Главная
Регистрация
Вход
Понедельник
25.09.2017
00:12
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Славянский ВЕДИЗМ

Оцените мой сайт
Оцените мой сайт
Всего ответов: 364

Категории раздела
Святые [132]
Русь [12]
Метаистория [7]
Владимир [651]
Суздаль [235]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [174]
Музеи Владимирской области [55]
Монастыри [4]
Судогда [4]
Собинка [46]
Юрьев [98]
Судогда [30]
Москва [41]
Покров [51]
Гусь [46]
Вязники [115]
Камешково [46]
Ковров [131]
Гороховец [28]
Александров [130]
Переславль [80]
Кольчугино [21]
История [14]
Киржач [35]
Шуя [61]
Религия [2]
Иваново [24]
Селиваново [5]
Гаврилов Пасад [4]
Меленки [14]

Статистика

Онлайн всего: 14
Гостей: 14
Пользователей: 0

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Владимир

Епископ Владимирский и Муромский Иероним Формаковский

Епископ Владимирский и Муромский Иероним (Формаковский)

Он происходил из духовного сословия Казанской епархии и много лет посвятил работе в Казанской духовной семинарии, был даже ее ректором.

Архиереи Владимирские и Муромские:
Павел (Гребневский) 1764-1769 гг.;
Иероним (Формаковский) 1770-1783 гг.;
Виктор (Онисимов) с 22 сентября 1783 по 6 мая 1788 гг.

25 декабря 1770 года архимандрит Иероним (Формаковский) был хиротонисан во епископа Владимирского и Муромского.
В сане владимирского епископа в 1771 году владыка Иероним установил совершать крестный ход с чудотворной Боголюбской иконой из Боголюбова монастыря в Успенский собор по случаю избавления жителей Владимира от моровой язвы.

Иероним оставил по себе память в нашей местной истории, как Владыка, при котором произошла реставрация Владимирского Кафедрального Успенского собора, начатая, впрочем, еще при его предшественнике Павле. Если рассматривать эту реставрацию со стороны сохранения и возобновления древних художественных сокровищ собора, то понятно ее нельзя признать исполненною удовлетворительно. Ценные памятники древне-русского иконного письма во время этой реставрации были частью уничтожены, частью погребены под новой стенописью итальянского стиля. Оклады и венцы с ветхих образов и царских дверей, а равным образом некоторые золотые и серебряные вещи, взятой из ризницы, были сплавлены или обменяны на монету. Но ставить это обстоятельство в особую вину епископу Иерониму едва-ли можно. Он был в этом отношении сыном своего века и памятники древности ценил так же, как ценили все вообще его современники. Во всяком случае в характере реставрации Успенского собора, произведенной при нем, нельзя усматривать недостатка внимания или безразличного отношения со стороны Преосв. Иеронима к предметам, имеющим священно-богослужебное значение.
Владыка Иероним 25 мая 1774 года освятил обновленный Владимирский Успенский кафедральный собор.
В 1775 г. во Владимире была построена каменная церковь Иоанна Богослова с приделом в честь Онуфрия Великого, какова была построена с разрешения Преосвященного Иеронима и существовала до 1830 г.
К 1779 г. каменная ограда Успенского собора обветшала, и был начат ее ремонт. Соборный протопоп Иоанн Федоров и ключарь иерей Алексей Саввин заключили контракт с крестьянином села Сельца Иваном Дубовым, который подрядился «состоящую при том соборе вокруг каменную ограду докласть и привесть в совершенство, заливая известью каждой ряд, а ветхое все вокруг и в срединах до одного кирпича переменить и починить и в стенах... пробрав заделать вновь и со всех столпов верхи сломав доделать в каждом також и оградной верх весь вокруг зделать окатной же с северной и южной стороны во вратех по четыре столпа переламав зделать вновь по рисунку, каковой будет дан от них, протопопа и ключаря, и выбелить все... а оную работу производить мне, Дубову, не припасу то есть кирпича и извести казенной того собора шайки и ушаты иметь казенные ж, лотки для гашения извести, молотки и лопатки железные мне, Дубову, иметь собственные свои, песок и воду на оную работу приуготовлять мне ж, Дубову, своим коштом, а начать оную работу апреля с 15 и окончать июля в первых числах нынешнего 779 году непременно...». Интересно, что для ограды предполагалось взять не новый кирпич, предварительно сломать «ветхое каменное строение, состоящее близ теплой трапезной церкви» в доме епископа Иеронима, т. е. в Рождественском монастыре. Однако в 1780 г. Иван Дубов «своевольно из Владимира отлучился... почему де оная ограда осталась недостроена и от мокроты снегов и дождей приходит к пущему повреждению и в застройке оной происходит напрасное продолжение».
В июле 1781 г. вмешались губернский архитектор фон Берк и комендант Корзин, которые «обще» освидетельствовали ограду, «а по осмотру против данного, крестьянином Дубовым контракта не сделано следующее, а именно: 1) на ограде столбов старых починить тритцать да воротных от северной стороны два столба сломать и зделать вновь по плану как дан будет от протопопа и ключаря; 2) старой цоколь починить и столбы выбелить, а вновь цоколя осталось зделать длиною на 16 сажен, высотою на 2 аршина 3 вершка, шириною один аршин 5 вершков; 3) над цоколем столбов зделать вновь 36, а вышиною против старых так же и выбелить как значит в контракте; 4) с полуденной стороны зделать ворота вновь по данному плану; 5) с западной стороны ворота починить и выбелить; 6) в ограде старые трещины две пробрать и вновь заделать, а третью трещину защебенить и замазать…»

В 1782 г. валдимирские священно-церковно-служители с приходскими людьми обратились с просьбой к епископу Владимирскому и Муромскому Иерониму о разрешении построить им вместо двух ветхих деревянных церквей один каменный храм. В 1789 г. дана была грамота на постройку каменной Воскресенской церкви «о двухъ аппартаментахъ» - с приделом внизу в честь Казанской иконы Божией Матери.

Священнослужители и приходские люди Георгиевской церкви во Владимире просили преосв. Иеронима, епископа Владимирского и Муромского, разрешить им «оную разрушенную Георгиевскую церковь разобравъ перестроить изъ того же камня на прежнемъ фундаменте новымъ рисункомъ съ прибавлениемъ новаго материала». 30 марта 1783 г. было получено разрешение на возобновление церкви. Храм был разобран и из его камня в 1783-1784 гг. выстроено существующее здание в формах провинциального барокко.

Среди его сочинений известно «Слово, сказанное в Муроме, при открытии Владимирского наместничества» (1778 год). То есть и это знаменательное событие, от которого наша губерния и область ведут свою историю, произошло, когда епископом здесь был Иероним (Формаковский).
Скончался епископ Иероним 3 августа 1783 года. Погребен в Владимирском Успенском соборе.

Распоряжения епископа Иеронима, касающиеся отправления богослужений во Владимирской епархии

Сохранилось несколько указов епископа Иеронима, которые говорят о нем, как о человеке, ревнующем о благолепии, торжественности и порядке при богослужении. Ему владимирцы обязаны установлением празднеств по случаю встречи Боголюбской иконы Божией Матери, свидетелем и участником которых Владимир бывал ежегодно с 21 мая по 16 июня.

Самым ранним распоряжением еп. Иеронима из числа распоряжений, сделанных им в видах более упорядоченного отправления церковных служб, был указ, изданный вскоре по вступлении на Владимирскую кафедру, о времени благовеста в церквах г. Владимира. До того времени благовест, очевидно, производился в отдельных церквях совершенно разновременно, в зависимости от изволения настоятеля, что конечно не могло не обратить внимания нового епископа тотчас же по прибытии его во Владимир. 27 января 1771 года он распорядился «приказать консистории, чтобы всем здешним градским церковнослужителям подтверждено было, дабы при всех церквах, как в воскресные и праздничные, так и простые дни к литургиям, утреням и вечерням благовест производим был в то самое время, как при соборе начнется, неотменно».

Второе распоряжение последовало в июле и касалось просфор, употребляемых при богослужении священниками г. Владимира. Заметив не вполне внимательное отношение со стороны Владимирского духовенства к требованиям, которые предъявляет церковь на счет вещества, употребляемого для совершения таинства Евхаристии, при чем такое отношение не могло быть оправдано и необходимостью, так как в городе при желании можно было достать все нужное для этой цели, епископ Иероним распорядился через консисторию «строжайше объявить всем здешним градским священникам, дабы во всех церквах для служения просфоры приуготовляемы были из крупчатой или по необходимости из самой чистой и белой пшеничной муки, печеныя искусным образом и самаго доброго вкусу».

Подошел конец 1771 г., приближались праздники. Епископ Иероним снова издает распоряжение, имевшее в виду сообщить праздничному богослужению в Кафедральном городе особенную торжественность. В декабре месяце этого года было приказано всем настоятелям штатных монастырей епархии «по древнему в протчих епархиях обыкновению» ежегодно являться для присутствования при водоосвящении 6 января «в архиерео-престольный град Владимир».
Впоследствии Преосв. Иероним еще более увеличил число тех высших духовных лиц, которые обязаны были являться для присутствования на водоосвящении 6 января в г. Владимир. В конце 1776 года он распорядился являться во Владимир к водоосвящению настоятелям и прочих (нештатных) монастырей, т.е. Вязниковского Благовещенского, Санаксарского, Флорищевой и Саровской пустынь, а также протопопам — Муромскому, Арзамасскому, Темниковскому, Починковскому и Вязниковскому.
Все перечисленные монастыри и города лежали в немалом расстоянии от г. Владимира и путешествие из них к празднику Крещения Господня в г. Владимир представляло много затруднений. Чтобы несколько ослабить неудобства и тяготы, связанные с дальним путешествием, епископ Иероним распорядился в тот же приезд во Владимир настоятелям и протопопам докладывать ему о поведении подведомых им духовных лиц. Таким образом, настоятели монастырей и протопопы городов освобождены были от необходимости вторично предпринимать в одном и том же году дальний путь в свой Кафедральный город.

1771 год был для Владимирской епархии, как и для многих других областей нашего отечества, годом испытаний. Нашу епархию посетила страшная болезнь — чума, унесшая немало жизней. Город Владимир в сравнении с другими местами нашего отечества был пощажен. В связи с этим стоит одно из важнейших распоряжений еп. Иеронима, вызванное особым ходатайством Владимирских граждан и сохраняющее свою значимость до самого последнего времени — именно, распоряжение о ежегодном приносе во Владимир из Боголюбова Боголюбской иконы Божией Матери Консисторский указ касательно этого в подлиннике читается в такой форме.
«Как в прошлом 1771 году в исходе сентября месяца в граде Владимире оказалась продолжительная болезнь, то во время продолжения оной гражданские начальники и обыватели просили Его Преосвященства, чтобы ради умилостивления всесильного и всемогущаго Бога, дабы оное праведное его наказание отвращено было, принесть из Боголюбовского монастыря образ Божия Матери, нарицаемыя Боголюбивыя. Его Преосвященство, смотря на важность тогда бывших обстоятельств, рассудил по оной просьбе сделать удовольствие. Почему оный образ Божия Матери и принесен был во Владимир с обыкновенным крестным хождением октября 22 числа того 1771 года, и с того времени, бывши в граде ноября до последних чисел ношен как в имевшихся тогда крестных хождениях, так и по желанию граждан, для отправления пред оным молебствия, в домы их. А как блогодатию Божиею помянутая опасная болезнь во Владимире в ноябре месяце того 1771 года совсем прекратилась, то ныне градские жители с общаго своего согласия представили Его Преосвященству, дабы оный образ Божия Матери и каждый год в известное время приношен был во Владимир, дабы вышеозначенное от милостиваго Бога оказанное благодеяние и в последующее время без забвения свидетельствуемо было усердным почтением и краткою блогодарностию. Таковыя граждан представления Его Преосвященство, находя справедливыми и благоугодными, чрез сие определяет, как ныне, так и в последующие годы вышереченный образ Божия Матери Боголюбивыя приносит в град Владимир мая 21, а обратно в монастырь относить июня 17 числ с крестным хождением и с таковою церемониею, каковая ныне отправляема быть имеет, и о том в Кафедральный Успенский собор и в Боголюбов монастырь послать указы. Иероним Епископ Владимирский. Мая 19 дня 1772 года».
См. Общественное молебствие в г. Владимире с 14-го по 31-е августа 1871 г.
100-летие ежегодного принесения во Владимир иконы Божией Матери Боголюбской в 1871 г.

Не с этим-ли проявлением особой милости Божией, которое побудило Владимирцев ходатайствовать о ежегодном торжественном приносе во Владимир Боголюбской иконы Божия Матери, стоит в связи почти одновременно возбужденное ходатайство Суздальцев о постройке за городом близ Златоустовской церкви «для погребения градских жителей мертвых тел каменной во имя Боголюбския Пресвятой Богородицы церкви (Кладбищенская Боголюбовская церковь) с двумя зимними приделами — во имя св. Иоанна Воинственника и священно-мученика Дионисия Ареопагита». Указ Суздальской консистории, дозволяющий построить эту церковь, дан был 2 мая 1774 года. В 1777 г. был готов придел в честь Дионисия Ареопагита, но по распоряжению еп. Суздальского Тихона он был переименован в придел Иоанна Предтечи. Правда, Суздаль в то время принадлежал к другой епархии, но связь его с Владимиром, вследствие пространственной близости, была, конечно, также сильна, как и в настоящее время. Более важные события церковно-общественной жизни того и другого города не оставались без взаимного влияния.

В 1773 году епископ Иероним издает распоряжение относительно совершения в градских Владимирских церквах всенощных бдений. По смыслу этого указа те дни, в которые отправлялись всенощныя бдения во Владимирском Кафедральном соборе, должны были освящаться такими же службами и в других церквах г. Владимира. «Его Преосвященство повелеть изволил, читалось в указе, когда в Успенском соборе и кроме воскресных и праздничных дней всенощныя бдения будут, то потому ж оныя отправляемы были и во всех градских церквах».
В последующие годы еп. Иероним издал несколько распоряжений, касающихся «блогочинного поведения молящихся за богослужением.
Еще предшественник Иеронима епископ Павел неоднократно замечал в разных церквях своего служения, что даже во время литургии «стоящий в церкви простые люди, не зная строгих указных запрещений, а знатные уповательно от безстрашия различные о разных материях имеют разговоры, чем подвергают себя гневу Божию». Испытав все средства мирного воздействия для прекращения таких беспорядков, Преосв. Павел обратился к строгим указным взысканиям, для чего во всех церквях епархии повелел завести на цепях ящики, куда опускались штрафы со всех, «кто по какому-либо безстрашию отваживался в церкви разговаривать». Для пристойнейшего наблюдательства за порядком и взыскания штрафов в Успенском соборе, по просьбе консистории был командирован туда сержант Ефим Короткий.
Насколько при помощи таких штрафных взысканий поддерживался за богослужением внешний порядок, сказать трудно. Но уже в 1772 г. еп. Иероним «при самоперсональном своем в здешних градских церквах служении снова усмотрел, что многие разного чина и звания люди, несмотря на публично выставленные листы, во время божественного пения говорить отваживаются». Снова следует подтверждение указа. От коменданта затребован был унтер-офицер для наблюдения в соборе и взыскания с говорящих штрафа. А когда присланному каптенармусу оказалось трудно управиться с порученным делом, запросили у коменданта в помощь ему второго унтер-офицера. Просьба не была удовлетворена, хотя ее консистория в 1775 году усиленно повторила.
Еще хуже обстояло дело с взысканием штрафов в приходских церквах. В 1779 году в консисторский журнал занесено сообщение, рисующее борьбу с бесчинствующими в сельских храмах в самом неприглядном виде.
«От некоторых Владимирского уезда разных церквей священно- церковно-служителей, а особливо с. Обращихи от священника донесено, что из тамошних прихожан молодые ребята и девки в праздничные и воскресные дни во время служений церковных, будучи в церкви, производят пустотные разговоры, особливо ж стоя на папертях церковных делают безчинные смеха и срамословия. К прекращению чего хотя приходскими священниками довольно увещеваемы и страхом гнева Божия воспрещаемы были, чего однако они не мало не слушают, а положенных штрафов взыскивать с них те священно-церковно-служители никак не могут, опасаясь себе за то от всех прихожан не только притеснений и обид, но и телесных побои».
Согласно распоряжению еп. Иеронима, консистория, заслушав это сообщение, определила: «Во Владимирское наместническое правление послать сообщение и требовать, дабы оное благоволило Владимирского уезда по селам всякого чина и звания жителям чрез кого надлежит подтвердить письменно, чтобы оные во время церковных служений как в церквах, так и на папертях церковных никаковых разговоров, смеху и срамословия за состоявшимися запретительными указами не производили; а если бы кто и за таким подтверждением чинить оное отважился, оные бы при взыскании в церквах повеленной штраф платили без супротивления».
Что ответило на это отношение консистории Владимирское наместническое правление, из дела неизвестно. Но едва ли ответ последовал в желательном для консистории смысле. Еще переписка об унтер-офицерах для Кафедрального собора довольно ясно говорит за то, что гражданская власть ко всем этим мероприятиям по введению благочиния при богослужении относилась отрицательно и к концу 70 годов XVIII столетия, кажется, совершенно прекратила присылку военных лиц для наблюдения за говорящими.

В 1779 году еп. Иероним издает циркулярное распоряжение, вызванное раздорами и несогласием между священниками в двух-штатных и трех-штатных приходах. Распоряжение это имело в виду вообще урегулировать взаимные отношения между членами причта таких приходов, но в частности касалось первенства при богослужении. В указе читалось: «При двоеприходных и троеприходных церквах, где имеются произведенные из ученых священники тем, а где их нет, там старшему священнику, как в церковном служении, так и приходе иметь всегдашнее пред товарищами своими первенство».

К устранению своеволия и непослушания со стороны младших членов клира и объединению церковно-богослужебной деятельности священно-служителей направлен и указ 1780 года. Он касается некоторых самовластных действий со стороны диаконов, о чем доведено было до сведения Преосв. Иеронима.
«Как де Его Преосвященства до сведения дошло, что находящиеся епархии Его Преосвященства при некоторых церквах диаконы о святой Пасхе и храмовых праздниках по приходским домам, взявши из церквей самовольно святой евангелия, ходят одни без священников и для того от Его Преосвященства в духовныя правления и Владимирского уезда к благочинным и смотрителям послать указы и велеть находящимся при церквах диаконам объявить с подписками, чтобы они в дни святой Пасхи и в храмовыя праздники одни со святым евангелием и другими святыми иконами отнюдь не ходили, а ходили бы каждый при своем священнике вообще и были бы у священников в надлежащем послушании, а если кто за сим подтверждением оное откажется делать, об оном священникам с причетники в консисторию репортовать неупускно».
Из последующего времени не имеется сведений о каких-нибудь новых распоряжениях еп. Иеронима, касающихся богослужебного порядка.

Заботы еп. Иеронима о возвышении нравственности и благоприличия Владимирского духовенства

Принимая меры к упорядочению и более благолепному совершению церковного богослужения, епископ Иероним не мог оставить без внимания и совершителей этого богослужения. Это было тем более необходимо, что нравственность духовенства Владимирской епархии стояла в половине XVIII в. далеко не на должной высоте. Находясь довольно значительный период времени вне непосредственного надзора архипастырей, Владимирская епархия ко времени своего восстановления (1744 г.) представляла малоутешительную картину религиозно-нравственной жизни, и первым ее епископам понадобилось в этом отношении положить много трудов для водворения на первых порах хотя бы только чисто внешнего порядка. Первому епископу нашему Платону пришлось для достижения этой цели обращаться даже к мерам довольно крутым и суровым.
Несколько распоряжений, касающихся благоповедения священнослужителей, издано было и в правление Владимирской епархией епископа Иеронима.
Первое распоряжение этого рода опубликовано было вскоре же по вступлении Преосв. Иеронима на Владимирскую кафедру; оно, вероятно, обязано было своим появлением тем неблагоприятным первым впечатлениям, какие получил Владыка на новом месте своего служения.
В июне 1771 года от имени Преосв. Иеронима передано было в консисторию для соответствующих распоряжений следующее приказание.
«Как де по правилам святых отец и по Духовному Регламенту священному чину в корчемницы входить и упиваться весьма запрещено, ныне же Его Преосвященству известно стало, что некоторые градские и сельские священно-церковно-служители ходят в питейные домы и бродят оттуда пьяные, чем наносят себе, а притом и прочим воздержным нарекание, простолюдинам же немалый соблазн; того ради Его Преосвященство приказал строжайше от консистории подтвердить, чтобы все священно-церковно-служители от того удержались, в чем над ними наблюдать. Кто впредь в питейных домах или по улицам пьяны бродящие явятся, оных брать и приводить в консисторию, где с них взыскивать положенный в патриарших статьях штраф».
По выслушании приказа, в консистории определили: «Означенное Его Преосвященства приказание всем здешним градским священно-церковно-служителям объявить с подпиской, а чтобы над ними и прочими приезжающими сюда священно-церковно-служителями по предписанному Его Преосвященства приказанию неупускно наблюдаемо и исполнение чинено было, в том здешнего благочинного, также и консисторских приставов обязать особливыми с подтверждением подписками».
После этого определения со всех священно-церковно-служителей г. Владимира взята была подписка в точном исполнении и наблюдательстве указного повеления. Консисторские пристава и градской благочинный подписались под особой бумагой, в которой им угрожали в случае попустительства с их стороны «неизбежным за то истязанием».

Второе известное по архивным делам распоряжение епископа Иеронима, направленное к поднятию нравственной жизни Владимирского духовенства, объявлено было в 1779 году. Ближайшим поводом к изданию его послужила необходимость урегулировать взаимные отношения между членами причтов в многоштатных приходах. Решая этот вопрос в смысле предоставления первенства в таких приходах священникам, получившим школьное образование, а в случае отсутствия таковых старшим по возрасту. Указ, изданный епископом Иеронимом, коснулся и вообще жизни духовенства в сельских приходах Владимирской епархии и предписал священникам иметь неослабный и ответственный надзор за младшими членами клира.
«Оному первенствующему, дабы священно-церковно- служители в церкви и в приходе должности свои исполняли тщательно и исправно, житие имели добропорядочное, не упивались и в питейные дома не ходили, смотреть и наблюдать неослабно. Если же кто из священников и диаконов окажется в исправлении церковной должности нерадивым и в нетрезвом житии, об оном с прочими священно-церковно- служителями вообще представлять в консисторию; церковников же в таком случае сперва при собрании священников и диаконов наказывать словами, потом, буде неисправным же кто явится, штрафовать в церкви поклонами. А кто когда чем и за что из них оштрафован будет, об оном обще с священниками и диаконами иметь записку. Если же кто из церковников и за таковыми штрафованиями в церковной должности пребывать отважится неисправным и от пьянства не воздержится, о том и сколько он крат к воздержанию того штрафован будет, представлять обстоятельно на рассмотрение в консисторию. Таковым же образом поступать во всем непременно и при одноприходских церквах священникам со своими церковниками».

При таком внимательном отношении ко всему, что касалось возвышения нравственного уровня духовенства, епископ Иероним не опускал из виду и чисто внешнего благоприличия подведомых ему пастырей, поскольку это благоприличие могло содействовать возвышению их авторитета в среде руководимой ими паствы.
Еще при предшественниках Преосв. Иеронима был поднят вопрос о более благоприличном, соответствующем указным распоряжениям, внебогослужебном одеянии духовенства, по крайней мере в тех случаях, когда оно являлось в город и представлялось епархиальному архиерею. Более ранние распоряжения в этом роде восходят ко времени управления Владимирской епархией архиепископа Антония, царевича Карталинского, для которого, как для человека мало знакомого с обычаями и жизнью центральной Руси, одеяние некоторых священно-служителей, являвшихся к нему по делам, казалось особенно странным и неприличным.
«Его Преосвященством (читаем в одном из консисторских журналов времени архиепископа Антония), усмотрено много епархии Его Преосвященства священно-служителей без ряс и без сапогов в лаптях ходящих, а священному чину так ходить весьма неприлично и, чтобы де впредь так не ходили, Его Преосвященство приказал от консистории куда надлежит подтвердить накрепко указами».
Заслушав приказание архиепископа Антония, консистория распорядилась: «В подчиненные Владимирской консистории места послать указы и велеть, чтобы отселе епархии Его Преосвященства все священно-служители верхнюю одежду, обыкновенно называемую рясами, носили долгую до самой почти земли, и ходили бы всегда в сапогах и не простовласые, а просто без ряс и без сапогов отнюдь бы ходить не дерзали, в чем и обязать их крепкими подписками, с тем, что ежели кто впредь будет усмотрен в таковом же безпорядочном без ряс и не в сапогах хождении, то неотменно будет штрафован по надлежащему, понеже в прибавлении Духовного Регламента в 28-м пункте между прочим повелено, чтобы священнослужители хранили на себе благообразие, а именно, чтобы одеяние их верхнее, хотя убогое, но чистое было и не ходили бы простоволосы».
Но одними приказами и подписками трудно было уничтожить явления, которые стояли в тесной связи с общими условиями общественно-экономического положения духовенства. Неблагообразия, на которые жаловался архиеп. Антоний, продолжались и при его преемниках, так что уже Преосв. Иерониму пришлось издать почти аналогичный указ, с той только разницей, что еп. Иероним точно обозначил штраф, какому должны подвергаться лица, нарушившие указное распоряжение.
«В прибавлении Духовного Регламента», говорилось в указе еп. Иеронима, «о причте церковном в 28 пункте священно-церковно-служителям повелено хранить на себе благообразие, чтобы одеяние их верхнее, хотя убогое, но чистое было, и единой черной, а не иной краски, не ходили б простовласы, не ложились бы спать по улицам, не пили б по кабакам, не являли б в гостях силы и храбрости к питию и прочая сим подобная; таковая бо неблагообразия показуют их быти ярыжными, а они поставлены пастырями и отцами в народе. Но как Его Преосвященство довольно присмотрел, что многие епархии Его Преосвященства священники и диаконы здесь не только по граду ходят, но и в дом Его Преосвященства приходить отваживаются в лаптях, а особливо и без ряс, в таком точно или еще и худшем одеянии, какое простолюдины носят, по причине чего и распознать их с теми простолюдины не можно, и тем они явно на себе никакого не хранят благообразия, а духовный чин подвергают немалому нареканию; во отвращение чего сего 1774 года марта 20 дня от Его Преосвященства повелено всем находящимся в епархии Его Преосвященства священникам и диаконам, здешним в консистории, а по Владимирскому уезду чрез благочинных, по прочим же городам чрез тамошния духовныя правления объявить с подписками, чтобы оные священники и диаконы отныне впредь, по содержанию вышепрописанного из Духовного Регламента 28-го пункта, в ношении на себе одежды, хранили пристойную опрятность и благообразие, и для того как в домах своих в приходы, кроме исправления домашних работ, так и в городах ходили, а особливо в дом Его Преосвященства приходили в сапогах и рясах, а без того в простолюдинском платье отнюдь не ходили б и тем бы на себе неблагообразия не оказывали; которые подписки собрать с них из всех мест и прислать в консисторию при репортах немедленно. Но если и за сим подтверждением кто-либо из священников и диаконов присмотрен где будет без ряс и сапогов, с таковых, яко о чине и звании своем нерадящих и тем не только самим себе, но и всему священному чину нарекание наносящих, взыскивать по здешнему уезду консистории Его Преосвященства, а по прочим городам в тамошних правлениях штраф, за каждый раз с священника по 50 к., а диакона по 25 коп., и те деньги записывать в приход и присылать из духовных правлений по третям года в консисторию при репортах».
Но и этот указ не положил конца «неблагообразию». С вопросом о соответствии внешней формы духовенства с высотой его внутреннего призвания пришлось считаться и последующим Владимирским епископам. Епископ Виктор возвысил штраф за явку священно-служителей в публичных местах без ряс или вообще в неприличном виде до одного рубля за каждый отдельный случай. Штрафные деньги по этой статье определено было употреблять на богоугодные дела. Требование это при еп. Викторе выполнялось со всей строгостью. Так, в 1795 г. один свящ. с. Афанасьевского, Шуйского округа, Иван Григорьев, который по несостоятельности отказался от внесения указного штрафа за явку ко Владыке в неблагопристойном виде, был задержан в консистории на хлеб и воду в течение трех суток.
Практика еп. Виктора осталась действующею и при епископе Ксенофонте, по крайней мере в первые годы его правления.
Владимирская епархия.
Владимирская губерния.

Copyright © 2016 Любовь безусловная


Категория: Владимир | Добавил: Jupiter (17.12.2016)
Просмотров: 197 | Теги: Владимирская епархия | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

Поиск

Владимирский Край

РОЗА МИРА

Меню

Вход на сайт

Счетчики
ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика


Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика