Главная
Регистрация
Вход
Воскресенье
03.03.2024
22:46
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Меню

Категории раздела
Святые [142]
Русь [12]
Метаистория [7]
Владимир [1585]
Суздаль [469]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [495]
Музеи Владимирской области [64]
Монастыри [7]
Судогда [15]
Собинка [144]
Юрьев [249]
Судогодский район [117]
Москва [42]
Петушки [170]
Гусь [198]
Вязники [350]
Камешково [167]
Ковров [431]
Гороховец [131]
Александров [300]
Переславль [117]
Кольчугино [98]
История [39]
Киржач [94]
Шуя [111]
Религия [6]
Иваново [66]
Селиваново [46]
Гаврилов Пасад [10]
Меленки [124]
Писатели и поэты [193]
Промышленность [164]
Учебные заведения [174]
Владимирская губерния [47]
Революция 1917 [50]
Новгород [4]
Лимурия [1]
Сельское хозяйство [78]
Медицина [66]
Муромские поэты [6]
художники [73]
Лесное хозяйство [17]
Владимирская энциклопедия [2390]
архитекторы [30]
краеведение [72]
Отечественная война [276]
архив [8]
обряды [21]
История Земли [14]
Тюрьма [26]
Жертвы политических репрессий [38]
Воины-интернационалисты [14]
спорт [38]
Оргтруд [117]
Боголюбово [18]

Статистика

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Камешково

Поселок им. Фрунзе. Часть 2

Посёлок имени Фрунзе

Начало »»» Поселок им. Фрунзе. Часть 1

«Не описать, что почувствовали жители и рабочие нашего участка № 1 ткацкой фабрики им. К. Либкнехта, когда приехали представители администрации с головного предприятия и вручили каждому рабочему уведомление о предстоящем увольнении в связи с сокращением численности персонала Акционерного общества открытого типа «Сергеихинская ткацкая фабрика». На поселке жизнь угасла: люди остались без работы, закрыли баню, не отапливается магазин, ну, лето может как продержится магазин, а что будет зимой? Не работает радио, вот уже два года нет связи.
С этим письмом мы в первую очередь поехали к С.А. Кленову, директору АООТ «Сергеихинская ткацкая фабрика». Разговор получился продолжительным. Прочитав письмо, Сергей Анатольевич подтвердил, что все изложенное в нем соответствует истине. Да, фабрика стоит значительно больше полугода: нет сырья, нет денег. Что говорить об этом участке, если головное предприятие работает по пять часов в день, зарплата у рабочих мизерная, за первый квартал сработали на 14,9 процента…
Что будет с первым участком и с людьми, оставшимися без работы? - Повторяет мой вопрос Сергей Анатольевич.- Ну, что я могу сейчас сказать? Как я могу что-то обещать людям? Пока ничего. Этот вопрос решается. Каким образом и когда, точно сказать не могу. Вы ведь понимаете, если я сейчас что-то пообещаю, назову какие-то сроки, то буду обязан отвечать за свое слово перед людьми… А ту, Фрунзенскую фабрику, и так держали до последнего. Отрываем от рабочих основного участка и платим зарплату рабочим первого участка. Платим до 1 июня, а потом все они пойдут на биржу труда…
Поселок имени Фрунзе всегда был пасынком у руководителей фабрики имени К. Либкнехта. Ну, а что можно сказать по поводу того, что люди оказались без элементарного: бани и телефона? Слов нет. Это беспредел.
Чтобы выяснить, решилось ли что-то из того, о чем так загадочно намекал Сергей Анатольевич Кленов, через некоторое время мы побывали на «месте событий», в поселке имени Фрунзе, на первом участке фабрики им. К. Либкнехта. Через проходную фабрики мы прошли беспрепятственно: ветхое, запущенное здание ее было пусто. Здание фабрики, территория вокруг него встретили нас непривычной, безжизненной тишиной. Только дождь, чувствуя себя здесь единственным хозяином, вызывающе гулко стучал по фабричной крыше. Походив по территории, мы убедились, что дежурный в проходной был в общем-то и ни к чему: пройти к фабрике можно было с любом стороны, так как о заграждении и речи не было. Здесь же мы встретили пожилую женщину.
- Здравствуйте, — вступаем в разговор, — живете-то как?
С готовностью, как будто долго ждала того, кому можно душу излить:
— Плохо. Ох, плохо. Фабрика-то у нас год почти стоит. Люди без работы остались, без денег, Я-то ладно, я на пенсии. А молодые, да с детьми которые?!.
И вдруг, обрывая разговор:
— А вы кто? Болтаю тут не знаю с кем, может, наговорю чего лишнего...
Услышав, что мы из редакции, приехали по письму депутата В.В. Тюльковой, побежала по дворам жителей собирать. И буквально минуты через две вереница женщин потянулась к нам. Мы ожидали бурного, крикливого собрания. Ничего подобного. Люди вели себя достойно. Только в речах их много было обиды, отчаяния, безысходности. Они выговаривались, а мы слушали, и росло в душе возмущение, удивление. Терпению этих людей, которых всю жизнь и раньше-то обделали вниманием руководители их фабрики, а сегодня привели к нищенскому существованию. И, что самое главное, к чему бывшие рабочие фабрики на продолжении всего разговора возвращались не раз — за те восемь месяцев, что фабрика стоит, директор С.А. Кленов, побывал здесь только раз, но и тогда не снизошел до разговора с людьми.
— Что мы звери что-ли? Боится директор нас. Приехал как-то, забрал, что ему необходимо было, и мимо, — рассказывает Р.К. Идрисова, проработавшая двадцать лет на фабрике ткачихой. — А мы ведь люди. Мы столько на них, на директоров этих работали, а теперь это не в счет, ведь ломили по 9 часов, в выходные выходили, план гнали. А теперь? Ведь когда фабрику останавливали, приехал юрист и работник из отдела кадров, раздали нам уведомления, что фабрика закрывается и что платить до 1 июня нам будут две трети ставки. А мы и не знаем, какая она — ставка. Вот платят нам по четыре тысячи, и все. Живи на них, как знаешь. У всех дети, в школу скоро собирать, а как? Ума не приложим. Они, руководители, попробовали бы хоть месяц с такими деньгами прожить. Не хотим жить на их подачки! Всю жизнь работали и нищими остались!
Говорили и говорили люди, выкладывали все, что наболело, что рвалось наружу.
— Кто же, как не директор, о рабочих своих заботиться должен? А у нас как получается... Ну, произошло это, не смог работать так, чтобы удержать участок, так продавайте здание фабрики тем, кто людей работой и хлебом обеспечить может, тем более есть такие. А ведь что творится-то: дня два назад приехала машина с головного предприятия, хотели забрать с нашей фабрики вентиляционные короба, трансформатор новый, на компрессорную руку наложить хотят... Все увезти готовы. Разве можно так? Да и какое они имеют право растаскивать все? Говорят, что у нас откроют мебельное производство. Как же без компрессорной? А мы, жители, без трансформатора как? Старый выйдет из строя, мы ж без света останемся... И телефона у нас нет в поселке.
Вот жилье еще заставили приватизировать. Наши-то халупы, в которых 75 процентов износа! Что ж мы с ним делать-то будем? Свалили с себя все...
— Это ладно, — вступает в общий разговор пожилая женщина, — к нам, людям-то как относятся! У меня муж и сын без работы, денег — ни копейки. Порошок стиральный в магазине появился, я купить не могу, а когда деньги, эти несчастные 4 тысячи дали (мы их дрожащими от радости руками берем) порошок-то кончился. Что же делают с нами! В долгах все, как в шелках. А к Кленову пришла, просить стала, чтобы мужиков моих на работу взял… Послушали бы вы, как он со мной говорил, да и не говорил, выгнал просто и его слова приложу вам почти дословно: «А ты знаешь, что скоро все побираться пойдут?» А не хочу я побираться! Я всю жизнь на фабрике работала, все ей отдала: здоровье, годы свои самые лучшие и побираться? Много еще чего было сказано людьми. Но все вертелось вокруг одного: к ним, людям, по-человечески бы, поговорили бы с ними, объяснили все, сказали бы, чего ждать и как жить дальше. Ведь у всех семьи, не соберешь чемодан, и не поедешь, куда глаза глядят работу искать… А на прощание: посодействуйте, хоть бы баню-то открыли, чтобы помыться, радио не работает давно, газету районную вовремя не приносят, телефона нет... Ведь в войну люди так как мы не жили... Как же стыдно было за всех нас, за то, что сегодня некому защитить этих людей, которые готовы были лечь под колеса машины, приехавшей забрать с их родной, мертвой сейчас фабрике, то, без чего ее не оживить. ...Уже выезжая из поселка, мы встретили машину, свернувшую к проходной. Возвратились. Оказалось, что приехали люди, ожидающие того времени, когда можно будет открыть в стенах бывшей фабрики свое, новое дело. Видели бы вы, как спешили к ним люди, как загорались надеждой их глаза, как ласково и радушно кинулись они к своим благодетелям с расспросами: «Ну, как дела? Когда же...? Уж побыстрее бы...»
Многого эти парни нам не сказали, объяснили свою несловоохотливость суеверием: «Вот когда будем открывать предприятие, обязательно пригласим вас, редакцию, на презентацию. Там и поговорим обо всем. А пока рано. Как бы не сглазить. Сейчас дело с оформлением бумаг понемногу двигается. Как только фабрика имени К. Либкнехта акционируется, произведут разделительный баланс и этот участок будет утвержден как самостоятельное предприятие, тогда все и решится. Препон никаких пока не существует: глава вашей районной администрации нас поддерживает, с Кленовым, директором фабрики, тоже взаимопонимание полное. Тянет дело область...»
Пообещали предприниматели, что все люди, ранее работавшие на фабрике, будут обеспечены работой, возможно, как они отметили в разговоре, придется еще и дополнительно рабочих нанимать...
А. АНТОНОВА, корр. «Знамени» («Знамя», 5 июня 1993).
«Около полугода прошло с того времени, когда в статье «Продается фабрика...с людьми» мы говорили о сложной ситуации, в которой оказались рабочие поселка им. Фрунзе: фабрика (1-й участок фабрики имени К. Либкнехта) встала, население оказалось в роли безработных... Как же обстоит дело в настоящее время?
Вот уже месяц, как ситуация в поселке в корне изменилась. У здания бывшей фабрики появился новый хозяин — товарищество с ограниченной ответственностью «Лен». Мы встретились с Н.И. Ефимовым, заместителем директора по производству ТОО, который рассказал нам о настоящем и будущем только что зарождающегося производства.
— Какая продукция будет выходить из стен этого здания, совсем недавно бывшего участком текстильного предприятия?
— Сейчас, пока не приведем помещения в порядок, полностью не закончим демонтаж старого оборудования, не завезем свое, говорить о выпуске продукции рановато. Но это сегодня. В самой ближайшей перспективе здесь будет налажено производство мебели. Начнем с малых форм: полочек, небольших изделий. Но со временем обязательно перейдем на выпуск более «серьезной» продукции.
— Наследство вам досталось небогатое...
— Не то слово. Начать пришлось с нуля. В общем-то мы, естественно, отлично знали, что берем. Ведь и стоимость бывшей фабрики была невысока. Сейчас переоборудуем компрессорную, перекрыли крышу, строим сушилку для древесины, практически заново делаем систему отопления. Полностью провели демонтаж оборудования одного из залов, пора приступать к косметическому ремонту: штукатурка, покраска стен, потолков и т. д. и т. п. Кроме всего прочего заготавливаем древесину. Все делаем своими силами, то есть силами рабочих... К зиме помещение необходимо привести в порядок.
— Если не секрет, какая зарплата у людей?
— Мы трудоустроили всех рабочих (кроме пенсионеров и тех, кому до пенсии год-два, ранее работавших на фабрике). Зарплата сейчас у них двадцать тысяч в месяц. У тех, кто работает на заготовке леса, побольше. Конечно, это немного. Но, повторяю, производство еще не запущено и, естественно, зарплата пока не может быть высокой.
— Ваше производство мебельное. Почему же «Лён»?
— Дело в том, что первоначально мы планировали выпуск суровья для изготовления мешков. Но из-за состояния оборудования, которое нам досталось, пришлось от этой идеи отказаться. Название же осталось прежним.
...Отрадно было видеть женщин и мужчин, занятых работой, каждый — своей. В их жизнь пришли деловые люди, которые знают, что хотят и как реализовать свои задумки. А на организацию производства уже сегодня пущено двадцать миллионов рублей. Самое же главное у Н.И. Ефимова (совсем недавно он был на руководящей должности на Владимирском мебельном комбинате) и А.А. Романова, его помощника, нет ни капли сомнения и колебаний по поводу начатого товариществом дела.
— Мы уверены, — говорят они, — что со временем выйдем на зарубежный рынок. Почему бы и нет? Ведь самое главное, что мы свободны в своих планах и воплощении их в жизнь. Свободны наши руки и головы. Знаю, в какой панике были люди, когда потеряли работу... Но все входит в нормальное русло. Будем вместе работать, не «сникерсами» торговать, а выпускать продукцию, ту, в которой население нуждается. Прощаясь с Н.И. Ефимовым и А.А. Романовым, мы договорились, что следующая наша встреча произойдет в день выпуска первой партии продукции...
А. АНТОНОВА, корр. «Знамени» («Знамя», 11 сентября 1993).

С 2005 года — в составе Сергеихинского муниципального образования.
Численность населения: в 2002 г. – 89 чел., в 2010 г. – 64 чел., в 2021 г. – 72 чел.

Категория: Камешково | Добавил: Николай (29.12.2023)
Просмотров: 68 | Теги: поселок, Фабрика | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

ПОИСК по сайту




Владимирский Край


>

Славянский ВЕДИЗМ

РОЗА МИРА

Вход на сайт

Обратная связь
Имя отправителя *:
E-mail отправителя *:
Web-site:
Тема письма:
Текст сообщения *:
Код безопасности *:



Copyright MyCorp © 2024


ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru