Главная
Регистрация
Вход
Пятница
05.03.2021
04:34
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Меню

Категории раздела
Святые [139]
Русь [11]
Метаистория [7]
Владимир [1345]
Суздаль [415]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [433]
Музеи Владимирской области [60]
Монастыри [7]
Судогда [10]
Собинка [115]
Юрьев [227]
Судогда [105]
Москва [42]
Покров [148]
Гусь [159]
Вязники [287]
Камешково [101]
Ковров [387]
Гороховец [123]
Александров [253]
Переславль [112]
Кольчугино [76]
История [39]
Киржач [86]
Шуя [107]
Религия [5]
Иваново [59]
Селиваново [40]
Гаврилов Пасад [9]
Меленки [105]
Писатели и поэты [102]
Промышленность [90]
Учебные заведения [123]
Владимирская губерния [37]
Революция 1917 [50]
Новгород [4]
Лимурия [1]
Сельское хозяйство [75]
Медицина [51]
Муромские поэты [5]
художники [29]
Лесное хозяйство [16]
священники [6]
архитекторы [6]
краеведение [42]
Отечественная война [244]
архив [6]
обряды [15]
История Земли [4]
Тюрьма [26]
Жертвы политических репрессий [16]

Статистика

Онлайн всего: 5
Гостей: 5
Пользователей: 0

Яндекс.Метрика ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Владимир

Храм иконы Пресвятой Богородицы «Всех Скорбящих Радость» в СИЗО-1 города Владимира

Храм иконы Пресвятой Богородицы «Всех Скорбящих Радость» в СИЗО-1 города Владимира

Скорбященская церковь во Владимирском тюремном замке

В 1825 г. выстроено здание для Владимирской тюрьмы (тюремный замок).
Мысль основания церкви при тюремном замке города Владимира принадлежит Государю Императору Российскому Александру I. «Мысль прекрасна и вполне достойна монарха. Если бы не было храма в тюрьмах и острогах, где бы мог найти отраду и утешение несчастный узник», — пишет отец Василий Преображенский, который и писал летопись тюремной церкви до 1881 года. Интересен тот факт, что в остроги и тюрьмы Епархия назначала лучших священников.
Церковь в честь иконы Божией Матери «всех скорбящих радости» устроена в 1826 г. на средства городских доходов и на средства казны острога. Освящена в 1826 г. Высокопреосвященным Архиепископом Парфением Владимирским и Суздальским и Кавалером во имя Божьей Матери Всех Скорбящих Радость.
Престол в ней был один в честь иконы Божией Матери «всех скорбящих радости».
Церковь расположена на двух этажах. Имеет иконостас столярной работы с вызолоченной резьбой и Капитолий. Две каменные колонны темно-бирюзового цвета покрытые лаком. Иконы живописной работы: Божьей Матери Всех Скорбящих Радость, на южных дверях Архангел Гавриил, на северных — Архангел Михаил, над царскими вратами образ Тайной Вечери. Пять высеребренных лампад на медных цепях. В святом алтаре престол и жертвенник, связанные из сосновых брусьев. Две голландские печи из красного изразца с двумя медными душниками. Галерея. была предназначена для служения божественной литургии заключенными, середина церкви — для надзирателей и чиновников, а также арестантов за долги и несовершеннолетних. На втором этаже располагались хоры. На крыше был купол.
С 1840 г. при церкви существует причт, состоящий из священника и псаломщика. С 1841 г. при этой церкви существовал особый причт, состоящий из священника и причетника, которые домов и земли не имели.
В церкви арестанты крестились и причащались Святых Тайн, отпевали умерших.
Весь период времени существования церкви арестанты из раскольников, лютеран и католиков, евреев и даже магометан обращаются в православие. «Подобное явление можно приписать только благодейственному влиянию на жизнь и нравственность содержащихся в замке, богослужению церковному. Как бы низко ни пал христианин, но в душе у него всегда остается искра любви к Спасителю и его Святой Церкви. Видны искренние раскаяния загрубевших душ арестантов».
1. Священник Иоанн Благовещенский.
2. Был определен из священников Владимирской семинарии — Лев Андреевич Орлов. По некоторым данным можно судить, что он с особой ревностью занимался проповедью слова божьего. До 1844 г. священник получал единовременное пособие 150 рублей годовых. В 1848 г. Орлов был переведен в Успенский кафедральный собор.

Департамент полиции в 1847 году устанавливает новый порядок исполнения уголовных приговоров на эшафоте при участии священнослужителей, поэтому Святейший Правительствующий Синод признал нужным поставить следующие правила:
1. Священник должен сопровождать осужденного в приличном экипаже, доставленном ему от полицейского начальства, следуя, однако, к месту наказания не позади позорных дрог, в которых сидит палач-кат. О таком постановлении Священного Правительствующего Синода считаю нужным уведомить Господ Начальников Губерний для сведения и надлежащего внимания, в чем следовать будет священник на казнь и не составлять части кортежа преступника, а потому надлежит прибытие его на место казни или перед, или после сего, но без излишнего промедления.
2. Священник должен иметь с собой в это время епитрахиль и крест, для употребления их тогда, когда будет произноситься к осужденному последнее увещевание прежде нежели он возведен будет на лобное место. Если же священник признает необходимым предавать преступника еще однажды увещанию даже на плахе, то исполняет это уже без епитрахили и креста.
3. Важнейшая обязанность священника должна быть предварительное действие его на ум и сердце осужденного, расположением его к чистосердечному раскаянию в содеянном преступлении. Священник за несколько дней до приговора должен начать свои действия, посещая арестанта как можно чаще в камере, вселяя в него страх Божий, научая к примирению и спасению души через глубокое раскаяние и решимость поступать впредь по заповедям Божьим. Смотря по плодам раскаяния, священник может принять от осужденного исповедь и сподобить его причастия Святых Тайн.
4. В случае, когда исполнение приговора должно быть произведено на месте преступления в уезде, священник того города, где содержался преступник, обязуется делать ему только предварительные увещания, имея, впрочем, право, смотря по нравственному расположению преступника, исповедать и причастить. Последнее к нему увещание перед самим наказанием должен произвести приходской священник, где приговор исполняется.
Данное циркулярное предписание слушалось об участии священников во время исполнения уголовных наказаний во Владимирском губернском правлении по указу его Императорского Величества Самодержца Всероссийского Николая I и подписали городская полиция и земские суды (Владимир, Покров, Александров, Шуя, Переславль, Юрьев, Ковров, Вязники, Гороховец, Муром, Меленки, Судогда). В деле даны поименные списки священнослужителей по уездным городам, принимавших участие в исполнении уголовных наказаний. Если арестант оставался жив после казни, его увозили в больницу при остроге, и священник вновь посещал страждущего.
29 июля 1847 г. Духовная Консистория слушала решение уголовного суда, в котором крестьянин Суздальского уезда Гордей Леонтьев и его крестьянская жинка Марфа Анисимова осуждены за убийство Арефа Андреева и приговорены к публичному наказанию в г. Владимире через профессионального палача 75 ударами плетьми каждого. Исполнение предписано здешней городской полиции. Наказание исполнено по разрешению его Высокопреосвященства Парфения Архиепископа Владимирского и Суздальского.
3. Священником определен из студентов Владимирской семинарии — Василий Афанасьевич Кохомской. По окончании в 1842 г. аспирантского курса отец Василий до конца жизни в течение двадцати трех лет проходил службу в Духовно-учебном ведомстве и был по общему признанию опытным учителем и добрым, любящим детей воспитателем.
В 1865 г. причетника заменили дьяконом по ходатайству тюремного комитета.

Василий Афонасьевич Кохомский, священник Скорбященской, при Владимирском тюремном замке

В ночи на 1-е марта 1866 г. скончался во Владимире о. Василий Афонасьевич Кохомский, священник Скорбященской, что при Владимирском тюремном замке, Церкви и учитель Владимирского Духовного Училища. Не только родных и близко знакомых, но и всех граждан Владимирских поразила смерть о. Василия. Он был человек, которого не только всякий знал, но всякий любил и уважал.
По окончании в 1842 году семинарского курса с званием студента, о. Василий до конца жизни, в течение двадцати трех лет, проходил службу в духовно-учебном ведомстве и был, по общему признанию, опытным учителем и добрым, любящим детей воспитателем. Исправляя должность учителя, сряду по окончании курса, о. Василий в течение почти двадцати лет безмездно трудился в пользу духовно-учебного ведомства особенно, сначала в должности главного старшего Семинарии, а потом в должности помощника инспектора Училища, и на этой-то безмездной, почти двадцати летней службе, посещая разбросанные по всему городу квартиры учеников во всякую пору, он подорвал свое, некогда крепкое здоровье, от чего так преждевременно и сошел в могилу к величайшей скорби своего малолетнего, состоящего из четверых детей, семейства. О. Василий двух лет не дослужил до нрава на училищную пенсию, и горькая доля предстоит его осиротевшей супруге с малолетними детьми, если Начальство милостиво не оценит всегда усердную и полезную, а в должности помощника Инспектора безмездную, службу покойного.
С 1848 года о. Василий был священником при Тюремном Замке, на месте едва ли не труднейшем, чем в самом большом приходе. Но здесь-то и заслужил он полную любовь и уважение общества. Все знали, что на каждого преступника о. Василий смотрел прежде всего как на человека и христианина,— все знали, что он умел и всегда почти успевал дойти до души преступника, по-видимому, самой черствой и грубой.
Не любил о. Василий рисоваться перед обществом. В одной беседе с ним мы разговорились об устройстве в нынешнее время при острогах школ и проч., припоминали, что было писано об этом и пригласили его сообщить о своих занятиях с арестантами. «Куда мне толковать о своем деле, отвечал о. Василий,— у меня дело идет слишком скромно, чтобы печатать о нем». А между тем о. Василий не пропускал ни одного небольшого даже праздника, чтобы не служить для узников, — когда служил, всегда предлагал самые простые поучения и часто экспромтом, или перед литургией или после нее посещал все каморы острога и, кроме устного слова, не жалел для арестантов своих полезных книг. И его уважали и любили все арестанты, даже и поляки, которых в последнее время не мало перебывало в остроге и которые мало того, что не чуждались молиться за службой о. Василия, но и принимали его благословение. Во время сильной болезни покойного, арестанты заказывали молебны и обедни о здравии своего любимого отца Василия, и когда Господу угодно было возвать его к лучшей жизни, они горячо молились о упокоении души его и на свои последние копейки устроили богатый покров на гроб его,— а это лучший памятник доброму о. Василию.
Погребение о. Василия совершено в Сергиевской градской церкви при многочисленном стечении народа. Слово надгробное произнесено священником Пятницкой церкви о. Е.К. Колпским. Заключительными словами о. Колпского и мы закончим свое известие о кончине достойнейшего о. Василия: «Свое уважение к усопшему, говорил о. Е. Колпский, свою любовь выразим в теплых молитвах за него к Богу, и таким образом покажем, в каком тесном отношении находимся мы с сим прилежащим добре пресвитером и какую честь заслужил он от нас. Для одних из нас он был другом, для других братом, для иных отцом, пастырем, наставником. На поприще двадцатитрехлетней службы мы постоянно видели его добродушие, кротость, прямодушие, ласковое, бесхитростное обращение со всяким и ревность при образовании юных питомцев. Пусть же помнят сии последние истинно — отеческие наставления его, оправдают их жизнью своею и тем докажут, что уважают и любят своего наставника. Говорить ли о пастырском восемнадцатилетнем служении покойного Церкви? Но одно то, что он ни одного праздника в году не оставлял присутствовавших в храме без слова назидания, ни одной литургии не отправлял, не посетив наперед каждого узника в темнице, ясно показывает, как высока была деятельность его и на сем поприще. Нет здесь ближайших свидетелей его пастырской деятельности: одни из них в далеких пределах нашего отечества несут заслуженную ими кару закона, а другим крепкие затворы и узы не дозволяют доступа к гробу доброго пастыря, но их всеобщие усердные молебствия о здравии болевшего о. Василия и это надгробное пожертвование доказывают, как много горячих чувств к нему находится и в их, невидимому холодных сердцах. Пусть же сии узники еще более возгревают дух свой молитвами за усопшего пастыря своего к своему оправданию и спасению его молитвами на небе».
С—кий. («Владимирские Епархиальные Ведомости» Неофициальная часть № 6, 15 марта 1866 года).
4. Василий (ок. 1819-01.03.1866), окончил ВДС (1842), с 1843 г. - учитель, а с 1846 г. - помощник инспектора Владимирского духовного училища, священник Скорбященской церкви, что при Тюремном замке, г. Владимира (1848-1866).
5. Определен священником Скорбященской церкви кандидат Московской духовной академии Иоанн Семенович Любимов в 1866 г. Указом Святейшего Синода от 10 мая 1869 г. объявлено, что по ходатайству Епархиального Начальства, награжден скуфьей г. Владимира Скорбященской что при Тюремном замке, церкви священник Иоанн Любимов. На 1870 г. причт тюремной церкви получает жалование 480 рублей серебром, из них священник получает 300 рублей серебром, дьякон — 480 рублей серебром.
В 1867 г, была открыта библиотека тюремного замка при церкви. Владимирская Епархия выделила православную литературу для пополнения фонда. Купец Владимир Николаевич Галкин пожертвовал 10 рублей (по тому времени это большая сумма), купец Лосев — 5 рублей, губернская инспекция, арестанты дарили книги. В этом же году была объявлена всеобщая грамотность среди арестантов и надзирателей. Книги дарили постоянно. Евангелие, молитвослов, псалтирь, История земной жизни Иисуса Христа, Библия на польском языке, Слово против пьянства Тихона Задонского, Краткое объяснение Символа Веры, Поучение о молитве «Отче наш»... Вплоть до 1917 г. фонд библиотеки был только из православной литературы, светских книг вообще не было.
С 1867 г. дьякон в замке Иван Быстрицкий, позже Петр Лебедев.
При церкви 24 октября 1867 г. была открыта школа, где учитель-дьякон проводил занятия.
Во вторник 23 января 1868 года происходило освящение женской тюрьмы в наемном доме, неподалеку от тюремного замка. «Во Владимире в 1867 г. открыта в тюремном замке школа грамотности: не доставало только ремесленной мастерской, по недостатку помещения. С выводом женщин в особую тюрьму, устранился и этот недостаток. Местный попечительный о тюрьмах комитет нашел средства уделять каждогодно по 200 руб., на наем особого помещения для заключения женщин. Здесь с большими удобствами они уже и занимаются разными рукодельями и работами» (газета «Владимирские губернские ведомости»). По распоряжению вице-президента комитета Высокопреосвященного Архиепископа Антония к 12 часам дня была принесена в помещение женской тюрьмы чудотворная икона Владимирской Божией Матери из Успенского кафедрального собора протоиереем собора Ф.М. Надеждиным в окружении священников тюремного замка и священника церкви, наставника недавно открытой в арестантской школы. Был совершен молебен с водоосвящением в присутствии начальника губернии, господ директоров тюремного комитета и нескольких дам, изъявивших желание быть членами женского попечительного отделения комитета. Молебствие заключено провозглашением протодьяконом многолетия Государю Императору, всему Августейшему дому, правительствующему сенату и всем членам губернского попечительного комитета о тюрьмах, трудящимся на пользу заключенных.
По 2 часа в день ежедневно, кроме праздников, дьякон проводил занятия по грамматике и богословию. В школу ходили не только арестанты, но и надзиратели, т.к. в основном они были безграмотными. За это дьякону повысили жалование с 7 до 10 рублей годовых, дабы «...дать ему возможность посвящать тюремной школе еще большее внимание и труд». Для нужд школы были перечислены деньги в размере 10 рублей.
В 1870 г. Любимов переведен в церковь на Золотых Воротах.

В 1868 г. 20 сентября Духовная Консистория обращается в попечительный комитет, сообщая о том, что за последнее время из Скорбященской церкви замка совершено два похищения денег и вещей. Из исторических справок и документов известно, что в дневное время камеры (кроме секретных и темниц) не запирались. Арестанты могли свободно передвигаться по замку, ходили из камеры в камеру, в столовую и кухню, в церковь и к смотрителю, в канцелярию (сейчас помещение на втором этаже старшего по корпусу). Ключ от церкви хранился чаще всего у арестанта. На донесении городского Благочинного протоиерея Федора Надеждина значится, что от начальства тюремного замка не было ответа и виновники не были найдены.
Благочинный с утверждением его Высокопреосвященства просит Попечительный комитет о тюрьмах «на будущее время усилить надзор над арестантами и принять меры к прекращению подобного рода преступлений в тюремном замке». Он просит хранить церковные деньги в губернском казначействе.
30 октября 1868 года полицмейстер пишет рапорт вице-президенту комитета, что меры к предотвращению краж из церкви приняты, «виновные в краже из местных арестантов открыты, следствие производится по сему предмету судебным следователем...». Эти кражи из Скорбященской церкви тюремного замка были не единичными случаями.
6. 8 ноября 1870 г. произвели в священники дьякона Василия Ильича Преображенского.
В прежние времена, пишет протоиерей Василий Преображенский, говорят, что вход в тюремную церковь для сторонних посетителей был свободен, отчего она всегда была полна богомольцами. В праздничные дни всегда посещал храм Преосвященный Иаков Епископ Муромский Викарий Владимирский, в окружении протоиерея Успенского Собора Надеждина (ум. в 1876 г.) и местного священника; присутствовали часто начальник губернии генерал-лейтенант Струков В.Н. (1866—12.12.1875 гг.), вице-губернатор Семенов В.А., прокурор окружного суда Раковский В.Ф., полицмейстер Крылов П.Ф., городской врач Толпегин У.А., директора попечительного о тюрьмах комитета Ушаков С.Н., Алексинский П.И., Лопатников А.М.
В 1872 году церковным старостой Скорбященского храма при тюремном замке был мещанин Колесников и владимирская мещанка Шавина.
За 1871 г. доход церкви составлял 128 руб. 80 коп., 1881 г. — 306 руб. 90 коп. С 1872 г. по 1873 г. пожертвовано 200 рублей душеприказчиком купца Шадчина, владимирской мещанкой Анной Лотаревой — 10 руб., арестантом Николаем Тапуновым — 5 руб., фельдшером тюремной больницы — 1 рубль.
С 1874 г. старостой храма стал Владимирский 2 гильдии куп. Владимир Николаевич Галкин. 29 марта им пожертвовано священническое и дьяконское облачение, серебряная парча, покров на престол шелковой материи. 24 октября (старый стиль) в день храмового праздника Пресвятой Богородицы совершал литургию преосвященный Иаков (Кротков) Епископ Муромский Викарий Владимирский в услужении священника церкви отца Андрея Златовратского.
В 1875 г. староста купец Галкин В.Н. вновь жертвует облачение со всеми принадлежностями белого серебряного глазета, серебряную позолоченную дароносицу, две больших лампады к местным иконам, кроме того вновь высеребренное паникадило и два больших подсвечника, в 1876 г. он жертвует икону Спасителя и Божьей Матери — ризы чеканной работы. В 1877 г. он же отремонтировал на свои деньги помещение церкви. Смотритель острога Иван Дмитриевич Ляпунов сам соорудил на икону Николая Чудотворца апплике, жена его Елизавета Семеновна пожертвовала лампадки накладного серебра к образу Николая Чудотворца. В апреле 1878 г. крестьянином села Озяблицкого погоста Муромского уезда Андреем Яковлевичем Ягуновым пожертвовано два подсвечника. Арестанты замка пожертвовали лампаду к образу Воскресение Христово, и вновь Ляпунова Елизавета Семеновна пожертвовала одеяния на столик священника.
«Тюремный замок, на западе за Солдатской слободой, на высокой равнине величественное здание, окруженное высокой стеной, с 4 круглыми башнями, занимает более десятины, похож на крепость, кругом огороды; арестанты работают; в 1876 г. выработали 7 т. рублей» (Субботин А.П., 1877).
«На содержание причта есть особый окладъ: священнику 480, диакону 180 р. въ годъ. Кроме сего, причтъ пользуется процентами съ капитала 200 р. Церковныхъ домовъ для причта нетъ» (Историко-статистическое описание церквей и приходов Владимирской епархии. 1896 г.).
1907 год. Пасха. Среди уголовных арестантов камеры № 2 на страстной в субботу произошла драка из-за дележа яиц, булок и некоторых других съестных припасов, привезенных в тюрьму как подаяние... Виновником этого происшествия являлся староста этой камеры, уголовный арестант, рецидивист по грабежам и кражам Сенька Черноносов, который вместе с надзирателем хотели притаить львиную долю пасхальных припасов... Арестанты узнали об этом. Завязалась ссора, перешедшая в драку... Когда явился смотритель тюрьмы, драка уже прекратилась, слышалась лишь отборная ругань. Сенька Черноносов лежал растерзанный на полу, и по лицу его струилась кровь. Он стонал. Смотритель тюрьмы был человек хотя и горячий, но добрый. Последнее качество редко бывает у смотрителей. Арестанты же уважали своего начальника. С таким ладить можно, говорили они. Карцером хоть и пугает, но никого еще не сажал...
— Черти, дьяволы, это что такое? — входя в камеру, кричал смотритель... — Люди тихо, мирно готовятся встретить праздник, а они грызутся и драки устраивают... Кто, что, из-за чего? — посыпались вопросы. Арестанты стали объяснять. Смотритель уже более спокойно стал читать нравоучения: мол, вы, черти, не могли мне сказать, а надо вам своим судом. Арестанты молчали, Черноносова увели в больницу. Смотритель ушел, а в камере продолжалась ругань по адресу Сеньки.
Затем арестанты с руганью набросились на надзирателя, и целый день у них шла перебранка. Арестанты были страшно возмущены воровством Сеньки и надзирателя и никак не могли успокоиться, хотя вскоре им были принесены в достаточном количестве крашеные яйца, и другие припасы. Каждый из арестантов, получая яйца и другие припасы, клал их в свои мешочки или завязывал в платки.
В других камерах уголовных тоже происходила дележка. Хотя там и не было инцидентов вроде драки, но все- таки дележка не обошлась без ругани и шума.
В камере № 4, где находились «государственные», с утра царило большое оживление. Родственники и знакомые несли также разного рода пасхальные припасы, как-то: куличи, бабы, пасхи, яйца, колбасы и прочую всякую всячину.
Все это шло в общественное достояние. Староста, студент Гусев, принимал подаяние от товарищей и расставлял на столе, причем старался расставлять все в порядке и симметрии. Пасхи тут же некоторые и уничтожали, хотя староста Гусев и протестовал.
— Непорядок, черт возьми, — говорил он. — Набросятся на одно и пожирают. Так нельзя.
И Гусев взял со стола две пасхи, чтобы сохранить для праздника. Хотя Гусев сам был маловерующим, но пасхальные традиции в нем жили... И он хотел, чтоб в Великий день на столе красовалась пасха...
Начинало смеркаться. В камерах стало тише, прошла поверка, и совсем стихло. В камере № 4 целый день царило оживление после свиданий с родственниками и знакомыми. Передавались разные новости, какой-то необычный подъем был у всех.
После поверки многие болтали, но мало-помалу от утомления стали засыпать, и вскоре все спали крепким сном, за исключением Гусева...
- Ну, уходились за день-то, — сказал Гусев и стал приводить все в порядок. Первым делом взялся за уборку длинного стола и начал симметрично расставлять на нем пасхальные припасы. Особенно выделялись на различных местах стола груды разноцветных яиц. Покончив с уборкой стола, Гусев подмёл камеру. Ну, теперь все, решил Гусев и подошел к окну... Темно и тихо в воздухе... Тихо! И Гусев, затаив дыхание, жадно прислушивался к этой тишине ночи... Гусев стоял неподвижно и смотрел через решетку. Ему казалось; что и часовой застыл на часах и поглощен этой тишиной! Но вот слышно, как застучали часовые и задвигались арестанты. Слышно, как стучат они, спускаясь по лестнице...
Арестанты идут в церковь... К камере № 4 подходит надзиратель и спрашивает, пойдет ли кто в церковь, и на отрицательный ответ Гусева уходит... Опять водворилась тишина... И Гусев, стон у окна, никак не может лечь.
Он ждет чего-то и хочет уловить что-то в этой неизъяснимой тишине... Он весь как-то замер. Но вот один удар, другой, и полились и понеслись звуки колоколов. А вот и голоса арестантов. Они обходят тюрьму, поют «Воскресение Твое», а затем вдали слышно «Христос Воскресе» несмолкаемо. Гусев слушает пение и прислушивается к тому, как эти звуки несутся снизу и пропадают в воздухе. Обошли вокруг тюрьмы, и звуки смолкли. Слышен лишь отдаленный звон колоколов... Гусев долго еще стоит у окна и о чем-то думает...
Каждый год начальник тюремного замка пишет рапорт в Попечительный комитет о тюрьмах о приобретении для арестантов по случаю праздника Светлой Великой Пасхи яиц, куличей, творога, говядины, иногда сала. Арестанты в тот год получали кормовых на питание по 8 копеек, ссыльные и пересыльные по 10, больные всех сословий по 3 копейки в день на лекарства.
В каждой камере в правом углу находились иконы: Спасителя, Божией Матери, Николая Чудотворца, а над вратами тюремного замка —икона Иоанна Воина в медной ризе и киоте.

Василий Невский - последний священник тюремной церкви.
Найден очень важный документ посещения священнослужителей Владимирского тюремного замка, из него видно, сколько раз посещал священник страждущих арестантов, подробно читаем прошение о. Василия:
«Его Преосвященству, Преосвященнейшему Евгению, Епископу Юрьевскому — Председателю Совета Братства Святого Благоверного Великого Князя Александра Невского.
Скорбященской тюремной церкви
священника Василия Невского покорнейшее прошение.
Сделалось мне известным, что имеет быть свободною должность заведующего Епархиальной библиотекой при Братстве... В настоящее время, при законоучительстве, только в одном высшем начальном училище, где программой положено 10 уроков по предмету Закона Божия, я имею в своем распоряжении в утренние часы свободное время с 11 до 2-х часов, какое время желал бы проводить в Епархиальной библиотеке, как для самообразования, так и по исполнению обязанностей библиотекаря.
Время с 2-х до 5-и часов вечера по распределению тюремной жизни, согласно требованию тюремного режима, является самым лучшим временем для ведения бесед и чтения по камерам в тюрьме при исполнении долга священника в деле религиозно-нравственного воздействия на заключенных (не считая воскресных и праздничных дней).
Богослужение в Скорбященской тюремной церкви совершается по воскресным и праздничным дням и иногда только в будние дни по распоряжению начальства и по требе: время определяется для вечернего богослужения всегда от 3 до 5 и в исключительных случаях до 6 часов вечера, а Божественная Литургия совершается в 9 часов. В Великий Пост назначается особое время для утреннего богослужения, по соглашению начальства большей частью от 7 часов утра. Вечернее же время от 6 часов вечера всегда остается в моем распоряжении. Что касается должности Члена Епархиального Ревизионного Комитета, то деятельность по этой должности носит временный характер и не во все время года. По правилам об Епархиальных Ревизионных Комитетах, высочайше утвержденных 1 апреля 1911 г., отчеты подотчетными Комитету учреждениями присылаются к 1 апреля, а Комитетом должны непременно доставлять в контроль при Святейшем Правительствующем Синоде не позднее 1 октября. Таким образом, вся деятельность моя, как члена Комитета, проходит в летнее каникулярное время, когда я бываю свободен от классных занятий в училище. К тому же, за увольнением от должности письмоводителя канцелярии Брат-ства, уменьшение моего месячного жалования на 20 рублей в месяц весьма чувствительно отзывается на моем бюджете и на содержании моего семейства, которое состоит из шести человек детей.
Посему осмелюсь утрудить Вас, Ваше Преосвященство, Преосвященнейший Владыка, Милостивый Архипастырь и Отец, покорнейшею просьбою: не благоволено ли будет оказать мне милость назначения меня на должность заведующего Епархиальной библиотекой при Братстве Святого Благоверного Великого Князя Александра Невского». 3 декабря 1914 г.

Тюремный храм был закрыт в 1919 году.
При ремонте камеры в 2004 г. под толстым слоем красок была обнаружена железная балка — рельса, которая перекрывала свод двери в алтарь, на рельсе написано: «Рос..общ.:9 мес. 1919 г.».
Безбожная власть устраивала в доме Господнем — Церкви учебные заведения, где была запрещена даже мысль о Спасителе и Пресвятой Богородице, клубы, склады. Помещение тюремной церкви было перестроено под камеры осужденных.

Часовня


Карта г. Владимира, 1899 г.

24 сентября 1879 года была построена и освящена часовня, сооруженная усердием доброхотов близ тюремного замка. 10 октября служащей при замке Аграфеной Баранщиковой пожертвовано священническое облачение серебряное с бархатными цветами. В часовню жертвовал Галкин В.Н. и Ляпунова Е.С. Сейчас в бывшей часовне жилой дом, хозяйка рассказала, что в подвале дома высокие сводчатые потолки.

В 1992 г. в УИН Минюста России по Владимирской области из Епархии поступило соглашение об окормлении спецконтингента тюрем и следственных изоляторов православными священнослужителями и закреплении за ними данных объектов поименно. 13 марта 1997 года был образован попечительский совет при учреждении ИЗ-28/1. В учреждение ИЗ 28/1 был назначен архимандрит Маркел и посещал осужденных с 1992 по 1998 гг.
До открытия храма подследственных и осужденных посещал и духовно окормливал ныне покойный архимандрит Маркел — Михаил Викторович Егоровский (1929— 3.08.2005 гг.) настоятель Свято-Сретенского храма г. Владимира. Отец батюшки сидел в тюрьмах и лагерях тяжелого периода гонения на православную веру с 1929 по 1935 гг., вернулся протоиерий Виктор из лагеря больной туберкулезом и вскоре скончался. Отец Маркел являлся членом Российского благотворительного православного объединения служения в уголовно-исправительной системе МВД РФ, образованного 28 марта 1997 г. Когда священнослужитель приходил в СИЗО, то лица осужденных светлели, сразу всем сообщали, что старенький батюшка пришел, и все хотели пообщаться с ним и получить благословение. По наставлению старца в красном уголке отряда был оформлен православный стенд, много подарено православной литературы, осужденными вырезан из дерева огромный крест с распятием Спасителя, он был освящен священником и поставлен в правый угол. Архимандрит Маркел исправно посещал своих подопечных, в тюремных коридорах проводил исповеди и собеседования, здесь же совершал Таинство Крещения. Встречи со священником оказались настолько, живительными для осужденных, что они почувствовали такое облегчение, словно бы свежего воздуха глотнули, душа отогревалась при виде скромного и тихого старца. Миссия окормления заключенных монахом Маркелом велика. После его ухода из следственного изолятора вновь спрашивали: когда батюшка придет? Как легко на душе становилось после разговора с батюшкой, — говорили осужденные. В каждом оступившемся, будь он вор, убийца, бандит, наркоман, словом, какими бы грехами он ни был бы одержим, видел отец Маркел образ Божий. Осужденные чувствовали в старце расположение, снисхождение, милосердие и начинали понемногу раскрываться. Теплое отношение трогает даже отъявленного бандита. Посещение священника в тюрьме заключается в том, чтоб показать человеку путь к спасению.
Архимандрит Маркел пишет: «Заключенные — это люди, которых до такого состояния часто доводит черствое сердце ближних и дальних, недостаток любви и воспитания, им более, чем другим, необходима любовь и слово Божье. Кто о них позаботится? Родные часто отказываются от них, или родных вообще нет. Вот почему среди них много несчастных, которых следует любить и жалеть от чистого сердца. У Бога нет непоправимых, осуждая их, говоря, что они преступники, мы как бы оправдываем себя, что мы лучше. А загляни каждому в душу — увидишь, что не праведник он перед Богом. Все мы перед ним преступники, если не уголовные, то моральные, а разница в том, что мы на свободе. Нас Господь еще терпит, а они как бы наказаны, но нам там всем место хотя бы для смирения перед Богом и людьми».
Очень часто заключенные просили крестики, иконы, молитвы о них, и ни в чем батюшка не отказывал, приносил просфоры и святую воду, совершал миропомазания. Монах всегда присутствовал на днях открытых дверей отряда по хозяйственному обслуживанию, беседовал с родственниками осужденных. Отец Маркел повторял слова евангелия: «Покайтесь, приблизилось бо царствие небесное».
3 ноября 1995 г. архимандрит Маркел сказал проповедь для осужденных, провел водосвятный молебен и освятил — окропил всю территорию старого тюремного замка, помещение отряда по хозяйственному обслуживанию, столовую для спецконтингента, административные здания. Был совершен крестный ход, присутствовали причетник и хор Свято-Сретенского храма г. Владимира, сотрудники учреждения. Младшие инспектора СИЗО, причем несколько человек, которые служили в 1950— 90-х годах рассказывали, что по ночам видели тени и очень пугались их, было жутко. Говорили, что это бродят загубленные души арестантов старого тюремного замка. После освящения все прекратилось.
Господь сподобил нас, грешных, общаться с исповедником нашего времени, очень тяжелого времени для верующего человека, с образом веры и милосердия — «пастырем добрым, полагающим душу свою за овцы своя» — настоятелем Свято-Сретенского храма монахом Маркелом. При первом же взгляде на старца видишь образ исполнения любви, смирения, кротости, христианского трезвения и рассуждения, пребывающего всегда в молитве, давно вручившего себя всецело воле Божьей, наделенного благодатными дарами прозорливости. Вся жизнь священника протекла в трудах и молитвах, от него веяло покоем. Он прожил очень тяжелую по выпавшим на его долю испытаниям жизнь.
20 июня 2001 года во Владимирском следственном изоляторе состоялось торжественное открытие и освящение храма Пресвятой Богородицы всех Скорбящих Радость. Службу вел архиепископ Владимирский и Суздальский Евлогий, в услужении Благочинного тюрем и колоний Владимирской области протоиерей Евгений Боровских, иерей Валерий Дубовик, иерей Михаил Кочетков, иерей Роман Шефарин, который был рукоположен в настоятели вновь открытой церкви. На службе присутствовали главный федеральный инспектор по Владимирской области Александр Евгеньевич Васильев, начальник УИН Минюста России генерал- майор Виктор Петрович Шляхов, начальник СИЗО-1 полковник Алексей Анатольевич Павлов, под руководством которого был восстановлен храм в учреждении.
Архимандрит Маркел Егоровский — был исключительным пастырем нашего времени. К нему ехали из всех уголков страны. Старец тихо скончался 3 августа 2005 года. Ушел из нашей жизни молитвеник и проповедник, священнослужитель Церкви Православной, истинный монах, не стало отца, покровителя, утешителя, наставника, защитника и всеобщего благодетеля. Он молился о спасении душ всех людей.
С 1992 по 2005 г. исповедались и причастились из подследственных и осужденных 158 человек, 61 — только исповедались, 164 — окрестились, из них 2 сотрудника, 5 — армян, 3 — цыганки, на беседах-проповедях присутствовало 5300 человек, в том числе женщин и несовершеннолетних 4800, из них 3500 осужденных присутствовали на проповедях архимандрита Маркела. Было совершено 3 венчания.
После смерти архимандрита Маркела настоятелем Свято-Сретенского храма по прошению всех прихожан назначен его сын протоиерей Виктор Егоровский, который в сентябре 2005 г. пожертвовал в церковь 60 нательных крестов, лампадного масла, просфоры.

В библиотеку учреждения, которая существует с 1864 г., Владимирской Епархией было подарено 175 книг православной тематики, 80 книг пожертвовано настоятелем Свято-Сретенского Храма, 9 — подследственными, 50 молитвословов для заключенных. Из них 20 евангелие, 10 — Библий, 10 — псалтырей, 2 — житие русских святых, 1 — Житие святых русских воинов.
Когда в СИЗО не было храма, исповедь и крещение священники часто проводили в библиотеке учреждения.
3 июня 1998 года иерей Михаил Кочетков принимал у женщин исповедь, исповедалось 32 человека, и только одна из них во время исповеди обливалась слезами. После этого отец Михаил сказал, что ее скоро освободят, так как она единственная исповедалась искренне. Так оно и произошло.
Однажды после литургии задаю вопрос иерею Роману: «В каких грехах чаще всего исповедаются осужденные и подследственные?» Священник ответил: «В основном в совершенных преступлениях».
27 февраля 2003 г. литургию вел иерей Валерий Дубовик, шла она 3 часа, присутствовало 8 человек. Подследственный X (весь в татуировках, даже веки) молился неистово, усердно клал земные поклоны. Поразил тот факт, что X постоянно писал письма, что он из рода Люцифера, Альфа и Омеги... что его в камере посещала Пресвятая Богородица. Он побывал на литургии два раза, но от причастия Святых Таинств он категорически отказался.

18 февраля 2005 г. состоялся торжественный вечер, посвященный 180-летию тюремного замка, на котором архиепископ Владимирский и Суздальский Евлогий вручил начальнику СИЗО-1 подполковнику Мачушкину М.В. икону Николая Чудотворца в деревянном окладе.

1998 год, стихи осужденного Владимира Лаврова
Нам свыше дан сей Божий храм,
Он освящен святой водой,
И Божий глас в темницу к нам
Течет священною рекой.
Сей глас порою незабвенный
Укажет в жизни верный путь
И в мире в суетном и бренном
Не даст в пороках утонуть,
Удержит нас от всех напастей,
И хлеб насущный принесет,
И от грехов он нас избавит,
И от лукавого спасет.

2001 год, стихи осужденного Андрея Арефьева
Маме посвящается

Все пережил бы, голод и лишения,
Все тяготы российских лагерей,
И в муках вспоминал бы до забвенья
Хорошим словом наших матерей.
Они на этот свет нас породили,
Растили, забывая о себе,
И только лишь хорошему учили,
Никто не знал, что быть беде.
Она подкралась тихо, незаметно.
И вот ее сынок уже в тюрьме.
А мама, мама любит неизменно
И только ночью плачет в тишине.
Она желает сыну лучшей доли
И просит Господа ему помочь,
Ну а сынку пока не видеть воли,
В глазах его и сердце только ночь.
Он любит маму и жалеет,
Но изменить себя не в силах он.
Лишь на свиданиях пред ней бледнеет.
Меж ними и колючка, и закон.
Он говорит ей: «Больше все, не буду,
Чтоб не было родных до боли слез,
Послушным стану и «друзей» забуду.
День каждый одарю букетом роз».
И мама верит, верит с упоеньем,
Внимая смыслу сказанных им слов,
И ждет сыночка с нетерпеньем,
Когда же он войдет в семейный кров.

Источник:
Владимирский централ / Т.Г. Галантина, И.В. Закурдаев, С.Н. Логинов. — М.: Эксмо, 2007. — 416 с.: ил. — (История тюрем России)

Женская тюрьма в губернском городе Владимире

Во вторник 23 января 1868 года происходило освящение женской тюрьмы в наемном доме, неподалеку от тюремного замка.
В 1867 году во Владимирском тюремном замоке была открыта школа грамотности на базе православной церкви при остроге во имя Божией Матери Всех Скорбящих Радость, недоставало ремесленной мастерской, поэтому по недостатку помещения, с выводом женщин в особую тюрьму, теперь устранился и этот весьма важный недостаток. И таким образом грамотность и труд будут иметь благотворное нравственное влияние на заключенных. «Заботливостью» Губернского попечительного комитета о тюрьмах изысканы средства, выделено по 200 рублей на каждый год в наем особого помещения для заключенных женщин, где они с большими удобствами занимаются рукоделием и другой работой.
По распоряжению вице-президента комитета Высокопреосвященного Архиепископа Антония к 12 часам дня была принесена в помещение женской тюрьмы чудотворная икона Владимирской Божией Матери из Успенского кафедрального собора протоиереем собора Ф.М. Надеждиным в окружении священников тюремного замка и священника церкви, наставника недавно открытой в арестантской школы. Был совершен молебен с водоосвящением в присутствии начальника губернии, господ директоров тюремного комитета и нескольких дам, изъявивших желание быть членами женского попечительного отделения комитета.
Молебствие заключено провозглашением протодьяконом многолетия Государю Императору, всему Августейшему дому, правительствующему сенату и всем членам губернского попечительного комитета о тюрьмах, трудящимся на пользу заключенных.
К великому сожалению, мы не узнаем, в каком доме временно содержались заключенные женщины. В очень краткой заметке газеты «Владимирские губернские ведомости» от 1868 года место не указано, а дело не найдено.

5 октября 1879 г. крестьянка деревни Быкова Суздальского уезда вдова 27 лет Ефимья Варфоломеевна Якимова была приговорена владимирским окружным судом и осуждена за проживание с чужим паспортом и «выдачу такого за свой собственный» к лишению особых прав и преимуществ и заключению в рабочий дом на два месяца. Впоследствии по болезни помещена была на срок, определенный судом, вместо рабочего дома в тюремный замок на лечение.
Из дела известно, что в 1879 г. на крестьянку Якимову поступила жалоба от старосты деревни Якова Никитина и выборных исполняющих право голоса в числе 40 душ, о непринятии Ефимьи в их среду. Опороченная по суду, она ни детей, ни родственников не имеет, «поведения худого, по причине порочного поведения в крестьянскую общину принять отказываемся». В жалобе идут подписи всех деревенских жителей. 8 февраля 1880 г. крестьянка Якимова была отправлена в Сибирь «на водворение».
26 мая 1880 г. в главное тюремное управление препровождаются два прошения крестьянина деревни Репново, Ковровского уезда Флегонта Болотова, который ходатайствует о разрешении ему вступить в брак с вдовой, крестьянкой Ефимией Якимовой деревни Быкова. Болотов спрашивает, куда она отправлена «по выбывании из тюремного замка», и действительно ли через пристава второго стана Ковровского уезда была высочайше помилована. Флегонт Яковлевич Болотов просит отыскать место ссылки Якимовой, т.к. уже два года ему неизвестно место ее пребывания, а по бедности своей довольно затруднительны поиски, и. просит Владимирское Губернское правление навести справки как о месте ее жительства, так равно нет ли каких препятствий на вступление в брак. Неизвестно, нашел ли бедный крестьянин свою возлюбленную Ефимью.

ГАЛАНШИНА ТАТЬЯНА ГЕОРГИЕВНА. Вот уже 20 лет во Владимирском следственном изоляторе работает Татьяна Георгиевна Галаншина в должности заведующей библиотекой. По сути, она является хранительницей древнего духа, витающего в этих старых и печальных стенах. Она по-настоящему увлеченный своим делом человек.
20 июня 2001 года состоялось торжественное открытие церкви во имя Божией Матери Всех Скорбящих Радость. Новый храм освятил архиепископ Владимирский и Суздальский Евлогий. Колокол храма молчал 82 года. В новую Скорбященскую церковь теперь приходят заключенные и сотрудники учреждения. Здесь отмечаются все церковные праздники: Рождество Христово, Светлая Пасха и другие. Татьяна Георгиевна принимает непосредственное участие в работе церкви, постоянно оказывает помощь священникам в проведении литургий и других богослужений — крещений и молебнов; раздает арестантам для чтения православную литературу. Она дважды была награждена Владимирской Епархией архиерейской грамотой «Во благословение за многие усердные труды во благо и славу Святой Русской Православной Церкви и Богохранимого Отечества нашего». Для нее это очень высокая честь.
Библиотека, которой заведует Т.Г. Галаншина, открыта в 1868 г. при храме, и поначалу в ней была одна православная литература, вплоть до 1917 г. в ней не было светских книг. С 1948 г. в библиотечном фонде было более 500 экземпляров учебной литературы, в учреждении была открыта школа среднего обучения и существовала по 1986 г. В сентябре 2005 г. школа открыта вновь.
Библиотечный фонд обновляется за счет огромной помощи областной научной библиотеки имени А.М. Горького, с которой у Татьяны Георгиевны давно налажена постоянная связь. Фонд библиотеки СИЗО-1 насчитывает 12 300 экземпляров книг, 500 журналов. Главная проблема — это теснота помещения; две комнаты: в одной рабочий кабинет, в другой книгохранилище. Библиотека напоминает оранжерею, здесь много цветов, за которыми Татьяна Георгиевна любит ухаживать.
Какие книги сегодня пользуются спросом у читателей в СИЗО? Как и на воле, читательский вкус, в общем-то, невзыскателен: охотнее берут детективы, фантастику, книги исторического содержания. Интересуются литературой по психологии, значительно реже — поэзией. Что удивляет — стали больше читать русскую и зарубежную классику, в особенности русскую. И это радует — читатели хотят знать и изучать жизнь прошлого. Творения Ф.М. Достоевского вообще не лежат на полке. Огорчает то, что крайне редко спрашивают православную литературу, также обстоят дела с книгами по военной тематике.
Каждый день Татьяна Георгиевна обходит камеры, собирая заявки на книги и меняя прочитанные книги на другие. Среди заключенных она пропагандирует литературу исторической тематики. Ею прочитано огромное количество лекций, проведено множество бесед по камерам несовершеннолетних, женщин и осужденных хозяйственного обслуживания. Читала она лекции об истории жизни, правления и смерти императоров российских. Произнесено огромное количество проповедей о Православной Церкви. На проведение проповедей Татьяну Георгиевну благословил архимандрит Маркел. Подследственные с большим интересом слушают рассказы об истории тюремного замка, в котором они, к сожалению, находятся. Она собирает материалы об истории централа в государственном архиве с 1996 г.
И не случайно. Судьба Татьяны Георгиевны складывалась не просто, порой даже очень трагично. Видимо, это побудило ее обратиться к религии. В настоящее время она много общается со священнослужителями, собирает материалы о жизни ныне почившего старца архимандрита Маркелла Егоровского — настоятеля Свято-Сретенского храма г. Владимира, который сам благословил ее на это.
А ведь когда-то Татьяна Георгиевна во времена господства атеизма читала лекции по материалам XXVII съезда КПСС воинам в Демократической Республике Афганистан. Пребывание там перевернуло ее душу. «Однажды я чуть не погибла, — вспоминает Татьяна Георгиевна. — Я ехала на БТРе из Кабула, везла новые книги из штаба армии. На окраине города наша машина врезалась в афганский автобус и протащила его метров 25 по асфальту. Тогда в Кабуле правил дорожного движения вообще не существовало. Водитель БТР поранил голову, мы попадали со своих мест. Но самое страшное произошло потом, когда сбежалось около тысячи улюлюкающих и озлобленных афганцев; все орали, направив на нас свои ружья-мультуки: «Смерть шурави (русским)!» Командир просил меня не выгладывать из машины. Нас обвинили в том, что были убиты пять афганцев. Все это длилось в течение 3-х часов. Первыми на место аварии прибыла афганская милиция, на БТР заскочил молоденький царандой (милиционер), увидев меня, обрадовался и обратился ко мне звонким писклявым голосом: «А, ханума, — показывая пальцем на всех, — сегодня ты, и ты, все будут расстреляны». Я думала, что в таких ситуациях буду кричать и плакать, а нет, я сидела как мышка, и вся моя жизнь пробежала перед глазами. От страха меня только тошнило. Потом приехали представители из советского посольства, спросили: «Как вела себя женщина?» Командир, ответил: «На удивление спокойно!» От волнения мы не могли уснуть всю ночь, у всех был сильный стресс — мы остались живы в очень серьезной ситуации. В другой раз, во время первой поездки с лекциями в район боевых действий по ущелью Панджшер ближе к границе Пакистана, мы жили в землянках. «Духи» напали на наше небольшое подразделение ночью. Было очень страшно — женщина среди боя — всюду взрывы, свист пуль, где-то кричат, темень кромешная. Тогда я второй раз почувствовала, как рядом со мной прошла смерть. Потом ребята встретили меня с цветами сакуры и ягодами тутовника, некоторые не видели русских женщин год, обнимали меня. Накрыли праздничный стол, угощали пельменями, которые готовили редко. Они были такими вкусными. И только позже один солдатик рассказал, что начинка была из змеи.
Татьяна Георгиевна не любит вспоминать Афган, эту вечно воюющую страну, где погибали наши солдаты, наши женщины. Там осталась большая часть ее здоровья и нервов. В дальнейшем Татьяна Георгиевна планирует написать воспоминания о судьбах женщин, прошедших Афганистан.

Источник:
Владимирский централ / Т.Г. Галантина, И.В. Закурдаев, С.Н. Логинов. — М.: Эксмо, 2007. — 416 с.: ил. — (История тюрем России)
Владимирский тюремный замок
Храмы города Владимира

Категория: Владимир | Добавил: Николай (06.02.2021)
Просмотров: 26 | Теги: Владимир, церковь, Храм | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

ПОИСК по сайту

Владимирский Край



Славянский ВЕДИЗМ

РОЗА МИРА

Вход на сайт

Обратная связь
Имя отправителя *:
E-mail отправителя *:
Web-site:
Тема письма:
Текст сообщения *:
Код безопасности *:



Copyright MyCorp © 2021
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика