Главная
Регистрация
Вход
Понедельник
25.09.2017
18:01
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Славянский ВЕДИЗМ

Оцените мой сайт
Оцените мой сайт
Всего ответов: 364

Категории раздела
Святые [132]
Русь [12]
Метаистория [7]
Владимир [651]
Суздаль [235]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [174]
Музеи Владимирской области [55]
Монастыри [4]
Судогда [4]
Собинка [46]
Юрьев [98]
Судогда [30]
Москва [41]
Покров [51]
Гусь [46]
Вязники [115]
Камешково [46]
Ковров [131]
Гороховец [28]
Александров [130]
Переславль [80]
Кольчугино [21]
История [14]
Киржач [35]
Шуя [61]
Религия [2]
Иваново [24]
Селиваново [5]
Гаврилов Пасад [4]
Меленки [14]

Статистика

Онлайн всего: 15
Гостей: 15
Пользователей: 0

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Владимир

Ипподром в губернском городе Владимире

Ипподром в городе Владимире

«Лошади здесь с каждым годом ухудшаются, прежние дворянские рысаки исчезли; рысистые бега, расположенные овалом у Вокзальной рощи, упразднены, и самый ипподром снесен, остатки породистых коней перешли к извозчикам; теперь почти ¾ всех лошадей – рабочие; извозщичьи, ямские, водовозные и проч.; «собственных» коней во всем городе не наберется и сотни. Лошади здесь не дороги: 30-100 руб., редко более» (Губернский город Владимир в 1877 году. Субботин А.П.).

В то время во Владимире было всего пять извозчичьих стоянок, называемых тогда биржами: у церкви Николы Златовратского, у западного угла Гостиного двора, напротив гауптвахты, за Ивановским мостом, на углу Торговой площади и Залыбедского съезда.
К началу XX века в связи с расширением границ города, с ростом населения, количество бирж возросло до двадцати.
Чтобы наняться в извозчики, необходимо было написать заявление во Владимирскую городскую управу, как это сделал в ноябре 1888 года запасной отпускной унтер-офицер Павел Иванович Давыдов: «Желая с наступлением зимы заняться извозным промыслом по г. Владимиру, я прошу городскую управу сообщить старосте 4-й биржи о беспрепятственном приёме меня в число извозчиков той биржи, пред началом же выезда я обязуюсь снабдить себя ярлыком до 1 января 1889 года».
Согласно «Обязательному постановлению для производства в городе Владимире извозного промысла», утверждённому городской думой 13 апреля 1888 года, извозным промыслом могли заниматься лица, достигшие 15-летнего возраста (в начале XX века возрастной порог увеличили до 18 лет) и уплатившие установленный Высочайшим повелением ежегодный сбор в следующем размере: легковые извозчики - 4 рубля 50 копеек, а ломовые - 1 рубль 20 копеек. Доказательством уплаты сбора служили выдаваемые из городской управы номерные жестяные бляхи, обязательно прибиваемые на экипажах: легковые извозчики крепили их зимой на передке саней, а летом - на козлах, на стороне, обращённой к седоку; ломовые - на верху дуги, обращённой вперёд. Один из пунктов «Обязательного постановления» гласил: «Извозчики обязаны быть всегда трезвы, вежливы и исправны в одежде; экипаж содержать в чистоте, без перевязки его верёвками и иметь в упряжке лошадей здоровых и смирных, в исправной ремённой сбруе». В дождливое время легковым извозчикам предписывалось снабдить колёсные экипажи кожаными верхами и фартуками, прикреплёнными наглухо к пролёткам. Извозчики были обязаны сами следить за содержанием бирж: ежедневно убирать навоз и посыпать стоянку песком или известью, устраивать ясли и коновязи. Извозчикам было рекомендовано самим договариваться с пассажирами о плате за проезд. Если это не удавалось, извозчик был не вправе требовать с ездока плату выше установленной. В конце XIX века плата за проезд в центральной части города - в местности между линией железной дороги, Московской заставой, оврагом сзади Студёной горы, Лыбедью и Сергиевской церковью составляла - 20 копеек, за проезд за Лыбедь - 25 копеек, за проезд в остальные местности - 30 копеек. Как днём, так и ночью, проезд от вокзала железной дороги в центр города составлял 30 копеек, а в остальные местности - 40 копеек и за почасовую езду - 40 копеек в час. В зимнее время цены снижались на 5 копеек за поездку и на 10 копеек за один час.
Цены за проезд печатались на плотной бумаге и выдавались каждому извозчику, который был обязан предъявлять их по первому требованию пассажира, о чём свидетельствовала надпись на ярлыке, прибитом к экипажу.
За всякое нарушение правил, особенно за неисправность сбруи и экипажа или за езду в пьяном виде и грубость с пассажирами, городская управа всегда могла отобрать у виновного его билет с возвращением внесённых за промысел денег и с лишением права заниматься промыслом в текущем полугодии или в следующем.
Очевидно, что не все прописанные в «Обязательном постановлении» пункты выполнялись беспрекословно. В ненастную погоду в некоторые районы города извозчики отказывались возить пассажиров по причине ненадлежащего качества дорог, на что жители, живущие на окраинах, неоднократно жаловались даже губернатору. Николай Максимович Цеймерн не оставил без внимания жалобы горожан. В 1898 году он лично проехал по владимирским окраинам и закоулкам и «нашёл, что действительно проезды в более отдалённые улицы как, например, за Лыбедью и даже в центральных, как Троицкая, Ильинская и др. находятся в крайне неудовлетворительном состоянии: отсутствие каменных покровов при неровной поверхности и глинистой почве, делают проезд по таким улицам весною и осенью затруднительным, что не только неудобно в смысле удовлетворения потребностей жителей, но и в случае возникновения пожара». Цеймерн направил городскому голове Андрею Алексеевичу Шилову письмо, в котором предложил план обустройства улиц: «Я знаю, что городская касса не располагает такими средствами, чтобы возможно было приступить к устройству всех улиц одновременно и полагаю, что этого и не требуется, но всё же, безусловно, необходимо обратить внимание на устройство проездов там, где это представляется нужным, разделив улицы по степени значения их на категории, отнеся к первой части такие, устройство коих необходимо выполнить в первую очередь, ко второй - менее важные и т.д. Составив таким образом свои предположения, городское управление могло бы заранее изготавливать на производство работ технические сметы, а для того, чтобы жители знали о времени производства работ по устройству улиц, в коих они проживают, то составленный Думой список мог бы быть опубликованным для всеобщего сведения».
Зачастую извозчики, пользуясь безвыходным положением пассажиров, в основном на железнодорожном вокзале, требовали от них двойную, а то и тройную плату. Периодические нарекания горожан на извозчиков побудили владимирского губернатора Ивана Николаевича Сазонова издать летом 1911 года следующий приказ: «До меня доходят жалобы, что легковые извозчики, за последнее время в особенности, отказываются возить пассажиров за установленную таксу, допуская совершено непозволительные деяния - или ложно заявляют, что они заняты, или просто отъезжают от пассажира с грубостью, что замечалось неоднократно на вокзале. Подобные явления совершенно недопустимы и на чинах полиции от пристава до городового лежит обязанность наблюдать за подобными нарушениями существующего обязательного постановления городской думы и виновных извозчиков в нарушении сего записывать и на утро следующего дня представлять ко мне на предмет лишения его права выезда на биржу. При этом предупреждаю и чинов полиции, что всякое послабление с их стороны в отношении надзора за извозчиками по исполнению ими существующего обязательного постановления городской думы - будут мною строго наказываться».
Кареты, повозки, пролётки, сани, как правило, периодически ломались и требовали ремонта. В 60-х годах XIX века во Владимире действовало четыре экипажных заведения, владельцами которых являлись: купец 3-й гильдии Алексей Семёнович Мартынов, купец 3-й гильдии Ефим Дементьевич Шаров, купец 3-й гильдии Михаил Федотович Павлов и «временный владимирский купец», ангальтбернбургский подданный Карл Нагель. Например, в ведомости об экипажном заведении Ефима Шарова сообщалось, что в 1861 году была изготовлена одна карета стоимостью 600 рублей, две коляски по 250 рублей, два зимних возка.
Поговорка «ругается как извозчик» не лишена оснований. «Извозчичьи биржи являются своего рода своеобразными кафедрами сквернословия. „Интимные" разговоры извозчиками друг с другом ведутся „во всю улицу" и изобилуют массой нецензурных словечек. И притом, они редко считаются с тем, имеется на улице публика или нет», - сообщала газета «Старый владимирец» 5 января 1912 года.
Принятое в 1903 году «Обязательное постановление о мерах безопасности и порядке движения по улицам» предписывало правящим лошадьми: «держаться правой руки; ездить умеренной рысью; не ездить вперегонки; при въезде из ворот, при поворотах и в тех местах, где движение стеснено, ехать шагом». Запрещалось ездить по тротуарам и привязывать лошадей к фонарным столбам и уличным столбикам. С возами, а также с пустыми подводами допускалось ехать только шагом и притом в один ряд. Стоянка проездных лошадей и экипажей, а также кормление лошадей около церквей, на площадях, по улицам, перед гостиным двором, торговыми помещениями, трактирами и питейными заведениями воспрещалась. Проходящие по тротуарам были обязаны: не останавливаться там, где это препятствует движению; не носить с собою по тротуарам громоздких вещей и других предметов, стесняющих движение; не водить лошадей и не ездить на велосипедах.
Но какой русский не любит быстрой езды! С наступлением сумерек извозчики позволяли себе носиться по улицам во весь опор. Впрочем, бдительные полицейские старательно несли свою службу и в тёмное время суток. «В ночь на 10 мая легковые извозчики 6-й биржи № 78 крестьянин И. Платонов и № 148 А. Карпушкин по Нижегородской улице устроили гонку без седоков, вследствие чего был составлен протокол для привлечения их к ответственности по 123 ст. Устава о наказаниях», - писал «Старый владимирец» 14 мая 1910 года» (Т.А. Пугина «ИЗВОЗЧИКИ ОБЯЗАНЫ БЫТЬ ВСЕГДА ТРЕЗВЫ, ВЕЖЛИВЫ И ИСПРАВНЫ В ОДЕЖДЕ»).

За Юрьевской заставой в 1899 г.:
…Упраздненное лагерное место; Рысистый бег, Сторожка при нём; Сторожка Курлова.

Появление ипподрома в городе Владимире на пустыре за Юрьевской заставой в районе современного главного корпуса Госуниверситета можно отнести к сер. XIX в. Владимирский ипподром был обнесен забором. По краям стояли трибуны на несколько десятков мест. Были при ипподроме и служебные помещения, и конюшни.

26 сентября 1856 г. открытие во Владимире общества рысистых бегов «для поощрения коневодства губернии испытанием и наградой резвости и силы лошадей». В Общество вошли известные люди, в частности Николай Иванович Крузенштерн - сын адмирала Крузенштерна, бывший тульский и орловский губернатор, владелец конезавода в Покровском уезде.

В XIX веке конезаводов, где занимались «улучшением сортов лошадей», во Владимирской губернии было немало. Это был достаточно выгодный бизнес. Сын владимирского губернатора Ивана Куруты - Владимир Курута, составивший «Алфавитный указатель русским конезаводчикам в 1839-1883 годах» насчитал во Владимирской губернии около 11 заводов - во Владимирском, Юрьевском, Покровском и Переяславском уездах.

Скачки на владимирском ипподроме на призы «Общества рысистых бегов» и Управления Государственного Коннозаводства в 1850-1860 гг. проходили регулярно, сразу по несколько дней. Каждый раз газета «Владимирские губернские ведомости» публиковала подробный отчет об испытаниях. Заезды проводились отдельно для 3-4-летних жеребцов, отдельно для кобыл такого же возраста, отдельно для более взрослых животных, отдельно для троек и отдельно для «возовых» (ломовых) лошадей. Молодые жеребцы бежали 1-3 версты, тройки - до 15 верст, «возовые» - всего 150-200 саженей.
Для каждого заезда была определена своя «нормальная быстрота», например «2 минуты 13 секунд на версту», медленнее которой лошадь не должна была бежать. Определялось для каждого заезда и количество сбоев - когда лошадь переходила с рыси на галоп. Если лошадь делала больше сбоев, чем положено, она теряла право на приз.
Испытания кобыл и жеребцов производились с беговой дрожкой (конной коляской) - летом, а зимой - с санками. «Возовые» лошади стартовали с места с грузом в 100 пудов (около 1600 кг.), постепенно груз подкладывали и к финишу они приходили уже с 200-300 пудами веса.
При регистрации, желающие участвовать в бегах, которых, к слову, было не очень много, вносили в кассу «Общества рысистых бегов» 5 рублей - с члена общества и 15 рублей - с «посторонних охотников». Призы за первое место колебались от 100 до 200 рублей.

Вот несколько отчетов о забегах 1859 и 1860 гг. на владимирском ипподроме:
- На приз Вице-Президента в 100 рублей для жеребцов трех лет, дистанция 1 верста. Участвовали две лошади.
Первый: темно-серый жеребец П. Дуйкина, трехлетний, завода Константина Толя, родители - «Машистый» и «Селитра».
Второй: самого Константина Толя темно-серый жеребец «Кролик» своего завода, родители - «Машистый» и «Волшебница». Первый жеребец пробежал за 2 минуты 4 секунды и получил приз, сбился 2 раза, «Кролик» сбился 1 раз. Наездники: Родион Рогов и Степан Анисимов.
- Приз Управления Государственного Коннозаводства в 100 рублей для троек. Дистанция 15 верст. Нормальная быстрота - 30 минут. Троек на регистрацию не явилось и приз остался неразыгранным.
- Приз Управления Государственного Коннозаводства в 100 руб для «возовых» лошадей. Стартовый груз - 105 пудов. Участвовала только одна вороная лошадь Н. Платонова «Угрюмый», 7 лет, неизвестного происхождения. Везла 268 пудов и получила приз.

На владимирском ипподроме горожане могли наблюдать не только за конскими бегами. В апреле 1912 года здесь владимирцы впервые лицезрели настоящий аэроплан. Пилот поднялся на несколько саженей над землей, сделал небольшой круг над ипподромом и опустился на землю. Публика разочаровано разошлась по домам.

После Октябрьской революции, в годы НЭПа, скачки на ипподроме, который стал принадлежать Владимирскому «Губсельтресту», продолжаются. Даже несмотря на то, что южная часть ипподрома отошла кирпичному заводу «Берлин», наладившему в этом месте добычу глины. Ипподром «сократился», поворот дорожек в южном конце стал крайне неудобным. «Губсельтрест» даже стал подыскивать новое место для ипподрома. Вот как описывает скачки 1926 года газета «Призыв».
«В четыре часа дня вокруг огромная стена людских голов. На протяжении версты, которую занимает ипподром, по обеим сторонам шпалерами стоят люди. Стоят, сидят, лежат - их здесь тысячи. Ни одно массовое гуляние за последнее время не было так многолюдно.
- Вот, едут, едут, - пронеслось по рядам.
- Глядь-ко, белоногий, заглядишься!
- Красота, лошади!
В программе было 8 заездов, в них участвовал исключительно молодняк, впервые принимающий боевое крещение...
На ипподроме кобыла американской породы, вороной масти, завода В. Павлова. С ней должна соперничать серая «Проталинка».
2 звонка, сейчас начнем. Первый заезд не удался, «Проталинка» поломала качалку.
Выступает молодняк: 2-летний «Вечерний звон» и «Вихрь». Публика предчувствовала, что «Вихрь» должен победить. Так и вышло.
Еще тогда, когда бежал молодняк, у публики разгорелись страсти. А когда выскочил «Быстролетый» - жеребец караковой масти, американской породы, зрители пришли в восторг.
«Быстролетый», как и следовало ожидать, победил своего соперника «Карамболя».
Далее идут лучшие лошади «Губселтреста» - рекордисты «Русак» и«Аргонавт».
«Русак» еще в прошлом году взял первенство. Никто и думать не хочет, что он уступит сейчас, тем более, что в наружной статности чувствуется превосходство перед «Аргонавтом». Но, увы!
Публике суждено было только чмокать губами. «Аргонавт» с наездником Кузьмичевым далеко оставил позади «Русака». Зрители остались весьма довольны бегами»

Что сталось с владимирским ипподромом - доподлинно неизвестно. Возможно, его закрыли, когда НЭП «послали к черту» и скачки стали «буржуазным развлечением». На месте ипподрома в начале 1960 гг. появился главный корпус ВлГУ.



Дмитрий Пешков во Владимире

28 апреля 1890 года до Владимира доехал сотник Амурского казачьего войска Дмитрий Пешков, который с 7 ноября 1889-го по 19 мая 1890 года верхом на своем строевом коне по кличке Серко амурской породы совершил путешествие из Благовещенска до Санкт-Петербурга.
Расстояние более чем в 8 тысяч верст казак преодолел за 193 дня, включая 40 дней отдыха и непредвиденных задержек в пути. Останавливался он и во Владимире, где дал коню отдохнуть до 30 апреля.
Владимирцы провожали Дмитрия Пешкова с большим почетом. «Проводы были с музыкой. Провожало много офицеров, генерал-лейтенант Витторф и командир 11-го полка полковник Сергиевский верст до двенадцати. До заставы шла громадная толпа народа», - цитирует воспоминания Дмитрия Пешкова краевед Николай Фролов.
Дмитрий Пешков и его верный Серко от Владимира до Петербурга успешно добрались менее чем за 20 дней. В столице казака принял сам император Александр III с семьей.


Дмитрий Пешков на коне


Владимирская Ямская Слобода
Владимирская Тяжеловозная лошадь
Владимир Иванович Фомин - «Король русской тройки»
Состояние частных конских заводов и коннозаводства во Владимирской губернии
Конный завод в Гавриловском посаде
Пути сообщения и транспорт во Владимире в 1927 г.

Copyright © 2015 Любовь безусловная


Категория: Владимир | Добавил: Jupiter (10.01.2016)
Просмотров: 759 | Теги: Владимир, владимирская губерния | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

Поиск

Владимирский Край

РОЗА МИРА

Меню

Вход на сайт

Счетчики
ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика


Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика