Главная
Регистрация
Вход
Четверг
23.09.2021
18:45
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Меню

Категории раздела
Святые [141]
Русь [11]
Метаистория [7]
Владимир [1400]
Суздаль [421]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [447]
Музеи Владимирской области [60]
Монастыри [7]
Судогда [10]
Собинка [132]
Юрьев [236]
Судогодский район [107]
Москва [42]
Петушки [155]
Гусь [166]
Вязники [315]
Камешково [105]
Ковров [398]
Гороховец [125]
Александров [260]
Переславль [114]
Кольчугино [80]
История [39]
Киржач [88]
Шуя [109]
Религия [5]
Иваново [63]
Селиваново [40]
Гаврилов Пасад [9]
Меленки [107]
Писатели и поэты [148]
Промышленность [91]
Учебные заведения [133]
Владимирская губерния [39]
Революция 1917 [50]
Новгород [4]
Лимурия [1]
Сельское хозяйство [76]
Медицина [54]
Муромские поэты [5]
художники [31]
Лесное хозяйство [17]
Владимирская энциклопедия [1546]
архитекторы [6]
краеведение [47]
Отечественная война [252]
архив [6]
обряды [17]
История Земли [12]
Тюрьма [26]
Жертвы политических репрессий [16]
Воины-интернационалисты [14]
спорт [28]
Оргтруд [26]

Статистика

Онлайн всего: 44
Гостей: 44
Пользователей: 0

Яндекс.Метрика ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Камешково

Дианин Александр Павлович

Дианин Александр Павлович

Дианин Александр Павлович (8 (20) апреля 1851, с. Давыдово Владимирской губернии[1] — 6 декабря 1918, Петроград) - доктор философии (1877), доктор химии (1890), профессор (1892), действительный статский советник (1894), четырежды избирался ученым секретарем Конференции ИВМА (1895 – 1911), академик ИВМА (1903), главный судебно-химический эксперт МВД (1904), заслуженный профессор (1906), руководитель кафедры химии ИВМА с 1887 по 1916 г.


Дианин Александр Павлович

Александр Павлович Дианин родился 8 (20) апреля 1851 года в семье Павла Афанасьевича Дианина, священника села Давыдово.
В 1868 году он закончил Владимиpскую духовную семинаpию, а в 1869 г. приехал учиться в Петербург, где поступил в Медико-хирургическую академию. Под влиянием лекций Н.Н. Зинина и А.П. Бородина увлекся химическими исследованиями. К весне 1873 года смог написать научную работу, которая была доложена А.П. Бородиным на IV съезде естествоиспытателей в Казани (опубликована в Протоколах Русского физико-химического общества за 1873 год). Успехи в научном исследовании повлекли за собой отставание в сдаче экзаменов по специальным медицинским дисциплинам. А.П. Дианин остался на 4 курсе на второй год. Это его, однако, не смутило – своей специальностью вместо медицины он решил избрать химию (11 ноября 1874 году он оставил ИМХА по собственному желанию). С 1873 по 1876 год Александр Дианин работал частным и личным ассистентом профессора А.П. Бородина, в 1876-1877 гг. – лаборантом кафедры химии по вольному найму. Екатерина Сергеевна Бородина занималась общим образованием Александра, обучала его французскому языку и игре на фортепиано. В этот период успешно развивалась исследовательская и педагогическая работа А.П. Дианина. Он не только помогал в педагогической работе А.П. Бородину в Академии, но и самостоятельно читал лекции по химии и гигиене в Педагогическом музее военно-учебных заведений. В 1876 году он принимал участие в подготовке материалов по приложению химии к медицине, для международной выставки в Брюсселе. Работы и экспонаты Дианина получили высокую оценку: Парижская Академия наук присудила ему почетное звание «l’officierd’Academie» с правом ношения сопряженного с этим званием знака.
Успехи А.П. Дианина побудили А.П. Бородина послать своего ассистента в один из немецких университетов для защиты диссертации на степень доктора философии. Наличие этого диплома позволило бы не имеющему университетского диплома по химии Дианину держать в России магистерские экзамены и защищать диссертацию на степень магистра химии. Выбор пал на Йенский университет, куда А.П. Бородин со своими студентами – А.П. Дианиным и М.Ю. Гольдштейном – отправился весной 1877 года. В Йене Дианину пришлось учиться разговорному немецкому языку, готовиться к экзаменам, заканчивать и переводить на немецкий язык свою диссертацию «Об окислении фенолов». Эта работа была завершена в ноябре 1877 года успешной сдачей экзаменов и защитой диссертации. В декабре 1877 года Йенским университетом был признан доктором философии.
В декабре того же года А.П. Дианин возвратился в Петербург и вновь включился в работу на кафедре А.П. Бородина и в Педагогическом музее. Он дополняет и переводит, теперь уже на русский язык, защищенную в Йене диссертацию «Übereineigentümliches Verhaltender Phenolebeider Oxydation» и готовиться к экзаменам на степень магистра химии. А.П. Бородин в письме от 12 августа 1878 г., шутя, напоминает ему о предстоящих экзаменах:«Чай, как вы теперь «округлили» Ваши знания-то! Не подступись просто! А держать экзамен (если придется) надо будет только у Бутлерова и Меншуткина. Менделеев едет за границу». А.П. Бородин продолжал опекать Дианина и готовил почву для его успешной защиты. Он советует ему отказаться от первоначального плана защищать диссертацию в Петербурге. 15 ноября 1878 года он пишет письмо Николаю Николаевичу Бекетову – известному русскому химику, ученику Николая Николаевича Зинина, профессору Харьковского университета:
«Милостивый Государь Николай Николаевич, позвольте рекомендовать Вам подателя этого письма – Александра Павловича Дианина, моего ученика и помощника при кафедре химии в Императорской Медико-Хирургической Академии. Имея степень доктора философии (inpraesentia) Йенского университета, он желал бы держать экзамен на степень магистра химии. Ознакомившись случайно из Вашего любезного ответа в письме к Г. Гольдштейну с условиями экзамена, я ему посоветовал не держать экзамен в Петербурге, но обратиться к Вам, в Харьковский университет и держать экзамен у Вас в Харькове. Вам может показаться странным и неестественным, почему я посоветовал ему обращаться не к Петербургскому, а к Харьковскому университету? Мотив, которым я руководился в этом случае, был следующий. Помня с какой любезною внимательностью Вы отнеслись однажды к просьбе одного из моих учеников, доктора Гольдштейна, доставив ему сведения об экзаменах, я посоветовал ему обратиться к Вам в Харьковский университет, т.к.: 1) в настоящее время Д.И. Менделеев за границей, и подавать прошение о допущении к экзаменам в отсутствии одного из самых главных экзаменаторов неловко и во многих отношениях неудобно; 2) отложить экзамен до приезда Д.И. Менделеева в виду того, что с Нового года могут быть введены новые правила относительно ограничения допущения к экзаменам лиц с иностранными дипломами…».
Перед А.П. Бородиным стояла трудная задача, с одной стороны, надо было мотивировать желание А.П. Дианина держать магистерские экзамены не в Петербурге, а в Харькове разными «объективными причинами», а с другой стороны, — деликатно дать понять Н.Н. Бекетову, что в Петербурге А.П. Дианин мог опасаться недоброжелательства со стороны экзаменаторов. 6 ноября 1880 г. А.П. Дианин сдал в Харьковском университете магистерские экзамены и защитил диссертацию «О превращении фенолов и дифенолы путем окисления» (при обсуждении диссертации в качестве оппонента выступал Н.Н .Бекетов).
Не имея вакансий на своей кафедре, Бородин получил возможность провести А.П. Дианина адъюнкт-лаборантом при кафедре фармации, которую возглавлял тогда А.А. Леш. В письме Екатерине Сергеевне от 22 сентября 1880 года он писал:
«Я переговорил с Лешем относительно Александра Павловича, и он, разумеется, с удовольствием согласен подписать мое представление об Александрушке. Я очень рад буду, что хоть так удастся пришить Алекс. Пав. к Академии. Что делать! Все 1000 рублей жалованья в год не безделица, на улице не поднимешь; к тому же ученая служба, возможность перехода на химию без всяких конкурсов и т.д. Все это очень важно; во всяком случае, лучшее из всего, что можно иметь при его условиях. Я очень рад, что он согласен».
Летом 1880 года Александр Дианин становится женихом Елизаветы Гавриловны Баланевой – приемной дочери А.П. Бородина. Поздравляя свою воспитанницу с именинами, он писал 3 сентября 1880 года: «Милые Чижи и Куропатки! Поздравляю Лизутку от всей души, а равно и Чижа (с имянинницею) и желаю всего хорошего». (Так звал А.П. Бородин А.П. Дианина и Е.Г. Баланеву в год их помолвки). Александр со своей высокой шевелюрой имел задорный вид и этим походил на чижика, Елизавета – вообще робкая по натуре – много волновалась и пугалась, как куропатка. На волнения Екатерины Сергеевны по поводу будущего своей воспитанницы, А.П. Бородин отвечал:
«…Ну, к чему ты пугаешь постоянно нашу молодую чету, наш птичий двор, состоящий из чижика и куропатки? Ей богу, ничего такого зазорного они не делают, никаких козней не творят, а если им приятно быть по возможности вместе – так ведь это совершенно естественно. Разве у нас с тобой не было того же самого? … Как бы то ни было: раз они признаны нами женихом и невестой и на эту точку нам следует стать и признать совершившийся факт. Обливать тут холодной водою рефлексии нечего, неуместно, неразумно и жестоко. Зачем отнимать от них радости, которые, может быть, никогда в жизни не повторятся в такой чистой форме. Возможность женитьбы Павлыча приближается: нет сомнения, что его выберут в адъюнкт – лаборанты».
22 февраля 1881 года он был определен адъюнкт-лаборантом и началась его официальная педагогическая работа в Академии, продолжавшаяся без перерыва 35 лет.Также утвержден в чине надворного советника. Кроме работы у А.А. Леша, А.П. Дианин продолжал выполнять свои неофициальные обязанности на кафедре химии А.П. Бородина.

Весной 1881 года в семье Бородиных готовились к свадьбе. Белошвейке Н.И.
Пороховщиковой заказали белье, мужские рубашки и другие вещи. После венчания, которое состоялось 1 июня 1881 года, молодые уехали в Давыдово. Сам Бородин в это время был в Германии. В письме Екатерине Сергеевне от 31 мая 1881 года он писал: «Голубятню целую и если нужно, благословляю, а если поздно, то поздравляю от всей души и от всего сердца желаю долгого и прочного счастья». 30 июня 1881 года в Давыдове получили письмо из Веймара. «Дорогая и милая моему сердцу голубятня, чадушки мои любимые, поздравляю вас от всей души; протягиваю к вам из далекого Веймара губы и руки, чтобы расцеловать и обнять вас. Дай вам Бог долгого и прочного счастья. Поздравьте от меня батюшку отца Павла. Что касается до Вашего псевдобатюшки – отца Александра, разумей, Порфирьевича, то он застрял, как видите, в Веймаре… Николе, Федору, Любочке, а равно и прочим Дианиным поклонитесь. Это ты, Лизутка, передай, а то «он», наверное, забудет. Крестничку целую».
На известие о скором рождении ребенка (первенца Бориса), Бородин написал Дианину 7 августа 1881 г.: «Милейший Шашенька, Шашандр, Шашандряс, срамник, срамнотвор, срамнодей, срамнодум, срамнопис, – ну как не стыдно! И за что это ему дали степень доктора философии, магистра химии, звание «l’officierd’Academie», штатного лаборанта ИМХА?… Дите милое, но малое, — да неужели же Вы до сих пор не знали разницы между яйцом и курицей, которая со временем из него выходит? Между икрой и рыбой, которая из нее образуется? Да разве когда бывает, у кого бы то ни было иначе? Милый несмышленыш мой! Ай! Ай! Ай! Срамник какой! Ну, довольно, поцелуемся, голубчик мой; поздравляю Вас и Лизутку с будущим званием: папаши и мамаши. Дело житейское и законное. Крестить или «кстить», как говорит народ, буду, благо практику в этом деле имел большущую. Лизутку поцелуйте от меня покрепче». На рождение ребенка А.П. Бородин подарил кроватку, в которой спали сыновья Александра Дианина — Борис, потом Сергей и сын Сергея — Сашенька Дианин.


Сергей Александрович Дианин в с. Давыдово

Александр Дианин всегда проводил свои летние отпуска в родном доме села Давыдово. Еще с детских лет полюбил он родную природу, рано стал страстным охотником и эту любовь сохранил до конца жизни. Приезжая в Давыдове, он предавался любимому занятию. А.П. Бородин много шутил над увлечением А. Дианина охотой и его рассеянностью, что отразилось в его шуточном поздравлении А. Дианина.
Имяниннику Сашеньке 10 июля 1885 г.
Поздравить я тебя хочу,
Поэтому, усердием горя,
Я подношу тебе свечу для фонаря;
Свеча совсем не в пору; — знаю!
Но я ведь братец понимаю,
Что ныне будет, как и встарь,
Ты на охоте потеряешь
И свечку, и фонарь;
А главное – и сам ты это знаешь!
Так у тебя заведено…
Поэтому – не всель равно?
«Я не беру в расчет Александрушку, которого предполагаю проживающим постоянно в лесу и являющемся в Давыдово только для повествования о подвигах своей «охотничьей» собаки, а равно для чаепития и обеда».
С 1882 года, в связи с рождением сына, А.П. Дианин увеличил свою и без того большую педагогическую нагрузку – начал читать лекции по химии в Военно-фельдшерской школе и на зубоврачебных курсах.
«Павлыч теперь, бедный, совсем запрягся: помимо лекций и руководства студентов 1-го курса, в качестве приват-доцента по поручению Конференции, как в прошлом году, — он читает органическую химию с практическими занятиями за Соколова 2-му курсу, затем взялся преподавать химию в Фельдшерской школе и зубоврачебных курсах Важинского. Таким образом, выпадают дни, что он начинает занятия с 8 часов и приходит на отдых к 10 — 11 часам вечера усталый донельзя. Словом, он с 8-го часа не выходит из форменного сюртука. Скоро приедет Николай Васильевич (Соколов – прим. автора) и тогда с Павлыча снимут хоть одну обязанность. Работать в лаборатории свои работы ему положительно некогда. А еще не начались комиссии, не начали работать докторанты, которые без Павлыча шагу не ступят; помоги ему только Господи!»
За выслугу лет 22 февраля 1885 года А.П. Дианин произведен в коллежские советники.
А.П. Бородин очень ценил Александра Дианина и его работу на кафедре химии и всегда защищал его интересы. Приводим его заявление 1886 года в ИВМА (в сокращении).

«В Конференцию Императорской Военно-Медицинской Академии
Академика А. Бородина

ДОНЕСЕНИЕ

При обсуждении вопроса о вознаграждении приват-доцентов профессор В.И. Добровольский высказался против вознаграждения адъюнкт-лаборанта Дианина, читавшего на правах приват-доцента по поручению конференции практический курс «о металлах в применении к анализу» для студентов 1-го отделения приготовительного курса. При этом профессор Добровольский коснулся принципиальной стороны вопроса и вошел в разбор специальных вопросов, касающихся преподавания химии в Академии. Ближе знакомый с этим делом, нежели профессор В.И. Добровольский, я считаю своей обязанностью выяснить истинное положение вещей, касающихся участия А.П. Дианина в преподавании химии и прав его на вознаграждение.
Вопрос о вознаграждении за прошлый курс не подлежит даже обсуждению. Из документов Конференции Академии видно: 1) что Дианину разрешено читать студентам 1-го отделения приготовительного курса, по программе, которая одобрена и утверждена конференцией в заседании 29 сентября 1884 года; 2) что, согласно поданному Дианиным рапорту от 13 октября 1884 года, Дианину назначен особый час для чтения (см. Дело о приват-доцентах за 1884 г.); 3) что, о прочитанном Дианиным с большим успехом курсе, есть донесение профессора Бородина и Соколова, ходатайство их о поручении Дианину и в будущем году того же курса и просьба их о вознаграждении Дианина из доцентских сумм; 4/ что конференция поручила Дианину и в будущем году те же занятия со студентами, назначив ему вознаграждение 140 р. (Протокол Заседания 11 мая 1885 года).
Прибавлю к этому, что профессор В.И. Добровольский присутствовал в этом заседании Конференции и ни в то время, ни после не заявил никакого протеста против постановления конференции. Очевидно, что постановление это, по утверждении министра, подлежит только исполнению, а не обсуждению.
Обстоятельство, что Дианин получает штатное жалование как адъюнкт-лаборант, не представляет препятствия для вознаграждения в данном случае, ибо: 1) он читал на правах доцента, по поручению конференции; 2) читал не по предмету той кафедры при которой состоит и получает штатное жалование; 3) что и другие доценты получают штатное жалование.
Мнение – что не следовало поручать Дианину чтение о металлах, потому что учение о металлах входит в состав курса неорганической химии, для которой есть профессор – не выдерживает критики. Всякий предмет, читаемый приват-доцентом, неизбежно входит в состав науки, преподаваемой кем-либо из профессоров, и составляет часть или отрасль целой науки.
Для предотвращения на будущее время всяких недоразумений по поводу участия Дианина в преподавании химии и прав его на вознаграждение, я считаю необходимым разъяснить положение, в котором находится кафедра химии в Академии. Из этого разъяснения будет видно, почему кафедра химии нуждается в деятельном участии Дианина, несмотря на имеющийся при кафедре персонал; почему именно он, а не кто другой состоит ближайшим и непосредственным помощником при практических занятиях по аналитической химии, почему именно ему поручено чтение практического курса «о металлах в применении к анализу», когда есть ординарный профессор по кафедре неорганической химии с аналитическою и который тоже читает «о металлах».
У нас в Академии кафедра химии всегда была в ненормальных отношениях, касательно помогающего персонала. Так у нас было: два ординарных профессора: Н.Н. Зинин и я, один адъюнкт – Н.В. Соколов и у всех троих был один штатный помощник – Зиберт. После выхода Зинина, остались два профессора: я и Н.В. Соколов и все-таки один штатный помощник П.Г. Голубев.
Всем известно, сколько дела лаборанту при кафедре химии, особенно там, где ведутся практические занятия в широком размере как у нас. Из такого ненормального отношения помогающего персонала к преподающему, — вытекали постоянные ходатайства профессоров химии об увеличении штата хотя бы еще одним лаборантом. Но за недостатком средств ходатайства эти всегда оказывались безуспешными. Чтобы выйти из затруднительного положения, профессорам химии не оставалось ничего другого, как отчасти самим нести лаборантские обязанности, отчасти же возлагать их на лиц случайно, так или иначе, частным образом состоящих при кафедре химии в качестве помощников, — занимавшихся добровольно и безвозмездно, из любезности или научного интереса… Подобного помощника я нашел себе в лице Дианина, одного из самых даровитых моих учеников, который будучи студентом, настолько солидно занимался химией, что я мог ему поручить деятельность лаборанта при практических занятиях аналитическою химией. Это было в 1873 году. С этого времени, до сих пор он состоит нештатным помощником при этой отрасли преподавания. Некоторое время он исполнял обязанности эти безвозмездно; впоследствии, благодаря любезному вниманию Начальника Академии, он получал небольшое вознаграждение из остаточных сумм. В настоящее время вознаграждение это определено сделать из приват-доцентских сумм, согласно постановлению Конференции, утвержденному министром. С 1873 года, при постоянных ежегодных занятиях этим делом, из Дианина выработался превосходный, опытный и талантливый преподаватель и помощник по ведению практических занятий. Без такого помощника практические занятия по аналитической химии были бы немыслимы у нас – где число работающих громадно, а персонал и средства лаборатории малы… Оттуда вытекает необходимость некоторого рода особых демонстративных чтений или лекций, которые ни по времени, ни по системе изложения, ни по содержанию не могут совпадать с теоретическим курсом профессора. Такие практические лекции всюду и везде возлагаются на ближайших и непосредственных руководителей практическими занятиями, т.е. на помощников при кафедре. Таковы были и лекции, читаемые Дианиным, по назначению Конференции. Потребность в таких чтениях чувствовалась и раньше… Никто лучше А.П. Дианина, в данном случае, не может удовлетворить этой потребности – так как он сам был нашим студентом и с 1873 года занимался постоянно с нашими студентами, поэтому вполне знает все условия, быт и потребности студентов, а равно все условия и требования кафедры химии в Академии. В этом отношении А.П. Дианин незаменим никем другим.
Прибавлю теперь еще, что помимо студентов, занимающихся в широком размере практическими занятиями, у нас в лаборатории занимается множество врачей, делающих свои специальные работы даже у других профессоров, но химическую часть работ, производящих в химической лаборатории. Врачи эти требуют советов, помощи словом и делом и поглощают множество времени у помощника при кафедре химии. В этом смысле А.П. Дианин незаменимый руководитель, советник и помощник. На занятия с врачами он должен часто отдавать времени более, чем даже на занятия со студентами.
Из всего этого видно, что А.П. Дианин, как помощник при кафедре химии, необходимо должен быть удержан до тех пор, пока у нас не будет второго штатного помощника и что ему в интересах Академии следует поручить преподавание на прежних основаниях. Если вознаграждение из приват-доцентских сумм составляет препятствие, можно ходатайствовать о вознаграждении его из других источников. Стоя на страже интересов преподавания химии в Академии, считаю обязанностью заявить здесь, что, если преподавание этой отрасли находится в Академии на высоте своей задачи, то Академия этим обязана немало – участью А.П. Дианина, как высокоталантливого, серьезного, знающего, неутомимого и энергичного деятеля по преподаванию химии.
31 мая 1886 года.
Академик А. Бородин».

Несмотря на столь большую работу, А.П. Дианин проводил экспериментальные исследования по теме своей второй докторской диссертации, посвященной изучению конденсации кетонов с фенолами. 8 января 1887 года Бородин сообщает жене: «Павлыч получил письмо от Лагермака и, по-моему, утешительное. Кроме того, Павлыч виделся еще сегодня в заседании Общества с Бекетовым, который был с ним очень мил и советовал ему защищать диссертацию на доктора химии».
15 февраля 1887 г. внезапно скончался Александр Порфирьевич Бородин. 21 марта 1887 года Военно-медицинская академия возложила на Александра Павловича Дианина исполнение обязанностей профессора химии, и 12 мая он был утвержден в должности адъюнкта-профессора. Одновременно он становится экспертом по судебной химии Медицинского департамента МВД (о назначении А.П. Дианина на эту должность хлопотал еще накануне своей смерти А.П. Бородин). После смерти Екатерины Сергеевны Бородиной (28 июня 1887 г.) к Дианину перешел архив Бородиных, а также по рекомендации Н.А. Римского-Корсакова и В.В. Стасова, обязанности душеприказчика – охранителя доходов с музыкального наследия А.П. Бородина. Относясь с большим уважением к памяти своего гениального учителя и друга, А.П. Дианин сохранял архив в полной неприкосновенности до своей смерти; позднее его сын Сергей издал эпистолярное наследие А.П. Бородина. Капитал, состоявший из отчислений за исполнение произведений А.П. Бородина, ввиду отсутствия у последнего прямых наследников, по закону должен был перейти учреждению, где служил А.П. Бородин. После долгих хлопот Дианин добился в 1897 году передачи этого капитала в фонд стипендий для студентов композиторского класса консерватории.
«Высочайшим приказом по военному ведомству о чинах гражданских за №18 произведен за выслугу лет в статские советники от 22 февраля 1889 года, а также определением Правительствующего Сената 5 июня 1889 года признан в потомственном дворянском достоинстве с правом на внесение по силе ΙV ст. ΙХ т. Св. Зак., изд. 1876 г., в третью часть дворянской родословной книги (Свидетельство департамента герольдии Правительствующего Сената от 14 июня 1889 г. №19)».
Свою докторскую диссертацию на степень доктора химии «О продуктах конденсации кетонов с фенолами» А.П. Дианин защитил 8 марта 1890 г., также в Харькове, и был назначен экстраординарным профессором, а с 1892 г. – ординарным профессором кафедры химии ИВМА. В начале 90-х годов, после получения квартиры вне здания Академии, А.П. Дианин расширил помещение химической лаборатории, превратив квартиру Бородина в кабинет профессора и рабочие комнаты. 30 августа 1894 года за отличие по службе произведен в действительные статские советники.
Помимо обязанностей профессора и эксперта, Дианин взял на себя обязанности секретаря Конференции, которые он исполнял с 30 января 1895 по 30 января 1911 года. В 1899 году он являлся председателем комиссии по изучению загрязнения Волги нефтеналивными судами. Ему поручили пересмотр и редактирование нового издания Российской фармакологии. С 1 июня по 1 августа 1900 г. А.П. Дианин был командирован на Парижскую международную выставку. В 1903 г. получил звание академика Военно-медицинской академии, в 1904 г. – звание главного судебно-химического эксперта. 2 апреля 1906 года утвержден в звании заслуженного ординарного профессора. Под его руководством выполнены 4 диссертации на степень доктора медицины.
В 1907 году болезнь вынудила А.П. Дианина решиться на ампутацию ноги. На год он полностью прекратил работу, а затем несколько сократил свою научно-административную деятельность.
Александр Павлович Дианин является кавалером орденов: Белого Орла, Св. Владимира 2, 3 и 4 ст., Св. Анны 1 и 2 ст., Св. Станислава 1 и 2 ст. и имеет медали: серебряную в память Царствования Императора АЛЕКСАНДРА ΙΙΙ и светло-бронзовую в память 300-летия Царствования Дома РОМАНОВЫХ.
В 1916 г. исполнилось 35 лет его официальной педагогической деятельности и 43 года, считая годы службы в качестве частного ассистента А.П. Бородина. В июне 1916 г. было подано «ходатайство об отчислении за выслугу лет заслуженного ординарного профессора академии, совещательного члена медицинского совета Министерства внутренних дел и Военно-санитарного ученого комитета, академика, тайного советника А.П. Дианина». 10 июля 1916 года он ушел на пенсию, сохранив за собой лишь обязанности судебного эксперта. Елизавета Гавриловна сообщила об этом в письме сыну Сергею, который отдыхал в селе Давыдово по случаю окончания университета: «Папа окончил все медицинское дело».
Здоровье Дианина продолжало ухудшаться. В начале октября 1918 г. он с явлениями отека головного мозга был помещен в клинику Военно-медицинской академии, где 23 ноября (6 декабря) 1918 г. скончался. Похоронен на академической площадке Богословского кладбища в Санкт-Петербурге.
Его научное наследие невелико. Тем не менее, в историю химии А.П. Дианин вошел как автор собственной реакции и оригинального класса химических соединений, диановых смол. Он впервые синтезировал из ацетона и фенола диметилдифенолметан, а также ряд его производных и высших гомологов. Продукты этой реакции стали впоследствии именовать дианами.
В 1936 году Кастаном из них были получены первые диановые эпоксидные смолы, которые нашли широкое применение в качестве электроизоляционных и связующих материалов, герметизирующих составов. С их помощью склеивают костные обломки при лечении переломов. На их основе изготавливаются трубки и мешки для хранения крови, сосуды для хранения биопрепаратов и лекарств, а также части протезов.

Список научных работ А.П. Дианина:
1. Протокольная заметка А.П. Бородина от имени студента А.П. Дианина об уплотнении и окислении солями окиси железа α, β — нафтолов по уравнению: 2С₁₀Н₈О→Н₂+С₂₀Н₁₄О₂. // Журнал русского физико-химического общества (ЖРФХО) 5, 384 (1873).
2. О продуктах окисления нафтолов хлорным железом. Статья первая. // ЖРФХО 6, 183 (1874).
3. О превращении фенолов в дифенолы путем окисления. Статья вторая.// ЖРФХО 14, 130 (1882).
4. Протокольная заметка А.П. Бородина от имени А.П. Дианина об окислении простого фенола в дифенол С₂₀Н₈(ОН)₂ д. раствором KMnO₄. // ЖРФХО 14, 281 (1882).
5. К некрологу А.П. Бородина. (Дополнение к некрологу В.В. Стасова). // Новое время. 1887, 23. II.
6. А.П. Бородин. Биографический очерк и воспоминания. // ЖРФХО 20, 367 (1888).
7. Протокольная заметка о продукте конденсации бутирона с фенолом. // ЖРФХО 21, 354 (1889).
8. О продуктах конденсации кетонов с фенолами. // ЖРФХО 23, 488-546, 601 (1891).
9. О конденсации фенола с окисью мезитила под влиянием соляной кислоты (протокольная заметка).// Журнал русского химического общества 43, 141-142 (1911).
10. О дезинфекции хлором и сернистым ангидридом. Труды Русского общества охранения народного здоровья. СПб., 1886. Вып. IV. С. 28-29.
11. А.П. Бородин. К десятилетию смерти. // Новое время. 1897, 15. II.
12. Открытие метилового спирта в вещественных доказательствах при судебно-химической экспертизе. // Известия Императорской Военно-Медицинской Академии, 1915. С. 289-293.

Источник:
С.Б. Кудряшова. Александр Павлович Дианин (1851-1918 гг.) [Электронный ресурс] // Камешковский районный историко-краеведческий музей : [сайт]. – 2016. – URL

***

«ВПЕРЕДИ - НОВЫЕ МАРШРУТЫ (Газета «Знамя» 10 августа 1968 г.)
Идет пионерское лето. В дальние походы отправляются пионеры по местам боевой и трудовой славы, собирают сведения о знаменитых героях-земляках, встречаются с ветеранами труда родного края.
Третья очередь в пионерском лагере «Чайка» по традиции - туристическая. Уже намечен ряд интересных маршрутов, к которым пионеры тщательно готовятся. В лагере регулярно проводятся тренировки по умению развести костер, сварить походный обед, быстро и правильно собрать рюкзак, устраиваются соревнования: кто правильно выберет место для палатки и быстрее ее поставит.
А совсем недавно ребята совершили первый поход, который был тренировочным. Маршрут выбрали по живописным местам: пионерский лагерь «Чайка» - Оргтруд - Давыдово - озеро Войхра.
Августовское утро в тот день было ясным, солнечным. В лесу щебетали птицы, исполняя гимн солнцу, а под сенью деревьев по лесной, еле заметной тропинке с рюкзаками за плечами шагали пионеры и своими задорными песнями поддерживали этот гимн.
Первый привал устроили у небольшой лесной речушки с кристально чистой и ледяной водой. Несмотря на то, что эта речка небольшая, - в некоторых местах ее можно перепрыгнуть - все же она имеет свое название: «Грезинская речка» - так ее окрестили местные жители по наименованию одной деревеньки. Хотя ребята немного устали, спокойно отдыхающих не было. Одни играли в волейбол, другие отправились по грибы. Здешние места считаются грибными, поэтому не удивительно, что ребята набрали белых и подосиновиков, маслят и сыроежек.
Второй привал устроили в селе Давыдово. Это небольшое село в Камешковском районе примечательно тем, что в нем живет интересный человек, с завидной судьбой, которая позволила ему унаследовать и передать потомкам то, что было связано с пребыванием великого русского композитора А.П. Бородина на Владимирщине в последние годы его жизни. Это пенсионер Сергей Александрович Дианин.
Пионеры лагеря «Чайка» собирают материалы о знаменитых людях родного края, и поэтому встреча с С.А. Дианиным для них была очень познавательной. Хозяин дома радушно встретил гостей и рассказал им об авторе оперы «Князь Игорь», некоторые части которой были написаны Бородиным именно здесь, в этой избе.
Отец Сергея Александровича был близким другом великого композитора, и маленький Сережа с юных лет был связан с музыкой. За свою жизнь ему посчастливилось видеть и слышать Глазунова, Танеева, Скрябина, Рахманинова, Римского-Корсакова. Между прочим, последний был крестным отцом Сергея Дианина.
Любовь к музыке, встречи с великими музыкантами дали пищу к увлечению Сергея Александровича. Он собирает материалы о жизни и деятельности А.П. Бородина. Им издан ряд книг о нем, как в СССР, так и за рубежом.
Из рассказов С.А. Дианина пионеры узнали также, что у Сергея Александровича есть еще одно серьезное увлечение математика. Ей посвятил он свою жизнь.
Еще о многом рассказал Сергей Александрович ребятам. И все время, пока он говорил, ребята внимательно слушали его, изредка задавая интересующие их вопросы. С.А. Дианин подробно на них отвечал. На прощание ребята сфотографировались вместе с этим замечательным человеком. И снова - в путь.
Вот и туристическая база «Войхра» и рядом одноименное озеро.
Удивительные здесь места. Природа славно потрудилась, создавая эту русскую красу, в которой нежность озерной глади переплетается с зеленым пламенем прибрежного кустарника и с бездонностью неба. И все это купается в лучах солнца.
Вот, где пригодились лагерные тренировки. Небольшая полянка сразу обрела жилой вид.
Выросли палатки, подобрано место для походной кухни, и вот уже весело заиграли языки пламени, забулькал в котле борщ, запахло кашей.
В разбивке бивака, в приготовлении пищи отличились пионеры-туристы Шура Зорин, Сережа Петрухненко, Вова Носков, Сережа Блошенков и другие.
«Кашевары» объявляю «Обед готов». И вот уже руководитель похода старшая пионервожатая лагеря «Чайка» Т.С. Захарова снимает первую пробу:
— Вкусно! Очень вкусно! — такова оценка пищи.
Это же самое говорят пионеры, когда берут еще по одной добавочной порции.
После того, как все наелись и отдохнули, над озером зазвучали туристические и пионерские песни. Здесь же устроили концерт-экспромт. Веселились до позднего вечера.
А утром...
Утром, как обычно, под руководством физрука В.В. Шершакова — физзарядка. Ведь туристам тоже необходима физзарядка, после которой - умывание в чистой озерной воде Войхры.
Затем начали свертывать бивак - снимать палатки, засыпать землей кострище. Ветки и сучки унесли с поляны и сложили в определенно месте. Поляна приобрела опять свой обычный вид, словно здесь и не был ночлега.
По дороге в лагерь зашли на колхозный ток.
Август - горячая пора: уборка хлеба, и ребятам было интересно посмотреть на то, что же делают с пшеницей после того, как ее уберут с полей.
И опять еле приметные тропинки тенистом лесу. И опять перекликается с щебетанием птиц, с шумом листвы пионерская песня.
Ребята возвращались в лагерь немного усталые, но довольные. И еще несколько дней в лагере можно будет слышать восторженные воспоминания ребят об этом походе.
В том, что поход был интересным большая заслуга старшей пионервожатой Т.С. Захаровой, вожатых О.В. Коловеровой и Р.М. Пучковой, медицинского работника лагеря В.В. Гусева и баяниста Людмилы Святовой.
Поход был тренировочным. А впереди у пионеров лагеря «Чайка» новые интересные походы.
В добрый путь, ребята! Попутного вам ветра!
Выдающиеся питомцы Владимирской духовной семинарии
Бородин Александр Порфирьевич

Категория: Камешково | Добавил: Николай (27.03.2021)
Просмотров: 92 | Теги: ученый, семинария, Ковровский уезд | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

ПОИСК по сайту






Владимирский Край


>

Славянский ВЕДИЗМ

РОЗА МИРА

Вход на сайт

Обратная связь
Имя отправителя *:
E-mail отправителя *:
Web-site:
Тема письма:
Текст сообщения *:
Код безопасности *:



Copyright MyCorp © 2021
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru