Главная
Регистрация
Вход
Вторник
27.06.2017
03:13
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Славянский ВЕДИЗМ

Оцените мой сайт
Оцените мой сайт
Всего ответов: 306

Категории раздела
Святые [132]
Русь [12]
Метаистория [7]
Владимир [565]
Суздаль [215]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [163]
Музеи Владимирской области [53]
Монастыри [4]
Судогда [4]
Собинка [43]
Юрьев [85]
Судогда [24]
Москва [41]
Покров [45]
Гусь [44]
Вязники [113]
Камешково [42]
Ковров [125]
Гороховец [25]
Александров [85]
Переславль [79]
Кольчугино [20]
История [14]
Киржач [34]
Шуя [60]
Религия [2]
Иваново [21]
Селиваново [4]
Гаврилов Пасад [4]
Меленки [14]

Статистика

Онлайн всего: 5
Гостей: 5
Пользователей: 0

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Покров

Смирнов Алексей Васильевич

Алексей Васильевич Смирнов

(Владимирские Епархиальные Ведомости. Часть неофициальная. № 17-й. 25-го апреля 1915 года).

Алексей Васильевич происходил из крестьян деревни Ликина Кудыкинской волости Покровского уезда, Владимирской губ. Он родился в 1839 году в старообрядческой семье поморского толка. Женат был на дочери купца Якова Ивановича Жарова (деревни Перники, позже село Перники, близ ст. Ундол М.-Н. ж. д.) Татьяне Яковлевне Жаровой. Я. И. Жаров был ревностный старообрядец, поповец австрийского толка, а потому не хотел выдать свою дочь за старообрядца беспоповца. Алексей Васильевич изъявил согласие перейти в общество старообрядцев Австрийцев и брак состоялся. Это было между 1859 — 1861 гг.
Спустя несколько времени и родители Алексея Васильевича перешли из поморского толка в толк «Австрийщины».
Этот переход одного из видных представителей поморского толка в старообрядчество толка Австрийского сильно обеспокоил местных старообрядцев-поморцев. Впрочем они и тогда уже упрекали Алексея Васильевича, говоря, что если уж переходить, то переходить следовало-бы в православную церковь, а не к Австрийщине, где все незаконно и фальшиво. Ведь мы, говорили они, тоже могли-бы наставить таких архиереев и попов, да не хотим поступать противозаконно.
Архимандрит Никольского Единоверческого монастыря в Москве о. Павел Прусский рассказывал, что когда он был еще беспоповским наставником и приходилось ему провожать умерших на кладбище мимо дома Алексея Васильевича Смирнова, то беспоповцы показывали ему на этот дом, говоря: «вот, этот дом был с нами одной веры, а как привели в него сноху, то все перешли в поповский австрийский толк». Частые замечания старообрядцев-беспоповцев о переходе Алексея Васильевича в незаконное общество австрийщины, навели его на сомнения в истине своего нового исповедывания и он начал колебаться. Дальнейшие обстоятельства жизни Алексея Васильевича содействовали усилению этих колебаний и сомнений.
Должно заметить, что Алексей Васильевич очень рано начал самостоятельно вести свое торговое дело. Он с 12-ти лет проживал в Москве и практически обучался торговле. Когда же, по смерти отца, он сделался полным хозяином, то еще с большей ревностью взялся за фабрично-торговое дело. Вовремя своего пребывания в Москве он посещал беседы с старообрядцами, которые велись в Охотном Ряду о. Иоанном Виноградовым. Алексей Васильевич стал читать книги старопечатные и делал из них выписки. При доме в селе Ликине была моленная, был нанят уставщик, молились свои семейные и посторонние, которых в деревне насчитывалось около пяти домов. Служили вечерни, утрени и часы; во время утрени читали поучение из прологов и поучительного Евангелия и из Златоустника; на часах читали каноны праздничные и святым дням.
Алексей Васильевич стал привозить из Москвы домашним в Ликино брошюры, напр., «Окружное послание», «Восемь вопросов», о. Иеромонаха Филарета и «Ответы» старообрядцев на эти вопросы. Все эти брошюры читались домашними Алексея Васильевича и обсуждались. В результате всех этих домашних религиозных диспутов оказалось то, что Алексей Васильевич осенью 1873 г., убедившись в правоте учения св. православной церкви, оставил раскол и присоединился к Церкви. Вот, как об этом повествует достоверный очевидец событий в доме Алексея Васильевича Смирнова, которыми сопровождалось присоединение семьи Смирновых к св. Церкви.
«После присоединения Алексея Васильевича к Церкви, пишет П. Л. Воробьев, начались у нас домашние беседы. Как приедет Алексей Васильевич из Москвы, что-нибудь и начнет спрашивать о вере. Мы все нападем на него и сделаем безответным, — правда не доказательствами от Святого Писания, а только порицаниями на православную церковь. Иногда высказывали и резкие слова хозяину, чем бы другой обиделся, да и держать не стал бы нас; но он все это переносил терпеливо, и чрез это терпение достиг того, что все семейство его и мы, трое приказчиков, и даже многие посторонние перешли в церковь, а также этим он многих удержал от перехода из православия в раскол. Он купил много книг старопечатных: Благовестное Евангелие, Катихизисы Большой и Малый, Сборник Большой, Кормчую, Кириллову, Книгу о вере, Беседы Апостольские, и разные полемические книги. Мы усердно принялись читать их, — я все свободное время и ночи проводил за чтением. Читали мы больше с тем, чтобы найти что-нибудь в обличение церкви, и если что найдем в свою защиту, обличали Алексея Васильевича: «это и это неправильно у вас». И хотя сразу он не ответит, бывало, а потом все-таки докажет, что мы ошибаемся. Стал изредка ездить к нам отец Павел. Когда приедет, я непременно приду в дом послушать, что он будет говорить, но не за тем, чтобы беседовать с ним. Татьяна Яковлевна еще до приезда его скажет нам: «не надо с ним ничего говорить». Но он сам бывало вызовет на беседу, — начнет: «Петр, скажи что-нибудь». Я отвечу: «нечего мне говорить, я ничего не знаю». Однако начнется разговор. Мы станем его обличать: «вот у вас в церкви много неисправностей». Он спросит: «какия»? Что-нибудь ему скажем; а он нашими же книгами и докажет, что это совсем не неисправность. Мы, конечно, не сознаемся в ошибке, а все-таки те места в книгах, где показывал, после рассмотрим внимательно и невольно убедимся, что он доказывает верно. Таким образом, не вдруг, а мало-по-малу начала остывать наша горячка, и мы стали понимать, что обвинять церковь не от Писания нельзя, а от Писания обвинить не в чем. Один раз приехал к нам отец Павел, и Татьяна Яковлевна пригласила на беседу с ним Ивана Ивановича Зыкова, из деревни Кабанова, беспоповского согласия начетчика. Он хаживал к нам большею частью в отсутствие хозяина, старался предохранить хозяйку от присоединения к церкви и склонял к беспоповству; она же указывала на о. Павла, который оставил беспоповство, и предлагала Зыкову поговорить с ним. Зыков ответил, что готов во всякое время. И в этот раз действительно явился, когда его пригласили. Началась беседа, и нам со стороны было лучше слушать и судить, на чьей стороне правда. О. Павел спросил Зыкова: скажи, в чем наша церковь погрешает против Евангелия, против Апостола, против 7-ми вселенских и 9-ти поместных соборов. Мы полагали, что Зыков на эти вопросы скоро ответит; но оказалось, что ничего не мог он доказать. Эта беседа много раскрыла нам глаза, — мы начали рассуждать: если церковь не погрешает ни против Евангелия, ни против Апостола, ни против вселенских и поместных соборов, то это есть церковь святая. После этой беседы мы еще усерднее стали рассматривать книги, желая найти подтверждение законности своей Австрийской иерархии; но найти не могли. Тогда мы впятером решились съездить в Москву, посмотреть в библиотеке древле-письменные книги и повидаться с епископом Антонием Шутовым, попросить у него разрешения наших сомнений об Австрийской иерархии». О том, что было дальше, мы узнаем из биографии Т. Я. Смирновой.
Присоединение к Св. Церкви Алексея Васильевича послужило добрым примером для его семейных, служащих на его фабриках и для его знакомых, которые также стали искать соединения с церковью и создали большое движение в расколе в сторону православия, охватившее почти всю Владимирскую епархию.
С переходом в православие, в духовном настроении Алексея Васильевича совершилась глубокая перемена: он весь отдается богоугодным делам: помогает бедным, строит школы, храмы, избирая для сего бедные единоверческие приходы. За этот период времени им выстроен целый ряд св. храмов.
Так, в приходе села Горы был уничтожен пожаром в 1876 году 8-го сентября деревянный храм и на месте его был построен временный деревянный храм. Испросив разрешение Епархиальной власти, Алексей Васильевич в обществе с некоторыми другими фабрикантами (братья Антоновы, Гаврилов и Яшин) задумали построить каменный храм. Во главе этого дела стал Алексей Васильевич. Постройка обошлась в 150 тысяч рублей и девять десятых этой суммы Алексей Васильевич принял на себя. В 1886 году Высокопреосвященнейшим Феогностом, Архиепископом Владимирским и Суздальским, этот величественный храм был освящен, Алексей Васильевич был избран к этому храму церковным старостой, в каковой должности он оставался до своей смерти.
В 1893 году Алексеем Васильевичем был построен храм в дер. Давыдовой Московской губернии Богородского уезда, на месте деревянного, почти развалившегося единоверческого храма; построены также и дома для причта и школа.
В деревне Мальково, Богородского уезда, был выстроен каменный храм Алексеем Васильевичем и Г. П. Патрешовым совместно, в чем Алексей Васильевич принимал большое участие, да кроме того, им был построен дом для священника.
В деревню Кабанову был куплен на средства Алексея Васильевича храм в селе Дуровке, близ с. Зуева, Богородского уезда. Здесь были построены дома для причта и школа двухкомплектная.
В деревне Юркино, Богородского уезда, построен на средства Алексея Васильевича деревянный храм, дома для причта и церковного сторожа и вся эта постройка обошлась около 25 тысяч рублей.
В деревне Губинской, Покровского уезда, куплены Алексеем Васильевичем участок земли с домом и каменными надворными постройками; дом этот превращен в школу и все вместе подарено Братству Св. Петра, митрополита Московского.
В дер. Таранове, Гороховецкого уезда, Владимирской губ. построен им-же обширный деревянный единоверческий храм с домами причта, все вместе стоит более 30-ти тысяч рублей. Такой-же деревянный единоверческий храм построен на средства Алексея Васильевича и в дер. Микляеве, Гороховецкого уезда и дома для причта; постройка всего этого обошлась более 25 тысяч рублей. В деревне Польце, Гороховецкого уезда близ р. Оки, ниже Мурома на 25 верст, построена церковь с домами для причта, стоившая более 20 тысяч рублей.
В дер. Дровосеках, в 3-х верстах от ст. Орехово, малая каменная церковь, построенная ранее трудами некого Мокия Ивановича Костина, на средства Алексея Васильевича, расширена, украшена колокольней-звонницей, иконостасом и иконами хорошего письма и все это стоило около 10 тысяч руб.
В село Яковлево, Покровского уезда, в только-что отстроенный храм пожертвованы Алексеем Васильевичем на иконостас и иконы более 20 тысяч руб.
В 1895 году в своем приходе в селе Горы Алексей Васильевич вокруг храма, о котором выше упомянули, сделал каменную с железными решетками ограду, стоимостью 10 тысяч руб. и здесь-же построены дома для причта: священнику, диакону, псаломщику и подарены им в собственность.
В дер. Минино, Богородского уезда, была построена деревянная церковь с домами причта, на постройку чего более половины суммы было отпущено из средств Алексея Васильевича. Были на его средства произведены частные ремонты в других приходских храмах. Так, в селе Перниках, Покровского уезда, в приходском храме был выстлан пол метлахскими плитками. В селе Омофорове был произведен ремонт каменных стен храма и его кровли.
В Введенской-Островской пустыне, Покровского уезда, были устроены своды, выстланы полы метлахскими плитками и сделано водяное отопление.
Говоря о постройке храмов, домов для причтов и различных ремонтах, произведенных на средства Алексея Васильевича, нельзя обойти молчанием постройки школ, которые щедрой рукой Алексея Васильевича разбросаны далеко за пределы дорогого ему Ликина.
Так, им построена церковно-приходская школа при фабрике в дер. Ликине, где на свои средства он содержал 9 человек учителей; в этой школе обучается более 350 учеников.
На средства Алексея Васильевича построена школа церковно-приходская и в дер. Язвищах, Покровского уезда. В упомянутых школах, а также и в школе Братства Св. Петра, митрополита Московского, все учебники и учебные принадлежности, отопление и освещение отпускались из средств Алексея Васильевича. Во всех этих школах попечителем состоял Алексей Васильевич.
В дер. Кудыкиной Покровского уезда в 1876 году была выстроена деревянная 2-х-классная М. Н. Пр. школа. Эта школа и квартиры для учителей от времени пришли в ветхость, да при том же и оказались тесны; Алексей Васильевич перестроил все заново: улучшил квартиры учителей, сделал пристройку для 3-го класса, снабдил необходимыми предметами для физического кабинета и все это, вместе взятое, стоило около 25 тысяч руб. Попечителем Кудыкинской школы Алексей Васильевич состоял с 28-го февраля 1881 года и за все это время отопление и освещение отпускалось из его средств.
За усердие и пожертвования, оказанные Алексеем Васильевичем при постройках церквей и школ, он удостоен следующих наград: Большой серебряной медали, Большой золотой, орденов: Св. Анны 3-й степени, Станислава 2-й степени, Св. Анны 2-й степени и Св. Владимира 4-й степени.
Несомненно, что кроме этих явных жертв были у Алексея Васильевича и жертвы тайные, про которые знал только Всеведущий Бог. Доброе русское сердце Алексея Васильевича всегда искренно отзывалось на чужое горе, и никто нуждающийся не уходил от него без помощи.
Особенно много помог делу противо-старообрядческой миссии Алексей Васильевич в качестве члена (с 1898 г.) Совета Братства Св. Митрополита Петра (в Москве). Здесь он был полезен своею широкой денежной помощью, которую он не только сам оказывал, но располагал к нему и других. «Нам дал Бог, а мы должны давать на святое дело»,- убеждал Алексей Васильевич членов Братства, богатых купцов и фабрикантов, когда заходила речь о материальной помощи на то или иное учреждение Братства. Мы не станем перечислять здесь всех многочисленных и щедрых жертв Алексея Васильевича на Братство Св. Митрополита Петра, дабы не оскорбить памяти этого в высшей степени скромного человека, у которого левая рука часто не знала, что делает правая. Нельзя впрочем не упомянуть о том, что Алексей Васильевич дал Братству средства на переиздание сделавшихся библиографической редкостью «Материалов для истории раскола».

«17-го февраля 1915 г., на 75-м году своей жизни, в г. Москве скончался Потомственный Почетный гражданин Алексей Васильевич Смирнов, один из крупных фабрикантов фабрично-промышленного края в Покровском уезде. Происходя из крестьянской среды деревни Ликина, Покровского уезда, А. В. от природы отличался глубоким умом, религиозною настроенностью, доброю и открытою душою и вместе — неутомимою энергией и деятельностью, благодаря каковым природным способностям, он успел развить фабричное производство до крупных размеров. При всем том, родившись в старообрядческой — беспоповщинской семье, А. В., при своей религиозной настроенности, не мог удовлетворяться духовною пищей, какай давалась ему в старообрядческой среде, и он, А. В., в своей духовной жизни все время искал истины и правды. Наконец, благодать Божия озарила его, и он, А. В., твердо перешел в лоно Православной церкви, через каковой шаг в нем самом, в его душевном складе, произошел как бы некоторый перелом. С этого времени, сделавшись преданнейшим сыном Православной церкви, А. В. свои силы и заботы посвящал не столько фабричному делу, сколько на строительство храмов, церковно-приходских школ и других благотворительных учреждений, не отказывая никому из всех, кто обращался к нему с своими нуждами. Его щедрая благотворительность широко разливалась не только в пределах Владимирской губернии, но и в г. Москве и в других епархиях. Причем, благотворительность А. В., можно сказать, была скорее миссионерского характера. Заботясь о привлечении в лоно Православной церкви других заблудших чад, А. В. в этих целях состоял членом Московского Братства митрополита Петра, знакомился со многими о. о. православными миссионерами, шел навстречу всем миссионерским нуждам, чтобы таким образом, чрез созидание храмов и школ в зараженных расколом местностях, способствовать укреплению Православия и с другой стороны — уменьшению старообрядчества. В этом великая заслуга А. В. для Православной Церкви, и имя Л. В. должно быть занесено в истории развития миссионерского дела.
Отпевание тела почившего А. В. совершено было 20 фев. в г. Москве, а для погребения тело в закрытом гробе должно быть отправлено на родину — в с. Гору, Покровского уезда. Семья почившего обратилась ко Владимирскому Архипастырю с усердной просьбой — совершить в их приходском храме с. Горы, Покровского уезда, 22-го февраля Божественную литургию и панихиду при гробе почившего, — на что Высокопреосвященнейший Архипастырь и соизволил выразить свое согласие.
21-го февраля с утренним поездом в 8 ½ ч. Алексий, Архиепископ Владимирский и Суздальский, выбыл из г. Владимира в сельцо Ликино, Покр. у., в сопровождении свиты. По пути следования на ст. «Орехово» в вагон вошли и представились Владыке члены причта с. Орехова в полном составе, с церковным старостою, во главе с Благочинным прот. Ф. Загорским, а также — представители ореховского общества трезвости, которые все успели принять от Владыки благословение и обменяться краткими приветствиями; при чем Благочинный прот. Загорский сопровождал Владыку до места Ликинской мануфактуры. Конечной станцией пути была станция «Дрезна», куда поезд прибыл около 12 ч. дня. Встреченный здесь многочисленной толпой собравшегося народа, Высокопреосвященный Владыка отсюда, в приготовленном экипаже на лошадях, в сопровождении свиты, проследовал до места Ликинской фабрики, отстоящей от станции в 7 верстах. К этому времени на ст. «Ликино» уже прибыл вагон с прахом почившего А. В. В Ликине Владыка был встречен родственниками почившего и собравшимся во множестве населением местной фабрики. Тотчас же, Владыка, облачившись в вокзальном помещении, в предшествии собравшегося духовенства в облачениях, при пении местным хором певчих «Достойно есть», медленно проследовал к месту, где находился гроб, и здесь на открытом месте совершил литию, после которой гроб с телом перенесен был на протяжении не более ¼ персты прямо в старый дом, где родился почивший и провел первые годы своей жизни. Здесь Владыка, в сослужении того же духовенства, при пении хора Архиерейских певчих, совершил панихиду, пред которой Владыка произнес трогательную речь, в которой, между прочим, коснулся того, что этот дом знаменателен был для почившего А. В. тем, что в нем именно озарила его благодать Божия на обращение в лоно Православной Церкви, и потому — этот дом должен быть дорог и памятен и для последующего рода почившего А. В...
Отсюда, при той-же похоронной обстановке, гроб перенесен был в нижнее помещение церковно-приходской школы, построенной почившим, где, по совершении Владыкою литии, гроб был оставлен на всю ночь, для поклонения и прощания с почившим местного фабричного населения.
После некоторого перерыва для отдыха, по распоряжению Высокопреосвященного Владыки, должно быть совершено в 5 ч. воскресное всенощное бдение в приходском храме с. Горы, отстоящем от Ликинской мануфактуры в 4 верстах, и одновременно с сим д. б. совершено заупокойное всенощное бдение (парастас) в школьном помещении при гробе почившего. К 5 час. Высокопреосвященнейший Владыка прибыл в приходский храм, где и был встречен по установленному чину. К прибытию Владыки обширный приходский храм, созданный и великолепно украшенный почившим, уже был переполнен богомольцами. Всенощное бдение совершено было местным священником А. Костинским, при участии протодиакона Ушакова и других о о. диаконов, при пении двух хоров — Архиерейского и местного. В конце всенощного бдения, Владыка, в сослужении прибывшего духовенства, совершил торжественный вынос и поклонение Животворящему Кресту, после чего весь народ в храме, при поклонении Кресту, принимал благословение у Владыки. Всенощное бдение окончилось около 9 час. вечера. Ночлег Владыка имел в доме Смирновых.
На следующий день 22 числа назначен был в 7 ½ час. утра вынос тела почившего в приходский храм, куда похоронная процессия должна была прибыть к 9 ½ час. Высокопреосвященнейший Владыка прибыл в приходский храм к 9 час., где, по обычной встрече, было совершено облачение и прочитаны были часы. Храм был переполнен богомольцами, и множество народа, за невозможностью проникнуть в храм, стояло около храма в ограде; в числе присутствующих в храме было очень много лиц из администрации фабричной — местной и ореховской, а также — из почетных гостей, прибывших из г. Москвы. По принесении и встрече гроба с телом почившего, Высокопреосвященнейший Владыка совершил Божественную литургию, при пении обоих хоров певчих. В сослужении Владыке приняли участие 12 священников, в числе коих, кроме прибывшего Владимирского духовенства, видными представителями духовенства были: Московского Николаевского Единоверческого монастыря Архимандрит Никанор, Московский Епархиальный миссионер Протоиерей Христофор Максимов, Московский Епархиальный миссионер Протоиерей Полянский, с. Ильинского, Богородского уезда, председатель Гуслицкого Отделения Училищного Совета, Протоиерей Александр Глаголевский, Гуслицкого Спасского монастыря Игумен Исаакий, местный Благочинный Протоиерей Ф. Загорский, Сергиевской на Рогожской церкви г. Москвы священник Валериан Цветков, Введенской пустыни Игумен Павел. За литургией вместо причастного стиха исполнен был концепт: «помышляю день страшный».
По окончании литургии Высокопреосвященнейший Владыка, в сослужении того же духовенства, а также — еще прибывшего из окрестных сел, всего не менее 30 священников, совершил пред гробом почившего великую панихиду по положенному чину; при чем обе статьи 17 кафизмы читал сам Владыка, а канон читали попеременно все сослужащие священники. Перед панихидой Владыка произнес глубоко-назидательное слово на текст: «егда же созреет плод, абие послет серп, яко наста жатва»... (Марка гл. 4, ст. 29); по 6-й песни канона была сказана речь Московским миссионером Протоиереем Максимовым.
По окончании панихиды, гроб с телом почившего был вынесен из храма и опущен был в семейную могилу, рядом с храмом. Высокопреосвященный Владыка, разоблачившись, долго благословлял всех богомольцев и затем, по выходе из храма, изволил посетить дом местного священника А. Костинского, где пил чай и беседовал с Московскими миссионерами протоиереями — Максимовым и Полянским о постановке миссионерского дела.
Отсюда Владыка отправился в Ликино. В 5 час. были собраны учащиеся местной церков.-прих. школы в особом помещении, где Владыка, несмотря на утомление, испытывал познания их по всем предметам и ответами их особенно девочек остался очень доволен, наградив всех крестиками и книжками; а в заключение беседы с учащимися, Владыка просил их молиться и поминать их бывшего доброго попечителя А. В., пропевши с ними: «со свитыми упокой» и «вечная память».
В 7 час. вечера Высокопреосвященнейший Владыка, простившись с семьей почившего А. В., изволил отбыть на ст. «Дрезна», откуда с муромским поездом благополучно прибыл в г. Владимир.
Нет сомнения, что величественное Архиерейское служение, при стройном, величественном и гармоническом пении Архиерейского хора произвело на всех присутствующих глубокое впечатление и надолго останется в памяти местного населения.
Протоиерей Влад. Валединский» (Владимирские Епархиальные Ведомости. Часть неофициальная. № 10-й. Март 1915 года).
Уроженцы и деятели Владимирской губернии

Copyright © 2017 Любовь безусловная


Категория: Покров | Добавил: Jupiter (10.06.2017)
Просмотров: 22 | Теги: владимирская губерния | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

Поиск

Владимирский Край

РОЗА МИРА

Меню

Вход на сайт

Счетчики
ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика


Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика