Главная
Регистрация
Вход
Воскресенье
26.05.2024
21:13
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Меню

Категории раздела
Святые [142]
Русь [12]
Метаистория [7]
Владимир [1588]
Суздаль [469]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [495]
Музеи Владимирской области [64]
Монастыри [7]
Судогда [15]
Собинка [144]
Юрьев [249]
Судогодский район [117]
Москва [42]
Петушки [170]
Гусь [198]
Вязники [350]
Камешково [202]
Ковров [431]
Гороховец [131]
Александров [300]
Переславль [117]
Кольчугино [98]
История [39]
Киржач [94]
Шуя [111]
Религия [6]
Иваново [66]
Селиваново [46]
Гаврилов Пасад [10]
Меленки [124]
Писатели и поэты [193]
Промышленность [166]
Учебные заведения [174]
Владимирская губерния [47]
Революция 1917 [50]
Новгород [4]
Лимурия [1]
Сельское хозяйство [78]
Медицина [66]
Муромские поэты [6]
художники [73]
Лесное хозяйство [17]
Владимирская энциклопедия [2395]
архитекторы [30]
краеведение [72]
Отечественная война [276]
архив [8]
обряды [21]
История Земли [14]
Тюрьма [26]
Жертвы политических репрессий [38]
Воины-интернационалисты [14]
спорт [38]
Оргтруд [140]
Боголюбово [18]

Статистика

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Владимир

Владимирская милиция. Организация и первые годы деятельности (1917-1929 гг.)

Владимирская милиция.
Организация и первые годы деятельности (1917-1929 гг.)

А.А. Дорофеев

После свержения самодержавия по всей стране происходит слом полицейского аппарата и создание нового органа по охране общественного порядка.
«В заседании 6 марта по вопросу об организации уездной полиции было постановлено: прежде всего воспользоваться помещением ныне занимаемом полицейским управлением и канцелярией, признать необходимым учредить должность, соответствующую должности исправника с его функциями, просить Губернский Исполнительный Комитет определить на эту должность достойное лицо.
Был заслушан доклад Владимирского Полицеймейстера Серкина об освобождении его от возложенных на него обязанностей. Было постановлено — просить Владимирскую Городскую Управу организовать городскую милицию, хотя бы по образцу существовавшей до сего времени и поручить ей охрану жителей города…
В городе Владимире организована милиция, которой поручено исполнение прямых обязанностей. В состав милиции входят частью новые лица, частью бывшие полицейские чины. Кроме того организована сыскная милиция из чинов бывшей сыскной полиции» («Известия Владимирского Губернского Временного Исполнительного Комитета», №3, 8-го марта 1917).
«Бывшая полиция
Вчера группа полицейских классных чинов добровольно направилась к воинскому начальнику для вступления в ряды войск.
Среди них помощники приставов Чернышев и Федоров.
Все, пожелавшие отбыть воинскую повинность, выражают желание, чтобы и другие чины последовали их примеру, а не цеплялись за «насиженные» места, пользуясь личными связями и протекцией.
Городская милиция
Дело по организации городской милиции до сих пор не получило еще определенного направления.
Временно принявшая на себя труд студенческая организация по вербовке милиционеров, очевидно, не считается не только с Вр. Исп. Ком., но и с общим решением Исполнит. Ком. При Госуд. Думе, которое ясно и определенно высказало свой взгляд по этому вопросу: «Все бывшие жандармские и полицейские чины отстраняются от должностей и поступают в распоряжение воинских начальников».
В нашей городской милиции в настоящее время остаются старые полицейские чины, почему-то не разделившие общей участи с другими.
Городская управа, очевидно, не в курсе дела как по отношению к общему решению относительно жандармских и полицейских чинов, так и в организации нового состава милиционеров.
Учитывая недостаток свободных людей для занятия указанных должностей, на первое время можно было бы руководиться постановлением военной комиссии при Исп. Ком., предлагающей организовать милицию из состава команд выздоравливающих, а прокурору поручить подготовку лиц в деле уголовного розыска.
Что же касается объявления городской управы с приглашением «военных лиц» на занятия должностей начальника городской милиции, помощника и 2 начальников милиционных районов и помощников, не вызывает необходимостью.
Указанные должности могут быть с успехом замещены лицами и без военной подготовки, лишь бы нравственные качества их соответствовали своему назначению.
Старая полиция «с военной подготовкой» зарекомендовала себя с такой неприглядной стороны, что право не хочется в настоящее время возвращаться к ней и чем далее будут эти лица от городских организаций, тем спокойнее за благополучие города.
Если памятовать пословицу, что не место красит человека, а наоборот, то в первую очередь и должно быть обращено внимание на приискание таких лиц.
Пользоваться же старым аппаратом, ссылаясь на его опыт, совсем не резонно.
Руководясь этим взглядом, Новой России пришлось бы быть только по названию новой, а внутренний порядок остался бы все тот же, руководимый лицами с темным прошлым.
Я. Коробов» («Старый владимирец», 15 марта 1917).
«Постановлением И. К., по вопросу об вооружении милиции, дано право начальнику милиции получить из 215 полка, из отобранного у старой полиции оружия, 66 шашек и 66 револьверов с патронами. Решено обратиться к начальнику гарнизона с предложением предоставить в распоряжение начальника дивизии 45 человек из команды выздоравливающих для несения постовой службы, а равно возбудить ходатайство перед военным министром о разрешении привлекать в постоянную милицию солдат слабосильной команды, имеющих 2-3 ранения» (газета «Старый владимирец», 19 марта 1917).
«Приступая к организации Уездной Милиции, Суздальская Уездная Управа приглашает из числа г.г. раненых офицеров, свободных от военной службы, на должность Начальника Уездной милиции и кроме сего двух помощников его. Жалованье Начальнику Милиции определяется в том же размере, какое получал Уездный Исправник в 1915 г. и для помощников в размере жалованья, которое получали становые пристава в том же 1915 г. Кроме сего Начальнику милиции имеют быть выдаваемы из сумм Уездного Сбора разъездные деньги по 1200 руб. в год и помощникам по 700 руб. в год» (газета «Старый владимирец», 21 марта 1917).
«От Юрьевской Городской Управы.
Приглашаются лица, желающие занять должности начальника городской милиции и 25 милиционеров. Заявления о желании поступить на службу должны подаваться в Городскую Управу, где можно получить справку и условия службы. Для занятия должностей желательны лица, проходившие военную службу» (газета «Старый владимирец», 21 марта 1917).
«Городской милиции необходимо обратить внимание на санитарную часть города. Улицы и переулки, в связи с усиленным таянием снега, представляют из себя непроходимые болота. Площади и рынки завалены нечистотами. Обывательские дворы – зловонные кяоаки. Возможны всяческие заболевания при настоящем антисанитарном состоянии города» («Старый владимирец», 21 марта 1917).

Назначенный начальником уездной милиции М.Ю. Смирнов подал в отставку. Член управы С.Н. Петровский, временно исполняющий должность начальника городск. милиции, подает в отставку.

23 марта 1917 г. в губернском центре городская управа организовала народную милицию, Г.Т. Плющев был избран ее руководителем.

По мнению властей, новая организация должна была коренным образом отличаться от царской. Даже всякая форма была отвергнута, как атрибут старого режима. Несмотря на необходимость ее введения, Владимирский временный губисполком 12 июня 1917 г. принял решение о необязательности введения особой формы (она была введена в ноябре 1918 г. и имела цвет темно-синий летом, а зимой - маренго).
«2 ноября состоялось заседание городской думы. Были обсуждены первоначально два внеочередных заявления: об отстранении Революционным комитетом начальника милиции от должности и об обысках по городу, объявленных комитетом. По первому вопросу дума постановила просить начальника милиции по-прежнему исполнять свои обязанности, в виду того, что начальник милиции, так же как и вся городская милиция находится в ведение городского самоуправления» («Владимирская жизнь», 4 нояб. 1917).
«Новая власть в городе начинает вторгаться в область земского самоуправления. Так, например, ею смещен уездный начальник милиции, как известно приглашенный на службу уездным земством. Также смещен и уездный комиссар, избранный Владимирским исполнительным комитетом» («Владимирская жизнь», 18 нояб. 1917). «Владимирское уездное земство согласно постановлению уездн. земск. собрания ассигновало служащим уездной милиции и всем уездным милиционерам прибавку на дороговизну в 50 рублей» («Владимирская жизнь», 4 дек. 1917).
Народная милиция, не успев организоваться во всех уездах губернии, прекратила свое существование после Октябрьской революции. Уже на третий день после захвата власти большевиками они постановили учредить рабочую милицию при всех Советах. Служащие Временного правительства в основном остались лояльны Советской власти, поэтому реформирование ограничилось лишь назначением комиссаров на руководящие посты.
Первыми руководителями милиции в декабре 1917 г. стали: во Владимире - А.К. Шеенков (в 1919 г. – председатель Губсовнархоза), в губернии - комиссар по гражданской части А. Доброхотов.
Однако процесс создания единой структуры в рамках всего региона растянулся почти на год. Это было связано с тем, что в пылу борьбы за власть, за хлеб было не до рабочей милиции. Кроме того, в постановлении о ее создании отсутствовали какие-либо конкретные организационные нормы, так как коммунисты предполагали уничтожить армию, полицию и заменить их всеобщим добровольным вооружением народа. Сформированная без определенной системы и штатного расписания, в реальных условиях растущей преступности, такая милиция показала свою неэффективность. Поэтому 12 октября 1918 г. была утверждена всероссийская инструкция, которая впервые установила единые организационно-правовые нормы. Опираясь на них, по всей стране стали образовываться органы НКВД на штатной основе. Во Владимирском регионе губернская милиция под руководством Н.К. Жаркова была создана 22 октября 1918 г. В ее состав вошли общая милиция, которая в основном несла патрульно-постовую службу, и владимирский городской уголовный розыск.
В инструкции октября 1918 г. особое внимание обращалось на комплектование рабоче-крестьянской милиции. В ней запрещалось служить бывшим чинам полиции. Однако даже губернскую милицию на короткое время возглавил М.В. Рябов-Леваков, который, по мнению владимирского городского головы, был «ревностный урядник царского правительства, заподозренный в неблаговидных действиях». После Октябрьской революции Рябов продолжает руководить уголовным розыском, а в мае 1919 г. стал исполнять обязанности начальника милиции региона. В целом в первый год Советской власти в аппаратах уголовного розыска и милиции Владимира, насчитывавших в своих рядах по 12 сотрудников, работало 1 соответственно 4 и 5 полицейских.
Само название «рабоче-крестьянская милиция» предполагало, что она будет состоять по большей части из представителей пролетариата. Однако губернским властям, желавшим провести «орабочивание» милиции, пришлось смириться с подавляющим преобладанием крестьян. Так, в октябре 1918 г. в этой региональной структуре насчитывалось всего 135 рабочих и 540 крестьян.
Второй по численности контингент в милиции губернии состоял из бывших военнослужащих. Они составляли в 1918 г. почти треть всего штатного состава, а в подразделениях милиции Переславского, Гусевского и Гороховецкого уездов все сотрудники являлись фронтовиками.
В основе кадрового обеспечения милиции лежал не только классовый, но и партийный принцип. Поэтому на руководящие должности старались назначать большевиков. Однако в первое время после Октябрьской революции среди руководителей были представители и других революционных партий. Так, эсерами были начальники Суздальской уездной милиции А.Л. Аристов и Д.И. Площаднов.

Организация и деятельность милиции были напрямую связаны с конкретной обстановкой в стране. Гражданская война потребовала перевода органов НКВД на положение Красной Армии. Большое значение для обороны страны в военное время имел транспорт. Поэтому с февраля 1919 г. в губернии приступили к созданию железнодорожной милиции, которая к осени насчитывала в своих рядах 304 сотрудника. В апреле 1920 г. была образована речная милиция с двумя участками и 67 сотрудниками. Необходимость охраны имущества фабрик и заводов привела к созданию промышленной милиции, штат которой насчитывал к ноябрю 1920 г. восемьсот человек. Они взяли под охрану до 500 предприятий. Основное внимание милиции в годы Гражданской войны было направлено на борьбу с дезертирством, масштабы которого повсеместно достигли огромных размеров. Более 4 тыс. укрывшихся от службы в Красной Армии было задержано в нашей губернии милицией только в 1920 г.
В штате милиции 1-го района в 1920 г. было 2 старших и 37 младших милиционеров, занимали они дома № 11 и 11а на ул. Никитской. В милиции 2-го района состояло 2 старших и 34 младших милиционера, она располагалась в доме № 3 на Боголюбовской улице.


Улица Никитская, д. 11. В этом доме в XIX веке размещалось Городское Полицейское Управление и Управление 1-й части полиции.

После окончания Мировой и Гражданской войн, выбросивших на улицы массы беспризорных, резко увеличилась детская преступность. За первые четыре года мирной жизни через комиссии по делам несовершеннолетних губернии прошло 6380 детей, обвиненных в различных преступлениях, вплоть до убийств и изнасилований. Многие из них не поддавались перевоспитанию. Как сказано в статье о правонарушениях в губернии, «рецидивистки-девочки, почти всегда соединяющие занятие проституцией с воровством, в возрасте от 14-16 лет... никаких почти надежд на изменение своего образа жизни не подают».

В середине 1922 г. организована губернская школа младшего милиц. комсостава. Школа находилась на 2-й Никольской улице, в доме № 2. Под руководством бывшего штабс-капитана Бахтова и приступили к организации питомника собак-ищеек.
«Пятый год строительства милиции подходит к концу. Строительство проходило под углом тяжелых условий, в частности и в нашей Владимирской губ. Но все же необходимо отметить, что несмотря на все препятствия со стороны нашего тяжелого положения, все же в середине 1922 г. организация нашей губернской школы младшего милиц. комсостава прошла удовлетворительно.
Энергичная работа тов. Седова — нач. милиции губ. в этой плоскости была плодотворна. Мы по примеру Красной армии будем иметь своих красных командиров, своих спецработников.
15 июля была прочтена первая лекция, прослушанная с большим подъемом прибывшими с мест милиционерами.
Горя желанием пополнить свои ничтожные знания, они сознали всю важность и необходимость тех задач, которые будут поставлены перед ними после выхода из школы.
Нехватка средств у школы однако грозит тяжелой обстановкой. Об этом следует серьезно позаботиться нашему Губисполкому.
Школу во что-бы то ни стало нужно сохранить в дальнейшем, ибо всякий милиционер, находящийся в рядах милиции, не должен обойти ее.
И тогда смело можно будет сказать, что для рабоче-крестьянской милиции пришел год учебы по примеру Красной армии и что она действительно является проводником идей Сов. власти, как ближайший помощник ее.
Гербов» («Призыв», 9 ноября 1922).
«Выпуск красных командиров Милиции.
Экзамен.
С утра, 21 декабря, на Командных Курсах Милиции заметно оживление. Курсанты ждут Комиссию, которая будет их экзаменовать. К 10 часам утра Комиссия приступает к работе. Один за другим начинают подходить к столам курсанты.
В большинстве отвечают бойко, за исключением «трусливых», которые после приветливых слов экзаменаторов все-таки оправляются и начинают отвечать также бойко.
Каков же результат?
Несмотря на то, что для занятия было время всего три месяца, с промежутком двухмесячного перерыва для практической работы, все таки видны положительные результаты. У всех отметки: хорошо, удовлетворительно и даже есть отлично, что ярко так подчеркивают стремление милиционеров пополнить свои званая, чтобы стать достойными проводниками Советского законодательства.
Вот что они сказали Начальнику Милиции губернии в своей письменной благодарности, вынесенной за хорошие заботы о них.
«Мы заявляем, что стойко и сознательно отнесемся к возложенным на нас обязанностям и твердо будем стоять на революционном посту, выполняя те задачи, которые на нас возлагает центральная и местная власть.
Как был проведен день выпуска.
С утра музыка дает знать, что Красные курсанты празднуют день своего выпуска. Курсанты стройными рядами, гордые, веселые и дисциплинированные от Золотых ворот направляются к площади Свободы принять приветствия от представителей Губернских руководящих органов и партийных организаций и пройти перед ними церемониальным маршем, доказав, что они выдержали и на них Советская власть может надеяться, как на сознательных защитников интересов рабочих и крестьян.
И в конце всего.
После празднества устраивается обед.
Вечером же идет прощальный спектакль, который был поставлен в милицейском клубе, силами милицейских работников. Курсанты, получая назначения от ст. милиционера до начальника района, разъезжаются по местам, согласно распоряжений.
И еще раз благодарят за внимание к ним, и еще раз заявляют, что, будут выполнены все задания и задачи, возлагаемые на них, в то же время проливая свет знаний во все уголки среди милицейских работников.
Гербов» («Призыв», 13 января 1923).
«8 февраля происходило открытие школы комсостава милицейской службы второго созыва. Курсанты, приехавшие с мест, после часовой речи тов. Седова заявили: «Мы пришли сюда не для того, чтобы соблюсти формальность прохождения курса, а для того, чтобы сознательно и вдумчиво приняться за пополнение своих знаний, которых недостаточно у нас, чтобы быть действительными проводниками идей Советской власти.
В день открытия курсанты шлют приветствие Губернскому Комитету и Российский Коммунистической партии в целом.
— Мы, курсанты школы комсостава милицейской службы при Владимирском губернском управлении милиции, собравшись на прохождение курсов 2-го созыва, приветствуем в лице Губернского Комитета Рос. Ком. партию, авангард рабочего класса и трудового крестьянства в борьбе за интересы трудящихся масс и заявляем, что мы отнесемся к прохождению курса серьезно и вступим на путь умелой и энергичной борьбы с преступным элементом и будем выполнять те задачи, которые будут стоять перед рабоче-крестьянской милицией» («Призыв», 15 февраля 1923).
«Бесхозяйственность и грязь в школе милиционеров
Забыта и заброшена наша милицейская школа! Вот в каких условиях живут и обучаются курсанты:
— Нет белья, нет летнего обмундирования.
Казенные сапоги давно износились, а новых не выдают. Денег на починку их курсанты не получают.
Дела с питанием еще хуже. Весь май пришлось говеть — мяса не выдавали, пришлось жить впроголодь. Ужина почему-то не бывает.
Санитария и гигиена не признаются: у входа в школу страшная вонь, т. к. уборная переполнена и затопила даже соседний двор.
Все эти «качества» отчасти объясняются тем, что комиссар школы предпочитает больше заниматься «своими» делами, чем школьными.
Обратите на это вниманье и дайте нам возможность жить и учиться, как надо.
Курсант» («Призыв», 30 мая 1923).



Ул. Девическая, д. 7

Ул. Никольская 1-я, д. 2. Клуб милиции

В 1922 г. милицией был основан клуб.
«Есть в нашем городе по 1 Никольской ул. клуб милиции.
Клуб, как клуб.
И внутри как будто все в порядке: по стенам плакаты, аншлаги. Есть читальня, есть и сцена.
Только работай.
Все к вашим услугам.
Только вот одно горестно, что наша милиция находит самое большое удовольствие в устройстве балов и «танцулек».
Протанцевав до пота, молодёжь в перерыве занимается «ремонтом» своей внешности: в ход идут белила, помада, пудра и т. д.
Покончив с «гримом», снова бросаются в пляску. Пляшут до упаду. Большинство – вульгарно.
Это считается особым «шиком». Милиция забывает, что так танцевали в шантаках и в буржуазных кабаре. Да тогда еще было скромнее, танцевали в трико, а теперь танцуют почти нагишом…
В результате такого «приятного» времяпровождения бывает всe, кроме хорошего.
Т. т. Милицейские, не время-ли воздержаться от устройства таких «балов»?
Ив. Вонраг» («Призыв», 23 мая 1923).
«На днях состоится открытие вновь отремонтированного клуба для милицейских служащих. При клубе имеется сцена с просторным и уютным зрительным зало.
Будут еженедельно устраиваться спектакли с бесплатным посещением милицейских служащих. При клубе организуются кружки драматический, хорового пения, лекционный, политический и милицейской подготовки.
Имеется свой духовой оркестр.
Кроме этого, при клубе открыта читальня, школа и библиотека.
Читальня.
В читальне получаются все центральные и местные газеты и несколько журналов.
Средняя, ежедневная посещаемость читальни 30 чел.
Школа.
В школу привлечено для занятий 18 малограмотных милиционеров. Занятия ведутся по программе Всероссийской Чрезвычайной Комиссии по ликвидации безграмотности. Организовано 6 экскурсий и намечено еще 7.
Библиотека.
В библиотеке имеется 3100 томов. Преобладают книги политического содержания. Абонентов 270 человек. Средняя ежедневная посещаемость библиотеки 30 чел.» («Призыв», 5 августа 1923).
В 1923 году клуб был реорганизован в объединенный клуб совработников.
«К 1 ноября 1924 г. клуб объединяет совработников милиции, уголрозыска, ВЕПО, губсуд, соцстрах; намечено вхождение и финработников.
Членов клуба 467 чел., из них партийных 23 проц., РЛКСМ 3 проц., остальные беспартийные.
Все члены клуба распределяются по кружкам; политическому, драматическому, профдвижения, cпoртивному, литературному и кооперативному.
Имеется детская площадка будущих пионеров. Занятия с детьми не ограничиваются только летним периодом, но на зиму переводятся в помещение клуба.
Посещаемость кружков членами клуба от 80 до 100 проц., что указывает на несомненный интерес членов к кружковой работе.
При клубе имеются библиотека и читальня с уголком Ленина. Средняя посещаемость их в день: библиотеки 50 чел. и читальни 70 чел. Члены правления клуба являются и руководителями кружков.
Лотом работали лишь кружки: драматический, политический и спортивный.
Спортивный кружок разделяется на 3 группы: женскую в 14 чел., мужскую — 18 чел. и детскую — 20 чел.
В постановке спектаклей, согласно постановления общего собрания, принимают участие все кружки. План работ и смета составляются правлением на год и утверждаются общим собранием членов клуба.
Средства клуба составляются из взносов в размере 5 проц. с окладного содержания членов и пособия из культурного фонда союза совработников.
В этом году был произведен ремонт здания и сделан запас дров.
С развитием деятельности клуба чувствуется ограниченность помещения, что заставило правление клуба поднять вопрос о подыскании более подходящего для клуба здания» («Призыв», 6 ноябр. 1924).

С прекращением военных действий и переходом к НЭПу милиция демилитаризируется. Прекращает свое существование железнодорожная и речная милиция, а промышленная преобразуется в ведомственную, которая стала охранять за плату не только государственное, но и частное имущество. К милиции перешло от ЧК ведение борьбы с бандитизмом. Для нее это направление в нашей губернии в следующем, 1922 г., стало важнейшим. За это время губмилицией было раскрыто 11 банд и задержан 41 бандит, при этом изъято 34 винтовки, 123 револьвера и пулемет. К сожалению, в этом году не удалось ликвидировать банду Юшко, которая уже третий год орудовала в Юрьевском уезде. Более того, к этому времени ей удалось распространить преступную деятельность на Переславский и Суздальский уезды, а также на территорию Ивановской и Ярославской губерний. На экстренном совещании представителей этих регионов было принято решение о выделении значительных сил. В пределах оперирования бандитов были сконцентрированы: 31 отряд, резерв губмилиции (20 всадников), а также все свободные сотрудники близлежащих уездов. В результате огромных усилий зимой 1923 г. удалось ликвидировать ядро банды Юшко. При этом погибли работники Владимирского уголовного розыска И.И. Дугин, В.Т. Когуа и другие.

Владимирская уездно-городская милиция

Управление Уездно-Городской Милиции в декабре 1922 г. из бывш. здания Городской Думы по улице III Интернационала, переведено в Четвертый Дом Советов по 2-й Никольской улице.


Улица 2-я Никольская, д. 2

«Имевший случай обыска у помощника Начальника Владимирской Уездно-Городской милиции Ремизова, который обнаружил у него на квартире самогонный аппарат, впоследствии его арест и заключение в Губернскую тюрьму, не должен лечь темным пятном на сотрудников Раб. Кр. Сов. милиции. Никому не секрет, что до сих пор, не только у нас, в Рабоче-Кр. милиции, но и в других государственных учреждениях имеются еще «типы» — примазавшиеся для личных выгод, для подрыва авторитета Советских учреждений и, в целом, Рабоче-Крест. правительства.
Я от лица всех красных милиционеров Владимирской Уездно-Городской милиции клеймлю позором Ремизова и подобных ему.
Сотрудники милиции уверены, что Рабоче-Крестьянская власть, власть трудящихся, воздаст ему должное по заслугам.
В свою очередь мы обязуемся весь недостойный и негодный элемент вышвырнуть из наших рядов.
Благодарю сотрудников ГПУ, которые зорко следят за подобными типами в милиция и помогают очиститься нам от ненужного элемента.
Начальник Владимирской Уездно-Гор. милиции Бушев» («Призыв», 13 февраля 1923).
«Наша хорошее и плохое. (Владимирск. Угормилиция).
Материальное положение хромает
. Оклады жалованья слишком малы. Ощущается острый недостаток в питании. Все это влияет на продуктивность работы милиционеров.
Теснота и грязь. Это в общежитии. Есть там и кухня, но не работает из-за недостатка дров.
«Обещали нам общежитие расширить, да видно «обещенного-то три года ждут».
Гигиена «в опале». Пьем сырую воду. Есть бак для кипяченой, но он всегда пуст, а если в нем почему и окажется водица, то пить ее не годится: сырая и краской пахнет.
Клуб у нас не для нас... Содержим мы клуб на отчисления от жалованья.
Есть библиотека, но милиционеры читают книги очень мало.
А вот билетов на вечера мы не видим: уходят они куда-то, на сторону.
В сапожной мастерской. Условия пользования мастерской для милиционеров убийственные. Если надо починить казенные сапоги, то раньше купи свои подметки, а потом уж и иди в мастерскую.
Занимаемся хорошо. Два раза в неделю по два часа милиционеры уделяют своему умственному развитию. Это хорошо, но было бы лучше, если-б заниматься по-больше!
Под руководством тов. Станке проходим «Азбуку коммунизма».
Все просто, ясно и интересно рассказывает нам наш начальник. Спасибо ему.
Василий Алов» («Призыв», 13 июля 1923 года).


Ил. 4. В.Т. Koгyа – сотрудник Владимирского уголовного розыска.

Ил. 1. Сотрудники Владимирской уездно-городской милиции. 1923 г.

С укрупнением волостей в июне 1924 года, существовавшие прежде отделения и районы милиции были упрaзднены и вместо них, при каждой из 14 новых волостей Владимирского уезда, был выделен начальник милиции с известным штатом милиционеров.
«Город Владимир обслуживается непосредственно управлением угормилиции, для какой цели при управлении выделен специальный пеший резерв.
Кроме того, при угормилиции имеется 50 человек ведомственной вооруженной милиции, которая охраняет торговые предприятия, склады и т. д.
Ведомственная милиция пользуется такими же правами, как и государственная. Содержится же она на средства, получаемые с торговых предприятий за обслуживание постов.
Культурная работа среди милиционеров по сравнению с прошлым годом значительно поднялась.
Все милиционеры состоят членами клуба. Последний снабжает их достаточным количеством книг и газет.
Много внимания уделено было ликвидации правовой неграмотности среди милиционеров. Для этой цели, еще при прежних районах, волостные милиционеры собирались и с ними производились занятия специально вызываемыми нарсудьями и нарследователями. В городе такие занятия с милиционерами проводились регулярно по 2 часа в день.
Милиционеры все состоят членами ОДВФ, «Доброхима», 98 % состава милиции состоят также членами кооператива.
Материальное положение милиции в текущем году было далеко не блестящим.
И только ясное сознание долга перед революцией заставляет милиционера по-прежнему твердо стоять на своем посту.
Для облегчения материального положения организовано общежитие, столовая, парикмахерская, бесплатная баня.
С обмундированием достигнуты некоторые улучшения. Так, бекешами милиционеры обеспечены на 100 проц., френчами - на 80 проц., брюками — на 80 пр. и сапогами - на 90 проц.
Борьба с преступностью велась интенсивно, о чем показывают следующие цифры.
Так, за год возбуждено 1521 уголовное дело; раскрыто 378 дел, задержано по этим делам 343 человека, из которых 50 чел. рецидивистов. В суд направлено 1451 дело.
Вооруженных банд за истекший год в уезде и городе не было. Новые банды — Огурцова и Редькова - быстро были ликвидированы.
Борьба с винокурением велась успешно. За год было выслано в уезд 34 отряда. Всего отобрано: самогонных аппаратов — 348, самогона — 172 вед., закваски - 646 ведер» («Призыв», 12 ноябр. 1924).


Ил. 3. Сотрудники Суздальской волостной милиции. 1925 г.

Ил. 2. Сотрудники Гусевской уездной милиции. 1924-1925 гг.

В 1923 г. невиданный размах приняло самогоноварение. За этот период в стране было произведено 24,3 млн. ведер самогона. На его изготовление было использовано 800 тыс. т. зерна. 1 апреля 1923 г. в губернии был объявлен 4-недельник решительной борьбы с самогоном, которая приняла столь тотальный характер, что иногда милиционеры изымали даже стаканы с запахом самогона.
В данной кампании они участвовали с воодушевлением.
Одна из причин этого кроется в одном милицейском приказе. В нем говорилось, что из протоколов и дознаний о тайном винокурении видно, что в большинстве случаев вещественные доказательства уничтожались милицией якобы по неосторожности. Ссылками на нее (при перевозке) пестрели почти все протоколы. Другими словами, сотрудники НКВД нередко изымали самогон не для его уничтожения или переработки, а для его распития. Кроме того, милиционеры получали небольшое вознаграждение за раскрытие подпольного самогоноварения. По мнению; милиционеров, благодаря их ударным методам было покончено с этим позорным явлением. Однако решающий удар по самогоноварению нанесла не борьба сотрудников этого ведомства, а продажа с 1925 г. водки государством.
Это привело к увеличению хулиганства в губернии в следующем году в 4 раза. Данное явление наблюдалось по всей стране. Поэтому основное внимание органов охраны общественного порядка в конце двадцатых годов было направлено на борьбу с хулиганами. К их задержанию с декабря 1926 г. стали привлекать граждан и создавать общественные дружины, комиссии общественного порядка, а через два года - Общества содействия милиции. Усиливается борьба с пьянством — первоисточником многих правонарушений. В системе НКВД появляются новые учреждения - вытрезвители. В январе 1929 г., после указов СНК РСФСР, милиция участвует в кампании по ограничению торговли спиртными напитками и противодействию алкоголизму.

Ведомственная милиция губернии начала свою деятельность с 1 июля 1924 г. В 1925 году насчитывала 443 чел. Она имела своим назначением, охрану складов, предприятий и разного рода имущества, принадлежащего госорганам, взамен существовавших ранее вольнонаемных сторожей. Одновременно с охраной вверенного ей имущества, ведомственная милиция, выполняла обязанности и по охранению общественного порядка, тишины и спокойствия и других функций, возложенных на государственную милицию. Содержание ведом. милиции производилось за счет денежных сумм, получаемых согласно заключенных договоров с госпредприятиями и учреждениями по охране их имущества. Ведом. милиция удовлетворялась всеми видами довольствования наравне с госмилицией.

«Музей уголовного розыска. Живая летопись борьбы красных криминалистов. Яркая картина нескольких лет трудной, ответственной, сопряженной зачастую с риском для жизни, работы. Развешанные по стенам желтые доски, а на них комплекты «орудия производства» преступного мира: отмычки, ключи, револьверы, обрезы, кинжалы и десятки других предметов и каждый из них имеет свою кровавую историю.
Аэропланная бомба, брошенная в сотрудника уголовного розыска при задержании бандита Шишкова, палка с тяжелыми, деревянным набалдашником, которой преступник раскалывал черепа своих жертв, кистень, под ударами которого умер не один человек деревянная самодельная ложка, отобранная у убитого в Меленковском уезде знаменитого бандита Якунина, по кличке «Викторка»; наган и веревка, взятые у бандитов, покушавшихся произвести ограбление железно-дорожного кооператива, папиросная коробка с шифром, которую пытались передать заключенному преступнику и, наконец, целая доска, увешанная подбором ключей и отмычек, с помощью которых был ограблен владимирский музей.
Около 250 экспонатов собраны здесь с разных концов губернии.
Но это не только мертвое хранилище. Велико и научно техническое значение этого музея.
Агенты-новички учатся здесь, знакомясь на практике с обычаями и повадками преступного мира.
Осмотр музея допускается, по мере надобности, соответствующим должностным лицам» («Призыв», 30 дек. 1925).
«Совнарком постановил разгрузить органы милиции от несвойственной ей работы, а именно — от разноски повесток с вызовами в суд, призывных и окладных листов, повесток налогоплательщикам и так далее. » («Призыв», 6 февраля 1926).

Губернский исполнительный комитет 14 февраля 1927 г. издал обязательное постановление, запрещающее устройство кулачных боев на территории всей Владимирской губернии.
Ударными темпами велась борьба с таким пережитком прошлого, как кулачные бои. Специально созданные небольшие конные отряды быстро прибывали на место «битвы» и смело призывали разойтись возбужденные толпы, иногда насчитывавшие по несколько тысяч крестьян. Например, в боях между жителями Боголюбова и Суромны с прилегающими к ним селениями (всего 11 сел и деревень) участвовало до 4 тыс. человек. Агитация и репрессивные меры (штраф до 10 руб. или принудительные работы до 2 недель) привели к почти полному прекращению кулачных боев к концу 20-х годов.

Наряду с борьбой против особо опасных и распространенных видов преступлений, которые носили характер ударных кампаний, милиция повседневно работала на многих направлениях. Она руководила ЗАГСами. Принимала деятельное участие в изъятии имущества у буржуазии, взимании продразверстки и продналога, недоимок и штрафов. Описывала имущество и изымала его с принуждением. Так как во Владимирском уезде сбор налога для голодающих Поволжья протекал неудовлетворительно, к этой кампании подключили милицию. Была создана чрезвычайная комиссия. Она в принудительном порядке вычитала деньги из зарплаты и выбивала налог в двойном размере с тех, кто не сдал его до 31 мая 1922 г. Милиция налагала многочисленные штрафы за совершение обрядов священниками без ее разрешения и даже за «производство работ в дни революционных праздников». Она изымала церковные ценности и разгоняла протестующих. Милиция участвовала в трудовом перевоспитании заключенных Владимирской губернии, которые приносили в казну существенный вклад. За 1927 и 1928 гг. он составил 461880 руб.

НЭП открыл для милиции новое поле деятельности - выдачу разрешений на право занятия коммерческой деятельностью. Стремление заработать иногда вступало в противоречие с официальными идеологическими установками. Так, начальник Владимирской уездно-городской милиции выдал разрешение на право гадания прибывшей из Персии Мамедовой К.Т. Были напечатаны в типографии объявления. Но приступить к этому виду деятельности ей не удалось. ГПУ решило отобрать у Мамедовой удостоверение, так как «хиромантия или вообще гадания, есть продукт обмана».
Огромен круг обязанностей милиционеров по оказанию помощи различным ведомствам. Их перечисление заняло 67 страниц в одном из сборников милицейских распоряжений. Наибольшее количество обращений за поддержкой, превышавшее все остальные вместе взятые, исходило из Наркомата путей сообщений. Каждый раз при снежных заносах возникала необходимость принудительного привлечения крестьян с лошадьми на расчистку железной дороги. Летом боролись с пожарами. О масштабах этого бедствия можно судить по одной из множества милицейских сводок. В ней сообщалось, что 28 сентября 1924 г. в с. Порецкое из-за неосторожного обращения с огнем мальчика Пронина сгорели 243 строения, в том числе 66 жилых построек.
Деятельность милиции в рассматриваемые годы протекала в условиях постоянного недофинансирования. Особенно тяжелое положение сложилось в 1921 г. За несколько месяцев численность губернской милиции сократилась с 2736 человек до 777. На Судогодскую и Суздальскую милицию, штат которой состоял из 8 милиционеров, приходилось по одной винтовке, а большая часть сотрудников милиции Меленковского уезда была не вооружена и не обмундирована. Выделяемых средств было настолько мало, что нередко возникали трудности с отправкой корреспонденции и выездами на места преступлений. Зарплата в милиции была ниже, чем в других учреждениях. Особенно страдали младшие милиционеры. Их зарплаты были в 5-6 раз меньше, чем у губернских и уездных милицейских начальников. Квартирным довольствием сотрудники обеспечивались лишь на 4 %. Полуразвалившиеся общежития почти не имели мебели, поэтому иногда милиционерам приходилось спать на полу.
Плохое материально-бытовое обеспечение вело к массовой подаче заявлений об уходе. Как сказано в отчете начальника Владимирской уездно-городской милиции, сотрудники любыми путями стараются покинуть ее ряды, в том числе симулируя болезнь. Вероятно, этим можно объяснить, что в 1923 г. больные составляли более половины всех сотрудников милиции губернии. Вынужденные оставаться на службе, милиционеры с прохладцей относились к своим обязанностям, а то и шли на преступления. Наиболее частые из них - кражи (один сотрудник умудрился украсть шторы из милиции). К единичным случаям можно отнести «участие в антисоветском восстании». По мнению председателя Владимирского уездно-городского исполкома, состав милиции был «настолько плох, если не сказать большего, как в качественном, так и в количественном отношении, что о продуктивности какой бы то ни было работы при таком составе не может быть и речи».
Для повышения качества работы принимались различные меры, в частности, проведение массовых чисток. Сразу же после Октябрьской революции была изгнана большая группа бывших красногвардейцев, имевших уголовное прошлое, а с марта и до конца августа 1923 г. уволена почти треть работников іубмилиции. Нередко с должности снимали лиц начальствующего состава. В 1919 г. были уволены пять руководителей Владимирской уездно-городской милиции, позднее - начальник общего подотдела Муромской милиции И.Т. Экземплярский, именем которого впоследствии были названы улицы.
Большое внимание уделялось улучшению профессиональной подготовки. В 1923 г. были предприняты следующие шаги в этом направлении. На 2-й Никольской улице, в доме № 2, открыли губернскую милицейскую школу под руководством бывшего штабс-капитана Бахтова и приступили к организации питомника собак-ищеек.
В целях изучения криминального мира по распоряжению начальника губмилиции были составлены списки слов воровского жаргона, употребляемого в различных уездах Владимирской губернии.

В годы НЭПа стали широко применять методы материального стимулирования. В это время выходит постановление Владимирского губисполкома о взимании угрозыском процентных отчислений с раскрываемых краж. Над милицией берут шефство госучреждения и частники. Например, руководство Переславского уезда в ноябре 1923 г. предложило частникам оплачивать расходы на жалование и обмундирование. В ответ на это местные промышленники Гольмберг и Гикиш взяли на себя обязательства содержать по одному милиционеру.
Для привлечения и удержания сотрудников были введены: добавочное снабжение, скидки с оплаты квартир и общежитий, на коммунальные услуги и питание в столовых, а также прибавки к зарплате в зависимости от стажа. В газетах постоянно печатали призывы пополнить ряды органов НКВД. Но, несмотря на предпринимаемые меры, показатель текучести кадров в милиции и уголовном розыске удалось снизить в конце исследуемого периода лишь до 69,8 %.


Ил. 5
А.С. Сивильдин помощник начальника милиции губернии.

Одна из важных составляющих работы милиционеров - создание протоколов и отчетов, благодаря которым можно узнать, например, о дерзком убийстве зам. начальника губмилиции А.С. Сивильдина (ил. 5), потрясшем жителей Владимира. Оно произошло 18 апреля 1924 г. на глазах у публики. При задержании опасного преступника В. Праздненского тот выбил из рук Сивильдина револьвер, увернулся от японского приема оперативника и застрелил его. Спокойно, как сказано в отчете, не стесняясь, бандит отошел от трупа на Козлов вал.
«Похороны т. А.С. Сивильдина. 20 апреля 1924 г. состоялись похороны тов. Сивильдина, погибшего от руки бандита. А.С. происходил из крестьян деревни Селищ, Холуйской вол. Биография т. Сивильдина проста: в детстве—сельская школа, потом—тяжелый крестьянский труд на захудалых полосках земли, дальше—служба и империалистическая война, в которой А.С. получил тяжелое ранение в ногу.
По прибытии домой Сивильдин снова берется за крестьянство. Октябрьская революция выдвигает его на пост начальника милиции села Южи. 2 марта 1920 г. он вступает в РКП (б) и вскоре переводится: сначала — в управление Вязниковской милиции, потом — во Владимирскую Губмилицию на пост н-ка посекра милиции.
С реорганизацией губмилиции, Сивильдин по собственному желанию переходит в Губрозыск. Тяжела и опасна работа в Губрозыске, но она не испуга А.С. И этой работе он отдается весь, рискуя ежедневно погибнуть от преступной пули.
Пуля подстерегла и... Сивильдин пал на своем посту, обагрив кровью панель улицы III Интернационал.
И вот 20 апреля похороны. На похороны собралось много товарищей покойного. Участвовали в похоронах в полном составе и президиум Губкома РКП (б) и воинские части. Пришли проводить тело Сивильдина и дети детдомов.
Работники милиции и уголовного розыска поклялись на могиле довести дело борьбы с преступностью в рабоче-крестьянской стране до полной победы» («Призыв», 23 апреля 1924).
Становление милиции происходило в условиях постоянных изменений по всем направлениям. В частности, Владимирская милиция нередко меняла свое местоположение. Первоначально губмилиция и уголовный розыск размещались в Палатах. Позднее многие подразделения милиции переместились на улицу Девическую, которая поэтому в канун первого празднования Дня милиции, 12 ноября 1922 г., была переименована в Красномилицейскую. В 1925 г. уездная милиция оттуда переезжает в в дом Столетовых, в 1927 г. на ул. Музейную (в здание, где в это время находилась губернская) и в том же году - в здание бывшей Думы.
14 декабря 1927 г. губсудом начался разбор Уголовного Дела бывших ответственных работников милиции и уголовного розыска ШИРОГОРОВА, БЕЛЯЕВА, ПАКЕТЧИКОВА и других.


Ил. 6
М.П. Жуков – начальник губернского уголовного розыска.

Отсутствие стабильности крайне негативно сказывалось на деятельности органов охраны общественного порядка. Раскрываемость преступлений милицией губернии в рассматриваемый период не превышала 25 %, а в уголовном розыске - 50-60 % (ил. 6). Постоянное реформирование нередко заключалось лишь в переподчинении местных подразделений милиции. Они входили то в состав комиссариатов, то в структуры отделов: управления и административного. Очередная реформа в январе 1929 г. покончила с существованием Владимирской губернии, а вместе с ней и с губернской милицией.
«В 1930 г. Президиум городского совета утвердил положение о городском обществе контроля и содействия милиции (ОСОДМИЛ). Общество организуется для привлечения трудящихся к массовому контролю за деятельностью административных органов, для содействия им и борьбе с хулиганством и другими нарушениями общественного порядка. Членами общества могут быть все граждане, достигшие 21 года, не лишенные избирательных прав, не состоящие под судом или следствием и не привлекавшиеся к ответственности за хулиганство… К правам и обязанностям членов ОСОДМИЛ-а относятся следующее:
Охрана общественного порядка, как на территории своего предприятия, так и вообще в городе. Учет хулиганствующего элемента на предприятии и осуществление соответствующих мер воздействия на него для предупреждения хулиганских поступков. Здесь могут привлекаться такие меры: вызов на собрание общества, вынесение порицаний, опубликование решений в стенной газете, вывешивание постановлений, сообщение фабзавместкомам о явно неисправимых, поддерживание постоянной связи с культурно-просветительными организациями и совместная с ними работа по отвлечению лиц, замеченных в хулиганстве от дебоширства, пьянства и т.д. Кроме того, члены общества должны безоговорочно содействовать милиционерам в случаях, если они не в состоянии справиться с пьяными, хулиганами, производить с представителями милиции обходы очагов хулиганства, вести дежурства при отделениях милиции, в клубах, театрах, кино и так далее» («Призыв», 20 февраля 1930).

24 августа 1944 года был подписан приказ наркомата внутренних дел об образовании управления НКВД по Владимирской области. В территориальную структуру УНКВД входили 2 городских отдела и 16 районных отделений НКВД.


Улица Луначарского, д. 1. Здание бывшего Строительного треста № 94. УМВД России по Городу Владимиру

Используемая литература:
Государственный Владимиро-Суздальский историко-архитектурный и художественный музей-заповедник «Материалы исследований» Выпуск 15. 2009
1. Городское Полицейское Управление в губернском городе Владимире. В 1787 г. была создана владимирская полиция.
2. Губернское Жандармское Управление.
3. Владимирский Окружной Суд открыт 17-го ноября 1866 г.
4. Владимирский тюремный замок
5. "Владимирский централ"
Владимирская губерния 1917-1929 гг.
Категория: Владимир | Добавил: Николай (26.03.2018)
Просмотров: 2278 | Теги: Владимир | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

ПОИСК по сайту




Владимирский Край


>

Славянский ВЕДИЗМ

РОЗА МИРА

Вход на сайт

Обратная связь
Имя отправителя *:
E-mail отправителя *:
Web-site:
Тема письма:
Текст сообщения *:
Код безопасности *:



Copyright MyCorp © 2024


ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru