«Во дворе завода устраивают свалки В «Призыве» уже писалось, что на граммофонном заводе во дворе устроена свалка металлов и деталей выбрасываемых из цехов. Правда, после сигналов, свалку разобрали, но сейчас туда снова попадают детали, цветной металл и смазочные масла. Мало того, в 50 метрах от завода образовалась другая свалка из древесных отходов деревообделочного цеха. Здесь же сложен лесоматериал, закупленный отделом снабжения для поделки тары. Этот материал наполовину негодный. С. Пискур» («Призыв», 3 января 1938).
«В первые дни нового года граммофонный завод перевыполняет дневное задание по выпуску патефонов. Так, при ежедневном задании выпустить 120 патефонов завод выпустил 1 января 122 патефона; 2 января — 124 и 3 января—126 патефонов. План по выпуску иголок завод еще не выполняет. За три дня января дневное задание игольным цехом выполнялось от 80 до 93,4 процента» («Призыв», 3 января 1938).
«ГОЛОВЛЕВ Д.Г. - ДИРЕКТОР ГРАМЗАВОДА Граммофонный завод может и должен встать в число передовых предприятий Недостатки в работе прошлого года Граммофонный завод в прошлом году работал плохо. Об этом совершенно правильно писалось в газете «Призыв». Правда, основная причина плохой работы завода заключалась в том, что бывшее вредительское руководство умышленно дезорганизовало производство. Это было в первом полугодии. Но коренного улучшения в работе завода не наступило и во втором полугодии. Объясняется это тем, что на заводе после разоблачения вредительства робко и нерешительно велась ликвидация последствий вредительства. В первом полугодии завод недодал стране тысячи патефонов, а себестоимость выпущенной продукции была намного дороже запроектированной. Например, выпущенные в мае 417 патефонов обошлись заводу по 772 рубля каждый, вместо 291 рубля по плану. Подготовка производства к изготовлению деталей для патефонов себя на заводе в первом полугодии вредителями также была сорвана. Только в IV квартале был составлен конкретный план подготовки производства. Но руководители техническим отделом тт. Скворцов и Моисеенко из-за своей беспечности и благодушия не организовали эту работу. Планово-производственный отдел до ноября существовал формально (не было ни начальника отдела, ни заместителя). Оперативного руководства цехами также не было. В результате план освоения деталей заводом не выполнен. А освоенные детали имеют большие конструктивные недостатки. Задачи завода в 1938 году По государственному заданию завод в 1938 году должен дать стране 70000 патефонов и 1 миллиард 500 миллионов иголок. Кроме того, перед заводом поставлена задача освоить полностью в течение первого полугодия и наладить массовый выпуск 97 деталей патефона. Для удовлетворения спроса на граммофонные иголки и ввиду систематического срыва снабжения качественной проволокой игольного цеха, заводу предстоит разрешить другую большую задачу: в течение первого полугодия освоить выпуск хромированной иглы. Качество этих иголок будет гораздо лучше выпускаемых нами в настоящее время. Каждая хромированная иголка по продолжительности работы будет заменять 25-30 выпускаемых нами иголок до последнего времени. Исправляем недостатки Известно, что большим тормозом в работе завода было слабое руководство техническим отделом. Сейчас руководство техническим отделом и группами при нем (группа штампов, инструментов, конструкторская) укреплено. В качестве руководителей этих участков выдвинуты молодые специалисты. В целях улучшения качества выпускаемых деталей для патефонов, техническим отделом проводится проверка чертежей на все узлы патефона. Проверяется и корректируется технологический процесс производства, а по отделочному и сборочному цехам составляется новая технология. В ближайшие дни будет утвержден и спущен в цеха план очередности освоения деталей в течение первого квартала. С 1-го января каждый цех завода получил твердую производственную программу, лимиты по труду, зарплате и др. показателям. Это - до сих пор на заводе существовало только формально и никакого контроля со стороны планово-экономического отдела за pаботой цехов не было. В результате в цехах имелась лишняя рабочая сила, она не использовалась полностью. За развитие стахановского движения Вступая в первый год третьей сталинской пятилетки, коллектив завода имеет в своих рядах свыше 400 стахановцев. В первые дни января стахановцы разных цехов показали высокую производительность труда. Например, регулировщик сборочного цеха тов. Мишин норму выполняет от 211 до 330 процентов. Ремонтер сборочного цеха тов. Царев дает от 370 до 418 процентов к установленной норме за смену. Тов. Бедин — токарь опытного цеха делает свыше четырех норм за смену. Свыше 300 процентов дают стахановцы тов. Хренова, Лунев, Набиева и другие. Мы сейчас принимаем решительные меры к тому, чтобы создать все условия для еще большего развития стахановского движения и организовать работу стахановцев без рывков и штурмовщин. В ряды передовых предприятий У завода имеются трудности, которые должны быть устранены в ближайшие месяцы. Например, не усовершенствована вентиляционная система, часть из нее требует немедленной переделки. В производстве отсутствуют бытовые помещения (уборная, раздевальня и умывальники). В некоторых цехах еще имеется временное электроосвещение. Все эти недостатки — результат прекращения финансирования по капитальному строительству со стороны треста в четвертом квартале. Старое руководство треста почти не уделяло внимания заводу. Это в большой степени и отравилось на работе завода. На заводе есть еще и другие недостатки. Прежде всего трудовая дисциплина в производстве не поставлена на должную высоту. Недисциплинированность проявляется не только среди отдельных рабочих, но и среди руководящего состава. Все это говорит о том, что на заводе не выкорчеваны до конца вражеские элементы. На заводе слабо поставлена массово-политическая работа среди рабочих. Это большой минус. Выполняя решения последнего партийного собрания, парткомитет должен перестроить свою работу под углом усиления массово-политической работы на производстве, направленной на широкое развертывание социалистического соревнования и стахановского движения, на решительное выкорчевывание вражеских элементов. Граммофонный завод в 1938 году должен и может работать без рывков и штурмовщины. Он может выполнять и перевыполнять государственные задания по выпуску патефонов и иголок. Завод должен и может давать стране патефоны высокого качества. При более усиленной помощи со стороны Грампласттреста и городского комитета партии коллектив граммофонного завода в первом году третьей сталинской пятилетки выйдет в ряды передовых предприятий не только района, но и области» («Призыв», 9 января 1938).
«Наладить работу добровольных обществ Плохо обстоит с работой добровольных обществ на грамзаводе. Когда-то работающее ОСО, к которому проявляется огромный интерес со стороны рабочих и служащих завода, в настоящее время прекратило работу. Руководитель общества тов. Лобков провел одно лишь занятие по сдаче нормы на значок ворошиловского стрелка и на этом закончил. Допризывники 1917-18 гг. рождения требуют продолжать занятия, но дальше обещаний дело не двигается. Не лучше дело обстоит с обществом МОПР-а (председатель Кулаков), где членские взносы не собираются, вовлечение новых членов не производится. Особенно плохо с работой общества РОКК. Пора руководителям и завкому по-серьезному взяться за работу добровольных обществ» («Призыв», 1 февраля 1938).
«Почему простаивает сборочный цех грамзавода? Работа регулировщиков механизма граммофонного завода зачастую срывается из-за неподачи деталей. Руководители сборочного цеха на производственном совещании заверяли рабочих, что деталями цех будет обеспечен полностью, но обещание осталось только на словах. Сборка регулятора узла 20 совершенно стоит, нет детали № 156. Предварительную сборку механизмов держит, главным образом, прессовый цех и автоматно-механический цех. Прессовый цех дает недоброкачественные детали. В декабре из тысячи платиков для механизмов, поданных на сборку, 600 оказались брачными. Все это прошло безнаказанно для начальника цеха Пинчука. Автоматно-механический цех 3 января дал детали узла 15 и все они к сборке оказались непригодными. Он во многом тормозит работу сборочного цеха. Вместо установленной нормы детали узла 15—120 штук он дает всего 20—25 штук в день, что создает простои в цехе. Руководителям автоматно-механического цеха надо понять, что они тянут назад не только свой цех, но и весь завод в целом. Аввакумов, Мишин, Лобиков, Зинин, Беркун, Седов и др.» («Призыв», 4 февраля 1938).
12 февраля 1938 года постановлением Совнаркома СССР завод передаётся в ведение Главширпотреба Народного комиссариата среднего машиностроения СССР.
«За выпуск хороших патефонов! Во всех цехах граммофонного завода на ряд важнейших операций совершенно не имеется приспособлений. В сборочном цехе, например, на участке сборки механизмов отсутствуют приспособления для запрессовки детали 102, развертки отверстий в стойках платика, предельный и мерительный инструмент. Автоматно-механической цех производит проверку узла № 15 на приспособлении, непригодном для работы, из-за этого пропускает в сборочный цех массовый брак. Все это происходит потому, что технический отдел не прислушивается к голосу рабочих, к их требованиям и конструирует приспособления не спускаясь в цеха, не следя за работой и пригодностью к работе сконструированных им инструментов и приспособлений. Вообще работа по обеспечению цехов нужными приспособлениями и инструментом пущена на самотек, за нее никто не отвечает. Особо следует остановиться на качестве выпускаемой продукция. Как известно, самой ответственной частью патефона является механизм. Потому на его сборку, качество деталей должно быть обращено особое внимание. На деле качеству не уделено нужной заботы. На участке сборки механизмов отдел технического контроля пропускает из автоматно-механического цеха брачные детали. Недавно деталь втулки червяка регулятора и шпиндель были пропущены на сборку с рядом дефектов. Собранные в свою очередь механизмы из-за плохих деталей трудно поддаются регулировке на равномерность хода, уменьшения шума, ликвидации застоев. Никакой исследовательской научной работы по выявлению причины, порождающей эти дефекты, завод не ведет, а поэтому ряд деталей, требующих более точного изготовления — детали 151—163-161, узел 15 и другие изготовляются по завышенным допускам. Все это удорожает сборку, дает повышенный процент брака и создает кустарщину в работе. Имея на участке сборки механизмов большое количество хороших рабочих-стахановцев, как Седова, Коноплева, Андреева, Шашилова, Викторову, Малышкову и других мы даем в 3—4 раза ниже производительность, чем на Коломенском и Ленинградском заводах. Так, Ленинградский граммофонный завод по регулировке механизмов имеет дневную норму 36 механизмов, рабочий делает по 70—80 механизмов. Мы имеем норму 11 механизмов, рабочие делают по 20—25 механизмов. Такая низкая производительность у нас получается из-за отсутствия нужных инструментов, приспособлений, из-за кустарщины и плохой организации руководства. Необходимо руководству завода и в первую очередь директору Головлеву срочно положить конец кустарщине, процветающей на заводе, работе на авось и на глазок. Необходимо поставить перед всем коллективом рабочих завода вопрос о культурной, разумной организации производства, чтобы дать трудящимся нашей страны высококачественные патефоны. Мастер участка сборки механизмов Афанасьев Н.И.» («Призыв», 17 марта 1938).
«Почему игольный цех грамзавода не выполняет программу? Игольный цех существует уже три года, но до сих пор там еще не выработан правильный технологический процесс обработки иглы. Из-за этого люди кустарничают, один предлагает одно, другой — другое. Оборудование у нас расшатано, нет необходимых деталей, часто получается горение иглы, а от этого идет большой брак. Нас, мастеров, не обеспечивают необходимым инструментом. Мы давно просим дать нам полный комплект ключей, отверток и т. д., но этого все нет. Выправить резину надо в один час, мы же правим по три часа и более, так как нет хороших ремней. В нашей смене работают контролеры, но они технически неграмотные и качество продукции иногда определяют на глаз. Технической же учебы с ними пока не организовано. На-днях контролер Жбанкова во время работы остановила станки, указывая на «ненормальную обработку», на самом же деле иглы были хорошие. В этот день я вырубил только 160 кг. игл, тогда как до этого я нарубал до 230 кг. В цехе до сих пор уравниловка. Человек сидит на сортировке и получает больше того, кто работает на станке. Наладчики получали меньше контролера, а ведь наладчик играет большую роль в выполнении промфинплана Стахановским движением у нас никто не занимается, со стахановцами никакой работы не ведется, даже показатели работы не вывешиваются, хотя в цеховой конторе работает около 40 человек. Мастер второй смены смазочного отделения М. Котов» («Призыв», 24 марта 1938).
«ОТДЕЛ, КОТОРЫЙ ТОРМОЗИТ РАБОТУ ЦЕХОВ Сборочный цех граммофонного завода из месяца в месяц выполняет программу, но все же нельзя считать, что он работает хорошо, так как план выполняется некомплектно и работа идет рывками: то цех выполняет дневную норму на 30 процентов, то на 150. Какие же причины мешают цену работать хорошо? Самая главная причина – это нечеткая работа планово-производственного отдела и его начальника Шевелевича. Рывки, «штурмы» есть результат несвоевременной подачи деталей в сборочный цех. Например, Шевелевич забыл своевременно заказать в инструментальном цехе штамп для изготовления детали № 97 (шайба). В результате цех не получая деталей простоял почти три дня. Правда, директор завода приказом поставил Шевелевичу на вид, но сборочному цеху от этого не легче – пришлось в следующие дни работать «штурмом». Чтобы нагнать упущенное. Второй факт. В сборочном цехе осталось с 1937 года большое количество несписанных брачных деталей. Когда этот брак предъявили Шевелевичу и попросили списать его с цеха, то Шевелевич дал распоряжение заведующему складом о том, чтобы тот не отпускал деталей сборочному цеху для сборки тонарм и предложил их собирать из бракованных деталей. Шевелевича убеждали, что необходимо брачные детали прежде исправить, а потом давать в сборку, но на него никакие доводы не подействовали. И только тогда Шевелевич дал на сборку тонарм деталей, когда цех израсходовал весь резерв их и встал конвейер. Только после этого непригодные детали были направлены на исправление. Третий факт. В сборочный цех была спущена измененная технология сборки тонарм: вместо 32 шариков предлагалось ставить 6 с вкладыванием сипоратора. При сборке тонарма с 6 шариками оказалась брачной, т. е. с качкой и заедание кольца во флянце. Когда об этом сообщили начальнику отдела, он никаких мер не принял и даже заставил опять собирать на 6 шариках. Для того, чтобы установку Шевелевича изменить, потребовалось вмешательство директора. Четвертый факт. Часто спускают программу по цехам несоответствующую выпуску готовой продукции. Например, планово-производственный отдел дал отделочному цеху программу – изготовить 2 тысячи деталей № 175-176, да в остатке их в сборочном цехе было 1300 штук. В итоге получается 3300 деталей. Согласно же программы, спущенной планово-производственным отделом, сборочный цех должен иметь 5 тысяч деталей. Ясно, что такое несоответствие в планировании между цехами ведет к срыву выпуска заводом патефонов. Все приведенные факты говорят о том, что планово-производственный отдел граммофонного завода не организует, а тормозит работу предприятия и что без серьезной перестройки работы этого отдела завод не может иметь серьезных производственных успехов. И.Я. Теплов, начальник сборочного цеха» («Призыв», 3 апреля 1938).
«За выпуск высококачественных патефонов Прошлое вредительское руководство граммофонного завода так организовало работу в цехах, что затруднило рабочему коллективу выпуск дешевых и качественных патефонов. Последствия такого вредительского руководства до конца еще не ликвидированы. Возьмем подузел № 33. Здесь к одной детали закрепляется несколько других деталей, но на каком расстоянии друг к другу они должны находиться,— такой точной установки нет. Все делается приблизительно, так как нет нужных приспособлений для быстрой и точной сборки деталей. Обязанность в разработке технических приспособлений лежит в первую очередь на техническом отделе. Однако этот отдел работает плохо и нужных приспособлений не дает. Например, инструментальный цех сдает штамповочному цеху штампы для поделки деталей № 302. Эти штампы неправильно сконструированы и потому детали идут брачные. Об этом известно давно, но брак все же продолжают делать. Детали № 324 и подузел № 11 тоже имеют отклонения от размеров чертежей. Получается это от неправильного технологического процесса. Технологические процессы документацией не оформлены. Из-за этого иногда бывает трудно установить по чьей вине произошел брак: по вине мастера или по вине рабочего. Старший технолог завода тов. Киселев не удовлетворяет запросов цехов. А вот еще факты, говорящие не только об отсутствии борьбы с браком, а и о поощрении его. Начальник отдела технического контроля т. Гонцов заменил старые эталоны для экспорта. Кроме того т. Гонцов распорядился пропускать на сборку брачные диски по радиальному биению. Получилось так, что сначала забраковали около 500 дисков, сорвали с них и испортили много ценного сукна, а потом на эти же диски снова стали натягивать новое сукно. Лично т. Гонцовым заменены эталоны на механизмы патефонов в сторону увеличения грома. Эталоны на мембрану и тонарму в декоративной отделке тоже заменены ухудшенными. Петли к крышкам патефонов ставятся с плохой хромировкой и большими зазорами в звеньях. Червяк со шпинделем при повертке цепляются не по центру и это ускоряет быстрый износ патефона. Диаметральное и торцевое биение шестерен устанавливается выше допусков, что ведет в искажению звуков. Исключительно недопустимое положение творится на регулировке механизмов в сборочном цехе. Анализом лаборатории установлено, что регулировка и притирка деталей делается с наждаком и ведет к очень быстрому износу механизмов. Мастеру Афанасьеву указали на такое недопустимое явление, а он все же продолжает культивировать регулировку механизмов с наждаком. О применении наждака писались докладные записки в планово-производственный отдел и отдел технического контроля, но дело от этого не улучшилось. На рабочих местах по-прежнему «тихонько» применяют наждак. Из-за постановки непригодных деталей немало патефонов по нескольку раз возвращаются обратно на переделку. За все это платят деньги и тем повышается себестоимость патефонов. И хуже того, был случай, когда на отправленные 200 патефонов завод получил рекламацию и был вынуждая посылать свою бригаду ремонтировать патефоны. В прессовом цехе тоже немало брака. Начальник цеха тов. Пинчук не добивается улучшения технологического процесса и устройства нужных приспособлений, направленных к предупреждению брака. Кузнецов, Комаров» («Призыв», 14 апреля 1938).
«СТАХАНОВЦЫ, РАЦИОНАЛИЗАТОРЫ Стахановцы граммофонного завода борются за производственные победы, которыми они хотят встретить великий пролетарский праздник 1 Мая. Бригадир—слесарь цеха № 7 тов. Коноплев работает по штампам, ежемесячно выполняет программу на 200—250 проц. и зарабатывает от 650 до 800 рублей. Бригада Коноплева по-большевистски выполняет все порученные ей работы, быстро исполняет аварийные заказы с тем, чтобы не задержать производство. Работает т. Коноплев и его бригада хорошо потому, что у людей есть умелый подход к делу, расчетливо расходуется время. Слесаря бригады тов. Коноплева перед работой организуют рабочее место, заблаговременно подготавливают инструмент. Также хорошие образцы работы показывает стахановец-фрезеровщик т. Казанкин. Он продуманно обрабатывает детали, хорошо зная их назначение. Тов. Казанкин говорит: — Прежде чем приступить к делу, я осматриваю станок, смазываю его, выкладываю на место инструмент, который необходим для требуемой работы.
Я изучил и знаю свой станок и при фрезеровании максимально использую его мощность, увеличиваю подачу стола в вертикальном и горизонтальном направлении, а отсюда увеличивается и снимаемая толщина стружки обрабатываемого изделия. Зная твердость материала, т. Казанкин в соответствии с этим подбирает фрезы повышенной или пониженной твердости. Он выполняет норму на 180—200 проц., зарабатывает от 400 до 600 рублей в месяц. Вместе со стахановской работой рождаются и новые, способные люди, множатся ряды рационализаторов и изобретателей. Например, молодой токарь т. Захаров (цех № 7) добросовестно выполняет порученную ему работу, изучает каждое движение станка. Честно относится к его состоянию и следит за его механизмами. Работая на изготовлении детали № 195, т. Захаров применил рационализаторскую мысль, благодаря чего добился рекордного показателя производительности труда. Он приспособил станок к работе по новому методу. Ранее он обрабатывал на станке по одной, две детали, теперь стал обрабатывать по пять одновременно. При старом методе работы каждую отрезанную заготовку длиной 32 миллиметра вставлял в кулачковый патрон, и просверлив одну штуку, ему приходилось вставлять и вынимать из патрона по одной детали. Теперь же он делает подрезку заготовки сразу на пять деталей, оставляя внутренний диаметр, равный сверлу. При помощи суппорта станка производит сверление сразу пяти деталей, что увеличивает производительность труда и сокращает затрату времени в три раза. Если при старом методе работы тов. Захаров делал 84 детали, то теперь делает 250—300. Техник-конструктор цеха № 7 грамзавода М. Кондратьев» («Призыв», 18 апреля 1938).
«Руководители граммофонного завода срывают борьбу с последствиями вредительства На отчетно-выборном собрании парторганизация грамзавода выступающими в прениях приводилось много конкретных фактов о том, что на заводе нет большевистской борьбы с последствиями вредительства, что на заводе имеет место антигосударственная практика. Это собрание было 19 апреля. 29 мая в газете «Призыв» была опубликована статья «На грамзаводе нет борьбы за ликвидацию последствий вредительства». В этот же день состоялось собрание парторганизации завода, на котором обсуждался доклад директора тов. Головлева о работе завода и опубликованная статья в «Призыве». Выступающие в прениях товарищи подтвердили правильность опубликованной статьи, но собрание закрылось, не приняв никакого решения. Получилось это потому, что комиссия, выделенная собранием для составления проекта резолюции, оказалась не единодушной в оценке состояния борьбы с последствиями вредительства. Тов. Головлев предложил комиссии составить другой проект резолюции, но так как его не сумели составить, то решили представить проект на утверждение очередного партсобрания. Этот возмутительный факт в практике партийной работы не получил на собрании политической оценки и явился следствием политической беспечности паткома и секретаря т. Савенкова. 2 июня на заводе состоялось собрание хозяйственного актива, на котором с докладом о работе завода выступил директор тов. Головлев. Тов. Головлев в своих выступлениях признает, что последствия вредительства ликвидируются медленно. Он же утверждает, что на заводе есть люди, радующиеся недостаткам, злорадствующие по поводу этих недостатков. Головлев заявил на собрании хозяйственного актива, что на заводе есть люди, есть группа людей, которые умышленно срывают работу. Почему директор завода т. Головлев неоднократно делает такие заявления и не называет конкретных имен, а также не принимает мер к выкорчевыванию вражеских элементов? Чем такая тактика вызвана у Головлева? Болтовня директора Головлева На собрании хозяйственного актива завода т. Головлев не вскрыл корни негодных методов руководства. Он признавал, что на заводе есть все возможности выполнять программу выше ста процентов, доказывал это тем, что завод выполнил программу за первый квартал и апрель. Сразу же за этим Головлев говорит, что майская программа завода позорно провалена — план выполнен только на 89,4 процента. Причины, объясняющие прорыв: «ослабла производственная дисциплина среди руководящего состава; у некоторых нет желания бороться за программу; не можем сказать, что делаем хороший советский патефон». Доклад директора т. Головлева на собрании хозяйственного актива был наполнен «критикой». Он здорово журил начальника автоматно-механического цеха Базанова, который, «угробил весь завод», но сознался в том, что вызвал его к себе только 27-28 мая, т. е. тогда, когда программа за май была сорвана. «Попало» от директора и начальнику планово-производственного отдела т. Шевелевичу, который «плохо работает, он ошибки не старается изживать». «Безобразно работает отдел снабжения» — отзыв директора об этом отделе и его начальнике Волкове. Говорил т. Головлев о том, что его подвел коммерческий директор т. Судомоев, заявлявший, что «программу мая не сорвем». Согласен Головлев со статьей в газете «Призыв» о Ковалевском (начальник технического отдела завода). Правильно, что на заводе зажата самокритика. «Между Тепловым (начальник сборочного цеха) и Шевелевичем черная кошка пробежала». И, наконец, вывод директора такой: — Статьи в газете «Призыв» о нашем заводе правильны. Я признаю, что с отдельными людьми слиберальничал. Мне надо было бы поправлять их. Я этого не сделал. Признаюсь, что у руководства растерянность. Нельзя этого допускать. Все это попытка увильнуть от прямого ответа. Физиономия оторвавшегося от масс руководителя, физиономия болтуна, не принимающего мер к ликвидации последствий вредительства, к выкорчевыванию врагов народа достаточно ясна. Что значит говорить о вражеских делах и не принимать мер? Это значит содействовать вражеским элементам. Глушители рабочей инициативы На собрании хозяйственного актива 2 июня выступил рабочий—стахановец т. Святченков. Он заявил: — С октября поступил в инструментальный отдел кладовщиком. Бывали такие дни: 15 рабочих сидят и делать им нечего. Начальник цеха Осипов, мастер Петрухин, мастер Московкин знают об этом, говорил им несколько раз, а меры ими не принимались. Попросился я перевести меня на станок. Перевели. А там пьяные в цех приходят. И об этом говорил Петрухину, Московкину, но они пьяных не замечают. Спросил как-то у них, есть ли актив? Есть, говорят, но не сколочен. Вот ты сколоти и будем работать совместно. Увидел я, что инструктор цеха Названов с одним рабочим в уборной вино выпивают. Сказал опять Петрухину, Московкину. Не помогло. Названов у одной работницы выпрашивал шесть рублей и обещал за это работу давать хорошую. Это же взятка! Тов. Святченков привел много фактов, когда делался умышленно брак деталей, о чем знали руководители цеха, завода, но мер не принимали. Выступление т. Святченкова показывает, какими методами глушились сигналы рабочих, как подавлялась рабочая инициатива, вскрывающая все негодное на заводе. Директор т. Головлев знает об этом и терпит. Директор знает, что в цехе № 3, где начальником Баранов, процветает пьянка, семейственность, выживание с работы «неугодных» в все это проходит безнаказанно. Табельщицей в этом цехе работала т. Шмелева. «Не угодила» она «начальству» цеха и ее уволили. Взяли в табельщицы т. Щавлеву. И эта, как «неугодная», тоже пьяной рукой цехового начальства была уволена. Знали об этом парторг цеха Лисицкий, знал и секретарь парткома тов. Савенков, знал и директор Головлев, но мер к пресечению возмутительных безобразий не приняли. Требуют не критиковать! На собрании актива выступил начальник технического отдела Ковалевский. О чем он говорил? Он заявил, что «коллектив технического отдела завода здоров. Ему нужна поддержка, а не цыкать на них». Иначе говоря — не критикуйте нас! После нескольких заметок в газете о работе отдела Ковалевский написал заявление директору завода, смысл его такой, что «работать на таком заводе, где каждый болтун может безнаказанно клеветать, не хочу и прошу уволить». «Болтуны» это — оценка Ковалевского людей, выступающих с критикой и самокритикой работы отдела. А надо сказать, что с технологическим процессом на поводе, с нормами выработки — запущенность, неразбериха. Начальник планово-производственного отдела Шевелевич сказал активу: — Мы не в состоянии загрузить предприятие полностью работой. Я не представляю, какую работу мы будем иметь в следующем месяце... Я не пророк, чтобы знать где прорыв. Вместо того, чтобы вскрыть последствия вредительства в планово-производственной работе, Шевелевич использовал трибуну актива для того, чтобы замазать грязные дела, демобилизовать актив. Руководители, оторвавшиеся от масс На собрании актива выступил секретарь парткома Савенков и председатель завкома Самойлов. Они вместо того, чтобы дать политическую оценку ходу собрания актива, поднять у актива бдительность, критику и самокритику, правильно оценить факты отсутствия борьбы на заводе с последствиями вредительства, говорили о чем угодно, только не об этом. Ни одного острого вопроса они не подняли. Выступление Савенкова было бесхребетным. Беспомощный нытик Самойлов заявил: — Нам физически не представляется возможным бывать в цехах. Мы не можем знать, что творится в цехах... На собрании хозяйственного актива выступил секретарь горкома ВКП(б) тов. Энодин. Он дал резкую оценку работе директора, секретаря парткома, председателя завкома, заявив, что руководство завода оторвалось от рабочих, не знает жизни завода и не борется с последствиями вредительства, а замазывает их. Тов. Энодин примерами подтвердил эту оценку и указал, что тт. Головлев, Савенков, Самойлов и на этом собрании не мобилизовали актив на борьбу с последствиями вредительства, не поставили политически правильно ни одного вопроса. Ясно, что и партийное, и профсоюзное руководство оторвалось от коммунистов, от рабочих. Не случайно, на партийном собрании 29 мая коммунисты резко ставили вопрос о том, что партком не ведет борьбы с последствиями вредительства. Товарищ Сталин в докладе на февральско-мартовском Пленуме ЦК ВКП(б) говорил: «Ни один вредитель не будет все время вредить, если он не хочет быть разоблаченным в самый короткий срок. Наоборот, настоящий вредитель должен время от времени показывать успехи в своей работе, ибо это — единственное средство сохраниться ему, как вредителю, втереться в доверие и продолжать свою вредительскую работу». Это указание товарища Сталина надо понять руководителям грамзавода и парторганизации, и от болтовни о людях, группах, вредящих работе, завода, перейти к большевистской борьбе с последствиями вредительства, к действительному выкорчевыванию врагов народа и их приспешников. Домрачев» («Призыв», 5 июня 1938).
«Массовка трех предприятий Яркие лучи солнца щедро заливали город и окрестности. Она пробивались сквозь густую зелень берез и световыми зайчиками разбегались на земле. Они звали на простор луговых полян, под сень кудрявых берез. Автобус, пятитонная и полуторатонная автомашины с утра подвозили рабочих «Автоприбора» к озеру «Глубокое». Длинной, пестрой лентой растянулись группы рабочих и работниц фабрики «Пионер» и грамзавода, также спешивших на массовку к «Глубокому». Более 2 тысяч человек собралось на гулянье. Массовка открылась митингом, посвященным выборам в Верховный Совет РСФСР. В своих выступлениях тт. Радзиевский, Найденов и др. призывали голосовать 26 июня за лучшую дочь нашей родины, непартийную большевичку — тов. Н.П. Егорову. Они призывали встретить этот величайший праздник народов новыми производственными победами. Митинг окончен. Живописные группы нарядно одетых рабочих и работниц расцветили обширную полянку. Быстро были организованы танцы, игры в волейбол, городки, стрельба в цель. На смену духовым оркестрам выступали гармошки. Танцующую молодежь сменяли пожилые рабочие, организуя пляску, хоровые песни и частушки. — Отдых хороший,— высказал свое впечатление рабочий цеха № 1 завода «Автоприбор» тов. Косарев.— Это первое гулянье на воздухе. Хорошо бы такие выходы на вольный воздух проводить и в дальнейшем. Руководители партийных, профсоюзных и комсомольских организаций завода «Автоприбор» не плохо организовали и обеспечили рабочим хороший и веселый отдых. Этого нельзя сказать в отношении грамзавода и фабрики «Пионер». Здесь вся подготовка и организация массовки ограничилась только тем, что были высланы на место гулянья буфеты и духовой оркестр. О затейниках и играх никто не подумал. Рабочие были предоставлены самим себе. Выручили автоприборовцы, так как все три коллектива слились в общую массу. Руководители парткомов, профсоюзных и комсомольских организаций грамзавода и фабрики «Пионер» не сочли нужным принять участие в массовке рабочих и работниц. Председатель завкома грамзавода тов. Самойлов приехал утром на несколько минут и укатил обратно. Директор завода тов. Головлев приехал после трех часов дня. Секретарь парткома тов. Савенков совсем не счел нужным поинтересоваться отдыхом рабочих завода, а командировал представителя от парткома тов. Воеводина» («Призыв», 10 июня 1938).
«Ликвидировать последствия вредительства в электрохозяйстве На граммофонном заводе несколько лет вела работы по электрооборудованию Ногинская контора «Стройэлектро» и вела скверно. Кроме того, к этому важнейшему участку предприятия приложили свои грязные руки враги народа — Гроднер, Koгaн и другие, находившиеся у руководства заводом. Вместо постоянно действующей капитальной электрической проводки умышленно делалась временная, чтобы затем ее снова переделывать и как можно больше затратить на это дело государственных средств. В результате этого вредительства в автоматно-механическом цехе станки целиком работают на временной электрической подводке. Прессовый, инструментальный, игольный, сборочный, отделочный, ремонтно-механический цеха частично работают на временной подводке. Также на временной подводке работают 13 вентиляторов и три подъемника. Теперь по всему заводу висят провода, но разобрать, которые из них под напряжением и, наоборот, без тока, — невозможно. Некоторые временные подводки поставлены без всяких технических оснований, они идут от основной магистрали сечением толще, чем сама магистраль. Опутывая завод времянками, вредители делали ставку на вынужденные простои цехов. Например, чтобы выключить на ремонт одну линию или один станок во втором цехе, приходится остановить несколько цехов. Из этого положения мастер энерго-цеха Чупахин и главный энергетик завода Воронин находят «выход» довольно опасным путем — посылают монтеров работать под напряжением, что подтвердил сам Воронин на производственном совещании. Работая на заводе несколько лет, Воронин как следует не контролировал работу монтажников, а лишь после фиксировал дефекты в приемочных актах. В приемочном акте от 10 марта в разделе по инструментальному цеху записано: «монтажные работы выполнены удовлетворительно, но имеют нижеперечисленные дефекты: 1) силовые щиты установлены с деревянными кожухами (это может вызвать пожар); 2) щит № 2 временный, подводка сделана плохо; 3) к осветительному щиту спуски в бергманских трубах сделаны небрежно, кожух негодный; 4) питание осветительного кабеля выполнено не по проекту. Так по каждому цеху. И эта работа признана «удовлетворительной». В конце же акта читаем: «Данные работы, выполненные монтажной конторой «Стройэлектро» на Влад. грамзаводе с вышеперечисленными дефектами, грамзавод принимает, а «Стройэлектро» сдает». А «вышеперечисленных дефектов» накопилось столько, что по призванию самого Воронина на их исправление требуется 48 тысяч рублей с лишним. На деле это цифра намного занижена. Завод деньги уплатил и сейчас предъявляет монтажной конторе иск на 48 тысяч рублей, а там его не признают, ссылаясь на то, что по прежним актам много работ пронималось с
положительной оценкой. Все это получилось по умышленным вредительским указаниям бывшего руководства завода, по вине работников «Стройэлектро», а также из-за безответственности главного энергетика завода Воронина. В результате на заводе несколько раз переделывалась вентиляция отделочного цеха и почти вся эта вентиляция была сосредоточена на чердаке завода на временной проводке, что с технической стороны запрещено. От этой вентиляции на заводе были случаи пожаров. Сейчас скороспешно вся вентиляция перебрасывается вниз. Переделывалась чердачная проводка подстанции и деревообделочного цеха, снята чердачная проводка к вентиляторам. На все это затрачиваются большие средства. Воронин вместе с Чупахиным создавали вокруг себя мирных сожителей, а честных работников с завода сживали, не помогали им в работе. Был изжит с завода, в частности, электротехник тов. Александров и другие. Вместо них подбирались люди, которые бы не критиковали безобразия, творившиеся в электрохозяйстве. Воронин имел любимчиков, создавал им всяческое условия. Например, дежурный монтер Пиллипенко считался у Воронина наилучшим работником, он ему дал восьмой разряд, тогда как лучше его монтеры получают меньше. Впоследствии Пиллипенко оказался вражеским элементом. И несмотря на это, Воронину все с рук сходит. Электротехник — Низамутдинов, электромонтер — Кудряков» («Призыв», 30 июня 1938).
«За непартийный поступок (пьянство) и неудовлетворительную постановку агитационно-массовой работы на прикрепленном агитационном участке № 30 бюро горкома ВКП(б) сняло с работы секретаря парткома грамзавода тов. Савенкова и объявило ему строгий выговор с предупреждением. Тов. Воеводину — члену парткома грамзавода—объявлен, решением бюро горкома ВКП(б), строгий выговор с предупреждением» («Призыв», 8 июля 1938).
«Грамзавод осваивает производство бытовых электросчетчиков Владимирский граммофонный завод приступил к освоению новой продукции — однофазного бытового счетчика. Сейчас идет комплектование рабочих кадров. На заводе с каждым днем растет группа занятых работой на сборке электросчетчиков. Из завезенных деталей собираются электроприборы. На этом процессе люди обучаются их сборке. Приехавшие специалисты с ленинградских заводов дают практические указания. Хорошо осваивают взаимное действие механизма счетчиков рядовые paбочие тт. Кудряков, Мельников и другие. Сейчас идет комплектование группы рабочих для посылки на учебу в Ленинград, которые после двух месяцев учебы должны встать на руководящие работы, инструкторами и мастерами. Подбираются на учебу лучшие производственники, стахановцы, партийные и комсомольские активисты граммофонного завода. Одновременно производится техническая разработка внутри заводского хозяйства. Заключаются договоры с другими заводами на требуемый инвентарь, необходимый для производства электроприборов. В настоящее время на заводе из полученных деталей с ленинградских заводов уже собрано 90 однофазных счетчиков. На третий квартал завод имеет задание, утвержденное главэнерго — собрать 5 тысяч счетчиков. В 1939 году намечается перевести завод полностью на изготовление электроприборов. Производственная мощность завода предполагается в 600 тысяч электроприборов в год. Заводом будет вырабатываться еще ряд разновидных электроприборов, как-то: однофазные бытовые электросчетчики, вольтметры, амперметры и другие. Завод в 1939 году должен работать на полной мощности. М. Кондратьев» («Призыв», 14 июля 1938). «Бюро горкома ВКП(б) заслушало доклад директора граммофонного завода т. Головлева о состоянии работы завода. Бюро горкома отметило, что руководители завода и, в частности, директор завода, член ВКП(б), тов. Головлев не сделали для себя выводов из решений февральско-мартовского Пленума ЦК ВКП(б) и указаний товарища Сталина о повышении революционной бдительности и ликвидации политической беспечности. В результате этого на заводе не развернута действенная борьба за ликвидацию последствий вредительства, на заводе не изжиты аварии, варварское отношение к оборудованию и нарушения трудовой дисциплины. На заводе еще не вскрыты и не выкорчеваны до конца вражеские элементы, которые, пользуясь политической беспечностью, срывают работу завода. Бюро горкома также отметило не партийное отношение т. Головлева и начальника планово-производственного отдела коммуниста тов. Шевелевича к самокритике, исходящей от коммунистов и газеты «Призыв», принимая самокритику за личное оскорбление. В отношении парткома и бывшего секретаря Савенкова бюро горкома отметило совершенно неудовлетворительное руководство производственной работой, отрыв партийно-политической работы от хозяйственных задач. Бюро горкома вынесло решение, обязывающее руководителей завода коренным образом изменить метод руководства с тем, чтобы обеспечить выполнение решений февральско-мартовского Пленума ЦК ВКП(б) и указаний товарища Сталина о беспощадном выкорчевывании всех вражеских элементов и быстрейшей ликвидации последствий вредительства. В частности, бюро горкома обязало тов. Головлева полностью выполнить предыдущее решение бюро горкома и решение отчетно-выборного партийного собрания, направленного на улучшение работы завода. Бюро горкома признало правильным выступление газеты «Призыв» по граммофонному заводу» («Призыв», 24 июля 1938). «На граммофонном заводе все еще нет большевистского порядка Граммофонный завод изо дня в день не выполняет производственной программы, увеличивая долг перед государством. Так, на 20 июля завод по выпуску иголок выполнил план к отработанному времени на 58,5 процента и по выпуску патефонов на 37,3 процента. Плохая работа завода во многом зависит от отдела снабжения, который очень часто не удовлетворяет завод нужным материалом. Однако на выправление работы отдела снабжения директор завода т. Головлев не уделяет должного внимания. Этот отдел превращен в проходной двор. С 1935 года в отделе снабжения сменилось уже 11 начальников и около 54 рядовых сотрудников. Частая смена работников, плохой подбор кадров привели к расстройству главного нерва завода снабжения. Отсюда полная неувязка со складами и базами по снабжению цехов как материалами, так и инструментами. Завод представил Наркомату сводку об имеющемся на 1 июля на заводе сукне для дисков. В сводке говорится об остатке 1690 метров сукна, в том числе 5,1 м. красного. Цифры эти далеко не точны. Красного сукна имеется не 6,1 метра, а 366,6 метра. Кроме того, лежит около 4000 лоскутов сукна, содранного с брачных дисков, тогда его можно очистить химическим способом в заводской лаборатории и использовать на оклейку годных дисков. На складе имеется около 4000 штук забракованных дисков, оклеенных сукном, которые можно было бы давно разобрать и пустить в дело. Завод за последнее время ощущает нужду в шурупах, между тем бывший начальник снабжения тов. Волков около 200 килограммов этих шурупов продал. Планово-производственный отдел планирует работу цехов безобразно. Отделочный цех должен с 3 июля подавать сборочному цеху винт иглодержателя, который для обработки поступает от автоматно-механического цеха. Однако автоматно-механический цех по плану должен выпускать этот винт только с 10 июля. По 18 деталям, которые должен выпускать отделочный цех с 1 июля, он до 12 июля ни одной из них не получил. По 22 деталям только началась подача с 11 июля. Некоторые детали подаются не в достаточном количестве. Например, трубок нужно 2800 шт., а поступало только 335. Вместо 2800 крышек мембраны по 13 июля поступило только 1337 штук. Руководство завода из месяца в месяц срывает прогрессивную оплату труда за перевыполнение программы.
За апрель прогрессивка отделочному цеху уплачена в конце июня, а за май не платят до сих пор. На заводе не в почете критика и самокритика. В развертывании самокритики могли бы оказать большую помощь стенгазеты, но они на заводе выходят от случая к случаю. Замерла и общезаводская газета «Грамиголка» (редактор Ганишев). Двор завода захламлен. На свалку попадает масса ценнейшего цветного и черного материала. Кислоты стоят в бутылях под палящими лучами солнца. Бутыли лопают и кислота вытекает. Сотрудники отдела снабжения не раз говорили коммерческому директору тов. Судомоеву об устройстве навесов, но он реальных мер к хранению государственного имущества пока не принимает. З. Пискур» («Призыв», 26 июля 1938).
«Беспечность На граммофонном заводе, как и на всех предприятиях, имеется филиал поликлиники — медпункт, но за последнее время он не справляется с возложенными на него задачами. Все чаще и чаще слышны жалобы рабочих на то, что одному отказались сделать перевязку, ссылаясь на отсутствие бинта, другому — не сделали укол, предписанный врачом и т. п. Чем объяснить такое положение? Почему медпункт свою деятельность свел на-нет? Мы объясняем это вот чем. До мая на медпункте работала старшей сестрой тов. Куликова—человек, который любит свое дело, болеет душой за состояние медобслуживания рабочих на производстве. У медпункта была тесная связь с санитарными постами в цехах. Медпункт руководил санпостами, проверял их и давал указания. Кроме того, тов. Куликова была прекрасная общественница. Она несла санитарную культуру в массы, одна, без посторонней помощи, подготовила на нашем заводе значкистов ГСО первой ступени 55 человек. Но вот, из-за плохих взаимоотношений с заведующим поликлиникой врачом тов. Гольдат, Куликова вынуждена была подать заявление об увольнении. С уходом Куликовой на медпункте остались люди, не интересующиеся своим делом, люди, относящиеся к вопросу обслуживания рабочих по-казенному, не так, как требует долг медицинского работника. Не говоря уж об общественных, они не выполняют своих прямых обязанностей. Санпосты в цехах снабжаются за счет хозяйственников, через медпункт. Для этих целей им было выдано марли-лоскута 40 метров, а работники медпункта пустили марлю на перевязки у себя в медпункте. Цеховые санпосты остались без перевязочных материалов, тогда как медпункт должен снабжаться за счет поликлиники. Сплошь и рядом бывают случаи, когда рабочие вечерней или ночной смены обращаются в медпункт за помощью, а он оказывается закрытым. 6 июля дежурная медсестра Павлова в три часа закрыла медпункт и ушла домой. На вопрос начальника санитарного поста т. Кукановой, она ответила: «Бинтов нет, нам делать нечего»... В тот же день в игольном цехе произошел несчастный случай (травма). В аптечке санпоста ничего не оказалось для первой помощи. В поликлинике был выходной день и пришлось обращаться за помощью в медпункт фабрики «Пионер». Вместо руководства и практической помощи, общественные санпосты в цехах слышат от медпункта реплики: «Не ваше дело», «Не указывайте», «Обойдемся без вас» и т. д. Начальник санитарной дружины граммофонного завода Федорова, Политрук военно-санитарной дружины Царькова» («Призыв», 3 августа 1938).
«Цех ширпотреба — беспризорный На граммофонном заводе есть цех ширпотреба, который из древесных отходов делает этажерки, детские столики, стулья, шахматные доски, а из брачных ящиков патефона — чемоданы, футляры для граммофонных пластинок и т. д. Из металлических отходов делаются люстры, воронки, бидоны. Для производства товаров широкого потребления на заводе имеются большие возможности. Но беда в том, что дирекция завода (т. Головлев) на цех ширпотреба не обращает должного внимания. В цехе, как объяснил начальник т. Мельников, нет плана, люди работают, не имея норм. Помещение мастерской ширпотреба тесное, вентиляции нет. Здесь вообще не видно заботы о живом человеке. На заводе целые горы отходов. Опытный конструктор мог бы многое придумать, как лучше использовать их, но к сожалению, такого человека в цехе нет. Директору завода т. Головлеву и главному инженеру т. Кудрявцеву давно пора подумать о создании цеху ширпотреба нормальных условий в работе. 3. Пискур» («Призыв», 20 августа 1938).
«ПОЧЕМУ МАЛО ПАТЕФОНОВ И ИГОЛОК? Перед нами большая пачка писем из разных концов СССР, поступающих ежедневно в адрес крупнейшего в стране Владимирского граммофонного завода. Пишут рабочие, колхозники, военнослужащие, специалисты. Все они просят директора завода выслать им... немного иголок для патефона, так как в магазинах они продаются редко (обычно иголки продают только вместе с патефоном). Все эти письма даже не читаются директором завода. Он поручил отвечать на них начальнику отдела сбыта Савенкову, а тот рассылает трафаретные ответы: «Иголок выслать не сможем». Кстати, в самом городе Владимире ни в одном из магазинов мы не нашли в продаже ни иголок, ни патефонов. В 1937 году завод недодал стране более 20 тысяч патефонов и 774 миллиона иголок. В начале нынешнего года Владимирскому заводу дали задание выпустить 150 тысяч патефонов и полтора миллиарда иголок, но вскоре дирекция завода вместе с Главширпотребом Наркоммаша СССР снизили план производства патефонов со 150 тысяч до 70 тысяч. Может быть, завод был не в силах выполнить большее задание? Нет, он обеспечен всем необходимым для того, чтобы давать стране больше продукции. И все же Владимирский завод плохо справляется даже со своим маленьким планом: за 8 месяцев 1938 года недодано более 140 миллионов иголок, план производства патефонов не выполняется. В цехах завода—беспорядок и бесхозяйственность; производственные процесс не организован; колоссален брак (по ориентировочным подсчетам, завод в 1937—1938 году потерпел убыток от брака более чем на один миллион рублей). Изношенные станки не ремонтируются. Долгое время не используются ценные 172 автомата и импортные прессы. В прессовом цехе простаивает половина оборудования. Завод обязан освоить производство хромированной иглы для патефонов. Выпуск таких игл во много раз удешевит производство и сэкономит большое количество металла (одна хромированная игла заменяет 20 обыкновенных). Завод изготовил 250 тысяч хромированных игл, но затем производство их остановили под разными предлогами. Никто не заботится о быстрой отправке на места готовой продукции. На складе завода скопилось на 400 тысяч рублей патефонов и игл, которые не отправляют из-за отсутствия тары. Пора Народному комиссариату машиностроения СССР навести на Владимирском граммофонном заводе большевистский порядок» («Призыв», 17 сентября 1938).
«Механизированная резка сукна На грамзаводе мало уделяется внимания изобретательству На граммофонном заводе резка сукна для дисков к патефонам производится вручную. Этот процесс не спор, трудоемок и нерационален. Два месяца тому назад работник завода тов. Сидоров разработал приспособление для механизированной резки сукна. По предварительным подсчетам при использовании приспособления тов. Сидорова завод получит около 40000 рублей экономии в год. Казалось бы, что за реализацию ценного предложения руководители завода должны взяться по настоящему, быстрее внедрить его в производство. Но так уж повелось, что на заводе мало уделяется внимания рационализации и изобретательству. По этой причине очень медленно внедряется и предложение тов. Сидорова. М. Кондратьев» («Призыв», 18 сентября 1938).
«Навести порядок в электрическом хозяйстве Все станки на грамзаводе работают при помощи электромоторов. Отсюда, электрическое хозяйство завода приобретает исключительное значение. Однако, на этом ответственнейшем участке до сих пор большие неполадки. Монтаж силовой и световой части завода не закончен. Не полностью смонтирована и силовая часть подстанции. На фидерах нет измерительных приборов, что не дает возможности вести учет энергии, а вследствие этого — срывается хозрасчет в цехах. Вместо 46 кабельных сетей, проложено только 15, а также не закончен монтаж заземления. Большой убыток приносит заводу несоответствие моторов по своей мощности станкам, отчего получается перерасход электроэнергии. Этого можно было бы избежать при наличии компенсирующей установки. Она может оправдать все расходы, но этим вопросом администрация завода серьезно не занималась до сих пор, предпочитая выплачивать штрафы. Крайне неудовлетворительно работает электроцех завода. Больным местом здесь является планово-предупредительный ремонт моторов, невыполнение которого ведет к разрушению моторного хозяйства. За 8 месяцев текущего года вынужденный ремонт был проведен 38 моторам и два мотора были сожжены. Плохо поставлен учет и хранение запасных приборов, масла, инструментов. В электроремонтном цехе долгое время процветала семейственность, были случаи, когда из цеха увольнялись ценные кадры рабочих, отсутствовала политико-массовая работа. Все это привело к безответственности в работе, развалу трудовой дисциплины. Недочеты в электрическом хозяйстве грамзавода необходимо срочно ликвидировать. Надо .укрепить электроцех партийно-комсомольскими кадрами. Незамутдинов» («Призыв», 26 сентября 1938).
В текущем году сдан в эксплуатацию жилой дом граммофонного завода.
«ХРОМИРОВАННАЯ ПАТЕФОННАЯ ИГЛА На граммофонном заводе открыт новый цех — хромированной патефонной иголки. За октябрь новый цех уже дал 2.760.000 таких иголок. Каждая хромированная иголка заменяет 20 простых» («Призыв», 4 ноября 1938).
«Освоение хромированной иглы В нашей стране до настоящего времени для игры на граммофонных пластинках широко используются иголки, изготовленные из специальной калиброванной проволоки. Обрабатываются эти иглы более двух дней, а срок годности их определяется игрой на одной пластинке. Не эффективность таких игл налицо. Наша родина, при наличии небывалого культурного роста и роста благосостояния трудящихся, потребовала от нас выпуска высококачественных граммофонных иголок. После длительного исследования удалось, наконец, найти способ, удлиняющий срок их годности. Этот способ называется хромированием. Освоение хромирования иголок Главширпотреб на основании задания правительства поручил нашему граммофонному заводу. Для этой цели, получив задание от главного управления, грамзавод организовал курсы из комсомольцев и несоюзной молодежи. Курсы прошли успешно. Несмотря на ряд трудностей в строительстве цеха, все они были преодолены и к всенародному празднику — XXI годовщине Великой Октябрьской социалистической революции цех дал 3,6 миллиона хромированных иголок. Хромированная игла в сравнении с простой имеет исключительную твердость и одна игла проигрывает 20 сторон пластинок. Кроме этого значительно сокращается расходование металла и представляется большое удобство потребителю, имея ввиду, что ему не требуется менять иголку после каждого проигрывания. Это ценный вклад в культурное развитие нашей страны. В цехе растут кадры. На ответственную руководящую работу — начальниками смен выдвинуты комсомольцы Нестеров, Сибирякова и Рубежов, контрольным мастером — комсомолка Новикова. С этими кадрами цех успешно справится с возложенными задачами. Цеху дано задание в четвертом квартале выпустить 10 млн. хромированных иголок. Обсуждая обращение коллектива Родниковского комбината «Большевик» и машиностроительного завода № 10 им. рабочего Г.К. Королева о продлении предоктябрьского социалистического соревнования, коллектив обязался выпустить 15 млн. Это обязательство цех выполнит с честью. В 1939 году коллективу цеха хромирования предстоит освоить и выпустить 200 миллионов иголок, увеличить годность иглы до 30—40 пластинок, полностью автоматизировать все процессы производства. Эти задачи при помощи центральной лаборатории Главширпотреба коллектив цеха также безусловно выполнит. Начальник цеха хромирования, инженер-электрохимик Нагаев» («Призыв», 24 ноября 1938).
«На граммофонном заводе некоторые рабочие живут в бараках, но в чем они нуждаются—зам. директора т. Судомоев и заведующий хозяйственной частью т. Поликарпов не интересуются. Мы не всегда имеем дрова для отопления и готовки пищи. На выходной день дрова к общежитию совсем не возят. Рабочие остаются без чая и без горячей пищи. Мы неоднократно ходили к тт. Судомоеву и Поликарпову, ходили в завком, просили наладить доставку дров, но на наши просьбы не обращают внимания. Мухин, Новожилов Когда будут устроены ванные комнаты? В сентябре 1937 года грамзавод сдал в эксплуатацию 64-квартирный дом по Бульварной улице. В каждой квартире имеются помещения для ванн, но они пустуют. Это потому, что завод до сих пор не удосужится приобрести раковины и устроить печи. Косенков» («Призыв», 27 ноября 1938).
«Несколько лет назад возле кинотеатра «Художественный» была начата постройка нового большого дома. Строительство затем было законсервировано. Сейчас достройку дома взял на себя граммофонный завод. Работы уже начались. Горсовет обязал завод к 1 января подвести здание под крышу, а к 1 мая — полностью закончить строительство» («Призыв», 11 декабря 1938).
«Почему молчит директор? Я купил патефон Владимирского завода, но он оказался недоброкачественным. Мембрана издает глухой, дребезжащий звук. Неудовлетворенный покупкой, я послал три письма на имя директора завода, послал паспорт патефона. С тех пор прошло три месяца, но ответа я не получил. Странно, почему отмалчивается директор? А.А. Сундуков. г. Рыбинск» («Призыв», 15 декабря 1938). «Новая продукция цеха ширпотреба Цех ширпотреба граммофонного завода начал массовое изготовление двух видов новой продукции — этажерок и детских чемоданов. Первая пробная партия этажерок сдана горторгу и поступила в продажу. Ha-днях будет готова первая партия детских чемоданов. В цехе идет также освоение станка по изготовлению мелких гвоздей из отходов проволоки» («Призыв», 16 декабря 1938).
«Ha 271 тысячу рублей предметов ширпотреба сверх плана На граммофонном заводе вырабатываются предметы ширпотреба в специальном и деревообделочном цехах. Из отходов фанеры и дермантина здесь делают футляры для граммофонных пластинок, чемоданы. Из отходов также производятся поделка этажерок и других предметов. Отходы из металла используются на поделку керосиновых бидонов. Кроме того, в цехе ширпотреба из отходов игольной проволоки освоен выпуск обойных гвоздей. Всего на 25 декабря два цеха выработали предметов ширпотреба на 696,1 тыс. рублей — на 271,1 тыс. рублей сверх годового плана» («Призыв», 28 декабря 1938).
