Главная
Регистрация
Вход
Воскресенье
11.12.2016
03:19
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Славянский ВЕДИЗМ

Оцените мой сайт
Оцените мой сайт
Всего ответов: 195

Категории раздела
Святые [129]
Русь [12]
Метаистория [7]
Владимир [400]
Суздаль [151]
Русколания [8]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [102]
Музеи Владимирской области [51]
Монастыри [4]
Судогда [4]
Собинка [28]
Юрьев [60]
Судогда [14]
Москва [41]
Покров [26]
Гусь [31]
Вязники [86]
Камешково [24]
Ковров [30]
Гороховец [14]
Александров [44]
Переславль [39]
Кольчугино [13]
История [13]
Киржач [11]
Шуя [18]
Религия [1]
Иваново [12]
Селиваново [3]
Гаврилов Пасад [1]
Меленки [6]

Статистика

Онлайн всего: 5
Гостей: 5
Пользователей: 0

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Суздаль

Суздальское Духовное Училище

Суздальское Духовное Училище

В конце 1723 года при епископе Суздальском и Юрьевском Варлааме Леницком в Суздальском архиерейском доме была учреждена Суздальская Духовная Семинария.

Высочайшим указом от 6 мая 1788 года велено было Владимирскому епископу именоваться Суздальским и Владимирским, иметь пребывание в Суздале и ведать, как епархию, всю Владимирскую губернию. Относительно семинарий Владимирской, Суздальской и Переславской в указе говорилось: «Что следует до семинаристов Владимирской и Переславской семинарии, природою состоящих из Владимирской губернии, оных некоторое число из низших классов, если по усмотрению его преосвященства окажется надобность быть в Переславле особому малому училищу, оставить в оном, а до остальных причислить к Суздальской семинарии, почему и книги обеих сих семинарии и прочие к ним принадлежащие вещи взять в ту же Суздальскую семинарию; а прочих семинаристов, кои природою не из Владимирской губернии, отпустить с письменными видами и с назначением в них соразмерных расстоянию сроков в семинарии тех епархий, в которые отцы их поступят, сообщив епархиальным архиереям именные с показанием успехов учения и состояния их списки». В силу этого указа в июле 1788 года епископ Виктор переехал в Суздаль, а вместе с ним перешла сюда и Владимирская семинария. Она слилась с местной школой, и образовалась одна семинария, которая стала именоваться Суздальскою.
В царствование Павла 23 апреля 1798 года последовал на имя преосвященного Виктора новый указ Св. Синода, в котором говорилось: «Как в показанном Владимирском Рождественском монастыре по 1788 год имели всегда свое пребывание Владимирские преосвященные архиереи, с того же года, хотя он для пребывания тамошних генерал-губернаторов и был отдан, но ныне по Высочайшему Его Императорского Величества указу возвращен по-прежнему в непосредственное ведение Св. Синода, Владимирские же граждане поданным чрез градского своего голову Петровского прошением изъяснили желание о переведении вашего преосвященства из города Суздаля в тот Рождественский монастырь или об учреждении во Владимире, яко в губернском городе, епархии вновь, каковое их прошение найдя Св. Синод основательным, рассудил, что приличнее самим Вам иметь во Владимире пребывание, нежели переводить туда Цареконстантиновский монастырь, и для того предписать вашему преосвященству, чтобы Вы отправились немедленно из Суздаля во Владимир со всеми принадлежащими к архиерейскому дому и собору служителям, консисториею и семинариею для пребывания в показанном Рождественском монастырь»…Преосвященный Виктор не сразу выполнил синодальное предписание. В ответном доношении в Св. Синод он указывал на ветхость архиерейского дома, «в коем от бывших военнослужащих, обучавшихся экзерциции, пол поврежден и по ветхости деревянной кровли внутри самых покоев проходит течь», на невместимость тех покоев, где раньше помещалась семинария, на трудность сыскать извозчиков в виду «приближающегося к земледелию времени» и просил Св. Синод, во-первых, оказать ему пособие, а во-вторых, Суздальский дом оставить навсегда принадлежащим к архиерейскому дому для помещения в нем консисторской архивы, духовного правления, семинарской библиотеки и учеников Суздальской семинарии до философского класса; во Владимир же просил перевести только учеников богословии и философии. В Св. Синоде отговорки епископа Виктора признаны были «столь же неосновательными, скол и постыдными», вследствие чего было определено «подтвердить преосвященному Виктору наистрожайше, чтобы, по получении этого нового указа, он, ни мало не медля и не далее как к 1-му числу августа, переехал во Владимир со всеми принадлежащими к архиерейскому дому и собору служителями, консисториею и семинариею». Однако Суздальский архиерейский дом оставлен, согласно его просьбе, «навсегда принадлежащим Владимирскому архиерейскому дому для помещения в нем Суздальской семинарии, духовного правления и прочего прописанного в доношении преосвященного Виктора». Указ был послан 12 июля 1798 года, а 21 июля того же года епископ Виктор переехал из Суздаля во Владимир.
В сентябре 1798 года, когда ученики собрались в Суздаль для учения, был отделен класс богословский и философский и препровожден тоже во Владимир; остальных учеников поместили в опустевшем Суздальском архиерейском доме. Вскоре при богословском и философском классе во Владимире образовались и низшие семинарские школы. В 1800 году приказано было семинарию именовать не Суздальскою, а Владимирскою.
24 февраля 1800 года последовало распоряжение Владыки об отпуске из семинарских средств нужных сумм на жалованье учителю Владимирского училища, дрова и починку и об отсылке сирот в Суздальскую бурсу. С того времени Владимирское училище теряет свое существование и сливается с семинарией.
Дмитрий Смирнов, протоиерей Воскресенской церкви г. Суздаля, в ноябре 1800 года определен надзирателем Суздальского духовного училища.
8 марта 1801 года надзиратель Суздальского училища Дмитрий Смирнов рапортом представил: «Некоторые ученики ходят де по миру; для отвращения сего посрамления училищу, неоднократно советовал я им писать немедленно к отцу своему о присылке пищи; не смотря на сие, некоторые и доселе по церквам и под окнами просят милостыню. Таковы суть: высшего элементарного класса Алексей Рубцев – пономарев сын, Даниил Хомутовский – дьячков сын, Матфей Ястребцов – умершего пономаря сын, живущий на содержании брата – сторожа Юрьевской соборной церкви, и Григорий Лебедев – утопшего пономаря сын, живущий на содержании дьячка; кои все ученики показали мне, что у них то за дальностью домов, то за недостатком содержателя их собственного пропитания почасту недостает».
В 1802 году по распоряжению Ксенофонта в Суздальскую бурсу стали допускаться бурсаки своекоштные с тем, чтобы, внося известную плату, они могли пользоваться общим помещением и столом с казеннокоштными учениками. Предложение было принято сочувственно. При первом же объявлении изъявили согласие 20 человек. Но, когда пришло время расплаты, то отцы детей отказались платить назначенную сумму, основываясь на том, что они могут содержать своих сыновей на квартирах, хотя не с такими удобствами, но с меньшими издержками. Епископ Ксенофонт, которому донесли об этом случае, понизил взнос до минимума и велел с каждого взять за 4 месяца содержания в бурсе 4 с четвертью рубля деньгами, или же провизией по справочной цене. Но и после такого снисхождения своекоштные ученики поспешили уйти из бурсы, либо ссылаясь на свою бедность, либо на тесноту помещений.
Иван Каптерев в августе 1802 года переведен в Суздальское училище учителем низшего элементарного класса.
Иван Алякринский обучался с 1807 года в Суздальском училище, потом – Владимирской семинарии до философии включительно. 7 октября 1809 года послан для образования к учительской должности в Троицкую семинарию. По окончании богословского курса 26 ноября 1813 года определен во Владимирскую семинарию учителем низшего элементарного и высшего греческого классов.
Григорий Чижев обучался с 1800 года в Суздальском училище и ВДС. По выслушании богословии 4 августа 1812 года произведен священником к Успенскому кафедральному собору, а 12 ноября 1813 года определен в семинарию учителем низшего греческого класса и всеобщей истории. В 1814 году по преобразовании определен во Владимирское училище учителем низшего отделения, впоследствии инспектором. На училищной службе о. Чижев оставался до 1857 года. Умер протоиереем и ключарем кафедрального Успенского собора 28 января 1870 года.

На содержание Суздальской бурсы по штату 1808 года не было отпущено никаких специальных средств. Но в указе Синода от 17 сентября 1814 года значилось, чтобы деньги, вырученные от продажи венчиков и разрешительных молитв, предназначались для содержания бедных учеников уездных и приходских училищ. Получив такой указ, семинарское правление нашло возможным распорядиться 23 января 1815 года об отсылке названных сумм 1150 рублей 37 копеек в Суздальскую бурсу для содержания 70-ти недостаточных учеников. Не успели в Суздале получить предписание и сделать в счет присланных денег несколько закупок, как из Московской академии было передано в семинарию распоряжение Комиссии духовных училищ, в котором повелевалось: 1) в училищах, подведомственных ВДС, до 1816 года бурс не учреждать; 2) деньги, вырученные от продажи венчиков и разрешительных молитв, хранить в семинарском правлении. Семинария немедленно заготовила и отправила в Суздаль предписание: «остановить расход остающейся суммы впредь до дальнейших распоряжений, а купленные вещи расходовать со всевозможною бережливостью, вновь ничего не покупая». Из Суздаля пришел ответ, что значительная часть суммы уже израсходована и в остатке имеется всего 473 рубля 73 копейки. Комиссия духовных училищ приостановила открытие бурс, имея в виду собрать предварительно нужные сведения, касающиеся места и сумм, потребных для заведения общежития и содержания казенным коштом учеников. Одновременно с приказом о приостановке открытия бурс ВДС было дано предписание доставить в непродолжительном времени доклад о количестве нуждающихся учеников, предполагаемой величине окладов, удобных местах для заведения общежитий, местных епархиальных источниках к содержанию нуждающихся и т.д. Но для Суздальской бурсы такой поворот дела едва не стал роковым. Если 70 бедняков не остались без крова и пищи, то только потому, что начальство Суздальских училищ успело воспользоваться значительной частью венчиковой суммы еще до получения академического предписания. Но кроме этих денег на руках Суздальского начальства больше денег не было. Всякий кредит был закрыт. А между тем вскоре назрели такие нужды по содержанию казеннокоштных учеников, удовлетворение которых было делом неотложной необходимости. Безденежье дало себя почувствовать прежде всего в пище. В счет присланной из семинарии венчиковой суммы успели заготовить провизии в достаточном количестве, но, в виду экономии, заготовили ее в сыром, необработанном виде. Для печения хлебов, например, покупали не муку, а рожь, которою после заморозки сумм не на что было смолоть. Не было даже лошади, на которой бы можно было свезти рожь на мельницу. Обратились за содействием к настоятелю Спасо-Евфимиева монастыря архимандриту Мелхиседеку. Но тот сослался на свой контракт с мельником, по которому мельника нельзя было принуждать к безденежному выполнению работ. Началась переписка между бурсой и семинарским правлением. Семинарское правление посоветовало смотрителю Суздальских училищ Дмитрию Смирнову еще раз попросить Суздальского архимандрита. Тоже предписал и Владыка. Обратились вторично к Мелхиседеку с просьбой смолоть рожь бесплатно, и дать лошадь для перевозки бурсацкой ржи на мельницу. Но Мелхиседек и на этот раз дипломатично отклонил просьбу: «купленную для бедных учеников рожь, молоть на монастырской мельнице, ежели есть усердие содержателя на то, не воспрещаю и могу даже дать ему совет». Ссудить лошадь для перевозки ржи на мельницу он положительно отказался, сославшись на то, что вскоре все лошади будут заняты беспрестанною возкой песка, воды и кирпича. Обратились за лошадью в другое место, к настоятелю Суздальского Васильева монастыря, надеясь, что при обещанном содействии со стороны Мелхиседека, вопрос о помоле ржи решен будет в удовлетворительном смысле. Но тот также лошади не дал, ссылаясь «на пашню». Тогда послали пешим в Спасское Городище, где была монастырская мельница, служителя, с целью осведомиться по крайней мере, согласен ли будет мельник смолоть бурсацкую рожь бесплатно? На мельнице отговорились тем, что мельница в починке… Бурсе угрожал голод. Муки оставалось лишь на 12 дней. Следует новый вопрос в семинарию, что делать и как быть? Семинария определила: «приобщить представление к семинарским делам и хранить в правлении».
Одновременно с вопросом о помоле ржи открылось дело об одежде и обуви для бурсаков. Недостаток в одежде и обуви для казеннокоштных учеников чувствовался еще в то время, когда Суздальская бурса имела в своем распоряжении венчиковую сумму. По исчислению смотрителя Смирнова, посланному в семинарию в феврале 1815 года, из ассигнованных на Суздальскую. Бурсу 2800 рублей (столько предполагалось отпускать ежегодно из венчиковых сумм) на одежду и обувь бурсаков можно было уделить всего 491,5 рублей, в счет которых обуть и одеть возможно лишь 20 человек. Но семинарское правление не позволило этого сделать в силу высочайшего распоряжения. Результаты не замедлили сказаться. Уже 8 марта Смирнов доносил, что 5-ть бурсаков заболели горячкой. «По совету оператора Дмитрия Павловича Моренкова, писал смотритель, для них нужен особый покой, а также некоторые лекарства; но как употребление бурсацкой суммы ныне воспрещено, то как в сем случае поступить, о сем покорнейше представляю». Семинарское правление дало совет отпустить больных учеников домой впредь до выздоровления. Мера , рекомендованная правлением, не приостановила болезни и оказалась даже не вполне выполнимою. 20 марта семинарским правлением было получено новое представление Суздальского смотрителя, не лишенное ядовитой иронии по адресу всех санитарных мероприятий, строго выполненных по настоянию врача, но не приведших к цели, поскольку не устранена была основная причина заразной болезни. «Число больных учеников в здешней бурсе день ото дня увеличивается. 12 человек отпущены в домы сродственников их с билетами, но теперь заболело вновь 10 человек, которых за неимением попутчиков, отпустить в домы не с кем. Хотя предосторожности от увеличения болезни принимаются все, здоровые с больными не спят, в комнатах довольно чисто, всякий день, по совету господина оператора Моренкова, курят понемногу можжевеловыми ягодами и свежий воздух в комнату впускается, но все безуспешно. Начальною причиною болезни сей полагать можно простуду в ногах, за неимением у многих обуви». Семинарии оставалось только дать разрешение смотрителю на отпуск всех учеников в домы родителей. Заболевших учеников велено было оставить в бурсе до попутчиков. Затруднение было таким способом устранено, и семинарское правление, хотя на время, избавилось от докучливых запросов Суздальского смотрителя.
Но прошла Пасха, прошло Фомино воскресенье, и вопросы о помоле, об обуви, несколько позабытые, снова поставлены были на очередь и требовали обстоятельного обсуждения. Именно в это время семинарией было получено упомянутое выше представление Суздальского смотрителя о том, что муки в бурсе остается всего лишь на 12 дней. Неизвестно чем бы закончилась эта история с мукой, если бы на помощь нуждающимся бурсакам не пришел преосвященный Ксенофонт. 24 мая он дал в консисторию указ, в силу которого положено было заимствовать необходимые для содержания бурсаков средства из неокладных монастырских сумм и добровольных пожертвователей, к которым призывались настоятели и настоятельницы Владимирских монастырей и пустынь. 23 июня 1815 года смотритель Суздальских училищ уже извещал семинарское правление о получении им предписания, коим дозволяется расходовать присланную при сем сумму на содержание бурсаков. На присланные деньги, понятно, нельзя было сразу залатать все прорехи бурсацкой экономии. Из донесения смотрителя от 1 октября: «…все еще 20 человек имеют лишь худые лапти».
Между тем, пока шли переговоры о содержании и обуви оставшихся безо всяких средств к существованию бурсаков, семинария деятельно обсуждала вопрос о приспособлении Суздальских помещений к устройству в Суздале постоянной бурсы. Распоряжение по этому вопросу было дано из Комиссии духовных училищ. Наконец, к октябрю 1816 года приготовления были закончены, и 8 числа состоялось торжественное открытие новоустроенного общежития. Архимандрит Спасо-Евфимиева монастыря Мелхиседек совершил, при участии учеников, крестный ход из собора в бурсу. Ученики шли в рядах по 4 человека и пели «Царю небесный» на славянском, латинском и греческом языках. После окропления здания святой водой ученики читали разговоры, стихи, а певчие пели тропари. За обедом казеннокоштных учеников пелись антифоны. На содержание казеннокоштных учеников училищ была назначена венчиковая сумма и ежегодные доброхотные пожертвования. К пожертвованиям через Благочинных было призвано все епархиальное духовенство. Благочинным преосвященный Ксенофонт строжайше предписал, чтобы они «всемерное имели старание о приглашении подведомственного им духовенства к пожертвованиям в пользу бедных учеников духовного звания». Те из Благочинных, которыми не представлялись пожертвования, помечались в числе беспечных и подвергались строгому выговору со стороны Владыки. Ревностные получали архипастырскую благодарность. Суздальская бурса была единственною для всей епархии. Сюда присылались сироты со всех училищ. По переходе в семинарию, где, как было сказано выше, не было общежития, Суздальские бурсаки пользовались большим в сравнении с другими окладом.

Алякринский Митрофан Иванович 15 июля 1816 г. определен к инспекторской и учительской должности в Суздальское духовное училище.

Письмо Преосвященного Парфения Черткова: «Прошу не оставить моей покорнейшей просьбы (приписка к митрополиту Серафиму без обозначения числа, месяца и года): московской академии Правлением предписано владимирскому семинарскому Правлению осмотреть бывший Суздальский архиерейский дом, и ежели признан будет надежным к устроению в нем училища, то сделав смету с планом представить. Что и исполнено архитектором губернским с прикомандированными комиссионерами. Суммы на поправки и переделку с помещением двух сот учеников, потребно 50 тысяч; ибо дом преогромный – да и запущенный. Учащихся может поместиться более 400 человек. Теперь дело а требуемой сумме, и в удалении из онаго присутственных мест – в чем г. губернатор не будет прекословить, считая лучшим вновь выстроить корпус для присутственных мест; да и помещены оныя места, как видно из актов, на время. Помогите?»
«… По огромности Семинарии, да и потому, что Ректор владимирской Семинарии, очень долго и отлично служащий, глядит или в Питер на череду или в Архиереи, и Инспектор мог бы заступить его место и поддержать порядок в Семинарии. Что-то дело о здании Семинарском, по предложению открыть другую Семинарию в Суздале? Учеников в Семинарии более 700 человек» (Из письма преп. Парфения к митр. Серафиму. 1 ноября 1835 года.).
«По проекту и, кажется, по настоянию бывшего Обер-Прокурора комиссия Духовных Училищ предположено устроить одну семинарию во Владимире: но слишком должно быть огромно и людно. Трудно будет управляться. Другое препятствие: хотя архиерейский дом в Суздале и отобран в ведение епархиальное, но кроме стен все должно быть новое, да и стены, особенно внутри, должны быть выбраны, и окошки вновь разделаны. И обстройка потребует не менее суммы, как и новое здание…» (Из письма преп. Парфения к митр. Серафиму. 11 апреля 1837 года.).

В 1838 г. в Духовном училище было 311 человек учащихся.

С 1859 года Владимир Яковлевич Менци занимал должность «безмездного», то есть бесплатного, врача при Суздальском духовном училище.
Важнейшими чертами общественной деятельности В.Я. Менци были благотворительность, бескорыстное служение обществу. Особенно это проявилось в стенах Суздальского духовного училища. За 30 лет тысячи питомцев училища пользовались не только врачебной помощью господина Менци, но и живым участием его, многие - пособием и покровительством.
В.Я. Менци, добровольно возложив на себя обязанности почетного блюстителя училища, очень много сделал для его возрождения и процветания. Не жалел ни умственных и организационных сил, ни времени, ни своих собственных денежных средств. Духовное училище, став на ноги и при его участии обновившись, настоятельно нуждалось в крепкой денежной поддержке, а между тем наличных средств едва хватало на самые существенные сметные нужды. Вот тогда-то Владимир Яковлевич откликнулся на зов училища и выручил его, взяв на себя хлопотливое дело бесплатного лечения всех воспитанников училища. Причем врач посещал их даже на квартирах, расположенных в самых отдаленных частях города, куда часто попасть было очень трудно (в дождливую погоду).
В 1863 г. Владимир Семенович Счастливцев был перемещен на должность инспектора в Суздальское духовное училище; по новому училищному уставу в 1867 г. был переименован в помощника смотрителя училища. В Суздальском училище оставался до 1874 г., а потом вследствие возникших служебных недоразумений перешел на службу во Владимирскую духовную семинарию на должность помощника инспектора.
Почетным блюстителем духовного училища В.Я. Менци трудился с 1876 года. Это была очень ответственная должность. Блюститель - это попечитель и благодетель, который входит во все экономические нужды учебного заведения и изыскивает всеми доступными ему способами средства для удовлетворения их. Владимир Яковлевич до конца своих земных дней самоотверженно исполнял обязанности почетного блюстителя. Если в качестве врача он безвозмездно оказал медицинскую помощь более чем тысяче воспитанников, то в качестве почетного блюстителя - сверх множества даровых трудов и забот - вложил в училище в общей сложности более 5 тысяч рублей из собственных средств, в которых у него вовсе не было излишка... В.Я. Менци приобрел для училища глобус, сложную доску для черчения географических карт, коллекцию минералов, волшебный фонарь и много других учебных пособий. Особенно признательно ему было училище за фундаментальную библиотеку. Ежегодно вносил благодетель в училищную кассу на приобретение ценных и интересных книг и наглядных пособий 100 рублей, иногда делал экстренные взносы. Так однажды он дал 30 рублей на превосходное иллюстрированное собрание богословских трудов Ф. Фаррара, в другой раз подарил роскошное издание журнала «Природа» за несколько лет, годовую подписку «Русского вестника». Вообще, что бы ни появлялось время от времени нового и замечательного в периодике или литературе, Владимир Яковлевич тотчас же стремился приобрести для училища.

1874 г. Владимирский временный 2-й гильдии купец Иван Дмитриевич Симанин утвержден Его Высокопреосвященством в звании почетного блюстителя Суздальского Духовного училища.
Высочайшим Указом, данным Капитулу Российских Императорских и Царских орденов, 20 мая 1876 г. Всемилостивейше пожалован орденом св. Станислава 3-й ст. смотритель Суздальского духовного Училища, кандидат Михаил Введенский.

По Суздальскому Духовному Училищу за 1877 год: «При училище служитель – 1; отапливалось печей классных – 3, в комнате Смотрителя – 4, в комнате Правления Училища – 1, в комнате сборной учительской – 1, в комнате служительской – 1, в бане – 1; освещалось классных комнат – 5; комната для снимания верхнего платья и галош учеников – 1; комната училищного Правления – 1».

С января 1880 года должность смотрителя училища исполняет Михаил Георгиевич Стаховский (ум. 7 июня 1913 года). Молодой педагог с первых же шагов своей службы сумел стать не только начальником, но и воспитателем детей. М.Г. вникал во все стороны училищной жизни; он не растерялся, не побоялся того, что ему придется работать при неблагоприятных условиях. Помещение училища в старинном здании бывшего архиерейского дома в то время мало отвечало запросам и нуждам духовно-учебной жизни. Средств на благоустроение здания не было. Но смотритель искренно любил учебное дело. В нем было много веры в успех дела и энергии, чтобы с первых шагов не опустить руки. Заняв должность смотрителя, Михаил Георгиевич вскоре поднял вопрос о переустройстве училищного здания. В то время не было ни общежития, ни удобных квартир для лиц инспекции. В училище помещалось только 4 класса и квартира смотрителя. Громадные части здания пустовали. Требовалось много труда и знаний, чтобы благоустроить здание и приспособить его к открытию общежития.
Общежитие при училище было открыто в 1882 году. Сначала в интернате помещалось 25 человек, затем явилась возможность расширить общежитие для 50 человек (в 1913-м году там жило 100 мальчиков).

Кирилло-Мефодиевская церковь, что в Духовном Училище


Собор Рождества Богородицы. 1912.
Фотография Прокудина-Горского, Отреставрирована.
Слева от собора Рождества Богородицы - соборная колокольня, построенная в 1635 г.
На заднем плане виден фрагмент Архиерейских палат. На стене висит надпись: «Суздальское духовное училище»

Училищный храм долгое время был в состоянии запущенности и разрушения, не предвиделось никакой возможности отремонтировать его. Михаил Георгиевич Стаховский сразу же обратил внимание на запустевший храм и приложил старания для обращения этого места в дом молитвы. Заботами Стаховского и при самом активном участии В.Я. Менци в здании училища в 1882 г. был освящен, устроенный на средства благотворителей, храм в честь свв. Кирилла и Мефодия. Деньги собирались по подписным листам. Что знаменательно, из 1400 рублей 600 собрал Владимир Яковлевич, причем он лично внес значительную денежную лепту. Вообще в деле возобновления и украшения храма он был самым крупным вкладчиком. Как в библиотеке, так и в церкви все наиболее ценное и достопримечательное появилось благодаря усердию почетного блюстителя. Главной достопримечательностью училищной церкви был художественный образ святого князя Владимира в великолепном массивном киоте, сделанные местными мастерами на деньги помещицы Е.И. Рагозиной по предложению В.Я. Менци.
Михаил Георгиевич сам состоял церковным старостой и умел, при незначительных церковных доходах, поддержать в храме должное благолепие.
В 1883 году Владимир Яковлевич пожертвовал в храм некоторые священные вещи: венцы к ликам святителей Кирилла и Мефодия и на распятие, дарохранительницу. Малый образ святого князя Владимира, также созданный на деньги благотворителя, висел в училищной больнице, им же организованной.
«Всеми необходимыми принадлежностями, какъ-то: св. иконами, утварью, ризницею, богослужебными книгами, церковь снабжена въ достаточномъ количестве. При церкви положено быть одному священнику; на содержание его отъ уезднаго духовенства назначается не более 60-70 рублей въ годъ; квартира для него казенная».

В 1884 году торжественно праздновался 25-летний юбилей В.Я. Менци в должности безмездного врача при Суздальском духовном училище, доктор и почётный блюститель получил благословение Святейшего Синода с грамотой, а также письменное приветствие и благодарность Его Высокопреосвященства. По особому ходатайству училищного правления и съезда уполномоченных от духовенства Суздальского духовно-училищного округа, проходившего в здании Суздальского духовного училища, в апреле 1885 года Св. Синод дозволил в одном из классных комнат духовного училища установить портрет В.Я. Менци, что надо признать одной из почетнейших и редких наград. Портрет Владимира Яковлевича был написан местным живописцем Н.Н. Харламовым и висел в стенах училища.

По предложению В.Я. Менци 11 сентября 1884 года было организовано и открыто Общество вспомоществования недостаточным (бедным) воспитанникам Суздальского духовного училища. Он одним из первых примкнул к общему хору благотворителей, внеся 10 рублей в основной капитал, а в день открытия - еще 5013. В течение семи лет состоял непременным членом Совета Общества, а в октябре 1890 года его единогласно избрали председателем. Михаил Георгиевич в течение 29 лет принимал деятельное участие в делах этого общества.
Стаховский в своей деятельности руководился не предписаниями закона только, но и указаниями своего сердца. Он умел близко подойти к душе ребенка, вызвать питомца на откровенность. Очень редко высказывался за решительную меру удаления мальчика из училища за проступки или малоуспешность. Он надеялся на исправление ученика, и эта надежда часто не обманывала смотрителя. В своих воспитательных мерах Михаил Георгиевич был крайне осторожен. Для него было психологически невозможно унизить ученика, вызвать в нем раздражение и ожесточение. Он всегда поступал так, что вызывал питомца самого на сознание сделанного проступка; принимаемые смотрителем педагогические меры в сознании ученика носили воспитательный, а не карательный характер. От того у Михаила Георгиевича всегда было тесное единение с учениками, которые раскрывали перед ним свой духовный мир, рассказывали о своих нуждах и горе.
Не менее доверчивы были отношения Михаила Георгиевича к своим сослуживцам. Он среди преподавателей, был не начальник, а скорее, старший товарищ среди своих помощников; он оберегал свободу каждого своего сослуживца в его училищной деятельности, лишь бы эта деятельность имела целью благо школы. При нем совместная работа корпорации носила характер непринужденности и простоты.
Сам Михаил Георгиевич любил оставаться в тени, и в то время как его товарищи – сверстники работали на более видных поприщах, он не стремился к славе: скромную жизнь школьного труженика он предпочитал всякой другой деятельности .и ближайшее епархиальное начальство, и бывшие в училище при Стаховском синодальные ревизоры надлежаще ценили службу Михаила Георгиевича. Ревизовавший училище в 1884 году Григоревский, найдя училище в прекрасном состоянии и со стороны внешнего управления и внутренней жизни, отметил плодотворную деятельность Михаила Георгиевича, направленную к религиозно-нравственному воспитанию вверенного ему училища. Синодальная ревизия 1897 года почти также охарактеризовала службу смотрителя и подчеркнула его сердечное, полное отеческой любви, отношение к детям.
Михаил Георгиевич пользовался любовью и уважением у граждан города. Он с готовностью откликался на всякое культурное начинание и состоял членом в различных благотворительных и просветительных учреждениях. Его отношения к людям были исполнены благожелательности.


Бывший училищный сад

Самый большой памятник, который оставил себе В.Л. Менци - это училищный сад. До наших дней сохранились несколько мощных серебристых тополей, стоящих вдоль кремлевского вала - остатки прежней роскоши и красоты. Вот они, как живые существа, пожалуй, «помнят» этого замечательного человека. Место, где был разбит сад, когда-то было занято множеством служб архиерейского дома, которые оказались без употребления, когда была упразднена Суздальская епархия, и епископ Виктор переехал во Владимир. Строения со временем пришли в ветхость, а место в запустение. Наконец службы были проданы на слом, в результате от разборки камня на пустыре осталось много мелкого щебня и всякого мусора. Занятый благоустройством духовного училища, В.Я. Менци не мог не обратить внимания на неприглядный вид окружающей его территории. Ему и пришла в голову мысль очистить это место, облагородить землю, разбив на правильные дорожки, и засадить серебристыми и пахучими тополями, липой, кленом, березой, сосной и прочей полезной растительностью - устроить сад. У училища денег, конечно же, не было. Владимир Яковлевич потратил на это благое дело немало собственных средств: до 1000 рублей. Когда площадь была расчищена от мусора и оделась в приличные покровы, благодетель поставил посреди училищного сада еще и беседку стоимостью 125 рублей. На его же деньги здесь были устроены для учащихся хорошие гимнастические снаряды.
Интересно, кто же выполнял тяжелые физические работы в течение двух строительных сезонов (с апреля по октябрь)?
На помощь В.Я. Менци пришли арестанты, которых он многие годы лечил бесплатно. За ними явились каменщики, плотники, другие работники. В начале работа походила чисто на арестантскую, если не каторжную, но постепенно все привыкли, поняв, что это нужно не только училищу, но и всему городу. Было много добровольцев и энтузиастов. Трудно выразить до точности, сколько было положено забот и хлопот в этот сад! Притом же труд этот был мыслим, повторяю, единственно при условии непрерывной траты денег. Владимир Яковлевич ясно видел это, и денег не пожалел. Через два года железной настойчивости дикий пустырь превратился в очень приличный сад, удовлетворявший главному назначению - служить для людей местом отдыха, игр, а для учащихся иногда и занятий.

В 1900 г. было учащихся – 162.

Вокальный литературно-музыкальный вечер в Суздальском духовном училище. 18 декабря 1913 г. в Суздальском духовном училище был устроен литературно-музыкальный вечер в память 300-летия Царствующего Дома Романовых, программа которого вполне соответствовала его идее.
Вечер открылся пением народного гимна, после которого преподавателем Отечественной Истории Вл. В. Левкоевым была предложена живая и содержательная речь, в которой он простым и доступным языком изобразил знаменательные события 1613 г. и выяснил их значение для последующей истории русского царства. Затем были прочитаны учениками литературные отрывки и стихотворения большей частью исторического содержания, посвященные характеристике главных представителей Царствующего Дома и описанию выдающихся событий воспоминаемого периода. Чтение чередовалось с пением и музыкой. Исполнение, если принять во внимание возраст учащихся, можно считать очень удачным. Хорошо был прочитан уч. IV кл. Вл. Студистким и В. Старинским отрывок из произведения Загостина «Гражданин Минин» (его выступление на Нижегородской площади); очень выразительно также прочел характеристику Екатерины Великой уч. IV кл. С. Меморский и известное стихотворение Мея «Чудесное спасение царя Алексея Михайловича» ученик II кл. В. Хваленский. Но особенный успех имел уч. III кл. А. Числовский, который своеобразной декламацией басни Крылова «Ворона и Курица» вызвал дружный смех всех присутствовавших. Над постановкой литературного отдела вечера много потрудился преподаватель русского языка В.А. Товаров. Из вокальных номеров больше всего понравились: «Славься, славься»… «Уж я золото хороню», «Стрекоза и Муравей» и гимн Главача «Светлой радостью горя»… Хором учеников, при участии любителей из лиц училищной корпорации и городского духовенства, руководил и.д. учителя церковного пения В.А. Троицкий. Музыкальная часть программы была небольшая, но выполнение ее имело успех, несмотря на то, что ученический оркестр состоял только из 2-х скрипок, 2-х гитар, 7-8 балалаек, и одного бубна, на котором умело аккомпанировал уч. III кл. Ф. Разумовский. Сорганизован оркестр был надзирателем Н.С. Зверевым.
Много красоты и привлекательности придавала вечеру и сама внешняя обстановка его. Училищный зал, благодаря вкусу и трудам и.д. эконома М.А. Назарова, при участии учеников, принял неузнаваемый вид: он украшен был гирляндами зелени, устроена эстрада, также декорированная елками, национальными флагами и большими портретами царей из Дома Романовых, при чем под каждым из них была сделана надпись характеризующая то или другое царствование. Так, под изображением Петра Вел. значилось: «Промедление времени смерти подобно; трудиться надобно, я и царь ваш, а у меня на руках мозоли, а все для того, чтобы показать вам пример», а под портретом Александра II известные знаменательные слова манифеста: «осени себя крестным знамением, православный русский народ…». Вообще, патриотическая цель вечера везде и во всем была выражена очень рельефным образом.
По окончании вечера всем ученикам был предложен чай.
У всех присутствовавших вечер оставил самое благоприятное впечатление. Публика, состоящая главным образом из родителей и родственников учеников, которой, несмотря на строгий контроль и пропуск по билетам, набралось до 200 чел., осталась очень довольна как исполнением, так и образцовым порядком, бывшим все время в зале, и поведением учащихся. Нельзя не пожелать устройства подобных вечеров и на будущее время, так как они представляют собой явление, бесспорно, весьма полезное в образовательно-воспитательном отношении.

18 октября 1914 г. Архиепископ Алексий III посетил Суздальское мужское духовное училище. Прибыв в училище, Владыка проследовал в училищный храм, где уже ожидали его учащие и учащиеся. При стройном пении, как учащими, так и учащимися, храмового тропаря св. просветителям славян Равноапостольным Кириллу и Мефодию встретили своего Архипастыря присутствовавшие в храме. По окончании краткого молебна всем учащимся было предложено пропеть по обиходу догматик 5-го гласа «В Чермнем мори»… Прослушав довольно стройное пение догматика, Владыка выразил учащимся свое одобрение и обратился к ним с своим Архипастырским наставлением, в котором советовал детям слушать простое обиходное церковное пение и выполнять его истово. Затем Владыка наставлял детей, чтобы они усердно и вполне добросовестно занимались изучением Закона Божия теперь, пока они еще юны и души их невинны. Ибо это послужит им сильнейшим оружием для борьбы со всякого рода соблазнами и для сохранения невинности и чистоты их душ во всей последующей их жизни. Кроме того, Владыка советовал детям избегать чтения безнравственных книг и уклоняться от дурных товарищей, которые к добру не приведут, быть откровенными со своими воспитателями и учителями, которые желают им одного только добра. Лучшими же средствами к усвоению и воспитанию в себе такого доброго настроения. Владыка рекомендовал детям искреннюю и усердную молитву ко Господу. Окончив беседу с учащимися и благославив каждого из присутствовавших, посетил классы, где присутствовал на уроках и производил испытания ученикам 2-го класса по латинскому языку и 3-го класса – по греческому, после чего проследовал в правление училища. Здесь Владыка беседовал с начальствующими учащими и воспитателями училища о нуждах последнего и о средствах к удовлетворению выяснившихся нужд. Посетив затем квартиру смотрителя училища священника о. Николая Травчетова, Его Высокопреосвященство изволил обозревать Димитриевскую и Иоанно-Предтеченскую церкви г. Суздаля.

См. Архиерейские палаты.

Храмы и монастыри города Суздаля.

Владимиро-Суздальская епархия
Образование в губернском городе Владимире
Владимирское мужское духовное училище
Владимирская Свято-Феофановская духовная семинария

Copyright © 2016 Любовь безусловная


Категория: Суздаль | Добавил: Jupiter (16.06.2016)
Просмотров: 259 | Теги: Суздаль, учебные заведения | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

Владимирский Край

РОЗА МИРА

Меню

Вход на сайт

Счетчики
ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика

Поиск


Copyright MyCorp © 2016
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика