Главная
Регистрация
Вход
Среда
18.07.2018
15:10
Приветствую Вас Гость | RSS



ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Славянский ВЕДИЗМ

Оцените мой сайт
Оцените мой сайт
Всего ответов: 488

Категории раздела
Святые [132]
Русь [11]
Метаистория [7]
Владимир [909]
Суздаль [305]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [239]
Музеи Владимирской области [55]
Монастыри [4]
Судогда [4]
Собинка [48]
Юрьев [113]
Судогда [34]
Москва [41]
Покров [70]
Гусь [95]
Вязники [178]
Камешково [51]
Ковров [163]
Гороховец [75]
Александров [154]
Переславль [89]
Кольчугино [27]
История [15]
Киржач [38]
Шуя [82]
Религия [2]
Иваново [33]
Селиваново [6]
Гаврилов Пасад [6]
Меленки [24]
Писатели и поэты [8]
Промышленность [29]
Учебные заведения [12]
Владимирская губерния [19]
Революция 1917 [44]
Новгород [4]
Лимурия [1]

Статистика

Онлайн всего: 13
Гостей: 13
Пользователей: 0

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Гусь

Посёлок Великодворский Гусь-Хрустального района

Посёлок Великодворский

Великодворский — посёлок в Гусь-Хрустальном районе Владимирской области России. Центр муниципального образования «Посёлок Великодворский» (сельское поселение).
Расположен в 42 км на юг от Гусь-Хрустального на автодороге Р73 Владимир—Рязань. Железнодорожная станция Великодворье на линии Владимир—Тумская. В поселке запруда на реке Дандур (приток р. Гуся).

Село Великодворье впервые упоминается Олеарием в XVII веке. Оно принадлежало к Стружанской волости Рязанского уезда.
Село указано на планах генерального межевания, датированных 1790 годом. Входило в состав Касимовского уезда Рязанской наместничества (до 1796 года), а затем Рязанской губернии.
В 1795 году (V ревизская перепись) владельцем деревень Зайцево, Мордвиново и Харламово был секунд-майор Константин Иванович Воейков.
С 1795 по 1804 год село Великодворье (оно же село Пятница) с близлежащими деревнями принадлежали секунд-майору К.И. Воейкову.
В 1804 году имение было продано надворному советнику Петру Алексеевичу Кусовникову.
В ведомостях фабрик и заводов 1833 года указано, что "Фабрика сия начально устроена собственным иждивением по изобилию лесов помещиком Петром Алексеевичем Кусовниковым, а от него по купчей дошла гвардии поручику Николаю Алексееву сыну Бахметьеву..." Как свидетельствуют материалы ревизской переписи 1811 года, Бахметьев купил Великодворскую фабрику вместе с имением у помещика П.А. Кусовникова в 1809 году. Владелец Никольско-Пестровского (позднее Никольско-Бахметевского) хрустального завода Н.А. Бахметев писал: «До сведения Вашего Превосходительства долгом почитаю довести, что купил я в Рязанской губернии, в Касимовском уезде, имение, с заведённой стеклянной фабрикой, крестьян и фабричных по последней ревизии 196 душ...».
Для обеспечения производства рабочей силой в Касимовский уезд Рязанской губернии были переселены мастеровые люди со стекольной фабрики, видимо, также принадлежавшей Бахметьеву, в Городищенском уезде Пензенской губернии.
С возникновением фабрики началось образование рабочего посёлка с одноимённым названием. На 1811 год при фабрике проживало 86 душ мастеровых мужского пола и их семьи.
Фабрика с окрестными деревнями Зайцево Залесье тож, Мордвиново, Харламово, составляла единый хозяйственный комплекс. На 1811 год общее число мастеровых, дворовых и крепостных крестьян составляло в имении 315 душ мужского пола.
Стеклоделие вступило в новую пору своего развития. В губернии, как и во всей России, происходил новый его подъем. Большие изменения пронизывали деятельность Мальцевских предприятий. Действовавшие заводы расширялись, повышался на них технический уровень производства. Пополнялись они и в количественном отношении.

В 1816 г. Н.А. Бахметев продал фабрику гвардии корнету Сергею Акимовичу Мальцову (1771-1823).
В 1817 году стекольный завод был пущен. Завод назывался Дардурским по названию речки Дардур, близ которой он располагался.
К Мальцеву перешли и мастеровые люди, переселённые в своё время с Никольско-Пестровского хрустального завода.
В 1823 году, в разгар эпидемии холеры, Сергей Акимович Мальцов скончался. Незадолго до этого умерла в Италии его жена, урожденная княжна Мещерская. Умерла и одна из дочерей. Остался 16-ти летний сын Иван, 10-ти летний сын Сергей и две дочери. Заводы передали под опеку младшему брату Ивану Акимовичу. Дети приняты на попечение родственников, которые им дали хорошее образование. В апреле 1828 года он получил пост первого секретаря посольства в Персии и вместе с полномочным представителем России, которым был А.С. Грибоедов, выехал в Тегеран.
В середине XIX веке село Великодворье, деревни Малышкино, Харламово, Мордвиново, Залесье (Зайцево тож) входили в состав владений семьи стекольных заводчиков Мальцовых. По данным Х ревизской переписи (1858 год) владельцем указанных населённых пунктов был тайный советник и кавалер Иван Сергеевич Мальцов.
В 70-80-е годы XIX века здесь впервые в России была построена стекловаренная ванная печь, вмещающая одновременно 16 тысяч пудов жидкого стекла и которая затем действовала более чем полвека. В статистическом обзоре фабрично-заводской промышленности 1894 г. отмечалось: «Вся она (печь) сложена из огнеупорного бельгийского камня без цемента при помощи лишь железных связей. Вся постройка производилась под руководством инженера-технолога Корчагина, изучавшего стекольное дело на многих заводах в Бельгии. Если не ошибаемся, это первый пример устройства подобной печи в России, и остаётся пожелать, чтобы он вызвал подражание среди русских производителей стекла...». Рабочие перешли на выработку «бельгийским способом» богемского стекла толщиной от двух до пяти миллиметров.
Завод выпускал богемское стекло толщиной от двух до пяти миллиметров. Вырабатывали на Великодворском заводе хрустальные рюмки, вазы, зелёное стекло, бутылки, штофы, полуштофы. Продукцию отправляли по гужевым дорогам во Владимир, Рязань, Касимов, и водным путем по реке Гусь и ее притоку Дардур в Оку, и далее по ней в Нижний Новгород – на Макарьевскую и Ирбитскую ярмарки.
В коллекции стекла и хрусталя ВСМЗ хранится трость (В-28415), датированная кон. XIX — нач. XX в., выполненная на Великодворском заводе из зелёного стекла в технике венецианской нити. Из частных стекольных заводов России только на Никольском заводе в совершенстве владели техникой венецианской нити. Очевидно, что трость была изготовлена переселёнными с этого завода мастерами. Также очевидно, что трость изготовлена в более ранний период, до 1870-х гг., т.к. с 1880-х гг. на мальцовских заводах вместо поташного стекла стали вырабатывать содовое — менее твёрдое, но белое и дешёвое.
Судя по образованию в посёлке Великодворский в 1876 г. одноклассной образцовой школы, примерно в это же время здесь при непосредственном участии капитала владельца Гусевской хрустальной фабрики И.С. Мальцова была построена часовня во имя великомученика Георгия.
Дубровский и Растовский стекольные заводы располагались в районе деревни Залесье. По данным ведомости о фабриках и заводах их возникновение также относится к началу 19 века. Население рабочих посёлков этих заводов по данным ревизской переписи 1858 года было приписано к Великодворской фабрике. Позже на месте бывших фабричных посёлков, видимо, и возникли населенные пункты Растово и Дубровка.
В последней четверти XIX в., в связи с концентрацией стекольного производства, с Великодворья на Гусевской завод были переведены шлифовня, отдел по выпуску хрусталя и мастеровые-хрустальщики.
В начале XX в. на заводе работали бельгийцы — мастера разводчики.

В 1905 г. в посёлке Великодворский насчитывалось 55 дворов, население составляло 744 жителя, из которых 393 работали на заводе. В посёлке имелось: церковно-приходская школа, аптека, здесь располагалась квартира урядника. Основное занятие жителей - работа на стекольной фабрике.

Февральская революция

О свершившемся перевороте в заводе стало известно в первых числах марта месяца и первые 5 — 6 дней стали периодом политической борьбы за власть отмеченных группировок по выборам Заводского Временного Исполнительного Комитета, бывшим 11 марта 1917 г. Сражение происходило из-за председательского места между сторонниками выдвинутых кандидатов на это место в лице управляющего Бахтина — с одной стороны и председателя Об-ва потребителей Суворова — с другой.
После манифестации в школе было открыто общее собрание, которое по текущему моменту послало приветственную телеграмму Временному Комитету Гос. Думы в довольно вежливых выражениях:
„Общее собрание рабочих и служащих Великодворского стекольного завода, приветствуя в вашем лице Временное правительство и желая, чтобы новое солнце свободы осветило вам тернистый путь к правде, добру и справедливости, выражает надежду, что при устройстве новой жизни не будут забыты и обойдены нужды Рабочего Пролетариата".
Впоследствии на эту телеграмму последовал высоко милостивый и ничего лучшего не суливший ответ председателя Думы Родзянко:
«Временного Комитета Государственной Думы.
10 апреля 1917 г. № 939.
Рабочим и служащим Великодворского стекольного завода гр-на П. Н. Игнатьева.
В ответ на вашу телеграмму приношу от имени Временного Комитета Государственной Думы глубокую благодарность за приветствие. В единодушном, со всех концов родины, и горячем отклике на совершившееся изменение государственного строя, Государственная Дума и Временный Комитет видят залог победоносного окончания войны и светлого будущего обновленной на началах права, свободы и справедливости Великой России. Председатель Временного Комитета председатель Государственной Думы М. Родзянко».
В результате выборов, в состав Временного Исполнительного Комитета прошли: Я. С. Суворов, В. Н. Турбин, Г. Д. Кудрявцев, B. В. Ландграф, З. М. Лещинский, И. Д. Кубышин, А. А. Зудов, П. П. Рыжков, В. А. Самоваров, С. А. Волков, А. М. Федулов и C. И. Крылов. Кандидатура управляющего Бахтина была провалена и на этом, кажется, закатилась звезда его на Великодворском заводе.
В основу своей работы Исполком положил охрану общественного порядка и личной безопасности и охрану, и поддержку нормального хода производства.
Управляющий Бахтин сразу встал против Исполнительного Комитета и на его предложения, касавшиеся работы завода, определенно заявил представителям комитета:
— «или я, или ваш Комитет!»…
В результате таких столкновений, при поддержке бывшего в то время Гусевским главноуправляющим не безызвестного рабочим-стекольщикам заводов, входящих в стеклофарфортрест, инж. А. Ф. Каржавина, с которым тогда воевать приходилось великодворцам с рабочими Гуся-Хрустального и других заводов, Бахтин, придравшись к удалению из завода бельгийца Дюбуа, пригрозил закрыть завод и, перестав посещать предприятие, оставил его на произвол судьбы.
Это ненормальное положение тянулось недели две, за которые успела съездить в Петроград к хозяину графу П. Н. Игнатьеву делегация рабочих, сумевшая там побывать и в Таврическом Дворце. Результатом делегирования была предотвращена угрожаемая Бахтиным остановка завода, которую Игнатьев отменил.
По возвращении делегации в конце марта месяца, в тот же день вечером было созвано в школе экстренное заседание Исполнительного Комитета для выслушания ее доклада, на котором один из ездивших товарищей повторил сказанные делегатам по вопросу о Бахтине в Таврическом слова:
«Зря — вы не привезли его к нам сюда».
Эти слова моментально, как по радио, из стен заседания в школе были переданы каким-то досужим язычком, остающимся до сих пор у великодворцев под знаком вопроса, но уже в извращенном виде, самому Бахтину, который, как впоследствии сам сознался в Москве, из-за нашептанных ему угроз — ареста, ускакал из завода в момент, когда это памятное заседание еще продолжалось.
Заместителем сбежавшего управляющего Исполнительный Комитет, не выпускавший и сам из рук управления завода до самых выборов Совета рабочих депутатов, назначил бухгалтера А. И. Березкина, которому за такое доверие рабочих впоследствии пришлось пережить немало неприятностей свыше.
Одновременно, с выяснением в Петрограде вопроса об угрожаемой Бахтиным остановке завода, был выяснен и тарифный вопрос, вылившийся из-за неравенства существовавших до того времени сдельных расценков гутты. Дело заключалось в том, что за одну и ту же работу платили работавшим в заводе бельгийцам дороже, чем русским рабочим. Расценок был уравнен, уравнена была и выдача из заводской лавки продовольствия и бельгийцам пришлось отказаться от всех своих прежних привилегий в том числе и не есть русский черный хлеб, к которому они потом стали привыкать. На почве эгоизма бельгийцы начали саботировать и бросать работы, что весьма мало озаботило Исполнительный Комитет, принимая во внимание равность квалификации с бельгийцами русских мастеров; отъезд же бельгийцев только пособил уничтожению существовавшего на почве неравной оплаты труда антагонизма между рабочими и сплочению их в одну семью, необходимому для предстоявшей борьбы.
Повышен был также и расценок баночников и задельщиков, первых от 30 до 50 % и вторых от 50 до 75 % расценка мастера. Удочка — на которую, как и другие заводчики, ловил управляющий Игнатьева — Сериков рабочих — дешевые цены на продукты при условии неизменяемости расценков, при переходе управления завода в руки рабочей организации, также при новых условиях повернулась от шиворота рабочего к карману хозяина и продолжала кажется оставаться в последнем положении вплоть до энергичного протеста предпринимателя, в лице уже позднее учрежденного Акц. Общества Ю.С. Нечаева-Мальцова Н-к, которое в этом случае было поддержано министерством труда Скобелева.
Постепенное втягивание в общественно-политическую работу рабочих на почве обсуждения экономических вопросов все более и более вызывало рост политического и профессионального движения и 1917 год, год тяжелого испытания, в то же время можно смело назвать и годом наиболее дружного революционного напряжения великодворских рабочих.
Заметен рост движения хотя бы из того, что отпразднованная в марте Февральская революция была отмечена только голой манифестацией. Празднование же 1 мая уже носило более живой и политический характер. Тут уже был устроен большой митинг, на котором представитель Исполнительного Комитета обратился к рабочим с следующим приветствием:
«Товарищи!
Сегодня, в первый праздник свободы, свободы, за которую страдали и гибли — наши лучшие силы, свободы, которую после тяжелой борьбы, наконец, получили мы — в этот, товарищи, день все наши помыслы стремятся к тем борцам, которые, рискуя и жертвуя своей головой во имя блага народного — добились ее. Мы приветствуем тех героев в серых шинелях, которые своей грудью, защищая от внешнего врага родину, помогли ей избавиться и от внутреннего самодержавнейшего врага. Великой русской революционной армии мы посылаем свой привет! Мы приветствуем и тех борцов, томившихся за великое дело свободы по тюрьмам и каторгам, которые дожили до настоящего торжества их правого дела — освобождения русского народа, великого и в страданиях неволи и великодушного после, наконец, достигнутой им победы.
Но, в этот счастливый торжественный день, невольной грустью лежит на сердце нашем память о мучениках празднуемой свободы, положивших за братьев свои головы.
Мир праху этих страдальцев и вечная намять пусть будет о них!
Товарищи! Теперь после достигнутой победы над старым и после полученной столь давно жданной свободы, мы не должны еще складывать свои руки. Нет! Не довершено еще наше великое народное дело, так как враги, приверженцы старого, потерпев поражение в открытом бою, еще существуют и продолжают вести с нами теперь уже не открытую, но более опасную тайную борьбу. Они стараются всячески подорвать наше общее дело и посеять между нами раздор, чтобы при малейшей междоусобице поразить обе повздорящие стороны и приковать нас уже не одним, а двойным запором к старому порядку.
Будем же товарищи осторожны и готовы в любой момент отразить нападение и уничтожить этих теперь тайных своих врагов, которые хитры и в отчаянье смелы, ибо после поражения уже ничем более не рискуют попытать еще раз свое счастье вернуть себе победу.
В единении вся сила наша и в таком единении, под нашим красным знаменем, уничтожая недобитые и сопротивляющиеся остатки сил пораженного врага, мы смело пойдем вперед к довершению полной над ним победы и осуществлению красующихся с этого знамени: свободы, братства и равенства!»
Приведенным приветствием мы подчеркиваем стремление к необходимому в то время, для предстоявшей долгой и тяжелой экономической борьбы, сплочению бывших в организации разных политических группировок, существование которых подтверждают следующие факты:
1) Световой экран на здании Исполкома, с эсеровским лозунгом: „В борьбе обретешь ты право свое".
2) организация кружка большевистской партии,
3) организация кружка меньшевистской партии,
4) поддержка попытки приезжавшего из Рязани «товарища» к организации кружка партии народной свободы, к которой, к удивлению всех, сам организатор не принадлежал, на чем и провалился,
5) скандал, получившийся на поставленном в школе спектакле из-за продававшейся на буфете, под видом невинных предметов развлечения, антибольшевистской стихоплетной брошюры про тов. Ленина.
И отдаем справедливость всем группировкам, что они сохранили единство рабочих и тем привели их к полной победе в экономической стачке над своими предпринимателями. Существовавшие кружки большевиков и, меньшевиков свою партийную работу вели исключительно по политическому воспитанию своих членов и борьбы между собой они еще не начинали. При этом надо заметить, что большевистского течения еще в массе было мало заметно, что может быть и позволяло пассивность меньшевикам, тем более, что чисто жизненный их интерес в победе рабочих в экономической их борьбе был одинаково дорог как одним, так и другим. Что же касается группировки С.Р., то она, видимо, своим лозунгом на экране Исполнительного Комитета и ограничилась, ибо главного вопроса этой партии — аграрного заводские дела не затрагивали и потому она здесь выявить свою линию ничем не могла.

Основание профессионального союза рабочих и служащих завода положено 19 апреля 1917 г., когда и было избрано первое Правление, в составе председателя, впоследствии погибшего от полученного на фронте гражданск. войны тифа А. Зудова, увековечившего своим именем завод, и членов: Я. Суворова, Г. Кудрявцева, В. Гачурина и В. Ландграфа.
Союз этот вступил в Московский Областной Профессиональный Союз рабочих стекольно-фарфоровой промышленности и, с первых дней своего основания, завязал с ним тесную связь.
Не лишена интереса первая практическая работа Правления заводского союза по созыву вскоре после своей организации на заводе в июне 1917 г. конференции рабочих бемского стекла, на которой было представительство от нескольких крупных заводов России, вырабатывающих бемское стекло, имевшей целью выработку общего тарифа и установление связи между стекольщиками.
С организацией общего союза рабочих и служащих существовавшее до него на заводе отделение Рязанского Губернского Союза коммерческих служащих само ликвидировалось, ибо этот союз, привлекавший к себе лишь отпуском членам некоторых продуктов по заготовительным ценам, с введением пайкового снабжения, потерял свой последний конек, т. к. более ничего реального ни своим членам, ни самому предприятию он дать не мог.
Вследствие расхождения рабочих в тарифном вопросе с главно-управляющим Игнатьева Сериковым в мае м-це 1917 г. была послана в Петроград к Игнатьеву от завода вторая делегация. Игнатьев в то время был болен и принял лежа в постели. Прием носил более или менее радушный характер, хотя дело и не обошлось без иголки, укол которой для графа показался спроста сказанное по его адресу одним из делегатов слово „товарищ", от которого он поморщился. Выслушав конкретно изложенные делегацией требования рабочих по экономическому вопросу и вопросу культурно-просветительному, касавшемуся постройки, между прочим, Народного дома, в который Игнатьев обещал в то время дать даже библиотеку, Игнатьев на первом приеме, не сказав своего определенного ответа, предложил делегации переговорить предварительно по всем вопросам с товарищем его — членом Государ. Думы Дзюбинским, который, выслушав потом делегацию, велел ей явиться за ответом к Игнатьеву через два дня.
На втором приеме, к удивлению делегации, П. Н. Игнатьев почти полностью удовлетворил все наши требования и коснулся тут между прочим и свершившегося низвержения самодержавия, от которого и у него осталось в памяти недоброе: как он, бывший министр Народного Просвещения, делал личный доклад Николаю, согласившемуся с докладом Игнатьева, но приславшему на другой день ему вместо утвержденного доклада отставку.
Говорил Игнатьев и про Временное Правительство, отзываясь особенно горячо о Керенском. В заключение Игнатьев предложил делегации на обратном проезде, зайти в его Главное Московское Управление и оформить дело, но уже не с главноуправляющим Сериковым, к которому, по его словам, он уже потерял доверие, а со вторым соправителем Серикова-Рукавишниковым, получившим от него соответствующие директивы.
На этом прекратилась связь завода с Игнатьевым, вскоре по слухам уехавшим за границу.
По оформлении дела с Рукавишниковым в Москве, делегация возвратилась с самыми радужными настроениями в завод.
Но, вскоре, этим настроениям наступил конец, в виду измены слов Игнатьева — приемниками его заводов в лице организовавшегося в отъезд Игнатьева Акц. Об-ва Ю. С. Нечаева-Мальцова Н-к, достигнувшего сразу восстановления против себя всех рабочих.
В виду объявления хлебной монополии и прекращения хлебной торговли частного характера, в апреле 1917 г. был организован в заводе Продовольственный Комитет, в состав которого были избраны следующие товарищи: Я. С. Суворов, В. Н. Турбин, В. А. Самоваров, И. Д. Кубышин и З. Н. Лещинский. Комитетом была завязана тесная связь с местными продорганами в лице Касимовской Уездной и Рязанской Губернской Продовольственных Управ. В виду внимания, уделенного этими органами в должной мере к заводу, как наибольшему промышленному предприятию губернии, и инициативы, проявленной самим заводским Продовольственным Комитетом в деле заготовки и снабжения рабочих ненормированными продуктами питания, мяса и пр., переход к хлебной монополии в 1917 году был малоощутителен как карману, так и желудку рабочих. Но это, конечно, заводскому Продкому стоило больших хлопот и забот, как, например, весенняя покупка молодняка в 55 голов рогатого скота и нагул его до осени, давший немалый плюс в деле снабжения рабочих мясом по ценам более дешевым в сравнения с существовавшими рыночными. На дело таких крупных заготовок заводским Продкомом уделено было на первом году своей организации особое серьезное внимание и для смягчения продовольственного кризиса, уже начинавшего к осени ощущаться более значительно, им не мало было положено своих хлопот. Оборотным капиталом Продком пользовался из конторы завода в силу особых условий рабочих в тарифном вопросе по отпуску рабочим продовольствия по удешевленным ценам. Приблизительно в таком же виде стала идти и работа Продкома в последующих составах, хотя в энергии Продком первого состава оставляет, по результатам своей работы, последующие за собой позади.
То же самое явление замечается и с организацией первого заводского Совета рабочих депутатов завода, образованного в ходе революционно-экономической борьбы рабочих 21 апреля 1917 г., о применением выборной системы, подобной современному делегатскому собранию, т.е. с привлечением в состав представителей от цехов предприятия.
В первый состав Совета рабочих депутатов, принявшего на себя всю полноту политической и экономической власти на заводе, были избраны следующие товарищи: председатель С. А. Волков. Члены: П. И. Зубанов, К. И. Кубышина, А. И. Гачурин, А. П. Кателанин, Г. Ф. Смелов, А. М. Федулов, Е. И. Лебедева, А. Д. Кудрявцева, В. Я. Суворова и секретарь В. А. Чигорин.
Временный Дополнительный Комитет был оставлен тогда исполнительным органом власти и самого Совета в роли современного Исполкома, или, вернее, Президиума его.
С первых дней своей организации Совет рабочих депутатов, как свидетельствуют приводимые его протоколы, принял непосредственное руководство как работой остальных организаций завода, так и управления предприятия, которое, впоследствии уже после октябрьской революции, было передано им Контрольной комиссии над производством завода.
На память истории этим первым Советом рабочих депутатов, нашедшим ранее центральные, еще во времена расцвета керенщины, пути к законодательной деятельности, оставлен касающийся этой деятельности акт об установлении для всех поденных рабочих завода 8 часового рабочего дня, принятый постановлением от 26 апр. 1917 г. № 4 и введенный и силу с 1 мая 1917 года.
Касаясь первого Великодворского заводского Совета рабочих депутатов, нельзя не отметить огромной работы его первого секретаря, В. А. Чигорина, проделанной последним в порядке срочных и боевых заданий, которая велась им, как и др. работниками, безвозмездно и вне рабочего времени, обыкновенно ночами, что, может быть, главным образом, и безвременно свело Чигорина вскоре в могилу.
1 июня 1917 года официально была в заводе образована организация Р.С.Д.П. — большевиков, завязавшая связь сначала с Москвой и Гусем-Хрустальным Владимирской губернии и уже впоследствии с своими уездными и губернскими центрами.
Если апрель и май м-цы могут быть названы в полном смысле месяцами организации — то июнь и июль месяцы могут быть по справедливости названы первыми месяцами пробы сил и практической работы в профдвижении.
Еще в мае м-це из Москвы поступило извещение о переходе заводов от графа Игнатьева к учрежденному Акц. Об-ву Ю. С. Нечаева-Мальцова Н-к, которое от выполнения обязательств, принятых его предшественником перед рабочими, отказалось, и, придравшись к какой-то мелочи, прислало постановление об увольнении от должности исполнявшего обязанности управляющего заводом — бухгалтера А. И. Березкина, по всему видимо, мстя ему за доверие рабочих.
18 июля 1917 г. общее собрание рабочих и служащих завода, обсудив создавшееся положение, постановило: объявить экономическую стачку, путем непризнания нового владельца в лице Правления Акц. Об-ва в составе небезызвестных московских воротил царизма Шлиппе, Брянского и Чижа. Работу решили продолжать, порвав при этом связь с новым Правлением и для руководства стачкой избрали Стачечный Комитет в составе: В. И. Зудова, А. А. Зудова, С. А. Волкова и В. Е. Большакова, который, вследствие своего отказа, был заменой В. Н. Турбиным.
В приезд свой на Гусь-Хрустальный Правление всякими угрозами и обещаниями старалось сорвать стачку, но безрезультатно, ибо переговоры его с представителями Стачечного Комитета В. И. Зудовым, В. Н. Турбиным и С. А. Волковым ни к каким положительным результатам не привели.
Стачечный Комитет задался цельно охранить завод и имевшиеся в заводе материальные ценности, в виде огромных запасов сырья и готовых изделий, поддержав самое производство завода, с одной стороны, и добиться удовлетворения справедливых требовании рабочих предпринимателем — с другой стороны.
С целью ликвидации конфликта, были посланы Стачечным Комитетом представители в Московский Областной Совет Рабочих Депутатов и областной Комитет Профессионального Союза рабочих стекольно-фарфоровой промышленности.
Принявший делегацию в Московском Совете член его Гордон определенно заявил, что если рабочие надеются на свою выдержку и устойчивость — то пусть стачку ведут, а если колеблются, то должны от нее отказаться сами, чтобы потом не сорваться в серьезный момент и не дать на свою спину засесть акционерам Игнатьева.
Председатель Областного Комитета Профессионального Союза Законов и секретарь проф. Гопиус поддерживали делегацию в принятом решении стачки. Усилиями Московского Совета и Областного Комитета Союза удалось вызвать Правление Акционерного Об-ва Ю. С. Нечаева-Мальцова Н-к к Третейскому суду, чрез Московского Областного Комиссара Труда Смирнова, который, вместо поддержания рабочих, на сделанное ему освещение дела и принятого рабочим решения „забастовать“ ответил делегатам:
„Да вам за это и в тюрьме мало места”!
Конечно, благодаря таким защитникам не труда, а капитала, из министерства Скобелева, Правлению Акц. Об-ва, накануне назначенного Третейского суда, ничего не стоило отказаться от назначения с его стороны субарбитра и отвильнуть от суда. Это обстоятельство заставило Стачечный Комитет уже обратиться из политического наблюдателя завода в роль хозяйственника, т. к. стачка затягивалась и для ведения в дальнейшем завода требовались деньги, а их в кассе завода уже не оставалось.
На первый случай Стачечный Комитет апеллировал к сознательности самих рабочих, снесших по его призыву из последних крох своих скромных достатков несколько десятков тысяч рублей на открытый „заем-помощи'' под первую продажу стекла. Благодаря вскоре удавшейся продаже трех вагонов стекла, заем был погашен и дело стало поналаживаться так, что думать о побуждении Правления Акционерного Общества к ликвидации стачки уже прежней необходимости не было: сами авось догадаются. Стекло работали и продавали, вносили вырученные деньги в кассу завода и расходовали на его потребности, проводя все, конечно, как следует, по книгам и действительно осведомившись из каких то источников, что костлявая рука голода коротка оказалась задушить Великодворских рабочих, начавших почти конкурировать в продаже стекла с Мясницким магазином Акционерного Об-ва. Правление первым пошло на уступки, прислав для этого в завод дипломата в лице управляющего И. П. Цепляева, успешно ликвидировавшего своим непосредственным участием в деле стачку с полным удовлетворением требований рабочих о повышении расценков и с оставлением на службе Березкина. На соединенном заседании в Москве членов Правления Акц. Об-ва и представителей рабочих и служащих завода 12 сентября 1917 г. стачка была ликвидирована, с оставлением вопроса об увеличении жалования служащим завода открытым впредь до решения его в общем масштабе для всех заводов Общества, вследствие чего представителем служащих завода был заявлен Правлению нижеприводимый протест:
В Правление Акц. О-ва Ю. С. Нечаева-Мальцова Н-к
Представителя служащих Великодворского завода Об-ва В. Н. Турбина к протоколам заседаний Правления Об-ва и представителей завода от 4 и 12 сентября 1917 г.
ЗАЯВЛЕНИЕ.
Конфликт по экономическим требованиям рабочих и служащих Великодворского завода, вызвавший стачку их 18 июля с/г., приостановленную по настоянию Правления Общества, при условии немедленного разрешения им означенных требований, не может считаться ликвидированным разрешением требований только одних рабочих.
Отложение разрешения конфликта в части экономических требований служащих Великодворского завода до общего разрешения вопроса о них одновременно со служащими других предприятий общества, я считаю неправильным потому, что во-первых — в разбираемом конфликте служащие других предприятий не участвовали, во-вторых — из дела не видно предъявлены ли ими какие либо требования к Правлению и в третьих — никакого отношения требования служащих Великодворского завода к вопросу о равной оплате труда всех служащих об-ва иметь не могут, ибо требуемая прибавка по заводу, вызванная дороговизной жизни и одинаково ложащаяся на всех служащих завода, выражена в равном для них проценте, а самый вопрос о равных окладах всех служащих не может иметь места, как противоречащий установленной должной оценке труда и как нарушающий права некоторых служащих, выполняющих большее дело и имеющих право на преимущество большего вознаграждения за труд пред их коллегами, выполняющими меньшую службу.
На основании вышеизложенного, поддерживая требования служащих Великодворского завода о 100 % надбавке на оклады жалования за время с 1 апреля с. г. и, протестуя на оттягивание Правлением Общества разрешения этих требований, я, как представитель служащих Великодворского завода, считаю своим долгом заявить, что своей пассивной политикой к части конфликта по требованиям служащих, Правление Общества ставит моих доверителей в такой тупик, единственным выходом из которого является возобновление стачки, ответственность за которую вообще и пред Акц. Об-вом в частности всецело падает на Правление. 1917 г. сентября 12 дня, г. Москва. (Подпись).
Течением обстоятельств этому заявлению вскоре же суждено было претвориться в жизнь, и даже ранее, чем это мог думать его автор.
К этому времени служащие Гуся-Хрустального, на почве также оттяжки Правлением удовлетворения их экономических требований, в конце сентября объявили стачку и призвали чрез свой Комитет к участию в ней служащих других соседних с ним заводов Об-ва, в том числе и великодворцев, которые, с благословения своего производственного проф. союза рабочих и служащих, примкнув к гусевской стачке, избрали из своей среды Местный Стачечный Комитет в составе Я. С. Суворова, А. А. Богданова и В. Н. Турбина.
Советом Раб. Депутатов по постановлению от 28 сент. 1917 г. № 46 и председателем Заводского Прифес. Союза рабочих и служащих А. А. Зудовым, как вникнувшими в смысл стоявшей пред союзом в то время задачи по защите членов союза от произвола предпринимателей, были присланы стачечному Комитету служащих письменные приветствия с выражением моральной поддержки, что, конечно, поддержало стойкость Стачечного Комитета служащих, получавшего свыше угрозы увольнения и проч.
Представителю Стачечного Комитета служащих завода пришлось быть во время стачки 30 октября 1917 г. на собрании гусевских служащих, которые с горечью свидетельствовали факты натравливания на них администрацией рабочих, которые под таким научением давили даже в лице своего Совета Рабочих Депутатов на служащих сорвать стачку, о чем собранием было решено пропечатать в социалистических и буржуазных газетах. Представитель Великодворского Комитета, относя подобное обстоятельство к несознательности и темноте рабочих, с гордостью констатировал об отсутствии таких явлений на Великодворском заводе. Под влиянием разосланной по заводам Правлением Акц. Об-ва угрозы увольнения бастующих служащих стачка служащими Гуся была снята в первых же числах октября, но не сдавался лишь на пустую Великодворский Комитет, который спустя неделю снял стачку лишь после того, как Правление известило о 100 % прибавке жалования всем служащим. По своей стойкости Великодворский завод в целом представлялся акционерам каким-то страшным пугалом и за время своего владычества не один из них  не осмелился заглянуть в названную ими «Великодворскую Республику». И это название действительно было в то время достойно Великодворского завода, который в разгар керенщины не останавливался над проведением таких рабочих реформ, как 8 часовой рабочий день и пр., ставших уже впоследствии завоеваниями Октябрьской революции и который ни разу не поддался на заигрывание с ним Правления Акц. Об-ва, определенно осознав в нем своего классового врага и избегая с ним по мере возможности всякого сотрудничества и панибратства. Словом, завод в целом жил одной жизнью и одной целью отстоять завоеванное им рабочее влияние на производство, если не сказать большего — рабочее управление, которое со времени еще Февральской революции проводились на заводе вплоть до установленного позднее выборного Управления.
Это является особенно характерным, если принять во внимание тот политический хаос неразберихи, который царил в центрах союза стекла и фарфора, особенно выявивший себя на втором Московском Областном Съезде Союза стекла и фарфора, происходившем в 1-5 числах октября 1917 г., почти накануне социальной революции, и образчиком которого могут служить некоторые следующие извлечения из стенографического отчета этого Съезда:
Выступавшие по текущему моменту тт. Гопиус и Законов, обрисовав тяжесть политического момента, указали на кризис власти Временного Правительства, безуспешно искавшего опоры и в Московском Государ. Совещании, родившем Корнилова и Каледина и в Демократическом Совещании из людей «близких к муке и коже», но позабывшего выполнять свои демократические обещания. Под влиянием этого подчеркнуто полевение страны в сторону большевизма, за исключением мелкой буржуазии, переходящей, за исключением незначительной части, к крупной буржуазии. Россия разделилась на два резко враждебных лагеря. Сражение неизбежно. Предстоит бой пролетариата с буржуазией, поддерживаемой европейским капиталом. И к этому бою надо готовиться.
В предложенной по докладу резолюции требовалось немедленная передача власти Сов. Р. и К. Д. и вооружение всех рабочих для войны с контрреволюцией…

Октябрьская Революция

Удавшаяся в стачке большевистская тактика борьбы с капиталом оставила за собой неизгладимый след на психологии рабочих, в сторону приближения их к этой партии, наглядным примером которого вполне могут служить бывшие выборы в земство и в Учредительное Собрание, собравшие избирательное большинство на списки партии большевиков.
Под настроением таких, можно сказать, большевистских тенденций застает великодворцев и Октябрьская революция.
Первым вестником свершившегося переворота был, кажется, возвратившийся из Москвы и бывший там в Октябрьские дни по служебным делам председатель Правления Профессионального Союза А. А. Зудов. Как и в прочих местах был организован в заводе Военно-Революционный Комитет, в состав которого были избраны З. М. Лещинский, В. Н. Турбин и И. Ф. Шишков. Переворот ничем не был отпразднован, но не вследствие отрицательного к нему отношения, а в виду потребности деловой работы при изменившихся политических перспективах.
Первой боевой работой Военно-Революционного Комитета был арест скрывшегося из Москвы, бывшего Командующего Московским Военным Округом, полк. К. И. Рябцева, уроженца Парахинской волости, в пределах которой находится Великодворский завод…
См. В.Н. Турбин «ЗА ПЯТЬ ЛЕТ» ОЧЕРК по истории профессионального и революционного движения на Великодворском Стекольном Заводе.

Завод им. А.А. Зудова

В 1922 г. заводу присвоено имя А. А. Зудова, рабочего завода, активного деятеля революционного движения в Великодворье.

С 1927 по 2005 год Великодворский обладал статусом посёлка городского типа.
В 2002 году стекольный завод полностью переоборудован. С 2002 г. предприятие входит в состав Ассоциации производителей стекла «Русь-Стекло».
С 2006 года Великодворский является центром сельского поселения «Посёлок Великодворский», объединяющего 7 населённых пунктов.
Численность населения: в 1859 г. – 270 чел.; в 1926 г. – 2441 чел.; в 1959 г. – 3407 чел.; в 1970 г. – 3018 чел.; в 1989 г. – 2571 чел.; в 2002 г. – 2270 чел.; в 2010 г. – 1984 чел.
Промышленность:
- ЗАО «Великодворский стекольный завод» входит в Ассоциацию «Русь-Стекло». Также в ассоциацию входят ООО "Сергиево-Посадский стекольный завод (Моск. Обл., Сергиево-посадский р-н) (запущен в 2004 г.) и ООО «Омск Стеклотара» (г. Омск) (запущен в 2010 г.).
Производственная мощность: 240 млн стеклоизделий в год. Оборудование: одна стекловаренная печь 220 т/сут (ЗАО НПЦ "Стекло-Газ" г. Гусь-Хрустальный); стеклоформующие машины — 6-ти- и 8-мисекционные двухкапельные GPS (Германия); контрольно-измерительные аппараты — Bush&Spreen (Германия); конвейерные линии, паллетайзеры, термоусадочные машины — ЗАО "Стеклопак" г. Орёл.
Выпускаемая продукция — Эксклюзивная стеклянная тара от 0, 2 — до 1, 0 л. Цвет стекла - белый.
- ОАО «Великодворский горно-обогатительный комбинат» основан в 1957 году.

Великодворский приход

В нескольких километрах от завода было село Великодворье: (Пятница), где находилась главная церковь прихода – Пятницкая.
В 1918 г. (по другим данным, в 1920 г.) деревянная церковь в честь святой мученицы Параскевы (Пятницы) в селе Великодворье сгорела. Тогда было решено к каменной часовне Великодворского завода пристроить сруб и сделать из неё полноценный храм для прихожан Пятницкой церкви. Пятницкую церковь отстроили заново.
Из великодворской заводской церкви (по свидетельству местных жителей) уже в 1922 г. решением схода намеревались сделать клуб. Решение несколько изменилось, и в храме разместили сначала склад, затем детский интернат, а позже школу. Утварь и иконы были переданы в Пятницкий храм.
В декабре 1955 г. отец Петр поехал к епископу Владимирскому Онисиму за назначением. В поезде встретил двух женщин – старосту и казначея храма села Пятницы (народное название села Великодворье), которые тоже ехали к владыке – просить священника в храм великомученицы Параскевы Пятницы (служивший прежде батюшка вышел за штат). Они знали отца Петра по службе в селе Заколпье и попросили его быть священником в их храме. Так промыслом Божиим 13 декабря 1955 г. отец Петр подал владыке Онисиму прошение: «Имея искреннее намерение до конца дней своих служить Христовой Церкви, почтительнейше прошу Ваше Преосвященство назначить меня на священническое место к Пятницкому храму с. Пятница». В тот же день назначение было подписано.
В Пятнице отец Петр с первых дней завоевал уважение и любовь прихожан. См. Священноисповедник Петр Алексеевич Чельцов (Великодворский) (1888-1972).


Сщисп. Петр Чельцов

Возрождение Великодворской православной общины произошло в 1992 г. по инициативе настоятеля Свято-Параскевинской церкви протоиерея Анатолия Яковина. Здание храма отдали верующим. 20 января того же года оно было освящено архиепископом Владимирским и Суздальским Евлогием во имя преподобномученицы Елизаветы Фёдоровны, старшей сестры императрицы Александры Фёдоровны. Из Иерусалима была доставлена в храм частица мощей великой княгини, покровительницы и благотворительницы бедных, убитой революционерами в 1918 г. в Алапаевске.


Свято-Елизаветинский храм в пос. Великодворский

Елизаветинская церковь в посёлке Великодворский, пожалуй, единственная, которая сочетает в себе деревянные и кирпичные объёмы. В конце 1990-х наиболее ветхая часть строения была разобрана, достроен основной объём из брёвен, сооружение приобрело церковные формы. Каменная алтарная часть, удивительной архитектуры, с открытой галереей, сохранилась с ХIХ века. Из Пятницкой церкви вернулась часть утвари и старинные иконы. Купола церкви видны с трассы Гусь-Хрустальный – Рязань на въезде в посёлок Великодворский.
Анопинский стекольный завод
Дубасовский завод
Проникновение стеклоделия на Владимирскую землю
Стеклоделие во Владимирской губернии в XIX веке
Стеклоделие во Владимирской губернии в нач. ХХ века.
Мишеронский стеклянный завод

Copyright © 2018 Любовь безусловная


Категория: Гусь | Добавил: Jupiter (25.01.2018)
Просмотров: 235 | Теги: Гусь-хрустальный район | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

Поиск

Владимирский Край

РОЗА МИРА

Меню

Вход на сайт

Счетчики
ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика


Copyright MyCorp © 2018
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика