Главная
Регистрация
Вход
Среда
28.02.2024
14:58
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Меню

Категории раздела
Святые [142]
Русь [12]
Метаистория [7]
Владимир [1585]
Суздаль [469]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [495]
Музеи Владимирской области [64]
Монастыри [7]
Судогда [15]
Собинка [144]
Юрьев [249]
Судогодский район [117]
Москва [42]
Петушки [170]
Гусь [198]
Вязники [350]
Камешково [167]
Ковров [431]
Гороховец [131]
Александров [300]
Переславль [117]
Кольчугино [98]
История [39]
Киржач [94]
Шуя [111]
Религия [6]
Иваново [66]
Селиваново [46]
Гаврилов Пасад [10]
Меленки [124]
Писатели и поэты [193]
Промышленность [161]
Учебные заведения [174]
Владимирская губерния [47]
Революция 1917 [50]
Новгород [4]
Лимурия [1]
Сельское хозяйство [78]
Медицина [66]
Муромские поэты [6]
художники [73]
Лесное хозяйство [17]
Владимирская энциклопедия [2390]
архитекторы [30]
краеведение [72]
Отечественная война [276]
архив [8]
обряды [21]
История Земли [14]
Тюрьма [26]
Жертвы политических репрессий [38]
Воины-интернационалисты [14]
спорт [38]
Оргтруд [117]
Боголюбово [18]

Статистика

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Владимир

Ревякин Александр Яковлевич, врач

Ревякин Александр Яковлевич

Ревякин Александр Яковлевич (1902-1984) - Заслуженный врач РСФСР (20.08.1945), владимирский детский врач.


А.Я. Ревякин

Александр Яковлевич Ревякин родился 14 августа (по новому стилю) 1902 года во Владимире, в семье Якова Григорьевича Ревякина, уже известного в то время архитектора, много и плодотворно работавшего во Владимире.


Е.А. Ревякина с детьми Еленой, Николаем и Александром. Ок. 1908 г.

В семье Ревякиных было трое детей. Старшая дочь Елена, средний сын Николай, младший - Александр. Все дети были погодками. Семья была известна в городе, пользовалась уважением владимирцев разных сословий. В какой-то степени, была образцом семейных отношений. В доме царили такт, взаимное уважение, доброта. Во многом этому способствовала мать Александра - Елизавета Александровна Ревякина (урожденная Щербакова). Она была воспитана в строгих семейных правилах, и эти правила она соблюдала сама и прививала детям. Елизавета Александровна добивалась гармонии в семье, что, несомненно, влияло на формирование детских характеров.
Семья Якова Григорьевича приехала во Владимир из Сызрани в 1900 году и жила несколько лет в доме Блудова на Троицкой улице. В период с 1900 по 1910 годы Яков Григорьевич проектировал и строил собственный деревянный дом на улице Годова Гора. Дом сохранился, частично перестроенным, до сих пор (сейчас это дом № 1). В этом доме и прошла вся жизнь Александра Яковлевича.


Улица Годова Гора, д.1

Учился он вместе с братом Николаем в губернской мужской гимназии на Большой Московской улице.


Гимназисты Александр (справа) и Николай Ревякины

После революции гимназия была преобразована в трудовую школу 2-й ступени, которую Александр Яковлевич и окончил в 1920 году. Сразу после окончания школы он поступил во 2-й Московский государственный университет (2-й МГУ), на медицинский факультет, который впоследствии был преобразован во 2-й Государственный медицинский институт (ныне это Российский национальный исследовательский медицинский университет им. Н.И. Пирогова).
Поступление в университет для него было сопряжено с известными трудностями. В первую очередь принимали рабочих и солдат, во вторую очередь - крестьян, и только в третью - всех остальных. Вступительных экзаменов не было. Александр проходил, естественно, по третьей группе.


Дворянская богадельня З.Д. Рахмановой приют сирот-дворян
Ул. Студёная Гора, д. 3

Подрабатывал на станции скорой помощи. Будучи студентом последнего курса, Александр Яковлевич во время каникул устроился на работу в городе Владимире в детскую больницу, которая открылась в 1920 году в здании бывшей богадельни для бедных дворянок З.Д. Рахмановой на Студеной горе. Трудился, можно сказать, на добровольных началах, денег ему за это не платили. В то лето он понял, что педиатрия — его призвание.
Найти себя, почувствовать, что именно здесь ты сможешь наиболее полно использовать свои знания, приносить пользy людям — немалое счастье. Он стал заниматься на кафедре педиатрии. Клинической базой кафедры педиатрии была знаменитая Морозовская больница.
Правда, на первых курсах он увлекался биофизикой, и чуть было не пошел в этом направлении. Однако врачи знают - пока студент-медик к третьему-четвертому курсу доберется до клинических кафедр, увлечение теми или иными теоретическими предметами практически неизбежно.
И вот в руках диплом врача-педиатра. Александр Яковлевич возвратился во Владимир. Во Владимире в тот тяжелый 1925 год вакансий не оказалось. Но не потому, что было много врачей - врачей было очень мало. Не было средств на медицину. Уезжать же из родного города не хотелось. Пришлось опять работать бесплатно. Но Ревякин был доволен, что может совершенствовать свои знания, перенимать опыт у своих старших коллег. Он собрал обширную медицинскую библиотеку, в которой было много фундаментальных трудов по медицине и множество периодических изданий.


Семейная фотография Ревякиных. 1920-е гг.

Доктор Ревякин взял на себя также обязанности патологоанатома больницы. Вероятно, он следовал традициям старых врачей, прекрасно понимавших, что патологоанатомические и, в частности, гистологические знания значительно расширяют диагностические возможности врача. Александр Яковлевич руководствовался этим заветом всю свою жизнь. Он был уникальным диагностом, коллеги по больнице и врачи из других городов знали это. В этой связи интересен случай из его врачебной практики. Это произошло в 1950-е годы, когда он был уже опытным врачом. В одном из районов области обнаружили чёрную оспу. Эта страшная смертельная болезнь давно была ликвидирована в стране. Возникла некая паника. Срочно стали формировать бригаду врачей. Пригласили Ревякина, единственного врача, который видел когда-то больных черной оспой. Доктор Ревякин приехал, посмотрел, усмехнулся и сказал, что это никакая не чёрная оспа, а всего лишь специфическая реакция на вакцину против туляремии, которой тогда как раз прививали. Это и подтвердилось впоследствии. Медицинское начальство облегченно вздохнуло.


Ул. Студёная Гора, д. 1

Патологоанатомическое отделение располагалось в деревянном флигеле с мезонином, рядом с больницей (сейчас здесь паломническая служба Владимирской епархии). В этом домике, в комнате, смежной с прозекторской, где проводились вскрытия умерших, молодой врач устроил гистологическую лабораторию. Лаборатория была его любимым детищем. Здесь и выверенные до микрона микротомы, проводки для гистологических методик. Великолепный набор специальных красителей, предназначенных для выявления отдельных клеточных структур и для общей окраски тончайших срезов патологически измененных тканей человека. Тщательно, десятилетиями накапливались и усовершенствовались им эти приборы.
Лабораторию Александр Яковлевич начал обустраивать с 1925 года и занимался этим до середины 1960-х годов.
Как говорили знающие люди, которые видели эту лабораторию, ее оборудованию в те времена могли позавидовать морфологи крупных клиник страны. Здесь Александр Яковлевич ставил окончательный диагноз.
Бежали незаметно годы в напряженном труде. Упорства и трудолюбия молодому врачу было не занимать. Клиницист, гистолог, социальный инспектор, областной педиатр... Но, прежде всего, он был врачом - лечил детей, лечил и вылечивал.
Большая и сложная жизнь. Но, пожалуй, самым трудным временем были военные годы. Тогда он был практически единственным врачом в больнице. Многие врачи ушли на фронт. Александру Яковлевичу самому не пришлось там быть, помешали очень серьезные проблемы со зрением. Ревякин работал в госпиталях. С началом Великой Отечественной войны был назначен главным врачом Владимирской детской больницы, которую возглавлял до 1943 года.
Во Владимир стали привозить детей с освобожденных территорий, особенно много из Белоруссии. Детей надо было сначала отмыть, накормить. Потом их немедленно осматривал врач. Свирепствовала дифтерия. Как известно, дифтерийные налеты (пленки) перекрывают зев, ребёнок не может дышать. Приходилось много интубировать дифтерийных больных, делать трахеотомии (разрезать дыхательное горло, вводить дыхательную трубку). И это в любое время дня и ночи. Понятно, что в таких условиях Александру Яковлевичу пришлось переселиться в детскую больницу, в один из деревянных корпусов. Александр Яковлевич неделями не покидал работы, делал сложные операции, просиживал ночи у постели тяжелобольных. Недосыпал. Но каждое утро на обходе выглядел бодрым, веселым и всегда с белоснежным воротничком.
В августе 1945 года доктору Ревякину, одному из первых врачей города и области, было присвоено звание «Заслуженный врач РСФСР». У него были разные ордена. Но особенно дорого ему было звание заслуженного врача.
Очевидно, главным для доктора Ревякина было то, о чем он писал во владимирской, тогда еще районной, газете «Призыв» в 1936 году: «Много каждый из нас отдает детям, но и много получает удовлетворения и гордости, видя веселые лица выздоравливающих детей».
В те довоенные, военные и послевоенные годы во Владимире трудились замечательные врачи, представлявшие лучшие русские медицинские традиции: Н.А. Орлов, Белов Сергей Петрович, В.К. Звездин, М.Г. Герасимов, В.А. Голованов (1888-1960), Г.Д. Контор, Н.И. Мясников, детские врачи А.А. Дормидонтов, Г.А. Николаев, Богуцкая Ирина Каэтановна. В эту плеяду вошел и А.Я. Ревякин. Несмотря на большие знания и огромный опыт, они продолжали учиться медицине всю жизнь, в том числе другу друга. Учился и Александр Яковлевич. При любой возможности совершенствовал свой профессионализм в Москве и в Ленинграде, в институтах повышения квалификации.

Отдельно надо сказать о любви доктора Ревякина к преподаванию. Одновременно с работой в больнице он с удовольствием преподавал в городском медицинском училище (до 1942 года это была фельдшерско-акушерская школа). Он учил студентов не только лечебному делу. Как вспоминают его ученики, Александр Яковлевич прежде всего учил бескорыстному и самоотверженному отношению к медицине, учил беззаветной любви к страдающим детям.
В медицинском училище Ревякин встретил свою будущую жену, тогда ещё юную студентку, - Антонину Матвеевну, с которой, несмотря на большую разницу в возрасте, он прожил счастливо всю оставшуюся жизнь. Они долгие годы проработали вместе в городской детской больнице, где Антонина была медицинской сестрой.
После войны приглашали Александра Яковлевича заведовать кафедрой детских болезней в Горьковском медицинском институте, но он остался во Владимире.
Потом появилась в области санитарная авиация, добавилось полетов на самолете По-2 с открытой кабиной в отдаленные районы области к тяжело больным по срочным вызовам. Летать на таких самолетах зимой, да уже немолодому человеку было, мягко говоря, не очень комфортно.
Алесандр Яковлевич никогда не торопился, занимаясь больными детьми. Начинал разговор с родителями (как правило, с мамами). Говорил об общих, казалось бы, незначительных вещах, разговаривал долго, можно сказать, «заговаривал», стараясь отвлечь от тревожных мыслей и, лишь успокоив, переходил непосредственно к симптомам болезни. Иногда Александр Яковлевич мог подолгу наблюдать за спящим ребёнком, делая при этом необходимые выводы.
Были и неожиданные случаи в его лечебной практике. Однажды он осмотрел измученного болезнью малыша и назначил лечение: «Мороженое, как можно чаще». Малыш, конечно, обрадовался. Но как удивилась перепуганная мамаша! Однако «лечение» провела. Болезнь была редчайшая - ящур. Слава Богу, всё закончилось благополучно (Ящур вызывает в организме человека реакцию типа стоматита, которая лечится холодом.).
Кстати, доктор Ревякин не прятал своих врачебных ошибок, что по нынешним временам большая редкость. Современным врачам, к сожалению, частенько трудновато признаться во врачебных грехах. Что это - ложное самолюбие или чрезмерное честолюбие? Доктор Ревякин в лучших традициях русской медицины считал необходимым немедленно сообщить коллегам, где он недоглядел или что он упустил, или попросту опростоволосился, понимая, что такое может случиться с каждым врачом. Он знал, что это бесценные уроки. Подобные признания лишь повышают врачебный авторитет.
Александр Яковлевич был человеком энциклопедических интересов. В доме было огромное количество книг. Кроме медицинских, была подборка географической литературы – Ревякин очень интересовался географией и путешествиями, это была его (если можно так сказать) слабость. История тоже была в кругу его интересов. Читал он очень много всегда, но особенно в последние годы жизни. Перечитал почти все книги из городской библиотеки, которая тогда располагалась в Почтовом переулке возле Госбанка. Немало знал из истории города Владимира. Передал в музей много семейных документов, имевших отношение к жизни и творчеству Якова Григорьевича Ревякина. Некоторые документы находятся сейчас в музейной экспозиции «Старый Владимир» на Козловом валу.
«Повезло городу Владимиру, когда приехал сюда с красным дипломом выпускник Ивановского медицинского института Зирин Геннадий Андреевич. Но не меньше повезло и Зирину — он приехал и вскоре попал в детскую областную больницу, прямо в добрые и талантливые руки известного педиатра Ревякина, который стал его учителем на долгие годы. Учил его Александр Яковлевич не только лечебному делу. Прежде всего учил бескорыстному и самоотверженному отношению к медицине, учил беззаветной любви к страдающим детям.
Ревякин был интереснейшей личностью, удивительно гармонично сочетавшей в себе талант педиатра, патологоанатома, терапевта, инфекциониста и просто человека. О Ревякине — особый разговор.
Вот уже несколько лет прошло, как умер доктор Ревякин, а вспоминают его люди добром и долго еще будут вспоминать. И во Владимире, и в области это был человек легендарный. С кем ни поговоришь — всех доктор Ревякин в детстве лечил. Не без гордости вспоминают коренные владимирцы, как даже из-за границы привозили детей к Ревякину. Не могли тамошние эскулапы поставить диагноз, а Ревякин — ставил, и лечил, и вылечивал. Диагност он был уникальный. Мне довелось несколько раз присутствовать при осмотре больных Ревякиным. Бывало, осмотрит кожу, язык, горло, ладони. Долго и внимательно слушает трубочкой — именно трубочкой, фонендоскопов не признавал. Расспросит маму — давно ли ребенок болен, как протекало заболевание. Потом называет диагноз. И всякий раз это было «попаданием в десятку», как говорят стрелки.
Однажды Ревякин осмотрел маленького, измученного болезнью человека и назначил лечение:
— Мороженое каждый час!
То-то обрадовался малыш!.. Но как удивилась перепуганная мать — уж она-то так старательно оберегала своего малыша именно от холода... Заболевание было редчайшее — ящур. И лечить надо было холодом. До Ревякина ребенка обследовали добрый десяток врачей, делали массу анализов и разводили руками...
Известен был доктор Ревякин не учеными степенями, не наградами и званиями, а обширными знаниями во всех областях педиатрии, добротой, отзывчивостью. В детской больнице, куда попал молодой доктор Зирин, Ревякина звали «мамой» за мягкий нрав, за интеллигентность, за бережное отношение к коллегам.
К Геннадию Андреевичу Зирину доктор Ревякин стал относиться с особым вниманием после одного странного случая. Лежал в отделении очень слабый ребенок, все понимали, что он безнадежен, и когда он умер, это ни для кого не было неожиданностью — бывают такие больные, все всё понимают, а сделать ничего не могут. Доктор Ревякин собрался производить вскрытие и, взяв в руки историю болезни, прочитал диагноз, поставленный при поступлении ребенка в отделение: «опухоль мозга».
— И какой же это умник поставил такой диагноз? — не без насмешливости спросил Ревякин.
Под диагнозом стояла подпись молодого врача Зирина.
— Легкомыслие! Без специального обследования нельзя поставить такой диагноз, — строго сказал доктор Ревякин и отправился на вскрытие.
Каково же было удивление Ревякина, когда предварительный диагноз полностью подтвердился. С тех пор Зирин стал любимым учеником Ревякина. Геннадий Андреевич считает, что сумел извлечь из этого максимальную пользу — буквально «хвостом» ходил за Ревякиным, слушал, запоминал, ассистировал, смотрел... Для того, чтобы получить больше возможностей в освоении нелегкой профессии врача, брал пять-шесть дополнительных дежурств в месяц. Дежурства были ночными — самыми ответственными, потому что в такие часы врач остается один на один с болезнью, потому что такие часы устраивают беспощадную проверку профессиональной подготовленности врача, потому что ночные дежурства предполагают всю полноту ответственности за принимаемые решения.
Но Зирин знал, что учитель рядом. Ему можно позвонить и среди ночи, и быть уверенным в том, что получишь подробную консультацию, деловой совет, ободряющую шутку.
Спустя много лет, когда заслуженный врач РСФСР Александр Яковлевич Ревякин вышел на пенсию (хотя полноценным пенсионером он так и не стал, консультировал до самой смерти), он часто в беседах упоминал фамилию Зирин, неизменно связывая ее со словом «талант» (О. Ревякина. Счастливые: Кн. очерков О. Ревякина, В. Зима, А. Пастернак, Р. Ребан.- Ярославль: Верх.-Волж. кн. изд-во, 1987.- 128 с.).
Отрывок из письма в редакцию газеты «Призыв» в 1968 году Ф.Н. Бельской: «Я прошу вас передать большое спасибо от меня лично и от всех матерей, жизнь детей которых спас доктор Ревякин. Уже немало времени прошло с тех пор, как он вылечил моего сына. Но чувство благодарности к этому замечательному человеку, который в любое время - в ночь, за полночь - спешит на помощь заболевшему ребенку, не покидает меня».
«Помню самую первую свою встречу с Ревякиным. Произошло это лет двенадцать назад. У меня заболел трехмесячный сынишка. Нетрудно понять мое тогдашнее состояние. В то время нашим участковым врачом работала молодая женщина. Держалась она суховато, и, конечно, вполне естественно, что папы и мамы ходили на прием к этому врачу без особого желания.
Невнимательно (так показалось мне) осмотрев моего ребенка, врач, выписывая рецепт, сказала: «Будет хуже — вызовите меня». Я ждала немедленной помощи, просто участия, а тут... такой холодноватый тон. Мне показалось, что врач в чём-то сомневается...
Вот тогда-то я и позвонила Александру Яковлевичу, попроcив его посмотреть сына. Я знала, что он очень занят, что большую часть времени проводит в больнице, что и отдохнуть ему порой бывает некогда, и все же надеялась, что он не откажет. Он, действительно, мне не отказал. Забегая вперед, скажу, что сын вскоре поправился. Диагноз участковым врачом был поставлен правильно...
Александр Яковлевич сейчас патологоанатом. Он ставит окончательный диагноз. К его помощи обращаются врачи различных специальностей.
Труд патологоанатома сложен, требует больших знаний, умения и... принципиальности. Ведь бывают расхождения с клиническим диагнозом. Для Ревякина — истина превыше всего.
Целеустремленность этого человека поистине поразительна. О своей профессии, о насущных проблемах медицины он рассказывает с увлечением. Постоянно повышая свою квалификацию, Александр Яковлевич в курсе всех новинок здравоохранения. Не боится перенять хорошее у своих более молодых коллег.
Некоторые врачи нашей области с гордостью называют себя его учениками. Много лет назад пришли работать в детскую больницу Лидия Ивановна Гусева и Надежда Никифоровна Шувалова. Сейчас это опытные специалисты. Лидия Ивановна — фтизиатр, заведует отделением, а Надежда Никифоровна — врач-дерматолог. Звание заслуженного врача РСФСР носит Надежда Павловна Веденеева. Нo до сих пор в трудные минуты обращаются они за советом и помощью к своему учителю — товарищу по работе.
Александру Яковлевичу сейчас шестьдесят восемь лет. Многие его сверстники давно на заслуженном отдыхе. Ходят в лес полюбоваться природой, копаются в саду, увлекаются рыбной ловлей. Врач А.Я. Ревякин до сего дня на посту, ведет большую общественную работу. Он член общественного совета больницы. помогает в проведении научных конференций, нередко сам выступает с лекциями.
Почти полвека борется за здоровье детей, за их будущее заслуженный врач РСФС Александр Яковлевич Ревякин.
Н. МАТВЕЕВА» («Призыв», 28 июня 1970).

Александр Яковлевич ушел из жизни 3 марта 1984 года.

Мы поздно начинаем ценить родителей. Воспринималось всегда как само собой разумеющееся - ну, известный в городе врач, ну, здоровается с ним чуть ли не каждый прохожий, вызывают к заболевшему ребенку именно доктора Ревякина. Это казалось нормальным. Только спустя многие годы становится очевидным, какой это был незаурядный, пожалуй, выдающийся человек. Но известен он был не учеными степенями, не наградами и званиями и даже не обширными познаниями в медицине, хотя, по отзывам коллег, это был врач редкой врачебной эрудиции. Он был известен добротой, отзывчивостью, скромностью. В детской больнице, где А.Я. Ревякин работал, его звали «мамой» - за мягкий нрав, за интеллигентность, за бережное отношение к коллегам.
До сих пор я встречаю его пациентов, пожилых или совсем стареньких людей. Один немолодой владимирец, мой однокашник по 23-й школе, сказал недавно: «Ты знаешь, у него всегда были теплые руки, и очень мягкие, успокаивали». И, помолчав, добавил: «Наверное, не было в городе ребенка, которого не лечил бы Александр Яковлевич». Конечно, это преувеличение, но смысл в этих словах, пожалуй, глубокий.

Источник:
- Ревякин А. А. Жизнь, отданная детям // Старая столица : краеведческий альманах. – Вып. 8. – Владимир, 2014. – С. 58–62.
Здравоохранение г. Владимира
Детская клиническая больница города Владимира
Владимирская энциклопедия
Категория: Владимир | Добавил: Николай (11.09.2017)
Просмотров: 1936 | Теги: Владимир, люди | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

ПОИСК по сайту




Владимирский Край


>

Славянский ВЕДИЗМ

РОЗА МИРА

Вход на сайт

Обратная связь
Имя отправителя *:
E-mail отправителя *:
Web-site:
Тема письма:
Текст сообщения *:
Код безопасности *:



Copyright MyCorp © 2024
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru