Церковь Тихвинской иконы Пресвятой Богородицы с. Суходол, Суздальского района
Церковь Тихвинской иконы Пресвятой Богородицы
Местная Религиозная Организация Православный Приход Храма Тихвинской Иконы Божией Матери села Суходол Суздальского района Владимирской области Владимирской Епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат) действует с 25 октября 1999 года.
Настоятель и председатель приходского совета — Уткин Дмитрий Вячеславович, Чернецкий Михаил Андреевич (с 12 сентября 2024 г.).
В патриарших окладных книгах XVII в. (1670 г.) значится церковь святого апостола Андрея Первозванного «в вотчине Андрея Акинфова». Церковь была деревянная. Каменная церковь Тихвинской иконы Божией Матери построена в 1704 г. в стиле петровского барокко на средства окольничего Никиты Ивановича Акинфова. В 1825 г. надстроена трапезная и устроено еще 2 придела (в честь Иоанна Предтечи и Николая Чудотворца). В 1825 г. церковь имела четыре престола: в холодной в честь Тихвинской иконы Пресвятой Богородицы, в приделах теплых на южной стороне в память Усекновения головы св. Ионна Предтечи, на северной во имя св. Апостола Андрея Первозванного; четвертый придел устроен во втором этаже над трапезной - во имя св. Николая Чудотворца. Под церковной трапезной погребено несколько лиц из бывших помещиков этого села. Над местом погребения вышеупомянутого Языкова медная доска, на коей между прочим написаны следующие стихи: "Сей муж усердный к церкви был, Он не щадил себя и сил. Примерный гражданин и воин, Конечно всех похвал достоин"... О внутреннем убранстве, очень богатом когда-то, мы можем судить только по описанию, дошедшему до наших дней. В нем упоминаются древние иконы, в том числе чудотворная Тихвинская икона Божьей Матери (праздник 26 июня), в ризу которой был вделан крест со святыми мощами. Из ценных вещей были Евангелие 1653 г. и напрестольный «среброназлащенцый крест» 1767 г. В церкви были погребения помещиков села, жертвенники в окнах. Из всего убранства в церкви к моменту ее ремонта остались лишь надписи над жертвенниками в окнах и око всевышнего под куполом.
Отдельно от церкви в 1840 г. на средства помещицы генеральши Барановой была построена каменная колокольня. Причта по штату положено священник и псаломщик. Содержание причт получал от земли 260 руб., от служб и требоисправлений до 135 руб., процентов с капитала (1227 р. 50 к.) завещанного в разное время в пользу причта, 58 р.,- всего 563 руб. Кроме сего местным помещиком ежегодно выдавалось на отопление священнику 55 р. псаломщику 25 р. Для священника выстроен церковный деревянный дом; псаломщик же жил в своем доме. [1] Приход составляло одно село Суходол, в коем 508 душ обоего пола (234 д. муж. и 274 жен.), из них в 1887 г. было раскольников поморской секты 3 д. мужеского и 12 душ женского пола. [1]
15-го июня 1912-го года в селе Суходоле, совершено ужасное злодейство: убит среди белого дня, в местном храме, двумя злоумышленниками священник села Суходола, о. Иоанн Симеонович Федоровский. В храме села Суходола находится старинная, по всей округе чтимая Тихвинская икона Божией Матери и Животворящий Крест с частицами мощей св. угодников Божиих. Это привлекает окрестных жителей к поклонению святыне; приходили болящие, привозили страждущих различными недугами, чающих получить исцеления от святынь, находящихся в храме. о. Иоанн служил водосвятные молебны пред святой иконой, окроплял болящих святой водой от погружаемого Животворящего Креста Господня и, по вере болящих, совершались исцеления. 15-го июня о. Иоанн был дома с своим взрослым сыном, а матушка с дочерьми ушли в Боголюбово. Около полудня приходят к нему на дом двое неизвестных людей, — один из них средних лет (по словам сына убитого о. Иоанна — около 25 — 27 лет), а другой — молодой, лет 17-ти, с едва пробивающимися черными усиками. Старший притворился недужным и просил о. Иоанна совершить моление пред св. иконой в храме. Сыну убитого о. Иоанна оба незнакомца показались подозрительными, и он предостерегал отца, но последний, не обратив внимания на сыновнее предостережение, отправился с незнакомцами в церковь. Время — 15-го июня — горячее, рабочее; крестьяне все были заняты возкой навоза; около храма никого не было. Хотя в самом храме производится ремонт — окраска внутренних стен и окон, но рабочие в это время ушли обедать, так что в храме тоже никого не было. С уверенностью можно предполагать, что в храме произошло следующее. С.Ф. обыкновенно совершал моление перед Животворящим Крестом в северном приделе теплого храма, где уже всегда стоял столик для молебствия и на особом аналое лежал крест и евангелие. Вошедши в храм, он положил шляпу на окно, и тут-же к нему, не дав облачиться, приступили злодеи с требованием отдать им деньги. С.Ф., несмотря на преклонность возраста — ему 67 лет, — обладал твердым духом и довольно большой физической силой; нужно думать, что он не исполнил требования их, а начал звать на помощь и обороняться. Крик его о помощи слышал сын, оставшийся дома, но не придал ему особенного значения, а потому не поспешил на помощь отцу. Тогда злодеи выстрелили в оборонявшегося о. Иоанна из револьвера на близком расстоянии, так что выстрелом опалило ему волосы на голове, но промахнулись; пуля, только оцарапав ему висок, ударилась в откос окна, выбила в нем ямку, потом рикошетом отскочила в окно, вышибла два стекла (в зимней и летней раме) и упала за окном, где ее и нашли 17-го июня. Несмотря на выстрел, о. Иоанн продолжал обороняться, и тогда злодеи нанесли ему несколько ран кинжалом; одна из них, в полость груди, безусловно смертельная, — кинжал пронзил легкое, печень и селезенку и вошел в тело более, чем на 4 дюйма; кроме того, злодей его там повернул. Другим ударом злодеи распороли живот, так что вышли наружу внутренности. Видя же, что жертва все еще обороняется, или, может быть, слыша, что на выстрел стал сбегаться народ, злодеи побежали из церкви, оставив там израненного о. Иоанна. Что о. Иоанн оборонялся до потери последних сил, видно из того, что руки его оказались израненными, — очевидно, он ими хватался за кинжал, и в пальцах его оказался зажатым чужой русый волос. После того, как злодеи убежали, о. Иоанн, собрав остаток последних сил и зажав руками рану, пошел из церкви; но пошел не к дому, а по направлению колокольни, отстоящей от церкви в десятке шагов, намереваясь, очевидно, ударить в набат за веревку сторожевого колокола; но, не дойдя до нее, обессилел и упал. Здесь к нему прибежал сын, поднял его и повел под руку домой, при чем о. Иоанн три раза слабеющим голосом проговорил: „убили меня... убили меня... убили меня"... Потеря крови в храме была небольшая, — оказались только две — три капли с пятикопеечную монету, но, начиная с паперти до веревки колокола, был сплошной кровавый след. Сын привел раненого домой, уложил его в постель и немедленно послал в город за врачом и полицией, а в село Красное — за священником. Но ни священник, ни доктор в живых о. Иоанна не застали, так как раненый через 20 — 30 минут испустил последний вздох. В тоже время на звуки набата стал к церкви сбегаться народ со всего села и преимущественно женщины, так как мужчины в большинстве находятся в отхожих промыслах. Злодеи же, по выходе из храма, пошли через овраг на другую сторону села, по направлению к селу Сеславскому; попадавшимся им навстречу говорили, что горит село Сеславское, и тем сбивали всех с толку. Когда же собравшийся на набатный звон народ одумался и бросился за ними, то они уже были далеко, так что пешие догнать их не могли; один из крестьян верхом на лошади погнался за ними, но, когда он стал настигать их, они вынули револьвер и стали стрелять, и он, опасаясь за свою жизнь, принужден был оставить их в покое. Когда прибыла полиция, после убийства прошло около пяти часов, свежий след уже был затерян. Злодеи, проливши кровь священнослужителя пред святым алтарем Господним, ничего не успели взять и ничем не воспользовались; деньги, бывшие в храме, все оказались на лицо, а равно не тронуто ничего из храмовых вещей. Погребение убиенного о. Иоанна последовало 18-го июня. Отдать последний долг своему собрату — мученику — собрались многие соседние иереи. В 10-ть часов утра в сей день останки почившего, при колокольном звоне, при стечении большой толпы прихожан, были священнослужителями вынесены из дома и, в преднесении хоругвей и св. икон, внесены во храм, обагренный его кровию. По распоряжению Его Высокопреосвященства накануне храм был вымыт и совершено было в нем малое освящение. Заупокойную литургию совершали пять иереев при двух диаконах; вместо причастного стиха депутатом округа, священником села Овчухов, было сказано поучение на текст из послания св. апостола Павла (к Еф. 5 глава, 15 — 16): «Блюдите, како опасно ходите, не якоже немудри, но якоже премудры, искупующе время, яко дние лукавы суть». Перед отпеванием сказал поучение сосед почившего, священник села Красного, о. Сергий Богословский. Умилительный чин отпевания совершил местный благочинный, священник села Спасского, о. Петр Лавров, в сослужении восьми иереев, собравшихся отдать последний долг почившему. Гроб с останками почившего, по окончании последнего целования, на раменах иереев был обнесен кругом храма и, при вопле и стенании близких и прихожан, был опущен в могилу на южной стороне храма, близ алтаря, в котором перед престолом Божиим почивший приносил безкровную жертву и ступени которого рука злодеев обагрила его кровию. Убиенный иерей — Иоанн Симеонович Федоровский — имел от роду 67 лет; родился в селе Снятинове, Александровского уезда, в котором родитель его исполнял должность псаломщика. Обучался во Владимирской духовной семинарии, где и окончил в 1868-м году полный курс наук. С 1868 года по 1871-й год проходил должность псаломщика и учителя земского училища в селе Давыдове, а с 1871-го года по 1873-й год занимал те же должности в селе Боголюбове. Высокопреосвященным Антонием, Архиепископом Владимирским и Суздальским, определен 4-го марта 1873-го года священником в село Туртино, Суздальского уезда, где священствовал по 1895-й год. Здесь он оставил по себе очень хорошую память. Пишущий эти строки лично слышал от крестьянина села Туртина следующий об нем отзыв: «Дай, Боже, ему (о. Иоанну) Царство Небесное! Хороший был батюшка! Когда у нас был, почти все требы исполнял в долг, так что до полторы тысячи осталось за селом долга, когда он от нас уходил». В селе Суходоле священствовал с 1895-го года по конец своей жизни. По кончине его осталась неутешной вдовой его матушка, Анна Николаевна, проведшая с о. Иоанном в постоянном труде и глубоком согласии почти сорок лет семейной жизни, и четверо детей: сын, окончивший курс наук во Владимирской духовной семинарии, продолжает дальнейшее образование в одном из высших учебных заведений, и три дочери, из которых две окончили курс в Епархиальном женском училище, а третья — самая младшая — еще продолжает образование. Свящ. Гр. Архангельский (В. Е. В. № 31-й. 1912 г.). Заштатный псаломщик Иоанн Виноградов, 19 октября 1913 года, определен на псаломническую вакансию к церкви села Суходола. Вокруг церкви стояла ограда из деревянных брусьев на кирпичном фундаменте. Вдоль ограды росли сирень и акация. Внутри ее находилось кладбище, где хоронили почетных и знатных людей села. Массивные мраморные памятники, ажурные ограды и даже склепы можно было здесь увидеть. Первоначально церковь называлась Казанской. Но однажды в поле нашли икону Богоматери Тихвинской. Хотя ее достали из-под снега, она была совершенно неиспорченной. От места находки иконы до церкви прошел крестный ход, икону посчитали богоявленной и церковь переосвятили из Казанской в Тихвинскую. Церковь села не закрывалась. Она прекратила свою деятельность по свидетельствам старожилов села из-за отсутствия прихожан: в 1937-1938 гг. в церковь приходило 2-3 человека. Сначала сослали священника Морева с семьей. Последний священнослужитель о. Федор оставался в селе, но ездил во Владимир, где работал сторожем. Церковные ценности были вывезены, остальное растащено. С колокольни сняли все 12 колоколов, вывезли металлическую утварь, второй этаж трапезной порушили, кирпич использовали на столбы животноводческой фермы колхоза "Пионер". В 50-е гг. разрушили колокольню, кирпич использовали для строительства фермы. Помещение церкви использовали под зерносклад, электрическую мельницу; в 70-х гг. Владимирские базы торга хранили в ней стиральный порошок.
Церковь Тихвинской иконы Божией Матери. 1962 год
Статус памятника суходольская церковь получила в мае 1967 г. К Олимпиаде 1980 г. стоящая на туристском маршруте церковь Тихвинской иконы Божией Матери в с. Суходол была отремонтирована, оклады вывезены. В феврале 1996 г. категория государственной охраны была повышена с местной до федеральной.
Церковь Тихвинской иконы Божией Матери
В 1998 г. началось восстановление церкви на пожертвования прихожан. Печальное зрелище она представляла собой и внутри, и снаружи: голые, исписанные непотребными словами стены, выломанные окна и двери, груды мусора и обвалившаяся крыша. Жители села создали церковную общину. В нее вошли люди, которые остались верны своим религиозным взглядам. Старостой выбрали Н.И. Кузину, уважаемую на селе женщину. Сначала добровольцы вывезли грязь и мусор, отмыли стены, принесли свою кое-какую утварь (столы, иконки, покрывала) и в апреле 1999 г. на Пасху возобновились церковные службы, можно сказать, произошло второе рождение церкви.
Колодец при церкви Звонница церкви Тихвинской иконы Божией Матери
За прошедшие годы церковь преобразилась и приобрела свое былое величие. Белоснежные стены, голубой купол и сверкающий золотом крест радуют взоры жителей села. Слова благодарности произносят отцу Александру, который начал восстановление, отцу Владимиру, который занимается этим, суходольским мастерам Ю. Шершову, Н. Шканову, В. Шиленкову и другим, мужчинам и женщинам, кто не пожалел времени, сил и денег на это благое дело. Благодарны сельчане и всем, кто помогал и помогает средствами: уроженцу села А.В. Щавлеву, администрации района и АО «17 МЮД» (Ф.Н. Рянину) и другим спонсорам. 9 июля 2003 г. в церкви была проведена праздничная служба в честь Тихвинской богоматери (престольный праздник в селе). Вел службу архиепископ Владимирский и Суздальский Евлогий. Все было очень торжественно, красиво. Архиепископ поблагодарил церковную общину села, прихожан за то, что они возродили церковь, и выразил надежду на духовное возрождение нашего общества. Отец Владимир, суходольский священник, рассказал об истории церкви и поздравил прихожан с 300-летием храма. Службу посетили люди, которые помогали: А.В. Щавлев, зам. главы администрации Садового сельского округа, О.А. Казаковцева и другие. Храм был освящен. В заключение архиепископ Евлогий побеседовал с жителями села, а отец Владимир подарил икону Андрея Первозванного со святыми мощами и веткой оливы с горы Афон. Автор текста: Т. Иванова, староста с. Суходол.
Источник: 1. Добронравов, Василий Гаврилович (1861-1919). Историко-статистическое описание церквей и приходов Владимирской епархии: [Вып. 3]. Суздальский и Юрьевский уезды / Сост. препод. Владимирск. семинарии В. Березин]. - 1896. - 526, VIII с.
Храмы и часовни Суздальского района История Суздаля и Суздальского района.
