Главная
Регистрация
Вход
Воскресенье
22.10.2017
18:37
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Славянский ВЕДИЗМ

Оцените мой сайт
Оцените мой сайт
Всего ответов: 371

Категории раздела
Святые [132]
Русь [12]
Метаистория [7]
Владимир [687]
Суздаль [236]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [176]
Музеи Владимирской области [56]
Монастыри [4]
Судогда [4]
Собинка [46]
Юрьев [98]
Судогда [30]
Москва [41]
Покров [51]
Гусь [46]
Вязники [115]
Камешково [46]
Ковров [131]
Гороховец [29]
Александров [132]
Переславль [80]
Кольчугино [21]
История [14]
Киржач [35]
Шуя [63]
Религия [2]
Иваново [26]
Селиваново [5]
Гаврилов Пасад [4]
Меленки [14]
Писатели и поэты [7]
Промышленность [0]
Учебные заведения [0]
Владимирская губерния [1]

Статистика

Онлайн всего: 20
Гостей: 20
Пользователей: 0

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Александров

Город Струнино Александровского района

Струнино

Струнино — город (с 1938) в Александровском районе Владимирской области России.

Местные краеведы утверждают, что название города Струнино произошло от славянского слова «струнить», что означает охотиться, связывать ремнем или веревкой пойманного на охоте животного. В давние глухие времена в здешних местах было кого «струнить». На месте, где вырос и расширяется молодой город текстильщиков, был дремучий лес, полный всякого зверя.
Под 1519 годом деревня Струнино упоминается в Писцовой книге. В ней 5 дворов, жили в них «Федька, Андрейка и Якуш Ивановы дети Струнина».
По другой версии название города происходит от фамилии Струнин. Царь Алексей Михайлович в апреле 1654 года дал жалованную грамоту Афанасию Тимофеевичу Струнину на владение землей неподалеку от деревни Следнево. Позже деревня Струнино и земли, прилегающие к ней, принадлежали Сабуровым. По данным 1859 года в деревне Струнино было всего 19 дворов — в них проживало 49 мужчин и 59 женщин.
Затерявшиеся среди дремучих лесов поля близ Струнинской деревни, как и во всей округе, лучше всего родили рожь и лен. Домотканый холст служил и материалом для одежды, от рождения до старости, и погребальным саваном, и предметом торговли. Поэтому льносеяние и льно-ткачество в здешних местах велось испокон веков. Льноткачество за многие годы развивалось и крепло, как один из наиболее основных и наиболее распространенных видов местных промыслов Александровского уезда.
Для этого были свои причины: малоземелье, скудость почвы, низкие урожаи. Сельское хозяйство не могло удовлетворить растущие потребности жизни крестьянской семьи. С другой стороны — слабая занятость крестьян полевыми работами в весенне-летние месяцы и свободное время зимой. А больше всего — нужда заставляла браться за какой-либо промысел или бросать хозяйство (временно или навсегда), искать заработок в ближайшем городе, чаще на фабриках и заводах.
В 1859 году в деревне Струнино было 19 дворов, где проживало 49 мужчин и 59 женщин, которые после полевых работ занимались изготовлением кадок, ушатов, деревянной посуды, валяли валенки, выделывали кожи, пряли ткань.
Отмена крепостного права в 1861 году расчистила дорогу растущему капитализму. На смену кустарным промыслам и капиталистической мануфактуре вырастает фабрично-заводская промышленность. На Владимирщине, являвшейся, по определению В. И. Ленина, «наиболее промышленным районом» страны, процесс развития фабрично-заводской промышленности протекал заметно быстрее, чем в России в целом.
Бумаготкацкому производству в Александровском уезде положил начало купец Федор Николаевич Баранов.
Сначала он скупал у крестьян-кустарей холстинку, нанку, сарпинку, тик и перепродавал их на ярмарках. Потом стал скупать пряжу. При своем доме в Александрове завел небольшую красильню для крашения пряжи и холстинки в синий кубовый цвет. Вскоре открыл контору по раздаче пряжи кустарям. Несколько позже занялся тем же другой александровский купец — Степан Иванович Зубов.
В 1818 году Ф. Н. Баранов построил в Александрове красильное заведение, которое после его смерти в 1838 году перешло во владение сына — Ивана Федоровича.
Предприимчивый, хитрый и изворотливый, он сколотил капиталец и в 1846 году вместе с купцом С. И. Зубовым построил большую фабрику для набивки ситцев в Карабанове. После смерти И. Ф. Баранова фабрикой владели сыновья и компаньоны Троицко-Александровской мануфактуры.
В 1874 году один из сыновей И. Ф. Баранова, Асаф Иванович, отделившись от братьев, решил завести свою фабрику.
Недалеко от деревни Струнино Александровского уезда, на речке Печкура, стояла мельница. Она принадлежала Николаю — брату Асафа. Бывая на мельнице, Асаф облюбовал подходящее место для своей фабрики: лужайку у слияния двух речек — Черная и Горелый Крест — на участке, принадлежавшем военному инженеру А. К. Лубны-Герциг. Близко к воде и к железной дороге Москва-Ярославль, проложенной в 1873 году.

По свидетельству Н.А. Варенцова, поставлявшего хлопок на прядильные и ткацкие фабрики и потому хорошо знавшего многих их владельцев, «Асаф Иванович стоял во главе фабрик, вырабатывающих кумач, ткань, окрашенную в красный цвет, с вытравленными по ней рисунками разных цветов. Он хорошо изучил кумачное производство, для чего часто ездил за границу и посещал фабрики, работавшие кумач. Один из швейцарских фабрикантов, показывая ему свою фабрику, сказал, что один отдел он не покажет ему, так как он долголетним трудом добился известного усовершенствования и не желал бы, чтобы его секрет был применён другими фабрикантами.
Асаф Иванович, просматривая его товар, сказал ему: "Я ваш секрет знаю, вы его начали только что применять, а между тем я работаю этим способом уже много лет", - и рассказал ему рецепт. Фабрикант был поражён и повёл его в секретное отделение, где Баранов дал ему совет более выгодной и удобной работы. Об этом мне лично рассказывал Асаф Иванович. Этим и другими разными усовершенствованиями он составил себе известность в научных технических сферах; правительство наградило его званием инженера-технолога с присвоенным этому званию значком. Асафу Ивановичу пришла мысль, долго и настойчиво на него действовавшая: почему бы ему не выделиться из дела, получить деньги и на них выстроить свою личную фабрику по последнему слову техники? И благодаря своему знанию производства он должен процветать; получаемая польза целиком попадает к нему в карман, а не будет делиться на две части, как при настоящих условиях, когда приходится делиться с наследниками его брата. Так и поступил: выстроил отличную фабрику, наполненную лучшими усовершенствованными машинами…».

20 декабря 1874 года А. И. Баранову было дано разрешение от губернских властей на строительство красильно-набивного заведения. Это и считается официальной датой основания крупного текстильного предприятия, которому впоследствии присвоено наименование — хлопчатобумажный комбинат «Пятый Октябрь».
Выросли корпуса красильного и ситцепечатного отделений. В первое время Баранов скупал у кустарей неотделанный холст. В Александровском уезде немало существовало «ткацких светелок», где на простых деревянных станках вырабатывалось до 60 тысяч кусков (2 млн. 400 тыс. метров) в год сарпинки, тика, холстинки, камлота и других тканей.
Чтобы больше привязать кустарей к своей фабрике, Баранов организовал несколько артелей ткачей. Особенно славились ткани, сделанные руками соколовских ткачей. На нижегородской ярмарке они были отмечены золотой медалью. Позже, когда делами фабрики стали управлять компаньоны А. Баранова, для рекламы струнинская фабрика стала называться «Товариществом Соколовской мануфактуры А. И. Баранова».
После красильно-набивного корпуса в 1876—1877 годах был построен ткацкий, а в 1881 г. — прядильный. С пуском прядильного и ткацкого отделений Баранову стали не нужны деревенские кустари-светелочники, да и они сами выдержать конкуренцию с фабрикой не могли: на фабрике в Струнине ткач зарабатывал вдвое больше. Прямой расчет (а в большей степени — безвыходность) заставляла крестьян-кустарей бросать ткацкий стан. Одна за другой закрываются светелки в деревнях Кашино, Соколово, Колычиха, Копцево, Романово, Бухары и других. Из Каринского мастерок перебрался было в Воскресенское, но и там его достали щупальцы фабрики-спрута. Разоренные мастерки и ткачи-светелочники, бросив свое дело, вынуждены переходить на фабрику.
Пуск прядильно-ткацкой фабрики, оснащенной хорошим по тому времени оборудованием, ускорил расширение и переоборудование и красильно-набивной. За сравнительно короткий срок «Соколовская мануфактура А. И. Баранова» превратилась в большое производство. Не случайно в своей книге «Развитие капитализма в России» В. И. Ленин упоминает струнинскую фабрику как одно из крупнейших предприятий России. По данным 1879 года, на ней работало 1688 человек. За год выпущено товаров на 3 миллиона 522 тысячи рублей.

Струнинское училище, Александровской волости, при фабрике товарищества Соколовской мануфактуры, основано потомственным почетным гражданином Иоасафом Ивановичем Барановым, 20-го мая 1881 года. От приходской церкви в 4-х вер. Ближайшие училища: Афанасьевское в 10 вер. и Воскресенское — 12 в. В 1884 г. «Помещение И.И. Баранова, деревянное, отдельное; по свету и теплоте удобное; квартиры учительницам есть; классных комнат пять: первая — длиной 11, шириной 8, вышиной 5 ар.; вторая — длиной 13, шириной 10, вышиной 5 арш.; третья — длиной 10, шириной 8, выш. 5 арш.; четвертая — длиной 10, шир. 8, выш. 5 арш.; пятая — длин. 13, шир. 11, выш. 5 арш. Учебных пособий достаточно — на 2500 руб. 55 к. Библиотеки нет, кроме 1110 книг. Земли нет. Законоучитель священник Иоанн Виноградов, окончивший курс во Владимирской духовной семинарии, преподает с 20-го мая 1881 г.; учительницы: Александра Кашинцева, окончившая курс в Московском Екатерининском институте, преподает с 1874 г., а в настоящем училище с 1880 г.; Екатерина Дубенская, имеет звание учительницы, преподает с 1877 г., а в настоящем училище с 1883 г.; Вера Линтварева, окончившая курс в Сумской гимназии, преподает с 1877 г., а в настоящем училище с 1880 года; Олимпиада Скворцова, имеет звание учительницы, преподает с 1872 г., а в настоящем училище с 1880 г. Попечитель потомственный почетный гражданин Иоасаф Иванович Баранов и попечительница потом. почетн. гражд. Елизавета Ивановна Мамонтова; содержат училище на свой счет. Учащихся к 1-му января 1883 г. 111 м. и 52 д. Выбыло до окончания курса по желанию родителей 25 м. и 8 д. Окончило курс со свидетельствами 4 м. Вновь поступило 30 м. и 20 д. К 1-му января 1884 года состояло 112 мал. и 64 дев. Учатся все вместе. Возраст: 7-8 л. 19, 8-9 л. 29, 9 — 10 л. 34, 10-11 л. 48, 11 — 12 л. 20, 12 — 13 л. 12, 13 и выше 14. Из учащихся: 164 с фабрики, 9 — д. Копцева — 2 в., 2 — д. Соколова — 2 в. и 1 — д. Романова — 3 в. Ночлежного приюта и живущих на квартирах нет. Вероисповедания: православного 111 м. и 63 д., раскольн. 1 м. и 1 д. По сословиям: духовн. 1 д., мещ. 31 м. и 32 д., крест. 81 м. и 31 дев. Средства: от г. Баранова 4682 р. 43 к.; платы за учение нет. Расходы: отопление, освещение, прислуга и ремонт 400 р.; жалованье — законоучителю 300 р., учительницам 3960 р.; на книги и учебные пособия 22 р. 43 к. Посещали классы неисправно 30 уч.; меры - предостережение об увольнении с фабрики. Прием в августе; поступили все неграмотными. За теснотой помещения отказа не было. Учебный год с 15-го августа по 12-е мая. Пению обучаются и есть хор. Учатся в день 5 час. и даются уроки на дома. Отделений 4. Уроков в неделю: в I отд. — по Закону Божию 3, по Русскому языку 17, по арифметике 6, по пению 2; во II отд. — по Закону Божию 3, по Русскому языку 12, по Славянскому языку 5, по арифметике 6, по пению 2; в III отд. — по Закону Божию 3, по Русскому языку 15, по Славянскому языку 2, по арифметике 5, по пению 2; в IV отд. — по Закону Божию 3, по Русскому языку 12, по Славянскому языку 3, по арифметике 7, по пению 2. Получили награды 2. Получившие свидетельства учились 2 г. Не окончившие курса учились до 2 лет. Обозревал училище 2 раза член училищного совета г. Зубов. Рукоделию девочки обучаются, а из мальчиков некоторые обучаются переплетному мастерству. Воскресных бесед и чтений нет» (Владимирский Земский сборник 1884. № 12. Декабрь.). В 1892 году была построена школа. Учащихся в 1892-93 уч. году было 240.

В 1890 году производство выросло до 4 млн. 950 тыс. рублей, число же рабочих составляло 2771 человек. Расширяясь, фабрика в 1897 году имела 46 тысяч прядильных веретен, 1205 ткацких станков, 9 печатных и 7 красильных машин. Двигательную силу давали 20 паровых котлов мощностью в 1500 лошадиных сил, своя электростанция. Кроме того, фабрика имела газовый завод и завод по производству касторового масла. Недалеко от села Рождествино стоял и химический завод, производивший кислоты и краски.
По сведениям 1897 года, на фабрике работало 2527 мужчин и 1548 женщин. Их руками в год производилось 102 тыс. 600 пудов пряжи и 745 тыс. кусков окрашенной и напечатанной ткани. Главными рынками сбыта стали Москва, Нижегородская и Ирбитская ярмарки.
Доходы фабриканта не были «манной небесной». Он их выжимал жестокой эксплуатацией рабочих. Условия труда и жизни на барановской фабрике в Струнине ничем не отличались от условий других текстильных фабрик губернии, разве только более продолжительным рабочим днем, более низкой заработной платой, да невыносимым житьем в казармах-спальнях. Вопросами фабричной санитарии фактически никто не интересовался, вентиляция отсутствовала, о технике безопасности не заходило и речи. В цехах — пыль, пары, вредные газы, грязь. Медицинская помощь поставлена плохо.
Очень тяжелыми были жилищные условия. Для размещения рабочих в 1878 году фабрикант построил первую деревянную казарму-спальню. Позже в разные годы построены пять деревянных и четыре каменных казармы, где проживало более шести тысяч человек. В казармах для одиночек на сплошных дощатых нарах «в два этажа», набитых клопами и тараканами, спали вповалку, подстелив что-либо из верхней одежды, одеваясь чем придется. Не лучше и в казармах для семейных. В узких и темных каморках в одно окно, «на сторонках», нередко жило 3—5 семей, отделявшихся друг от друга ситцевыми занавесками. «Теснота, несусветная грязь, детский плач, ссоры женщин, пьяные драки... Это был сущий ад!» — так вспоминают старожилы-струнинцы.
Рабочий день в конце 80-х годов XIX столетия был продолжительным — по 13—14 часов, а то и более. Работали «от зари до зари», «до петухов». Сдельная работа («Вынь да положь!», «В лепешку разбейся, а сделай!») выматывала у людей силы. И без того скудный заработок систематически урезывался всевозможными штрафами, вычетами, вплоть до пятачка за кипяток.
Ткацкий помощник мастера (а поммастера, граверы, раклисты считались привилегированными и высокооплачиваемыми рабочими) получал 22—27 рублей в месяц, хороший ткач — 12—13, женщины — 10—11, подростки — 5—6 руб. На фабрику охотно брали женщин и подростков — «более спокойный, уступчивый и дешевый элемент».
Закон об ограничении женского и детского труда уже был объявлен, но кто с ним считался! 13-летних записывали 17-летними, а бывало, что матери и отцы в качестве «помощников» (заставляла сдельщина) приводили на фабрику своих 9—10-летних детей.
Большинство рабочих были неграмотными. Но фабрикант понимал выгоду некоторого повышения образования рабочих. Асаф Баранов слыл либералом, принимал активное участие в делах уездного земства. Благодаря «заботам» доброго хозяина», в Струнине в 1892 году построили школу, в 1895 году — больницу на 50 коек, богадельню, баню. Несколько народных школ построено в крупных селениях Александровского уезда — в Кудрине-Новоселке, Андреевском, Ново-Воскресенском, Обашеве и др.

Фабриканту нужна была подготовленная «физическая рабочая сила», которую можно эксплуатировать наивыгоднейшим образом. Заботясь о «физической силе», которая «должна питаться и питать других», хозяин «позаботился» и о «душах» своих рабочих: в 1898 году в Струнине открылась церковь Преображения Господня. Появился и «пастырь духовный» — поп Алексей Рождественский, образованный, хитрый и коварный, не только «слуга господний», но прежде всего слуга господствующего класса.
Церковь, трактир Потапова, «орлянка», кулачные бои — вот и все «развлечения» рабочих. Фабричный двор обнесен высоким забором, ворота — в сторону станции Бараново (ныне ст. Струнино) и «входные», со стороны реки. На воротах стояли сторожа и полицейские.
В казармах смотрители и «хожалые» не давали собираться «больше двух», после 10 вечера запрещалось петь, громко разговаривать, ходить по коридору. Все расходились по каморкам, забирались на нары, гасили газовые рожки. Наступала гнетущая тишина, беспросветная тьма, царившая над спящими, измотанными тяжким трудовым днем прядильщиками и ткачами.
Тяжелые условия жизни, жестокая эксплуатация и политическое бесправие толкали струнинских рабочих на борьбу против гнета и полицейско-административного произвола. Когда становилось невыносимо, они бросали работу и предъявляли хозяину требования об улучшении своего положения.
Первые выступления струнинских рабочих, как и других предприятий, в 70—90-х годах столетия знаменовали, по определению В. И. Ленина, «пробуждение антагонизма рабочих и хозяев, но у рабочих не было, да и быть не могло сознания непримиримой противоположности их интересов всему современному политическому и общественному строю, то есть сознания социал-демократического. В этом смысле стачки 90-х годов, несмотря на громадный прогресс по сравнению с «бунтами», оставались движением чисто стихийным».
Не будет преувеличением сказать, что струнинцы одними из первых вступили на путь рабочего движения в губернии. Первая стачка произошла в 1882 году. Причиной явилось вспыхнувшее недовольство рабочих испорченными продуктами, которые отпускались из хозяйской харчевой лавки. Это был уже не первый случай. И рабочие не захотели терпеть, возмутились.
13 августа 1882 года 214 набойщиков бросили работу и заявили, что не встанут снова к станкам до тех пор, пока в лавке не появятся хорошие, свежие продукты.
Стачка длилась целую неделю. Рабочие стояли на своем, но не уступал и хозяин. Местные полицейские власти вынуждены были вмешаться и предложили фабриканту завезти свежие продукты, «дабы не дразнить собак», как выразился полицейский пристав.
...Прошло пять лет после первого выступления струнинцев, но в их жизни мало что изменилось. Тем временем фабрикант свои затруднения в делах решил поправить путем задержки выдачи зарплаты рабочим в 1887 году. Проработали рабочие октябрь — зарплату не получили. Пришел ноябрь — то же самое.
13 декабря 1887 года вся фабрика остановилась — более трех тысяч рабочих ушли из цехов. Они заявили фабриканту, что не приступят к работе, пока с ними не будет произведен полный расчет за прошлые месяцы. Перепуганный фабрикант, уже знакомый с твердой решительностью текстильщиков, 14 декабря выдал заработную плату за октябрь. Рабочих это не только не успокоило, но еще больше возмутило. Они потребовали немедленно выдать им заработанное и за ноябрь, уплатить за дни стачки и оставить на фабрике двух своих товарищей, которых фабричная администрация хотела уволить. Требования рабочих были предъявлены столь категорично, что фабриканту ничего не оставалось другого, как удовлетворить их. 16 декабря рабочие прекратили стачку.
В первое пятилетие 90-х годов фабрикант приобрел печатные машины для красильно-набивной фабрики, поставил ряд новых чесальных и банкаброшных (ровничных) машин, прибавил около трех десятков ткацких станков. Рисунчатая лицевая печать на ткани, выполняемая печатными машинами, быстро вытеснила ручную набивку и получила широкий спрос на рынке. Фабрикант довольно потирал руки. Но тут случилось несчастье: от высокой температуры в сушилках возник пожар. Загорелись решетки и полы, по развешанной на вешалах сохнувшей ткани пламя перекинулось на потолки и крыши. Вскоре всю фабрику охватило огнем. В огне и дыму, под обломками рухнувших перекрытий, погибло двое рабочих, многие получили тяжелые ожоги.
Почти вся красильно-набивная фабрика сгорела, на долгое время рабочие остались без заработка. Фабрикант свои беды решил, как всегда, поправлять за счет снижения платы рабочим. Увеличились штрафы, налагавшиеся по любому поводу. Не так поммастеру ответил, шапку перед мастером не снял, брак допустил — за все плати!
И снова терпенье лопнуло. 29 декабря 1897 года рабочие всех трех фабрик объявили стачку. Они потребовали сократить рабочий день, повысить расценки, изменить систему наградных и правила внутреннего распорядка. Для переговоров с фабрикантом Асафом Барановым была выделена делегация из авторитетных рабочих.
После долгих переговоров фабрикант решил с нового, 1898 года повысить на десять процентов расценки для прядильщиков и на 4 копейки за кусок сурового товара — для ткачей. Однако сократить продолжительность рабочего дня он отказался, сославшись на правительственный закон от 2 июня 1897 года об установлении на фабриках рабочего времени не более одиннадцати с половиной часов днем и двадцати одного с половиной часа при работе в две смены. Статьи закона сформулированы так, что давалась возможность нарушать их, особенно на тех фабриках, хозяева которых были настроены консервативно и не собирались до нового, 1898 года вводить изменения. Не согласившись сократить рабочий день, А. Баранов, однако, вынужден был дать согласие кончать работу в предпраздничные дни не в 8, а в 5 часов вечера.
Успешно проведенные стачки в 80-х и 90-х годах XIX века показали струнинцам, что только упорной борьбой можно добиться улучшения своего положения, организованностью и стойкостью можно добиться успеха.
Начало XX века в России ознаменовалось новым подъемом революционного движения. В стране назревала народная революция.
Струнинские рабочие, как и рабочие других фабрик и заводов обширного промышленного района Владимирщины, все яснее понимали, что улучшить свое экономическое положение, добиться прав и свобод они не смогут в условиях царского самодержавия. Стачки 80-х и 90-х годов открыли им глаза, что их враги — не только фабрикант и его подручные, не только полицейские и казаки, но и — самый главный враг — самодержавный строй. Они поняли, что бороться с самодержавием можно только при хорошей организованности. Поиски таких путей совпали с началом пропаганды марксизма среди рабочих, которую развернули В. И. Ленин и его соратники в пролетарских массах России.
Для руководства революционной борьбой пролетариата В. И. Ленин выдвинул задачу создания марксистской партии нового типа. Решающую роль в ее создании должка была сыграть общерусская газета. К этому выводу В. И. Ленин пришел еще в сибирской ссылке. Такой газетой стала ленинская «Искра». Выход в свет в декабре 1900 года ее первого номера открыл новый этап в истории революционного рабочего и социал-демократического движения.
Социал-демократическая агитация и пропаганда, слухи о выступлениях рабочих других фабрик губернии, рассказы о создании рабочих кружков, листовки и запрещенные книжки стали проникать в среду струнинских рабочих еще в 90-х годах. Этому способствовала близость Струнина к Москве и Иваново-Вознесенску, Орехово-Зуеву и другим крупным промышленным центрам, в которых уже появились социал-демократические организации. Хорошая связь по железным дорогам, соединявшим эти центры, позволяла расширению перемещения рабочих с фабрики на фабрику, их взаимному обмену мыслями, устремлениями. С фабрик Иваново-Вознесенска, Ярославля, Костромы, Тейкова, Орехова, Киржача и других мест приезжали на струнинскую фабрику рабочие, имевшие за плечами опыт стачечной борьбы и политической агитации в массах. Да и среди струнинцев выдвигались толковые, волевые и смелые рабочие вожаки.
Большую роль в становлении социал-демократических организаций во Владимирской губернии сыграли Иван Васильевич Бабушкин и Николай Эрнестович Бауман — посланцы В. И. Ленина, агенты «Искры». Разъезжая по фабрикам и поселкам губернии, распространяя газеты и собирая материал для газеты, И. В. Бабушкин бывал в Александрове и Струнине.
В конце 1901 года в Струнине, Александрове и Карабанове побывал по заданию «Северного рабочего союза» М. А. Багаев. Под видом безработного слесаря Михаил Александрович в каждом рабочем местечке знакомился с людьми, изучал состояние социал-демократической работы и возможности распространения нелегальной литературы, помогал налаживать деятельность рабочих организаций. Среди струнинских рабочих все чаще возникали разговоры о тяжелой жизни и притеснениях со стороны хозяев фабрики и полицейских. Говорили, что надо выступать не только против хозяев, но и против правительства, которое «с ними заодно». Хотя еще смутно, но рабочие уже стали противопоставлять себя класс классу господ и царскому правительству, начало просыпаться и оживать их политическое самосознание.

Струнино в 1903-1905 годы
Струнино в 1917 году

Большевики Струнина сразу же после захвата власти развернули широкую разъяснительную работу на фабрике, среди крестьян близлежащих деревень о сущности совершившейся революции, о неотложных задачах молодой Советской страны.
Но взятие власти был лишь первый шаг. Надо было укрепить победу революции в экономике. Фабрики и заводы, банки еще оставались в руках капиталистов. И струнинской фабрикой по-прежнему владели фабриканты-акционеры. Правление находилось в Москве. Старые хозяева и их верные слуги из числа чинов фабричной администрации тешили себя надеждой, что большевики не смогут долго удержаться у власти, не сумеют справиться с многочисленными трудностями.
А трудностей оказалось действительно огромное множество.
В Струнине, как и во всей Владимирской губернии, было отчаянное положение с продовольствием. Продотряды, отправленные еще летом 1917 года в Пензенскую, Симбирскую и Астраханскую губернии за хлебом, доставили в общей сложности 12 вагонов зерна, но и оно уже на исходе.
В фабричной кассе нет денежных знаков, нечем расплачиваться с рабочими и служащими. Нечем помочь инвалидам и семьям погибших.
Фабрика работала неполную неделю — не хватало топлива и хлопка.
Чины фабричной администрации злорадно ухмылялись, видя, как Совет в первые дни, еще не зная твердо, с чего начинать, хватался сразу за решение многочисленных проблем, порой неразрешимых.
В сохранившейся в архивах переписке фабричного Совета и правления Товарищества Соколовской мануфактуры за ноябрь-декабрь 1917 года немало писем правления, полных иронии, плохо скрытой за словесными выкрутасами издевки, пренебрежения к запросам рабочих, явное стремление создать на фабрике осложнения и всевозможные трудности.
Прядильщики и ткачи, ткацкие подмастерья через Совет просили правление повысить зарплату, убавить число станков в комплекте, рабочие-отделочники — выделить сапоги, калоши и фартуки для работы на вредных участках. На все просьбы правление отвечало отказом, либо отмалчивалось. Задержка или не решение того или иного вопроса порождали кривотолки, подчас — разочарование и неверие.
Поэтому в первые три-четыре месяца Советской власти партийной ячейке и Совету пришлось проводить огромную разъяснительную работу: агитировать, убеждать людей, закреплять позиции новой власти практическими делами.
Ликвидация старого управления на фабрике прошла без особых затруднений. Примером в организации новых органов служил Александровский уездный Совет рабочих и солдатских депутатов, в котором сформирован уездный административный аппарат из восьми отделов: экономического, жилищного, финансового, военного, просвещения и других. Работники уездного Совета Г. Ф. Ануфриев, Г. А. Козлов, Н. С. Данилов и другие оказали струнинцам немалую помощь.
В улучшении организации рабочего контроля над производством большую роль сыграл экономический отдел уисполкома. На него возлагался также контроль за торговлей и ценами. Руководителем отдела был назначен И. И. Воронин — председатель Струнинской ячейки большевиков, оставшийся в этой должности до октября 1918 года. Повседневными делами партячейки практически стал руководить В. И. Фролов.
Рабочая контрольная комиссия при фабкоме образовалась еще в июне 1917 года. С первых дней деятельности она стала добиваться перед правлением Соколовской мануфактуры улучшения условий труда, прежде всего введения 8-часового рабочего дня, удаления с фабрики особо ненавистных членов администрации, повышения зарплаты, изменения распорядка дня, улучшения снабжения продуктами и т. п.
После победы Великого Октября 14 ноября 1917 года ВЦИК опубликовал «Положение о рабочем контроле». Руководствуясь им, партячейка и фабком наладили более четкий контроль за всеми делами на фабрике и действиями правления.
В Москву 30 декабря 1917 года фабком направил своих представителей для решения целого ряда наболевших вопросов. Однако Фаворский, Журавлев и другие члены правления, сославшись на подготовку к Новому году, отказались принять представителей фабкома. Тогда И. Т. Захаров направил в правление предписание фабкома с требованием выслать в Струнино представителя правления для участия в решении конкретных вопросов по управлению фабрикой. В противном случае фабком отказывался исполнять указания правления.
Правление не прислало своего представителя: налицо открытый саботаж. Правление все делало для того, чтобы осложнить и без того трудное положение. На фабрике, работавшей с горем пополам 3—4 дня в неделю, на исходе были запасы хлопка, нефти и угля. Нечем топить казармы. Организовали было вывозку дров из лесу, навозили на 5—6 дней, а дальше продолжать вывозку возчики отказались: в кассе нет денег, расплачиваться с ними нечем. Зарплата рабочим давно не выдавалась.
Фабком решил пойти на крайнюю меру: 4 января 1918 года (все даты до Великого Октября даны по старому, а с 1 января 1918 года — по новому стилю) в Москву командируются А. С. Петухов и П. И. Холин для принудительного изъятия из сейфа правления «Товарищества Соколовской мануфактуры» денег в сумме 135 тысяч рублей для выдачи зарплаты рабочим фабрики. Петухов и Холин привезли денег, зарплату выдали, но на нее купить было нечего: положение с продовольствием критическое. Тиски безработицы и голода сжимались все туже. С 18 января 1918 года фабрика остановилась.
По сведениям на 1 апреля 1918 года на фабрике еще оставалось 21885 пудов нефти, 2648 — антрацита, 39850 — суровья и 41836 пудов полуфабрикатов для выпуска пряжи. При наличии этих остатков фабрика могла нормально работать почти полтора-два месяца. Однако правление и его ставленники умышленно остановили производство, чтобы загнать рабочих в безвыходное положение, подавить их волю голодом и сломить революционный дух.
Обстановка в стране ставила перед партией и народом задачу отстоять завоевания пролетарской революции, защитить молодую Советскую власть. Большевики хорошо понимали эту задачу не только в центре, но и на местах. Понимали ее и струнинцы. Понимали, что голыми руками революцию не защитишь, — нужно оружие. А его у струнинцев очень мало. У отряда Красной гвардии несколько револьверов и шашек, отобранных в феврале 1917 года, при разоружении полицейского пристава и фабричных надзирателей, да немного винтовок, привезенных солдатами-фронтовиками. Партячейкой принято решение: ехать за оружием в Петроград, к Ленину.
Из командировочного удостоверения № 5 от 5 января 1918 года узнаем, что в Петроград за получением оружия были командированы семнадцать членов струнинского отряда Красной гвардии: Иван Трофимов, Иван Зиновьев, Николай Аккуратов, Дмитрий Жигалов, Алексей Федоров, Андрей Малясов, Александр Михайлов, Иван Сороченков, Иван Ропов, Василий Полежаев, Михаил Галкин, Федор Пугалов, Петр Ефремов, Гавриил Ермаков, Яков Карахов, Григорий Мареичев и Сергей Аккуратов.
Пока нет документального подтверждения, что струниицев принял В. И. Ленин, хотя устные рассказы утверждают, что именно так и было. Однако подлинно известно, что вскоре отряд, вернувшись из поездки в Петроград, привез 150 винтовок, два пулемета, патроны, несколько ящиков гранат. Видимо, здесь не обошлось без помощи Ильича!
15 января 1918 года Совет Народных Комиссаров принял подписанный В. И. Лениным исторический декрет о создании Рабоче-Крестьянской Красной Армии. Повсеместно стали формироваться ее первые отряды. В них принимались наиболее сознательные и организованные представители рабочего класса и трудового крестьянства. К концу февраля 1918 года был сформирован отряд Красной Армии в городе Александрове. В него приняты и многие струнинцы, в первую очередь те, кто ранее состоял в отряде Красной гвардии. В числе первых в отряд Красной Армии записались коммунисты.
Особенно энергичная работа по созданию отрядов Красной Армии развернулась летом 1918 года.
24 июня 1918 года состоялось собрание членов РКП (б) Александровского уезда, на котором присутствовали почти все коммунисты Струнинской партячейки. Участники собрания заявили, что в труднейший для Советской власти момент надо приложить максимум сил, чтобы за две-три недели на фабриках, заводах и в селах создать боевой отряд сознательных рабочих и крестьян и выступить против буржуазии за власть трудящихся, за социализм. Было принято решение о немедленной записи добровольцев на фронт, о предоставлении права низовым ячейкам мобилизовать членов партии в Красную Армию, а также для проведения митингов на фабриках и заводах с призывом вступать в ее ряды.
Для борьбы с контрреволюцией на местах, с остатками буржуазии и кулачества создавались местные боевые дружины. Все члены партии обязаны были войти в состав таких дружин и обучаться военному делу.
Жизнь бурлила. Одни уходили на фронт, чтобы защитить, отстоять завоевания Великого Октября. Другие, оставшись дома, вели упорную борьбу за Советы.
В середине 1918 года по всей Владимирщине стали создаваться волостные Советы. Партийная ячейка, выполняя указания губкома и укома партии, проводила огромную работу среди крестьян ближайших деревень, посылая своих пропагандистов, инструкторов, агитаторов для создания комитетов деревенской бедноты, помощи в их работе.
В конце мая 1918 года фабрика пущена. Проведенный губсовнархозом и комиссиями рабочего контроля учет сырья и топлива на текстильных предприятиях губернии и перераспределение их по фабрикам, дали возможность снова начать работать.
За июнь было переработано 7500 пудов хлопка, прядильно-ткацкая фабрика работала 4 дня в неделю. Из 51 тысячи прядильных веретен в то время работали только 37,6 тысячи, остальные 13 тысяч находились в простое. С 1 июля фабрика опять встала.
Очень тяжело было с продовольствием. Месячный паек составлял 4 фунта хлеба на человека. Попытки добыть хлеб в деревнях уезда не принесли ожидаемого результата.
С июня по ноябрь 1918 года партячейка, Совет рабочих депутатов и фабком провели огромную работу. Были созданы первые продотряды. Опираясь на помощь комитетов бедноты, они выявляли излишки хлеба у кулаков. На станции Струнино круглосуточно несли дежурство бойцы заградительного отряда, снимавшие с проходящих поездов мешочников, спекулянтов, дезертиров. В борьбе с голодом огромную роль сыграли продотряды. В августе 1918 года газета «Голос труда» в обращении ко всем трудящимся Александровского уезда призвала их на борьбу с контрреволюцией и голодом: «Всякий, кто понял, что только организованным путем можно обеспечить голодающих продовольствием, что только точным учетом и правильным распределением хлеба можно спастись от голода, должен вступать в продовольственные отряды».
«Борьба за хлеб — борьба за социализм» — таков был лозунг партии. Он стал лозунгом революционных масс трудящихся.
В продотряды пошла четвертая часть Струнинской партячейки. Многие сражались на фронтах против белогвардейцев и кулацких банд.
Часть членов партии была выдвинута на руководящую работу в уездные, губернские и центральные органы. Так, И. И. Воронин возглавлял экономический отдел исполкома Александровского уездного Совета рабочих и крестьянских депутатов, П. П. Серышев работал в упродкоме, И. С. Кулаков — в ЦК профсоюза текстильщиков, П. Д. Звездкин избран в военный комиссариат Александровской волости.
В это время руководители партячейки так часто сменялись, что в последних числах сентября 1918 года оставшиеся на фабрике коммунисты — А. С. Петухов, И. Т. Захаров, А. И. Дендяев, А. Д. Звездкин, И. Д. Пискарев, М. И. Певчев, В. И. Фролов и другие на своем собрании вынуждены обсудить, кому возглавить ячейку. Председателем ячейки был избран Александр Иванович Дендяев, секретарем и казначеем — Михаил Иванович Певчев.
Вскоре с продотрядом в Саратовскую губернию выехал и А. И. Дендяев. По возвращении отряда в Струнино, 27 октября 1918 года на партсобрании товарищем председателя партячейки избран В. И. Фролов. Через три дня А. И. Дендяев снова уехал с продотрядом на Украину.
Начиная с 31 октября всеми делами партячейки стал руководить Василий Иванович Фролов.

Решением ВСНХ от 28 ноября 1918 года фабрика «Товарищества соколовской мануфактуры А. И. Баранова» была национализирована. Его полномочия Совет и фабком аннулировали и провели выборы нового правления, в состав которого избраны Н. Д. Козин, П. П. Серышев. А. С. Петухов, А. И. Дендяев — от рабочих, В. П. Фавровский и В. А. Сластенин — от технического персонала фабрики. Председателем правления избран Н. Д. Козин. К сожалению, с первых же дней правление оказалось неработоспособным. Фавровский и Сластенин жили в Москве, переехать на работу в Струнино не хотели. Козин как председатель не проявлял самостоятельности и инициативы, все решал с оглядкой на Фаворского и других служащих из числа технических специалистов. Решения принимались половинчатые, за их выполнением никто не следил. За короткое время все поняли: у Козина с руководством фабрикой ничего не получается. Надо выбирать другого. Но кого?
В партячейке знали достоинства и малейшие недостатки каждого, понимали, что для такого большого дела не всякий подойдет. Андриан Петухов — смелый, решительный, но не в меру горяч — «дров наломает». Дендяев — «морская душа», к хозяйствованию не шибко охоч. Серышев — рассудительный, спокойный, но недостаточно напорист.
А что если поставить Ивана Захарова? Человек он самостоятельный, грамотный, характером строгий, но справедливый, председательствуя в фабкоме, показал себя организатором, про себя забывает, а о людях печется... За дело постоять умеет...
Посоветовались, поспорили и решили: «красным директором» фабрики будет Иван Тимофеевич Захаров.
С первого дня работы новый директор-распорядитель взялся за обеспечение фабрики топливом и хлопком. Он хорошо понимал, что людям нужна работа, иначе им нечем жить. Однако решить эту проблему при всем желании не удалось.
Выезжавшие за хлопком в Астрахань и Среднюю Азию И. Н. Калабин, А. И. Дендяев, М. В. Шведов и другие вернулись ни с чем. Хлопок можно купить, но перевезти его не на чем — разруха на транспорте парализовала перевозки. Пущеиная в работу в середине октября, в декабре 1918 года фабрика встала.
Теперь уже надолго.

Наряду с решением многочисленных вопросов политической и организаторской работы в массах, хозяйственных проблем, Струнинская фабричная партячейка с первых дней своей организации последовательно и энергично решала вопросы строительства новой культуры и быта.
Революция пробудила громадный интерес массовых общественных организаций. Растет тяга к знанию, культуре. Создаются разного рода культурно-просветительные кружки, союзы, общества и т. п.
В мае 1917 года образуется культурно-просветительный кружок и на струнинской фабрике. Инициаторами и организаторами его были художник-гравер А. С. Салманов и гравер Д. П. Копляков.
Партийная ячейка вскоре дает поручение Дмитрию Коплякову организовать библиотеку. Книги для нее собрала молодежь по квартирам фабричной интеллигенции. Библиотеку открыли в доме Милованова, потеснив хозяина. Силами культпросветкружка стали устраиваться спектакли, концерты, лекции, диспуты. Проводились они в помещении театра. С его сцены зазвучали новые революционные песни, политические острые стихи и пьесы. Все эти мероприятия всегда привлекали множество народа, особенно струнинской молодежи.
Это было «в пику» попу Рождественскому и сторонникам буржуазной идеологии. 12 декабря 1917 года театральный кружок, состоявший преимущественно из мелкобуржуазной интеллигенции, заявил Совету депутатов протест против использования сцены театра под выступления культпросветкружка, мотивируя тем, что театр построен 20 лет назад на средства, собранные по подписке, и что те, кто внес деньги, не согласны видеть на сцене «всякие новомодные кривлянья». Театральный кружок объявил сцену под бойкотом, требуя «свободного пользования сценой и свободного выбора репертуара».
Совет категорически отклонил протест театрального кружка, распорядился изъять из театра часть мебели и костюмов и передать их в распоряжение культпросвет кружка.
В противовес культпросветкружку гимназисты, студенты— дети состоятельных родителей — создали свою организацию — «Лигу свободной молодежи».
Молодежные силы Струнина стали расслаиваться. Тогда партячейка поручила Николаю Семенычеву — молодому солдату, вернувшемуся с фронта в начале 1918 года — создать рабочую молодежную организацию на фабрике. Николай Семенычей, получив политическую закалку в окопах, сочувствовал большевикам, с пониманием отнесся к поручению партячейки и энергично взялся за его выполнение. Опираясь на актив культпросветкружка, Н. Семенычев вместе с Д. Копляковым проделали немалую работу, организовав «Струнинский союз молодежи». Для руководства Союзом был избран комитет под председательством Н. Семенычева. Секретарем комитета, ведавшим делопроизводством, избрана М. Румянцева, членами — Н. Васильев, М. Новиков, В. Коробочкин.
Созданием «Союза молодежи» был нанесен ощутимый удар по «Лиге свободной молодежи».
Юноши и девушки, ближе стоявшие к рабочей среде и вступившие ранее в лигу по воле событий, порвали с безыдейной лигой и стали активными членами «Союза молодежи».
После состоявшегося в конце октября 1918 года 1-го Всероссийского съезда рабоче-крестьянской молодежи, на котором учрежден «Российский коммунистический союз молодежи», партячейка предложила провести собрание молодежи. На собрании, состоявшемся в середине декабря 1918 года, от партячейки присутствовали И. К. Щербаков и М. Ф. Лукьянова. Н. Семенычев, открыв собрание, объявил, что по решению партячейки «Союз молодежи» и «Лига свободной молодежи» объявляются распущенными. Принято решение создать ячейку Коммунистического союза молодежи. Устав после предварительного ознакомления был принят безоговорочно. Н. Семенычев, обращаясь к собравшимся, предложил: — Кто желает записаться в Коммунистический союз молодежи — подходи к столу!
В числе первых записались члены комитета «Союза молодежи», активисты культпросветкружка. Среди них Н. Семенычев, М. Анфимов, М. Новиков, В. Плющева, М. Румянцева, В. Володюхин, В. Новосадов, Н. Васильев, И. Ефимов, Г. Барышев и другие — всего 34 человека. Руководство было поручено комитету, в который почти в полном составе вошли члены комитета бывшего «Союза молодежи» во главе с Н. Семенычевым.
Коммунистический союз молодежи Струнина под руководством партячейки повел работу среди молодежи по-новому, направляя ее усилия на борьбу с врагами революции, голодом и разрухой. Нужны были молодые силы на месте, в рядах Красной Армии, в продотрядах, в отрядах по борьбе со спекуляцией и бандитизмом.
Перед такими сложными и ответственными задачами кое-кто из членов КСМ заколебался: еще тяготели старые тенденции культурно-развлекательного направления. Не поняв новых требований, некоторые члены союза под разными предлогами вышли из его состава. Сознательная, передовая часть членов КСМ добровольно шла в ряды Красной Армии и продотряды. Таким образом ряды струнинского комсомола заметно поредели.
Посоветовавшись с партячейкой, комитет КСМ решил провести перерегистрацию своих членов. Н. Семенычев предложил своему брату Леониду помочь в проведении этой работы. Леонид Семенычев, работавший до этого в «красной лавке», с увлечением и задором взялся за выполнение поручения комитета. Он беседовал не только с уже состоявшими членами союза, но и вовлекал новых, главным образом юношей и девушек из рабочих семей. В проведении бесед с подростками Леониду много помогал Павел Барышев.
Перерегистрация была завершена в августе 1919 года. Леонид Семенычев настоял, чтобы для работы ячейки выделили помещение, возвратили библиотеку. Леонид уже завоевал среди молодежи авторитет и уважение как организатор и политически грамотный человек. Поэтому на организационном собрании после перерегистрации комсомольцы единодушно избрали Леонида Семенычева своим вожаком.
Комсомольская ячейка обрела боевитость и целеустремленность, завоевала доверие партячейки и взрослого населения поселка. Ряды членов комсомола пополнялись рабочей молодежью. Комсомольцами стали Павел и Григорий Барышевы, К. Бушин, К. Быков, С. Коршунов, К. Комаров, Н. Матюшин, Л. Налетаева, Александра, Мария и Екатерина Обечкины, Д. Румянцев, В. Васильев, А. Тюрина и другие.
Комсомольская ячейка стала боевым помощником партийной организации во всех делах, которые приходилось решать в то время: проводить субботники по заготовке топлива, участвовать в сборе средств в помощь семьям красноармейцев и теплых вещей для солдат 227 Владимирского полка, сражавшегося против Колчака в Сибири и т. п.
Когда партячейка приняла решение снять все иконы, висевшие в общественных местах (конторах, лавках, школе и других), — сделали это комсомольцы. Они вели антирелигиозную пропаганду, отрывающую молодежь от церкви, вовлекая ее в различные кружки самодеятельности, в спортивное общество «Стрела», организованное в апреле 1919 года.
Особо острой была борьба со спекуляцией. И здесь комсомольцам нашлось конкретное дело — многие из них стали членами заградительного отряда, снимавшего с проходящих через Струнино поездов спекулянтов. У них продукты отбирались и передавались в детскую столовую, в больницу. Опасение детей от голода было важнейшей заботой Совета и партячейки. Детям нужно молоко. Но где взять? Коров имели в Струнине около 150 хозяев. Совет принимает решение: две бутылки молока от коровы в день — детям. И пошли комсомольцы по дворам сборщиками молока.
Не оставалась без внимания и деревня. Комсомольцы шли в деревню разъяснять положение на фронтах, дать концерт, помочь деревенской молодежи в создании комсомольских ячеек, наладить их работу.
В поселке, особенно в казармах и балаганах, по вечерам многие увлекались картежной игрой. Притоном картежной игры, пьянства и всяких безобразий был трактир Салтыкова. Комсомольцы организовали надзор за помещениями, где собирались картежники, предложили в больших казармах открыть читальни. По настоянию комсомольцев Совет вскоре закрыл трактир Салтыкова.
В. Плющева струнинскими комсомольцами была избрана делегатом на II съезд РКСМ. Возвратясь со съезда, она выступила на многочисленном собрании молодежи, обрисовала положение в стране, на фронтах и призвала комсомольцев и молодежь стать добровольцами на защиту Советской Республики.
Десятки юношей и девушек откликнулись на этот призыв. Добровольно поехать на фронт записались Павел и Иван Барышевы, Алексей Гомзин, Наталья Горшкова, Гавриил Горский, Михаил Давыдов, Николай Ильин, Иван Клюшин, Владимир Лукьянов, Сергей Муравьев, Анна Ларионова, Мария и Екатерина Обечкины, Александр Паникаров, Мария Поликарпова, Константин Патрикеев, Николай Рунов, Николай Торгашев и многие другие.
Комсомольцы уделяли большое внимание санитарной пропаганде. В стране свирепствовал тиф. Чтобы избежать эпидемии в поселке, комсомольцы ходили в казармы, проверяли санитарное состояние, требовали убирать грязь, наводить чистоту и порядок, разъясняли элементарные правила санитарии и личной гигиены.
В поселке были открыты баня и прачечная, введена дезинфекция одежды, различного бытового инвентаря сухим паром.
Участвуя во многих делах, молодежь закалялась, зрела политически, проявляя свои организаторские способности. Партячейка присматривалась, изучала, проверяла на конкретных делах, а потом смело выдвигала молодых на ответственную работу.
Комсомольцы составляли главный резерв партячейки. Многие коммунисты выехали из Струнина на фронт, став бойцами Красной Армии, многие были в продотрядах.
В июле 1919 года в партячейке осталось только 10 человек. Была проведена большая работа по вовлечению в ряды новых членов партии. В объявленную в октябре 1919 года «партийную неделю» в партию принято 42 человека. Многие комсомольцы стали коммунистами, и в их числе Михаил Анфимов, Леонид Семенычев, Михаил Тарасов, Павел и Григорий Барышевы и другие.
Партячейка, выполняя решение уездной партконференции (она состоялась в городе Александрове в первых числах ноября 1919 года), развернула большую работу среди женщин. Женский актив составляли коммунисты К. Г. Митина, М. Ф. Лукьянова, Михалева-Обечкина, Чушкина, А. И. Кузьмина, М. М. Румянцева, Н. Д. Лясина и другие.
Первым женорганизатором бюро партячейки 11 декабря 1919 года утвердило А. А. Ларионову.
Заботясь о нуждах фронта, решая продовольственные затруднения, партячейка и Совет поднимали людей на борьбу с хозяйственной разрухой. В это время широкое распространение получило проведение субботников. Для руководства ими создано бюро во главе с И. К. Щербаковым. «Неделя топлива», «неделя фронта и транспорта», «партийная неделя в деревне», «неделя чистоты» и т. п. Сколько их чередовалось одна за другой! И везде впереди коммунисты. Их пример поднимал трудовую и общественную активность рабочих. Особенно ярко она проявлялась в массовых субботниках.
В апреле 1920 года, руководствуясь решениями губкома партии, партячейка объявила «неделю трудового фронта». На «многочисленном митинге струнинские рабочие приняли резолюцию: «Напрячь все силы на борьбу с разрухой».
День 1 Мая 1920 года был объявлен днем Всероссийского субботника. К нему тщательно готовились, и он вылился в настоящий праздник труда.
В 9 часов утра на площади у фабкома собралось много людей. Играл духовой оркестр, звучали гармошки, над толпой — красные флаги, плакаты. Открыли митинг. Председатель ячейки П. П. Серышев призвал рабочих честно и организованно трудиться, назвал места работы и бригады, которые на них направляются. Под звуки «Интернационала», с песнями, бригады разошлись по своим местам.
Работали без перерыва до четырех часов дня. Под музыку разошлись по домам, чтобы затем снова собраться в театре.
Всего на субботнике работало 1623 человека: на ремонте маршрутного поезда, на вязке хвороста, на подборке сучьев, на вывозке дров из рощи на фабрику, на перевозке локомобиля из помещения фильтра на электростанцию, на разборке металлолома, на откачке воды в насосной станции, на уборке всякого хлама и мусора с фабричного двора, на фабричной ферме было вспахано несколько десятин земли. Более тысячи школьников вели посадку деревьев у школы и на улицах поселка.
Участникам субботника в этот день выдали: курящим— по сто штук папирос, а некурящим — по 1/3 фунта варенья. Вечером у театра провели массовое гулянье, пускались ракеты, а потом всех пригласили на бесплатный чай с ландрином.
В театре силами комсомольцев был дан спектакль «Смерть красноармейца». Перед спектаклем П. П. Серышев, директор-распорядитель И. Т. Захаров и начальник милиции Леонтьев благодарили рабочих за активное участие в субботнике. После спектакля показан бесплатно кинофильм «Черные вороны».
Расходились по домам и казармам неохотно, людей не покидало чувство приподнятости, какой-то близости, родившейся на субботнике. И потом еще долго вспоминали этот праздничный радостный день.
К концу 1920 года главные враги молодой Советской Республики были разбиты, советский народ в гражданской войне добился великой победы. С фронтов стали приходить многие струнинцы, они возвращались к мирному труду.

Струнино в 1920-е годы

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 сентября 1938 года поселку Струнино был присвоен статус города.

В годы Великой Отечественной войны с комбината ушло на фронт 1500 человек. За годы войны было внесено в фонд обороны около 9 миллионов рублей, реализовано облигаций военных займов на 10 миллионов рублей, свыше 260 тысяч рублей передано на строительство танковой колонны. Все годы войны комбинат выпускал ткань, шедшую на пошив обмундирования воинов Красной Армии. 2327 рабочих, инженеров, техников награждены медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941—1945 гг.», 143 орденами и медалями Советского Союза.
В 1941—1965 годах город являлся центром Струнинского района.

Храмы

Церковь Преображения Господня, г. Струнино.
Храм Успения Пресвятой Богородицы, г. Струнино.
Село Волохово
Город Александров

Copyright © 2017 Любовь безусловная


Категория: Александров | Добавил: Jupiter (01.06.2017)
Просмотров: 171 | Теги: Александровский район, Струнино | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

Поиск

Владимирский Край

РОЗА МИРА

Меню

Вход на сайт

Счетчики
ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика


Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика