Главная
Регистрация
Вход
Среда
23.08.2017
05:23
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Славянский ВЕДИЗМ

Оцените мой сайт
Оцените мой сайт
Всего ответов: 323

Категории раздела
Святые [132]
Русь [12]
Метаистория [7]
Владимир [597]
Суздаль [228]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [169]
Музеи Владимирской области [53]
Монастыри [4]
Судогда [4]
Собинка [45]
Юрьев [98]
Судогда [29]
Москва [41]
Покров [48]
Гусь [44]
Вязники [114]
Камешково [46]
Ковров [127]
Гороховец [26]
Александров [112]
Переславль [80]
Кольчугино [21]
История [14]
Киржач [35]
Шуя [60]
Религия [2]
Иваново [23]
Селиваново [4]
Гаврилов Пасад [4]
Меленки [14]

Статистика

Онлайн всего: 9
Гостей: 9
Пользователей: 0

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Ковров

Деревня Плосково, дер. Лодыгино, дер. Игумново Ковровского района

Деревня Плосково

Небольшое селение с таким названием при пруде и колодцах, расположенное в окружении леса в 5 верстах к востоку от Коврова и в 65 верстах от Владимира, находилось в пределах бывшего Стародубского княжества и, по-видимому, входило в удел князей Кривоборских, а потом попало в поместную раздачу, став владельческой деревней.
До екатерининской губернской реформы 1778 года Плосково относилось к Стародубскому стану обширного Суздальского уезда в его старых границах, а потом вошло в новообразованный Ковровский уезд Владимирской губернии.
До третьей четверти XVIII столетия деревня Плосково вместе с соседним селением Ащерино являлась вотчиной дворян Олениных из древнего именитого рода. В числе владельцев этой деревни были Иван Борисович Оленин, вице-президент Коммерц-коллегии во время правления императрицы Анны Иоанновны в середине 1730-х гг., и его сын генерал-майор Иван Иванович Оленин, вышедший в отставку к 1767 году и по большей части проживавший в Москве в собственном доме вплоть до конца 1780-х.
По четвертой ревизской переписи 1782 года Плосково, к тому времени уже Ковровского уезда, значилось за надворным советником Борисом Михайловичем Салтыковым, за которым там состояло 60 мужского и 58 женского пола душ крепостных крестьян. По пятой ревизской переписи 1795 года за Б.М. Салтыковым в Плосково насчитывалось 57 мужского и 55 женского пола душ.
Плосковский помещик Борис Салтыков в молодости обучался в Сухопутном шляхетском кадетском корпусе, а позже служил агентом вельможи Ивана Ивановича Шувалова для сношений в Швейцарии с великим философом Вольтером.
В 1796 году у Б.М. Салтыкова деревню Плосково купила полковница Ирина Ивановна Бекетова. Урожденная Мясникова, она состояла в браке с полковником Петром Афанасьевичем Бекетовым. Отец П. А. Бекетова, Афанасий Алексеевич Бекетов, в 1729-1731 гг. занимал пост воеводы в Симбирске и тогда же установил связи с местным купечеством.
От отца симбирского купца Ивана Мясникова Ирине Бекетовой достались Симские и Миньярские горные заводы на южном Урале - часть промышленной империи, основанной ее родителем вместе с компаньонами Твердышевыми в 1750-1770 годы. И.И. Бекетова содействовала увеличению производственных мощностей своих предприятий (в 1787 году была введена вторая доменная печь на Симском заводе), занималась строительством на территории Симского горного округа церквей и основанием школ в заводских поселках и деревнях. Бекетовой были куплены и переселены на территорию Симского округа 3249 крестьян из Нижегородской, Симбирской и Калужской губерний. Плосково она купила в 1796 году, в том самом, в котором в 64-летнем возрасте скончался ее супруг полковник Петр Афанасьевич Бекетов. Сама Ирина Ивановна умерла в 1819 году в возрасте 67 лет.
В 1816 году по седьмой «ревизии» за вдовой полковника Ириной Ивановной Бекетовой в деревне Плосково состояло 25 мужского и 23 женского пола душ крестьян, в том числе 5 «солдаток» - жен и вдов солдат, срок службы которых тогда составлял четверть века.
После кончины Ирины Ивановны Бекетовой в 1819 году новым владельцем деревни Плосково стал племянник ее покойного мужа, сын к тому времени уже тоже умершего поручика Николая Афанасьевича Бекетова 48-летний статский советник Аполлон Николаевич Бекетов. Всего пять лет спустя, в 1824 году, А.Н. Бекетов тоже скончался, и Плосково досталось его вдове статской советнице Прасковье Петровне, урожденной Опочининой. По восьмой ревизской переписи 1834 года за вдовой статской советницей П.П. Бекетовой в деревне Плосково состояло 26 мужского и 31 женского пола душ крестьян.
Наследниками Прасковьи Бекетовой стали ее сыновья Александр, Николай и Дмитрий Аполлоновичи Бекетовы. Провинциальный секретарь Николай Аполлонович Бекетов умер совсем молодым, и деревня Плосково досталась двум другим братьям. В 1850 году по девятой ревизской переписи в Плосково за подполковником Александром Аполлоновичем и лейб-гвардии капитаном Дмитрием Аполлоновичем Бекетовыми состояло 24 мужского и 35 женского пола душ крепостных крестьян.
В 1857 году в деревне Плосково значилось 85 крестьянских дворов, в которых проживало 62 человека: 24 мужского и 38 женского пола. По десятой ревизской переписи в 1858 году в Плосково состояло 147 жителей в 22 крестьянских дворах, причем некоторое уменьшение населения стало следствием переселения нескольких семейств крестьян в соседние деревни после пожара. Последними помещиками деревни Плосково стали дальний родственник Бекетовых Василий Николаевич Неведомский и его сын Николай Васильевич.
В.Н. Неведомский был сыном исправника Кашинского земского суда Тверской губернии. Перед началом Отечественной войны он оставил гражданскую службу и в марте 1812 года определился корнетом во 2-й волонтерный казачий барона Льва Карловича (Людвига Карла фон Боде, приятеля помещика Кляземского городка князя Петра Михайловича Волконского) Боде полк, в составе которого принимал участие во многих сражениях с неприятелем как в пределах России, так и вне ее; между прочим в битве под Дессау был ранен и взят в плен, по возвращении из которого был переведен в чине поручика в гусарский принца Оранского полк (в 1815-м), а в 1817 году - штаб-ротмистром в Стародубский кирасирский полк. 15 апреля 1821 года он оставил военную службу, сделался помещиком и остальную часть жизни провел среди занятий сельскохозяйственных и литературных. Неведомский был весьма плодовитый писатель, но даровитостью не отличался, что, как известно, в свое время дало повод А.С. Пушкину написать на него ядовитую эпиграмму.
До и после отмены крепостного права крестьяне Неведомских в Плосково платили оброк по 6 рублей 69 копеек серебром с ревизской души. В пользовании плосковских крестьян находилось 505 десятин земли из общего числа в 1314 десятин, которые имелись при данном селении. После освобождения вся эта земля также осталась в крестьянском пользовании.
С начала 1860-х гг. Плосково вошло в состав Осиповской волости Ковровского уезда, а по церковной линии эта деревня с давних пор состояла в приходе храма св. Димитрия Солунского села Осипово, до которого было 5 верст.

В 1873 году в Плосково значилось 68 жителей (35 мужского и 33 женского пола) в 11 крестьянских дворах, а в 1877-м г. - 70 жителей. В 1895 году в Плосково проживал 71 человек, из числа которых 8 крестьян постоянно работали на стороне - на ковровской фабрике. Отток жителей из деревни в близко расположенный город продолжался и дальше. В 1904 году там оставалось уже лишь 49 жителей, но после революции и Гражданской войны к 1923-му г. в Плосково вновь значилось 75 обитателей в 22 дворах.
С 1918 года деревня Плосково состояла в Игумновском сельсовете Осиповской волости, в составе которого оставалась до 1929 года (деревня Игумново находилась примерно в 2 километрах от Плосково), после чего вследствие упразднения волостей вошла уже в Осиповский сельсовет Ковровского района.
С середины 1930-х гг. Плосково входило в состав осиповского колхоза «Достижение». К началу 1960-х гг. в этой деревне проживало 75 человек в 22 дворах, а в 1970 году - 72 жителя в 25 дворах. В дальнейшем численность населения деревни вновь резко стала уменьшаться. Многие плосковцы переселялись или в поселки Достижение и имени Чкалова (ныне ставший городским микрорайоном), или прямо в Ковров. В 1973 году там значилось 57 жителей в 21 дворе, в 1978-м г. - 35 жителей и 20 хозяйств.
В 1984-м г. в Плосково состояло 12 жителей в 8 хозяйствах. К середине 1990-х гг. в деревне оставалось всего 6 постоянных жителей в 4 хозяйствах, а остальные дома занимали дачники. По Всероссийской переписи 2010 года в деревне Плосково, состоящей в Клязьминском сельском поселении Ковровского района, также значилось всего 6 постоянных жителей.
В последней четверти прошлого века рядом с Плосково появилось несколько коллективных садов, однако до сих пор туда через перелесок ведет лишь грунтовый проселок, отходящий от асфальтированного шоссе Ковров - Осипово — Филино, который прошел не напрямую через Плосково, а в обход через Игумново.
Из книги Н. Фролова "Энциклопедия сел и деревень Ковровского края".

Деревня Игумново

Селение с таким названием при пруде находилось по старому счету в 7 верстах к востоку от Коврова и в 67 верстах от Владимира между деревнями Погорелка, Плосково и Лодыгино. Сегодня Игумново пишется деревней, однако когда-то оно было селом и входило в пределы Стародубского княжества. В 1628 году село Игумново Стародубского стана значилось за Григорием Никитичем Капустиным и Терентием Васильевичем Марышкиным, причем там имелось 2 двора помещиков и 3 крестьянских двора. В 1645 году уже сельцо Игумново являлось владением Данилы Даниловича Марышкина, наследника Т. В. Марышкина. По всей видимости, с древности и до начала XVII столетия Игумново было селом и имело свой храм, а в пору Великой Смуты церковь там разорили, и статус села был потерян.
Позже уже деревня Игумново стала владением дворян Полтевых, возводивших свой род от польского шляхтича Якуба Александровича Полтева, выехавшего из Литвы в Москву при великом князе Василии II Васильевиче. По второй ревизской переписи 1744 года за помещицей Дарьей Федоровной Полтевой в Игумново состояло 19 мужского пола душ крестьян. По третьей ревизской переписи 1763 года за Дарьей Федоровной Полтевой, женой сержанта Николая Петровича Полтева, значилось 26 мужского и 31 женского пола душ крепостных крестьян. По четвертой ревизской переписи 1782 года за Полтевыми в Игумново значилось 24 мужского и 26 женского пола душ крестьян, а другая часть этого селения - еще 30 мужского и 37 женского пола душ крестьян - тогда принадлежала надворному советнику Борису Михайловичу Салтыкову, чиновнику, писателю и переводчику. По свидетельству известного мемуариста Андрея Болотова, «составлял он особу богатую и хитрую и имел ум острый и проницательный». Именно Б.М. Салтыков купил подмосковное имение осужденной за зверства своей родственницы Салтычихи село Троицкое.
В 1795 году по пятой «ревизии» за Д.Ф. Полтевой, ее супругом отставным прапорщиком Николаем Петровичем Полтевым и их сыном армии капитаном Николаем Николаевичем Полтевым в сельце Игумново состояло 25 мужского и 19 женского пола душ. За Б.М. Салтыковым в Игумново в 1795 году числилось 116 мужского и 82 женского пола душ крестьян. Очевидно, он переселил туда своих крепостных из других имений. Есть основание полагать, что Салтыков завел там крепостную ткацкую фабрику и его «души» там – некто иные, как рабочие.
Далее полтевскую часть Игумново приобрел ковровский уездный казначей титулярный советник Семен Иванович Иванов, за которым там к 1806 году значилось 25 мужского пола душ крестьян. А салтыковскую часть Игумново в 1796 году купила полковница Ирина Ивановна Бекетова. И.И. Бекетова была урожденная Мясникова и состояла в браке с полковником Петром Афанасьевичем Бекетовым. Отец П. А. Бекетова Афанасий Алексеевич Бекетов в 1729-1731 гг. занимал пост воеводы в Симбирске и тогда же установил связи с местным купечеством. От отца симбирского купца Ивана Мясникова Ирине Бекетовой достались Симские и Миньярские горные заводы на южном Урале.
В 1811 году по шестой ревизской переписи в сельце Игумново за И.И. Бекетовой состояло 78 мужского пола душ, в том числе 65 - дворовых. В данном случае это не прислуга усадьбы, которой у Бекетовых там не было, а все те же крепостные фабричные рабочие. А за супругой (возможно, уже вдовой) бывшего ковровского казначея титулярной советницей Марией Ивановной Ивановой там значилось 16 мужского пола душ крестьян.
По шестой ревизской переписи 1816 года в Игумново за полковницей И.И. Бекетовой состояло 19 мужского и 37 женского пола душ крестьян. Рабочие-дворовые, очевидно, к тому времени из Игумново уже были выведены. Что же касается титулярной советницы М.И. Ивановой, то она в том же 1816 году продала большую часть своего игумновского имения бывшему ковровскому городничему, ставшему к тому времени владимирским полицеймейстером, надворному советнику Павлу Петровичу Сыровацкому. В 1816-м по шестой «ревизии» за П.П. Сыровацким в Игумново состояло дворовых 3 мужского и 4 женского пола душ, а крестьян - 16 мужского и 18 женского пола душ. При этом несколько крепостных в Игумново остались за дочерью бывшего казначея Иванова и его супруги девицей Евпраксией Семеновной Ивановой.
Судьба Павла Петровича Сыровацкого - офицера Муромского мушкетерского полка, представляет немалый интерес. В 16-летнем возрасте он поступил унтер-офицером в Муромский полк и прослужил там 16 лет. Боевое крещение Павел Сыровацкий получил еще в 1790 году во время войны со Швецией, а в 1794-м повоевал еще и в Польше. Во время Итальянского и Швейцарского походов А.В. Суворова в 1799 году Сыровацкий был уже в чине поручика. Молодой офицер отличился в сражениях с французами на реке Треббии и при городке Нови в Северной Италии, а потом на Чертовом мосту и на перевале Сен-Готард (в его послужном списке значится «на горе Санкт-Готарда»). 30 сентября, когда русский авангард под командой князя Петра Багратиона, в составе которого находились и муромцы, атаковал французскую бригаду генерала Габриэля Молитора у озера Рутен, Сыровацкий был ранен в левую ногу и правую руку пулями «с повреждением костей». Французов тогда разбили в пух и прах, причем почти целый батальон из армии Массены утонул в озере, пытаясь спастись от преследования.
За «отличную храбрость и отличные подвиги против французов» во время Итальянского и Швейцарского походов поручик Сыровацкий был награжден сразу тремя орденами - по тем временам случай достаточно редкий: святой Анны III и II степеней, а также командорским крестом ордена святого Иоанна Иерусалимского (им при императоре Павле I награждали вместо ордена святого Георгия Победоносца) «с пенсионом по смерть по 300 рублей в год». Сумма пенсиона для рубежа ХVIII-ХIХ столетий была значительной. К примеру, жалованье уездного судьи или начальника уездной полиции даже полвека спустя составляло как раз такую сумму. В 1800-м Сыровацкий получил чин штабс-капитана, а закончил службу в 1804 году майором. После этого ветеран в течение почти 10 лет служил городничим в Коврове и полицеймейстером во Владимире.
Выйдя в отставку, Павел Петрович поселился в своем имении Игумново, в построенной им усадьбе, где стал заправским помещиком. Женат он не был и жил холостяком. Однако в 1832 году с ним произошла неприятная история. Ветеран суворовских походов, заслуженный боевой офицер, он на старости лет не устоял перед сладостными утехами барского быта. У себя в игумновской усадьбе он завел уединенный домик, куда под разными предлогами заводил своих дворовых и крестьянских девок.
В конце концов история его сластолюбивых похождений получила огласку. Ковровский уездный суд вынужден был рассматривать дело «О надворном советнике Сыровацком, судимом по подозрению в блудном растлении многих девок». После неторопливого разбирательства судьи философски рассудили, что невинность пострадавшим девкам все равно уже не возвратишь, да и чего, мол, с ними, холопками, церемониться! Кто в сем мире не грешен? Поэтому в итоге никакого наказания помещик Сыровацкий так и не понес.
Наследницей ветерана суворовских походов стала его племянница, дочь сестры, Фотина Павловна Калашникова, дочь губернского секретаря Павла Григорьевича Калашникова. Рано лишившись родителей, она поселилась у своего дяди, который ее благополучно выдал замуж. 12 января 1836 года в храме святого Димитрия Солунского села Осипово Ковровского уезда произошло венчание племянницы надворного советника Павла Петровича Сыровацкого Фотины Павловны с поручиком Сибирского уланского полка Порфирием Петровичем Касацким католического звания из дворян Владимирского уезда (имеется в виду не Владимир па Клязьме, а Владимир-Волынский) Волынской же губернии. В 1845 году уже после смерти П.П. Сыровацкого за Фотиной Павловной Касацкой в сельце Игумново состояло 7 мужского и 7 женского пола душ, а также 32 мужского и 36 женского пола душ крепостных крестьян. Этим имением, в котором еще долго сохранялась усадьба покойного надворного советника Сыровацкого, Ф.П. Касацкая владела вплоть до отмены крепостного права в феврале 1861 года.
Наследницей владелицы части Игумново полковницы Ирины Ивановны Бекетовой стал племянник ее мужа подполковник Александр Аполлонович Бекетов. За ним в 1845 году там состояло 27 мужского и 27 женского пола душ крепостных крестьян. Затем бекетовское имение перешло к помещику Василию Николаевичу Неведомскому (1827-1899), который служил чиновником особых поручений при московском '" генерал-губернаторе, а потом обер-секретарем в Правительствующем Сенате и начальником отделения в Департаменте государственных имуществ. С 1872 года Неведомский являлся сотрудником «Русских ведомостей», а с 1878-го занимался исключительно переводами английских и немецких историков. В частности, он перевел такие фундаментальные классические труды, как четырехтомную «Римскую историю» Теодора Моммзена, семитомную «Историю упадка и разрушения Великой Римской Империи» Эдварда Гиббона, сочинения «Гердер» и «Романтическая школа» Рудольфа Хайма.
Всего по девятой ревизской переписи в 1850 году в сельце Игумново значилось 145 жителей, в том числе 68 мужского и 77 женского пола, а по десятой «ревизии» - 127 жителей в 21 крестьянском дворе.
До отмены крепостного права в 1861 году игумновские крестьяне, принадлежавшие госпоже Фотине Павловне Касацкой, платили оброк по 18 рублей серебром с тягла (хозяйства), причем всего в Игумново за этой помещицей имелось 23 тягла. Таким образом, барыня Касацкая получала со своих игумновских крепостных 414 рублей серебром в год - сумму по тем временам немаленькую, так как жалованье, скажем, уездного судьи тогда составляло лишь 300 рублей серебром. После реформы бывшие крестьяне Касацкой получили земельные наделы по 4,5 десятины на одну душу мужского пола. Сумма выкупных платежей за эту землю игумновских крестьян составляла по 9 рублей серебром с 38 душ, выходило 342 рубля серебром в год. Правда, земли игумновцы Касацкой получили лишь 171 десятину, а ранее в их пользовании находилось 264 десятины, то есть после освобождения земельные угодья, которыми могли пользоваться игумновцы, значительно сократились. Тем не менее, уставная грамота (договор) между Касацкой и ее бывшими крепостными была подписана в мае 1862 года, всего через год с небольшим после манифеста императора Александра II об отмене крепостного права.
В счет выкупных платежей Ф.П. Касацкая в 1866 году получила ссуду в 4560 рублей, однако к тому времени ее долг Владимирскому приказу общественного призрения составлял 2723 рубля 34 копейки. Таким образом, помещица получила лишь 1836 рублей 36 копеек за землю, переданную игумновцам.
Бывшие крепостные крестьяне из деревни Игумново помещика Василия Неведомского до реформы платили оброк по 6 рублей 69 копеек серебром с ревизской души. До отмены крепостного права в пользовании крестьян Неведомского находилось 505 десятин земли, и точно такое же количество земли осталось у них и после отмены крепостного права. Да и сумма выкупных платежей составила все те же 6 рублей 69 копеек серебром с души. Тем не менее, бывшие крепостные Неведомского подписать уставную грамоту с бывшим помещиком отказались, так как при норме земельного надела в 4,5 десятины на долю каждого крестьянина мужского пола пришлось лишь по 3 десятины 2276 квадратных сажен земли, что существенно меньше.
В 1860-е гг. Игумново, которое тогда уже стало именоваться деревней, а не сельцом, как прежде вошло в состав Осиповской волости Ковровского уезда. По церковной линии Игумново с давних пор состояло в приходе храма святого Димитрия Солунского села Осипово. В середине 1860-х гг. в Игумново проживало 168 человек в 21 крестьянском дворе.
В середине XIX века в числе неземледельческих промыслов игумновских крестьян были «тканье миткалей», отходничество и торговля - проще говоря, офенский промысел.
Вскоре значительная часть земельных угодий при деревне Игумново была скуплена у помещиков и местных крестьян новыми хозяевами из чиновников и даже просто из разбогатевших «кулаков». Так, 185 десятинами при Игумново в конце 1860-х гг. владел крестьянин села Овчухи Владимирского уезда Иван Алексеевич Афанасов, который продал это владение ковровскому купцу 1-й гильдии, который устроил в Коврове огромную по тем временам паровую мельницу, Степану Прокофьевичу Большакову за 2000 рублей. А еще 30 десятин земли при Игумново в мае 1869 года за 135 рублей продал коллежский советник Александр Андреевич Аляев, первый председатель Ковровской уездной земской управы и бывший ковровский уездный судья, потомственному почетному гражданину Василию Ивановичу Дунаеву - в ту пору ковровскому городскому голове (мэру). По большей части и Большаков, и Дунаев использовали угодья при Игумново в качестве источника дешевых дров, которые были им необходимы для их фабрично-промышленных заведений.
В 1873 году в деревне Игумново находилось 28 дворов и 173 жителя (96 мужского и 77 женского пола), а в 1877-м там насчитывался 201 житель (101 мужского и 100 женского пола) в 29 крестьянских дворах. Это был исторический максимум численности населения данной деревни.
В 1904 году в Игумново значилось 157 жителей в 28 дворах. К тому времени уже ясно обозначился отток населения из этой деревни, в том числе в Ковров и станцию Гостюхино.
Игумновский крестьянин Федор Липатович Мочкин в 1910 годы держал в малом каменном корпусе ковровских торговых рядов лавку по продаже шорного товара - простонародной конской упряжи, причем годовой оборот составлял 4000 рублей в год.
В 1913 году в деревне Игумново по решению Ковровской уездной земской управы было основано Игумновское земское училище. Курс обучения в нем составлял три года. Учитель там имелся один, а учеников по состоянию на 1915 год имелось 33 мальчика и 14 девочек.
В 1923 году в Игумново насчитывалось 190 жителей. К тому времени деревня являлась центром одноименного Игумновского сельсовета Осиповской волости, в состав которого также входили деревни Говядиха, Лодыгино, Плосково и Погорелка. Игумновский сельсовет просуществовал до 1929 года, когда Осиповская волость и Ковровский уезд были упразднены, а Игумново вошло в состав Ковровского района.
В 1930-е годы в деревне Игумново был образован колхоз «Красный пахарь», который в начале 1950-х вошел в состав укрупненного колхоза «Достижение».
Девять игумновцев не вернулись с фронтов Великой Отечественной войны. Из них шесть человек пропали без вести. Лейтенант Николай Спиридонович Потапов погиб в бою в 1943 году в возрасте 25-ти лет. Рядовой Павел Алексеевич Буланов погиб в бою в феврале 1943-го под Сталинградом в 30-летнем возрасте. А 35-летний рядовой Алексей Григорьевич Мурашев умер от ран в декабре 1943 года в тыловом госпитале в Казани.
В 1961 году в деревне Игумново Осиповского сельсовета насчитывалось 173 жителя в 51 дворе. В 1970-м г. там же проживало 127 человек в 48 дворах, а в 1973 году - 111 человек в 49 хозяйствах.
В дальнейшем начался быстрый отток населения из Игумново, которое оказалось в стороне от новых административных и экономических центров. В 1978 году там насчитывалось 69 жителей в 44 дворах, а всего лишь пять лет спустя в 1983-м г. - 30 жителей в 23 дворах. Лишь благодаря счастливому стечению обстоятельств Игумново не оказалось в числе пресловутых «неперспективных» деревень и не разделило судьбу соседнего Ладыгино, от которого в ту пору осталось только чистое поле. Зато в ту пору рядом с Игумново появилось сразу два коллективных сада № и 3, из которых первый основали работники треста «Ковров-строй».
В 1984 году в Игумново оставалось 27 жителей, а в середине 1990-х там значилось только 6 жителей в 6 дворах. Однако в последующие годы, благодаря сравнительной близости от Коврова и тому, что мимо деревни прошло асфальтированное шоссе в сторону поселка Филино, число постоянных жителей в Игумново вновь стало увеличиваться. По данным Всероссийской переписи 2010 года там уже значилось 24 постоянных житателя. В дальнейшем в качестве ближайшего к Коврову пригорода Игумново, скорее всего, будет еще больше расти и возрождаться. Правда, уже не в качестве прежней деревни, а в качестве полудачного поселка - спутника города оружейников.
Из книги Н. Фролова "Энциклопедия сел и деревень Ковровского края".

Деревня Лодыгино

Данное селение в 69 верстах от Владимира и в 9 верстах к востоку от Коврова при пруде находилось посреди обширного поля, окруженного смешанным сосново-еловым лесом, среди которого попадались березняки и осинники. Места там вплоть до конца третьей четверти прошлого века были грибные, где в изобилии попадались боровики и белые грузди.
Лодыгино соседствовало с деревнями Игумново, Говядиха, Канабьево и с селом Осипово. Оттуда до деревни Лодыгино с давних пор вели проселочные дороги.
Лодыгино (в разное время встречалось написание «Ладыгино», но официально всегда употреблялось наименование через «о») находилось на территории, прежде входящей в Стародубское княжество, причем в той его части, которая в ХV-ХVI столетиях составляла удел князей Осиповских-Стародубских. После пресечения рода Осиповских со смертью князя Василия Ивановича Осиповского в 1550-е годы, их бывший удел стал дворцовой государевой вотчиной. Примерно столетие спустя второй царь из династии Романовых Алексей Михайлович пожаловал Лодыгино вместе с окрестными деревнями своему ближнему боярину Артамону Сергеевичу Матвееву.
В роде Матвеевых Лодыгино оставалось на протяжении трех поколений вплоть до 1733-го г., последовательно принадлежало сначала сыну убитого во время Стрелецкого бунта 1682 года боярина известному дипломату петровского царствования графу Андрею Артамоновичу, а потом и внуку графу Федору Андреевичу Матвеевым.
В 1719-м г. по первой ревизской переписи населения, проведенной по указу царя Петра I, в деревне Лодыгино Владимирского уезда, вотчине дипломата Андрея Артамоновича Матвеева, будущего графа, насчитывалось 47 мужского пола душ крестьян. Наследником графа А.А. Матвеева стал его сын подполковник граф Федор Андреевич Матвеев.
От графа Федора Андреевича Матвеева, разбазарившего наследие отца и деда, Лодыгино перешло к генерал-поручику Павлу Федоровичу Балк-Полеву, активному участнику Северной войны со Швецией. В 1744 году за П.Ф. Балк-Полевым в Лодыгино значилось 49 мужского пола душ крестьян в 6 дворах. В ту пору известность получил лодыгинский крестьянин Ермолай Юрьев, местный долгожитель, скончавшийся в 1720 году в возрасте 91 года.
В роду Балк-Полевых эта деревня тоже оставалась на протяжении трех поколений владельцев в течение почти 90 лет. После генерала Балк-Полева она принадлежала действительному камергеру двора императрицы Екатерины II Федору Павловичу Балк-Полеву (за ним в 1763 году по третьей ревизской переписи состояло 58 мужского и 64 женского пола душ крепостных крестьян), а потом дипломату царствования императора Александра I тайному советнику и кавалеру Петру Федоровичу Балк-Полеву, первому российскому послу в далекой Бразилии, большому барину и неисправимому либералу. Расстроив свое состояние непомерно широким образом жизни, Петр Балк-Полев в итоге продал свое осиповское имение, включая деревню Лодыгино, графу Владимиру Григорьевичу Орлову, младшему брату фаворита Екатерины II.
Вплоть до образования Владимирской губернии в 1778 году Лодыгино состояло в старом обширном Владимирском уезде, а потом вошло в новообразованный Ковровский уезд. В 1797-1803 гг., когда Ковровский уезд по воле императора Павла I был упразднен, Лодыгино непродолжительное время состояло в Вязниковском уезде. С давних пор у деревни Лодыгино проходила «московская дорога», в ХVIII-ХIХ веках - оживленный почтовый тракт.
По шестой ревизской переписи 1811 года за графом В.Г. Орловым в Лодыгино значилось 85 ревизских мужского пола душ крестьян в 20 крестьянских дворах. От графа Владимира Григорьевича Орлова осиповское имение перешло к его родственнице княгине Елизавете Петровне Долгоруковой, урожденной Давыдовой.
По восьмой ревизской переписи, проведенной уже в царствование императора Николая I в 1834 году, в деревне Лодыгино за коллежской советницей княгиней Елизаветой Петровной Долгоруковой состояло 80 мужского и 79 женского пола душ крестьян. По девятой ревизской переписи 1850 года уже за действительной статской советницей княгиней Е.П. Долгоруковой (ее муж князь Юрий Алексеевич Долгоруков к тому времени получил генеральский чин) в Лодыгино числилось 86 мужского и 85 женского пола душ крестьян. Как оказалось, это был исторический максимум численности населения данной деревни - 171 постоянный житель.
По десятой и последней ревизской переписи 1858 года в деревне Лодыгино состояло 153 жителя - 75 мужского и 78 женского пола в 22 крестьянских дворах. Тогда в данном селении действовали 3 маслобойни, 2 ветряные мельницы (там мололи муку и били льняное масло не только лодыгинцы, но и крестьяне многих окрестных деревень), а также постоялый двор при почтовом тракте.
До отмены крепостного права за лодыгинскими крестьянами состояло 505 десятин земли из имеющихся при деревне земельных угодий в 1314 десятин. Вся она по уставной грамоте с помещиками князьями Долгоруковыми осталась за местными крестьянами, которые получили душевые земельные наделы по 3,2 десятины. Местные мужички при этом вполне обоснованно считали, что земли им недодали, так как норма стандартного надела составляла 4,5 десятины. До реформы и после нее оброк и выкупные платежи составляли по 6 рублей 69 копеек серебром с ревизской души.
В начале 1860-х гг. деревня Лодыгино вошла в состав Осиповской волости Ковровского уезда. По церковной линии это селение с давних пор входило в приход церкви св. Димитрия Солунского села Осипово, отстоявшей от деревни в трех верстах.
В 1873 году в Лодыгино насчитывался 161 житель (83 мужского и 78 женского пола) в 19 крестьянских дворах, а в 1877-м г. - 153 жителя (77 мужского и 76 женского пола) в 27 дворах. К 1904 году в Лодыгино значилось 145 жителей в 20 крестьянских дворах.
Из лодыгинских крестьян известен Федор Васильевич Андреев, который фактически стал купцом и в начале 1910-х гг. держал лавку по продаже простонародной одежды и обуви, а также ситца в малом деревянном корпусе ковровских городских торговых рядов с годовым оборотом в 2 тысячи рублей. На рубеже ХIХ-ХХ веков известность во всем Ковровском уезде получил лодыгинский пчеловод Колчин, державший несколько десятков ульев и продававший мед в селе Любец на ежегодной Успенской ярмарке.
К началу XX века обширные лесные угодья вокруг Лодыгино приобрели камешковские фабриканты Дербеневы. Для охраны дербеневских лесов около деревни была устроена лесная сторожка, где жил объездчик с семейством.
В 1923 году в деревне Лодыгино, относившейся тогда к Игумновскому сельсовету Осиповской волости, насчитывалось 102 жителя. В Игумновском сельсовете данное селение оставалось вплоть до конца 1920-х гг. После образования колхозов Лодыгино относилось к осиповскому колхозу «Достижение».
С фронтов Великой Отечественной войны не вернулись 11 выходцев из деревни Лодыгино. Из них 30-летний сержант Федор Егорович Киселев пропал без вести в октябре 41-го. 22-летний сержант Иван Иванович Кузьмин в сентябре 1942 года погиб в Ростове-на-Дону. Младший сержант Юрий Андрианович Кузьмин пал смертью храбрых в октябре 1944-го г. при освобождении Венгрии в возрасте 20-ти лет. А 31-летний рядовой Василий Васильевич Завьялов погиб в самом конце войны весной победного 1945 года.
К 1961 году в деревне Лодыгино насчитывалось 77 жителей в 24 хозяйствах. В 1970-м г. там оставался 31 житель в 11 дворах. Лодыгино тогда относилось к Осиповскому сельсовету Ковровского района. Не исключено, что данная деревня уцелела бы до наших дней, но к несчастью Лодыгино в начале 1970-х г. попало в число так называемых «неперспективных деревень». Жителей оттуда стали «добровольно-принудительно» переселять в соседние селения, по большей части в село Осипово и поселок Достижение. В 1973 году в Лодыгино оставался 1 последний двор, в котором проживало 6 человек. Но год спустя власти добились выселения и этих последних лодыгинцев. 26 июня 1974 года Владимирский облисполком своим решением за № 773 исключил деревню Лодыгино Ковровского района из учетных данных населенных пунктов «как несуществующую».
Сегодня на месте бывшей деревни Лодыгино осталось только поле посреди леса. Да лишь на подробных топографических картах обозначено «урочище Лодыгино». Недавно земельный участок неподалеку от Лодыгино был приобретен администрацией города Коврова под новое ковровское кладбище. Однако пока новое кладбище там еще не открыто.
Из книги Н. Фролова "Энциклопедия сел и деревень Ковровского края".
Село Осипово
Дер. Борисовка, дер. Старая, дер. Скоморохово, дер. Цепелево
Село Клязьминский Городок
Ковровский уезд
Ковровский район
Город Ковров

Copyright © 2017 Любовь безусловная


Категория: Ковров | Добавил: Jupiter (04.04.2017)
Просмотров: 191 | Теги: Ковровский район | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

Поиск

Владимирский Край

РОЗА МИРА

Меню

Вход на сайт

Счетчики
ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика


Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика