Главная
Регистрация
Вход
Пятница
17.08.2018
20:27
Приветствую Вас Гость | RSS



ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Славянский ВЕДИЗМ

Оцените мой сайт
Оцените мой сайт
Всего ответов: 502

Категории раздела
Святые [132]
Русь [11]
Метаистория [7]
Владимир [924]
Суздаль [307]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [256]
Музеи Владимирской области [55]
Монастыри [4]
Судогда [4]
Собинка [48]
Юрьев [113]
Судогда [34]
Москва [41]
Покров [70]
Гусь [95]
Вязники [181]
Камешково [51]
Ковров [193]
Гороховец [75]
Александров [154]
Переславль [89]
Кольчугино [27]
История [15]
Киржач [38]
Шуя [82]
Религия [2]
Иваново [33]
Селиваново [6]
Гаврилов Пасад [6]
Меленки [24]
Писатели и поэты [8]
Промышленность [29]
Учебные заведения [12]
Владимирская губерния [19]
Революция 1917 [44]
Новгород [4]
Лимурия [1]

Статистика

Онлайн всего: 26
Гостей: 25
Пользователей: 1
Jupiter

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Муром

Дмитрий Михайлович Васильев («Дмитрий Рабочий»)

Дмитрий Михайлович Васильев («Дмитрий Рабочий»)

Дмитрий Михайлович Васильев родился 23 февраля 1901 года. Учился в высшем начальном училище (средняя школа №3) до революции.
Один из организаторов молодежного и комсомольского движения в Юже.
Во время Февральской революции Дмитрий Васильев работал учеником слесаря в механических мастерских прядильно-ткацкой фабрики. С первых же дней свержения царского самодержавия он активно включился в общественную деятельность. Особенно заметно было его участие в юношеском движении. В июне 1917 года в Юже возникла молодежная организация «Юношеский клуб», прообраз будущей комсомольской ячейки. Дмитрий Васильев стал одним из инициаторов создания этой организации и её вожаком. Ко времени Октябрьской революции в составе «Юношеского клуба» насчитывалось уже более ста участников.
В октябре 1918 года Дмитрий (ему в то время не было еще и 18 лет) стал коммунистом, а спустя месяц — по зову партии «Коммунисты, на фронт, на защиту социалистического Отечества!» — уже был бойцом молодой Красной Армии.
В июне 1919 го¬да он был ранен и заболел тифом.
Демобилизованный по болезни, в июне 1919 года он прибыл в Вязники. Уездная Вязниковская партийная конференция обсуждала положение в комсомольской организации, призывала коммунистов повысить уровень партийного руководства комсомолом, особое внимание обратив, на повышение идейно-воспитательной работы среди комсомольцев и молодежи. Ответственным за работу среди молодежи конференция назначила Д.М. Васильева, избранного в состав бюро и секретарем уездного комитста партии.
В августе состоялся уездный съезд комсомола. Дмитрий Васильев был избран председателем уездного комитета РКСМ. А через четыре месяца он снова в рядах Вооруженных Сил страны, служит на Украине, затем — в подразделении ЧК.
В 1921 году, будучи членом бюро Владимирского губкома РКСМ, Дмитрий Васильев стал редактором губернской комсомольской газеты «Красная молодежь». В 1922 году Дмитрий Михайлович — заведующий подотделом печати Владимирского губернского комитета РКП(б), проявляет большую заботу о подготовке и воспитании молодых журналистских кадров, укреплении редакций межуездных газет, выходивших в Коврове, Муроме и Александрове.
Его очерки под псевдонимом Дмитрий Рабочий печатались как во Владимире, так и в Иванове. Например, очерк о герое Гражданской войны – Герасиме Фейгине, который он передал в школьный архив в 1968 году.
Член Владимирской группы пролетарских писателей и поэтов. Выступал с докладами в гор. Владимире.


«Владимирская группа пролетарских поэтов – писателей.
Гудки (стихи).

Издание Т-ва «Владимирское Книгоиздательство».
В одном из произведений Тургенева действующее лицо говорит, что ничего нет легче сделаться украинским поэтом, для этого надо сесть у стола, подпереть голову рукой и начинать: «Сидыт Налывайко на Кургани». Вот вам и украинская поэзия.
Нечто подобное повторяется и с пролетарской поэзией. Чтобы стать пролетарским поэтом, для этого нужно только чаще повторять: кузнец, молот, привой, шкивы, вот вам и пролетарская поэзия.
Например, В. Алов воспевает «Пробуждение» в таких выражениях:
«Догорали, исчезали мрака тени,
Убегала ночь и утро наступало».
Естественно, т. Алов, об этом и буржуазные писаки говорили, уж если исчезали мрака тени, да еще ночь убегала, кроме как утра и ждать нечего. Но вот здесь то собака и зарыта, подлинная-то пролетарская поэзия выступает ниже:
«И с восходом солнца молодого (?)
Загудели фабрик трубы-дымоходы».
Что и требовалось доказать — вся подоплека пролетарская!
Следующее стихотворение в сборнике принадлежит С. Виноградову, в котором он описывает какую-то необыкновенную кузницу, где кузнецы, поднимая кувалды тяжелые, умудряются одновременно подпевать «песни веселые».
Нет уж, извините, молодей человек, здесь что-то не так. Притом какая же должна быть кузница, в которой – куются
«Оси стальные и балки тяжелые».
Для таких безделушек завод стале-литейный будет более подходящим местом.
Потом еще маленькое несоответствие: нарисовав трудовую картину, где кузнецы с веселым припевом ворочают тяжеленные кувалды, автор безжалостно их еще подускивает:
«Эй—кузнецы! Запевай веселые,
(ему все мало—мучителю)
Песни победные, грозные, сильные».
Вот здесь уж и задуматься пожну. «Веселое» и «грозное» в одно и то же время. Мудрено что-то.
А заканчивает уж положительно страшным:
«Эй-разбегайтеся, черные вороны,
Грозною ратью идут пролетарии»…
Это после веселых-то песен? Неужто пролетарий такой свирепый народ, что даже после «веселых песен» из кузницы может выходить только «грозною ратью»?
Дм. Рабочий куда проще; его пожалуй действительно можно причислить к лику пролетарских поэтов, он взял да и нарисовал картину из детских воспоминаний, но уж зато доподлинно пролетарскую:
«Как гармоника в ловких руках
Звонкой песней в толпе заливалась,
Как в высоких немых корпусах
Песня смехом глухим рассыпалась»...
«За ткачами спешила прядильщиков рать
За прядильной плелась сортировка,
Все спешили у ночи украсть
Хоть минутку покоя в не срока».
«Словно тень, чуть живая брела
Среди всех наших милая мама.
Нас глазами искала, звала…
Мы же с плачем бросались к ней сами».
Явное злоупотребление знаками препинания в предпоследней строке несколько портит впечатление, но все же мотив пролетарский.
В следующем стихотворений т. Алов (стр. 11) просит «песен бурных и призывных» для того, видите ли, чтобы она ему согрела душу, красный хмель пролила ему в жилы и, кроме того:
«Чтоб в сердца мятежные летела
И на битвы красные звала».
Вроде как бы рикошетом, значит, побывав у т. Алова в душе с согревательным назначением, потом с пролитием красного хмеля в его жилы должна рикошетом полыснуть «в мятежные сердца».
Ниже т. Алов ссылается на молодость, на неуверенность в своих силах, в таком случае можно посоветовать ему — не торопиться, собраться с силами и потом уж более уверенно взяться за пролетарскую поэзию.
Очень миленькое стихотворение того же автора помещено в конце книжечки, озаглавленное «Весна», но к сожалению в нем нет ничего пролетарского.
Что же можно сказать о целом сборничке — он слаб.
Тем более он такая крошка и составить его можно было бы более удачно.
Я. К.» (Газета «Призыв», 22 мая 1923 г.).
«ПРАЗДНИК «СМЫЧКИ» (Д. Юрьевец, Влад. у.).
По принятии шефства над деревней Юрьевец через посланных представителей, рабочие—печатники пожелали сами повидаться и познакомиться с крестьянами подшефной деревни.
С этой целью на 24 июня, в воскресенье, было назначено проведение праздника смычки рабочего с крестьянином.
Отъезд.
В воскресенье, 24 июня, и 5 часов вечера, от помещения типографии тронулись переполненные рабочими, молодежью автомобили- грузовики.
На первом бросается в глаза красный плакат:
— «Привет крестьянам д. Юрьевец от шефа - рабочих-печатников и журналистов г. г. Владимира».
На этом-же автомобиле стожены и подарки для подшефной деревни — самые необходимые предметы для школы и... курительная бумага для курящих крестьян.
Hа втором красуется плакат с лозунгом:
— «Да здравствует союз рабочих и крестьян — залог победы над буржуазией».
На этом автомобиле едут и футболисты из членов РКСМ—печатников и оркестр духовой музыки.
Агитация за авиацию.
За городом, в Ямской слободе, грузовика перегоняет легковой автомобиль тоже с нашими, тоже в подшефную деревню...
50 человек разместилось на автомобилях,— гуторят, шутят, поют — весело.
Нo не только одно веселье — не забываем и агитнуть дорогой за авиацию, за создание воздушного флота. С автомобилей бросаем по стопке листовок «ультиматум», их быстро расхватывает глазеющая публика и тут-же читает.
Словно белые голуби мелькают за автомобилем листовки и от этого становится как-то еще веселее.
А мы вас ждали,— ходили встречать.
В деревне еще издали виден народ у школы. — Мы въезжаем с музыкой, вызывая этим на улицу всех крестьян.
Все идут к школе. Дети не успевают за взрослыми и бегут бегом, разглядывая формы футболистов и трубы музыкантов.
Высаживаемся, здороваемся, несколько восклицаний:
— А мы думали, что вы уж и не приедете. Ведь мы вас за деревню все встречать ходили. К нам сегодня в деревню семь деревень пришло и все завидуют нам, что у нас такой шеф...
У школы торжественное собрание.
Музыка играет «Интернационал». Сейчас открывается торжественное собрание с передачей подарков шефа крестьянам.
На крыльце школы стол, возле него подшефная комиссия, председатели сельсоветов (в деревне два общества), крестьяне старики держат привезенные красные плакаты.
Товарищ Виноградова говорит:
— «Мы пришли к вам для того, чтобы с вами вместе выступить в бой с темнотой и невежеством, мы пришли к вам брататься с вами, познакомиться и сделаться друзьями всерьез и надолго... Да здравствует-же самый тесный союз рабочих и крестьян. Ура!..
Сотни здоровых свежих голосов подхватывают это ура и несется оно по полям, пробуждая спящие нивы, прогоняя темноту и невежество...
Дальше происходит передача подарков. Привезли тетради, ручки, чернила, плакаты, портреты вождей революции, географические карты, глобус, несколько книг и т. п.
Собеседования, танцы, футбол.
После собрания разбиваемся по группам. Юрьевские футболисты и наша команда тут же у школы развернули состязание. — Горячатся ребята, подчас и крепко ругнут друг друга, но это ничего, это в момент запала. Кончат играть и еще крепче свяжутся товарищески.
Наши разбились среди крестьян и ведут «кой-какие» разговоры, молодежь-же устроила танцы...
Вдруг вместо «польки»—русское... Мигом образуется круг и в середину выбивается крестьянин старик «кости расправить», «да такие фигуры начинает отчаливать», что и молодому—другому зазорно будет.
Русского танцуют и наши.
— Вот это по нашему!.. кивая бородой курнычет седой какой-то старичок, а сам тоже поближе к кругу. Ноги чешутся...
— А ты вали, старина, праздник ведь нонче, да еще какой. Революция у нас, пляши, дедко!..
— Ай да да, вот так дед!.. Эх-эх,- эх-эх!..
Дождик помешал.
Хотелось устроить собрание с молодежью, союз организовать и желающие есть даже из других деревень, да дождик помешал, — пришлось садиться на автомобили и ехать к дому...
— Вы уже приезжайте к нам и в следующее воскресенье, мы встречать будем, далеко за деревню выйдем!..
— «Всенепременно», — отвечают наши ребята, а у самих глазенки так и блестят.
— Какие они все хорошие, добрые какие,— с такими не пропадешь!..
— Ну, футболисты, сколько-же вам они всыпали?..
— Мы-поровну, по голику; по голику,— безобиднее.
Вот только поле у них очень плохое, совсем неудобное.
— В город бы их свозить.
— Ну вот уж еще разок сами съездим, а потом и их звать будем, чай не откажут и у нас побывать в гостях-то, в праздник.
— Мы им все покажем и в театр сводим.
И долго еще рассуждают наши о поездке в Юрьевец,— поездка всем нравится, нравится и учитель, и крестьяне, и молодежь, и даже сама деревня...
А дождик так и хлещет, так и хлещет.
Досталось нам, помочило, но охоты к друзьям-крестьянам ездить не отбило и не отобьет никогда...
Дмитрий Рабочий» (Газета «Призыв», 28 июня 1923 года).


Фото Муромского архива. На снимке: П.С. Калинин(?), А.И. Дунаевский(?), неизвестная сотрудница, Дмитрий Рабочий (Дмитрий Михайлович Васильев), И.П. Богатов, Касьян Веселый (Евгений Дмитриевич Подуруев), неизв. сотрудник, возможно А.Таланов...

В сентябре 1923 года приехал в Муром на должность редактора газеты «Луч», сменил С. Гусева в октябре (последний номер под редакцией Гусева вышел 11 октября 1923 г.).


Первый номер газеты «Луч», вышедший под редакцией Д. Васильева.

У Дмитрия Васильева не было высшего образования, по он уже был эрудированным журналистом, политически грамотным, хорошо знающим историю большевистской партии. Вскоре по приезде в Муром он говорил:
— А ведь название газеты звучит не особенно хорошо. «Луч» был органом меньшевиков-ликвидаторов.
И внес предложение дополнить название словом «Красный». Губком партии утвердил предложение редактора, и в Муроме стал выходить в свет «Красный луч».

За время руководства Д.М. Васильева газетой заметно расширился авторский актив, был созван представительный съезд ее рабочих и сельских корреспондентов.
В середине двадцатых годов Д.М. Васильев был переведен во Владимир, в издательство газеты «Призыв». В течение последующих пяти лет Дмитрий Михайлович работал в Москве заместителем редактора отраслевой газеты «Голос текстилей», избирался в этот период депутатом Моссовета.
Позднее география его журналистской деятельности обрела довольно широкий масштаб: Магнитогорск — «Магнитогорский рабочий», Свердловск — «Уральский рабочий», Ярославль — «Северный рабочий», Пенза — «Знамя». Заведующий отделом, заместитель редактора и ответственного редактора. С каждым годом росло журналистское мастерство Дмитрия Васильева, острее оттачивалось его перо.
В годы Великой Отечественной войны офицер Д.М. Васильев находился на Брянском, 1, 2 и 3-м Белорусских фронтах — преимущественно военным журналистом, редактировал красноармейскую газету «За Родину» 137 стрелковой дивизии. Кому из фронтовиков не помнится солдатская многотиражка с боевыми, призывными строчками: «Смерть немецким оккупантам! Прочти и передай товарищу»?


Дмитрий Михайлович Васильев

В послевоенное время Дмитрий Васильев в течение десяти лет занимал ответственные должности на советской и хозяйственной работе, даже два года был директором типографии в Вязниках. Но и в этот период он не расставался с пером. А свою штатную работу завершил опять-таки журналистской деятельностью: с июня 1955 года по май 1960 года работал в Усть-Каменогорске — в редакции газеты «Знамя коммунизма» ответственным секретарем и заведующим отделом.
В 1960 году Дмитрий Михайлович, уже пенсионер, возвратился в Вязники. Он продолжал оставаться активным журналистом, выступал в газете в различных жанрах. В областных, районных и многотиражных газетах публиковались ого историко-партийные очерки, статьи, корреспонденции, фельетоны.
...Вязники. Улица Орджоникидзе — старая окраина города текстильщиков-льнянщиков. Здесь на взгорье особняком стоит небольшой деревянный коммунальный домик, в котором Д.М. Васильев прожил последние годы своей жизни. Из окна крохотного закутка, служившего Д.М. Васильеву кабинетом, сплошь загроможденного книжными полками, газетами, сотнями писем, постоянно струился свет. За столом, склонившись над стопкой писчей бумаги, сидел худощавый человек с запорошенными сединой висками. Обычно бойкие карие глаза его сейчас утомлены, смотрят устало. Под утро, может быть, окончательно завершится серия задуманных им очерков-воспоминаний. А может, придется все написанное перечеркнуть и заново передумать, отшлифовать.
Кропотливо, усидчиво работал Дмитрий Михайлович. «Ни дня без строчки» — под этим девизом протекала его кипучая жизнь. Не писать о минувшем он не мог.
Коммунисты и комсомольцы двадцатых годов Владимирской области помнят эту книжку, рассказывающую о юношеском движешш в пашем крае. «Минувшее» — называется она.
Теперь Дмитрию Михайловичу захотелось переработать книги, учитывая опыт прожитых лет.
Многим коммунистам и комсомольцам двадцатых годов Владимирской области был хорошо известен литературный псевдоним Дмитрия Михайловича Васильева — Дмитрий Рабочий.
В натуре Д.М. Васильева была очень ценная черта. Взрослея, и даже на склоне лет, до самого последнего дня своей жизни, он будто и не расставался с юностью, с молодостью. Как только заходил разговор о работе комсомольских организаций, о воспитании молодых современников на традициях старшего поколения, в глазах Дмитрия Михайловича вспыхивали искры молодости. Она не покидала его, и ему с ней было хорошо. На память невольно приходят слова из «Песни о молодости»:
Она не посмотрит на проседь,
Всего оглядит целиком
И спросит: «Ну, как его бросить?
Такого найти нелегко!»
Несмотря на постоянную занятость литературной п журналистской работой, Д.М. Васильев находил время, чтобы встречаться с молодежью. Нередко можно было видеть его идущим (а ходил он быстро, широкими шагами) на фабрику, в комсомольскую организацию, в школу, к пионерам, чтобы рассказать юношам и девушкам что-нибудь интересное и важное из своих воспоминаний. Он с прежней комсомольской заинтересованностью беседовал с ними об учебе, разнообразной их жизни. И размышлял над судьбами молодых.
— Я тут как-то временно замещал редактора многотиражной газеты Вязниковской фабрики им. К. Либкнехта, — с увлечением рассказывал он однажды. — Попросил справку о наличии молодежи в возрасте до тридцати лет в общем числе работающих. Оказывается, молодежь на фабрике составляет подавляющее большинство! Как же после этого не интересоваться воспитательной работой среди молодежи, ее бытом?! У нас подчас все грехи, все изъяны в этом отношении сваливают только на комсомольские организации. А ведь это неправильно. Старшие не должны стоять в стороне от работы среди молодежи, от заботы о ней.
Неугомонный, непоседливый, подвижный, Дмитрий Михайлович отдавался работе со всей страстностью и горением. На правах члена редколлегий он принял участие в подготовке и выпуске очерков по истории Владимирских организаций КПСС и ВЛКСМ и других юбилейных изданий.
В личной жизни Д.М. Васильева были и неудачи, и тяжелые переживания. И далеко не все из задуманного удалось ему завершить. Но никакие невзгоды не могли поколебать его. До последнего вздоха он оставался активным бойцом партии, человеком неувядающей молодости. Вот за это и уважали Дмитрия Михайловича все знавшие его.
К боевым, фронтовым наградам Д.М. Васильева прибавились в послевоенные годы орден Трудового Красивого Знамени, медаль «За доблестный труд. В ознаменование 100-летия со дня рождения В.И. Ленина» и другие.
Говорят, у горцев Грузни есть старинное предание о вечно юном, никогда не стареющем орле с широко распахнутыми могучими крыльями. С таким орлом хочется сравнить Дмитрия Михайловича Васильева, ветерана Вязниковской партийной организации, одного из запевал советской печати во Владимирской области. Великому делу строительства коммунизма он отдал свое горячее, беспокойное, по-юношески пылкое сердце.
Скончался в сентябре 1975 года.

Рассказ чекиста
ТРУДНОЕ ДЕЛО

(Газета «Светлый путь» 18 августа 1987 г.)
Выдумки тут никакой. События, факты достоверные. Имена и фамилии действующих лиц сохранены.

Подпоручик Рагозин
Алексей Иванович Евстафьев, в прошлом чекист, последние годы жил в Ленинграде и, время от времени наведывался в Москву, к своим друзьям, с которыми в былые дни вместе работал. Им было что вспомнить, о чем поговорить. В один из таких визитов мне и довелось слушать его рассказ о восстании эсеров в Юже.
— В последних числах июня восемнадцатого года во Владимире, где я тогда был председателем уездной ЧК, — начал свой рассказ Алексей Иванович, — стало известно, что в селе Юже Вязниковского уезда произошло контрреволюционное восстание. Туда выехали сотрудники Вязниковской чрезвычайной комиссии с группой милиционеров, но их разоружили. Теперь для подавления восстания намечалось послать отряд красноармейцев из Владимира.
— Уезд-то был не наш, — продолжал бывший чекист, — следовательно, формально мы могли не беспокоиться. Но губернской ЧК фактически тогда еще не было, а поэтому мы могли еще столкнуться с этим делом. Я вызвал своего заместителя Фунина, чтобы посоветоваться с ним.
— О Юже слышал? — спросил я его.
— Да. Но, по-моему, они там струсили, либо прошляпили. Я не верю, чтобы в Юже была большая вооруженная сила.
— Я в это тоже не верю. Но надо как-то проверить. Скажи, что, по-твоему, мы можем сделать?
— Хорошо, я подумаю, что можно сделать, — согласился Фунин.
Минут через пятнадцать он пришел ко мне, уже с конкретным предложением.
— Слушай, у меня есть такая мысль. В Южу едет отряд красногвардейцев. Чтобы узнать, что именно там творится на месте, я предлагаю одновременно послать туда человека, который сумеет в короткий срок все выяснить. Такой есть у меня на примете.
— Кто он такой?
— Бывший подпоручик. Сын предводителя дворянства. Коммунист. Был на фронте, там контужен. Ему можно доверить это дело.
— Ты его хорошо знаешь?
— Вполне.
— Тогда приводи. Поговорим.
Через некоторое время Фунин привел в ЧК Николая Николаевича Рагозина — стройного, подтянутого молодого человека. Он мне понравился. Предложение поехать в Южу принял охотно.
Полурота красногвардейцев во главе с членом только еще формировавшейся губернской чрезвычайной комиссии Михаилом Капустянским, боевым солдатом из орехово-зуевских большевиков, выехала раньше.

Положение проясняется
— Как-то поздним вечером, — продолжал свой рассказ Алексей Иванович, — я просматривал невесть как попавший к нам в ЧК комплект газеты «Старый владимирец» за 1917 год и наткнулся на сообщение из Южи:
«Рабочие Южской фабрики товарищества А.Я. Балина постановили продолжать войну и всеми средствами поддерживать Временное правительство», — писала газета 16 апреля 1917 года.
Вероятно, я не обратил бы внимания на эти заметки, если бы не, происходившие в Юже события, хотя, на первый взгляд, никакой взаимной связи между ними не было.
«Южская фабрика, — повествовал краевед в «Старом владимирце» за 27 января 1917 года, — основана помещиком Протасьевым в 1860 году. Через три года, не сумев вовремя запасти хлопка, он закрыл ее, а в 1865 году, будучи на Нижегородском ярмарке, продал ее Асигкриту Яковлевичу Балину — известному в Шуйско-Ивановском районе коммерсанту-миллионеру, который крепко развил дело.
31 мая 1885 года было высочайше утверждено товарищество на паях под фирмой «Товарищество Асигкрита Яковлевича Балина» с капиталом в три миллиона рублей.
Сейчас мануфактура первоклассная — состоит из 128000 бумагопрядильных мюльных и ватерных веретен, 1800 механико-ткацких станков. К постановке готовится 225, предполагается до 3000 штук. Основной капитал уже шесть миллионов рублей, 8000 десятин леса, жителей более 15000 человек».
Оказывается, Южа довольно крупный рабочий центр, — пришел я к заключению. И поэтому не случайно произошло восстание.
— Рагозин через неделю возвратился, — продолжал чекист, — и, сойдя с поезда, позвонил, что задание выполнено. Я предложил ему сейчас же прибыть в ЧК и подробно рассказать обо всем.
Николай Николаевич ловко провел за нос главарей восстания, представившись им своим человеком.
— Из доклада Рагозина мы узнали, — уводил своих слушателей Евстафьев вглубь событий, — что 8 июня 1918 года в Нижнем Новгороде, где-то недалеко от Сормова, а может быть и в самом Сормове, состоялась собравшаяся нелегально совместная конференция меньшевиков и эсеров. Присутствовали на ней и представители существовавшей в Москве контрреволюционной организации «Союз возрождения».
На конференции были представители и из Южи, считавшейся цитаделью меньшевиков, и из Вязников, где наряду с меньшевиками орудовали эсеры.
Вернувшись с конференции, они тотчас информировали своих единомышленников о принятом решении и с помощью прибывших следом «гостей» из Нижнего Новгорода повели антисоветскую агитацию, провоцируя рабочих на забастовку и выступление против Советской власти. Настроение жителей на почве недостатка продовольствия благоприятствовало этому.

Тайное становится явным
В полдень, когда меняются смены, на заборе передних ворот Южской фабрики, где вывешивали объявления, появилось двухметровое зеленое полотнище с намалеванным на нем желтой краской «вечевым колоколом» и лозунгом: «Да здравствует Учредительное собрание — хозяин земли русской!». А напротив выстроилась кучка меньшевистско-эсеровских заправил «Союза беспартийной молодежи» со своим зеленым знаменем. Они собрались возглавить готовившуюся антисоветскую демонстрацию.
Зычным эхом разнесся по окрестным слободкам и деревням тревожный гудок, возвещая о начавшейся в Юже забастовке.
Соглашательские лидеры пытались открыть митинг и организовать демонстрацию. Но хлынувшая из ворот толпа рабочих, среди которых было много молодежи, не стала под зеленое знамя и разошлась по домам.
Видя, что социал-предателям не удержать руководство в своих руках, на арену немедленно выступила существовавшая нелегально в Юже контрреволюционная организация — «Корпорация офицеров и георгиевских кавалеров».
Многие из участников «корпорации» обманом просочились в местную милицию и, когда настал момент, сбросили с себя маску «сочувствующих» и обезоружили преданных Советской власти работников. Захватили власть в свои руки, разогнали Совет рабочих депутатов и кое-кого арестовали.
Устремились было на дачу фабриканта Балина, где помещались клуб «Коммуна» и большевистский комитет. Но действовавшие по заданию руководителей партийной организации отважные девушки Люба Никитина и Клавдия Пестова опередили их. Они пробрались через чердак в запертое помещение клуба и унесли протоколы, корреспонденцию и список с адресами коммунистов.
О происшедшем в Юже немедленно сообщили в Вязники, где было тоже неспокойно. Несмотря на это, вязниковские большевики немедля послали в Южу несколько сотрудников ЧК и группу милиционеров во главе с коммунистом Николаем Павловичем Колышковым — сыном одного из основателей Южской большевистской партийной организации.
Выгрузившись поздно вечером с парохода в Глушицах, они направились к селу и на подходе к Юже встретились с высланной им навстречу группой повстанцев. Среди них были работники местной милиции, которых Колышков и чекисты знали в лицо. Приняли их за своих. Воспользовавшись этим, контрреволюционеры внезапно напали на прибывших, разоружили их.
— Это поражение вязниковской милиции, — пояснил Евстафьев, — и послужило причиной посылки из Владимира в Южу полуроты красноармейцев во главе с Михаилом Капустянским — членом коллегии еще не сформировавшегося, как следует, губчека.
Красноармейский отряд благополучно прибыл в Южу и разместился в конторе фабрики. Внешне там было все спокойно.
После полудня главари «корпорации» совместно с лидерами местных меньшевиков и эсеров, инспирировав возле Народного дома «летучий митинг» и прикинувшись смиренными овечками, попросили Капустянского выступить по текущему моменту.
И когда Капустянский, встав на табурет, стал говорить о борьбе с голодом и поднимающей в стране голову контрреволюцией, к нему вплотную приблизились штабс-капитан Пузырев в форме и с саблей на боку, Михаил Лепилов — из деревни Нефедово и Константин Найденков — из Реброва.
В этот же момент протиснувшаяся вперед ярая эсерка Валентина Гаврилова — акушерка фабричной больницы, пинком выбила табурет из-под ног Капустянского, и он упал. Лепилов выхватил у Пузырева из ножен саблю и ударил Капустянского по голове, рассек ему щеку и ухо.
В это время со стороны передних ворот фабрики послышалась беспорядочная ружейная пальба и крики: «Красные! Красные!».
В «Слободке служащих» (как называлась тогда нынешняя Советская улица) показались бегущие по направлению к Народному дому красноармейцы.
Решив, что они спешат на выручку своего комиссара, инспираторы «летучего митинга» бросились наутек.
Воспользовавшись суматохой, работницы во главе с подоспевшей к ним на помощь известной в Юже большевичкой Настей Никитиной — старшей сестры Любы — подхватили Капустянского под руки и увели в прилегавшую вплотную к Народному дому сосновую рощу. Вскоре здесь собралась и часть красноармейцев.
Всю ночь пробирались красноармейцы через торфяные болота к пристани. На рассвете, когда над рекой рассеялся туман, подошел пароход и часа через четыре доставил их в Вязники. В тот же день, 1 июля, одновременно с Рагозиным, они вернулись во Владимир.
Вечером во Владимирском межгородском районном комитете партии, объединявшим партийные организации десяти уездов (губкома тогда еще не было), состоялось специальное совещание о мерах но ликвидации восстания в Юже. Здесь Рагозин повторил все, о чем докладывал нам.

Заслуженная кара
Поздно вечером 1 июля на совещании во Владимирском межгородском районном комитете РКП(б) решили подготовить и рано утром 2-го отправить в Южу для подавления восстания батальон 82 полка с придачей ему легкой полевой артиллерии.
Вместе с ним предложили выехать мне с группой сотрудников.
Рано утром 2 июля, когда город еще спал, мы специальным поездом выехала из Владимира. В Вязниках погрузились на два парохода и двинулись дальше.
Прибыв на рассвете 3 июля на место, высадились в красивом сосновом лесу, раскинувшемся на несколько километров по высокому, сухому, песчаному берегу Клязьмы.
Пройдя со всеми предосторожностями несколько километров, на рассвете вошли в боевом порядке в Южу.
Штаб отряда и я со своими сотрудниками разместились в большом особняке – даче фабриканта Балина. Выставили усиленный караул. Отряд расположился в трехэтажном здании Высшего начального училища.
Началась работа. Выяснение и розыск виновников восстания, допросы, обыск, аресты и облавы. Во всем этом большую помощь оказывали нам местные коммунисты и сочувствующие, а также активисты «юношеского клуба» и беспартийные рабочие.
Большинство задержанных были рядовыми участниками, не разобравшимися как следует в происходящих событиях и попавшими на удочку зачинщиков контрреволюционного мятежа, поэтому их после допроса освободили.
В Юже были обнаружены подстрекатели и руководители забастовки на местной фабрике, предшествовавшей восстанию. Это были главари местных эсеровской и меньшевистской организаций. Их арестовали.
Из числа арестованных в Юже пятерых доставили во Владимир и здесь, после расследования, по постановлению коллегии уже губернской ЧК расстреляли.
Матерые враги Советской власти: Валентина Гаврилова, Николай Зимин, Егор Цветников, Василий Чирков и служивший ранее в полиции Голиков, организовавшие на фабрике забастовку и затем поднявшие контрреволюционный мятеж, понесли заслуженную кару.

Источник: сайт http://tsiplev.ucoz.ru/news/dm_vasilev_zapiski_chekista_vjazniki_juzha/2013-04-23-126
Старая Южа
Уроженцы и деятели Владимирской губернии
Владимирская губерния.

Copyright © 2018 Любовь безусловная


Категория: Муром | Добавил: Jupiter (01.08.2018)
Просмотров: 24 | Теги: Муром, Вязники | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

Поиск

Владимирский Край

РОЗА МИРА

Меню

Вход на сайт

Счетчики
ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика


Copyright MyCorp © 2018
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика