поэтому, в глазах русских, не было существенной разницы между греками и славянами, населяющими Балканский полуостров: — и те, и другие были православные, следовательно, помогать надо было тем и другим. Словом, почти до последнего времени Русским не доставало еще ясного сознания, насколько близки им по своему происхождению славяне; у них еще не высказывалась искренняя братская любовь к последним, такая братская любовь, которая заставляла бы их жертвовать своей жизнью для блага беспомощных братьев, как это было в последнюю Русско-Турецкую войну, когда деятельность славянофилов и Аксакова принесла уже заметные результаты. — И вот объединить славян нравственно, соединить их союзом братской любви — все это составляло задачу славянофилов вообще и И. С. — в частности. В воображении его постоянно носился образ того светлого будущего, когда все славяне объединятся, притом не так, чтобы «славянские ручьи слилися в Русском море», как думал Пушкин, но так, чтобы каждый из этих ручьев тек свободной струей. Вот краткое резюме всех статей Аксакова по славянскому вопросу, изложенное протоиереем Иванцовым —Платоновым в надгробном слове. «Не забывайте, русские, что около вас живут родные вам славянские племена, не имеющие такой силы и самостоятельности, какими пользуетесь вы, и постоянно подвергающиеся гнету и искушениям со стороны других чуждых народностей. Не оставляйте их, помогайте им, не уступайте их никакому чуждому влиянию, старайтесь — сколь возможно — сплотить их с собою. В этом ваш исторический завет, ваше призвание, крепкий залог вашего будущего». В таком учении Аксакова нет узкого эгоизма дипломатии, которая, правда, иногда выказывает любовь к кому либо, но только при таких условиях, когда из этой любви она может извлечь для себя пользу; это настоящая русская народная любовь к слабым и угнетенным, которая часто, на глазах всех, проявляется у темного крестьянского люда; это та любовь, которая заставляет в человеке, сделавшем какое-либо преступление, видеть не злодея, а несчастного, «болезнаго» и сострадать ему, что он не устоял на высоте своего человеческого достоинства, а пал, искушаемый своим врагом — страстями! Словом и в таком учении о славянском единении Аксаков остается настоящим русским человеком с коренными чертами его характера и души — стремлением к правде и состраданием.
Такое учение Аксакова не только глубоко запало в душу русских, как показала это последняя Русско-Турецкая война; оно нашло отзвук и в сердцах наших братьев славян. Только в лице Аксакова последние познали настоящую Россию. Веря ему, они верили и русскому народу. Пробуждение национального сознания и движения в славянских землях — южных и западных — черпало отчасти силу в словах Аксакова, тем более, что славяне ясно видели, что его учение не было только красивым словом, но шло рука об руку с делом. Славянский Благотворительный Комитет, председателем которого был И. С., постоянно оказывал материальную поддержку нуждающимся славянам: он доставлял средства для лиц, воспитывавшихся в русских университетах; он же доставлял обильную помощь южным славянам в бедственный для них годины войн с Турцией. Мы не имеем под руками сведений о сумме денежного вспомоществования славянам во время последней войны, — но знаем, что эти вспомоществования достигли огромной суммы.
Насколько ценили славяне деятельность И. С. можно судить из речи Черногорского воеводы Пеко Павловича, которой мы и закончим наше чтение. «В лице И. С. Аксакова», - говорил над его гробом славный воевода, «собратья славяне, сербы, болгары, черногорцы, познавали и изучали русских. Честность и искренность И. С. Аксакова, с которым все южные славяне сблизились уже давно, дала им уразуметь, как велик, как честен, как искренен русский народ. Если-бы таких людей, как Аксаков, было более, то дело славянское давно было бы окончено с успехом. Но все-таки семя, брошенное покойным, не пропадет бесплодно».
Вечная же память тебе, доблестный сын России, друг человечества, проповедник правды и чести! Верим и мы и надеемся твердо, что жатва, вырастая из семени, посеянного тобой, будет велика и обильна, как велик и обилен русский народ! Ты верил, что русскому народу одному предстоит великая и светлая будущность – верим и мы, и в светлом образе твоем находим постоянную поддержку этой вере! Веря же и надеясь, будем сами стремиться идти тою же дорогой, которой шел ты, — дорогой правды и чести, работы и труда, и любви к ближнему!
(Владимирские епархиальные ведомости. 1886, № 8).

Владимирская губерния

Copyright © 2018 Любовь безусловная


Категория: Владимир | Добавил: Jupiter (28.11.2018)
Просмотров: 37 | Теги: Владимир | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

Поиск

Владимирский Край

РОЗА МИРА

Меню

Вход на сайт

Счетчики
ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика


Copyright MyCorp © 2018
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика