Главная
Регистрация
Вход
Среда
28.02.2024
15:42
Приветствую Вас Гость | RSS


ЛЮБОВЬ БЕЗУСЛОВНАЯ

ПРАВОСЛАВИЕ

Меню

Категории раздела
Святые [142]
Русь [12]
Метаистория [7]
Владимир [1585]
Суздаль [469]
Русколания [10]
Киев [15]
Пирамиды [3]
Ведизм [33]
Муром [495]
Музеи Владимирской области [64]
Монастыри [7]
Судогда [15]
Собинка [144]
Юрьев [249]
Судогодский район [117]
Москва [42]
Петушки [170]
Гусь [198]
Вязники [350]
Камешково [167]
Ковров [431]
Гороховец [131]
Александров [300]
Переславль [117]
Кольчугино [98]
История [39]
Киржач [94]
Шуя [111]
Религия [6]
Иваново [66]
Селиваново [46]
Гаврилов Пасад [10]
Меленки [124]
Писатели и поэты [193]
Промышленность [161]
Учебные заведения [174]
Владимирская губерния [47]
Революция 1917 [50]
Новгород [4]
Лимурия [1]
Сельское хозяйство [78]
Медицина [66]
Муромские поэты [6]
художники [73]
Лесное хозяйство [17]
Владимирская энциклопедия [2390]
архитекторы [30]
краеведение [72]
Отечественная война [276]
архив [8]
обряды [21]
История Земли [14]
Тюрьма [26]
Жертвы политических репрессий [38]
Воины-интернационалисты [14]
спорт [38]
Оргтруд [117]
Боголюбово [18]

Статистика

 Каталог статей 
Главная » Статьи » История » Владимир

Дом дворянского собрания гор. Владимира

Дом дворянского собрания гор. Владимира


Дом Дворянского Собрания

Ул. Б. Московская, д. 33

На Соборной площади (ул. Б. Московская, д. 33), находится здание бывшего Дворянского собрания.

Согласно описной книге 1626 г. «в городе от торговых ворот по Большой улице и Ивановскими воротами по левую сторону» в последовательном порядке значится двор киржачского монастыря с порожним местом 28x20 саж., во дворе жили два дворника. Этот двор находился впереди и несколько восточнее здания нынешнего Банка. К этому двору примыкал двор Вельяминова и подьячего Ивана Мелентьева 16x16 саж., далее на месте бывшего Дома офицеров стоял двор боярина князя Ивана Васильевича Голицына - 18x17 саж. с дворником его крестьянином Захаркой Максимовым. Далее шел двор архиепископа Суздальского 15x17 саж. с дворником «рабочим человеком». Двор этот стоял примерно на месте бывшей мужской гимназии.
Мысль о приобретении для дворянского сословия особого дома в губернском городе носилась среди дворян давно. По Жалованной грамоте 1785 г. Екатерины II дворянству разрешалось иметь в своем губернском городе дом для собраний и собирать вскладчину деньги на свои нужды.
Во Владимире дворянское собрание ютилось в нескольких тесных комнатах казенного здания военно-сиротского отделения и, как жаловался министру внутренних дел предводитель, «пробираться в депутатское собрание иначе невозможно, как только с большим затруднением, в тесноте, мимо учащихся, коих обучается до 1500 человек, и между тесно поставленными для них столами и скамейками». С 1786 г. дворянство даже начало сбор денег для составления капитала и приобретения дома, и за 34 года набралась довольно изрядная сумма.
19 марта 1820 г. губернский предводитель дворянства генерал-лейтенант Петр Кириллович Меркулов объявил собравшемуся наличному городскому дворянству, что 6 марта он купил для Дворянского собрания с аукциона продаваемый за долги «каменный о трех этажах дом, состоящий в городе Владимире во 2 части под № 1 купца Алексея и мещанина Осипа Дмитриевых детей Гордеевых, что против Присутственных мест, ценою за 12 тысяч 740 рублей», руководствуясь выгодным местоположением и сходной ценой.
Дом был построен купцом Дмитрием Никитичем Гордеевым на приобретённой им земле. Дом перешёл по наследству к сыновьям Дмитрия Никитича Гордеева - купцу Алексею Дмитриевичу и мещанину Осину Дмитриевичу Гордеевым, у которых он и был куплен владимирским дворянством.
15-го января 1821 г. Дворянское Собрание постановляет иметь, по примеру других губерний, свой собственный дом в губернском городе. С этой целью Собрание принимает в ведение Дворянского Общества купленный для чего с публичного торга за 12740 руб. каменный дом бывшего купца Гордеева и постановляет «привести его въ надлежащее устройство, которое соответствовало бы его настоящему званию».
Дом этот, хотя и занимал лучшее место в городе «противу собору и присутсвенныхъ местъ»,– был, однако, в таком жалком виде, что вместо «украшения городу делал одно только безобразие». Это было строение приходившее в ветхость, с проваливающейся крышей и со стеклами выбитыми во многих окнах. Мостовая перед домом не была во всю ширину улицы и против него «не было почти проезду». Дом предположено было капитально перестроить и, притом, с таким расчетом, чтобы Дворянство во время его Съездов для выборов и других совещаний могло бы с удобством помещаться.
Владимирское дворянство, по примеру вологодского, установило сбор со всех помещичьих имений по 50 копеек с крепостной души. Кроме этого, было решено в купленном доме отдавать внаем покои под жилье и подвалы под винные погреба. Одновременно было приступлено к заготовке извести, кирпича, алебастра, бутового и белого камня. С завода Мальцова были доставлены лучшие бемские стекла, с горных Выксунских заводов Шепелева — железо разных сортов, с завода Петра Бабушкина поставлялся кирпич.
Таким образом было положено основание Владимирскому Дворянскому дому. Постановление Владимирского Дворянства от 15 января 1821 г. об этом доме было исполнено не скоро. На первых же шагах своего осуществления это дело не обошлось без некоторых затруднений, но, тем не менее, ему суждено было увенчаться благополучным концом.
Избранный в 1824 г. на трехлетие новый губернский предводитель Александр Борисович Голицын, владимирский помещик, деятельно участвовавший в открытии дворянского дома в Москве, пригласил для составления проекта московского архитектора Кремлевской экспедиции Василия Григорьевича Дрегалова — талантливого архитектора казаковской школы, известного своей перестройкой в 1817 г. Потешного дворца в Кремле.
3 июня 1824 г. губернатору графу Апраксину и губернскому архитектору Е.Я. Петрову князь Голицын представил для утверждения составленный Дрегаловым план, фасад и смету постройки. Петров ничего не подписал, а прислал записку с замечаниями: «на чертежах де не показаны железные связи, в сенях и бельэтаже будет темно без дополнительных окон», на что Дрегалов возражал, что окон в зале достаточно и света будет хватать, «вторые окна делать нет надобности чем сохранится краса залы». Проект был одобрен Чертежной экспедицией, а в мае 1825 г. — Строительным комитетом при МВД.
Проект предполагал капитальную перестройку всего старого здания. Контракт на производство работ был заключен 2 марта 1825 г. с купеческим сыном из Гавриловского Посада Асафом Алексеевичем Зиминым. Подрядчик согласился выполнить работы за 75 тысяч рублей и сверх того обязался за свой счет «построить из кирпича от Дворянского дома до соседа по переулку каменный забор с двумя воротами по рисунку от архитектора».
По плану Дрегалова старое здание дома Гордеевых подвергалось капитальной перестройке. Согласно выставленным кондициям, Зимин должен был в старом доме опустить своды нижнего этажа, перестроить подвалы, выломать старые стены, а «там, где антресоли — разобрать до бельэтажа и сложить вновь», в нижнем и верхнем этажах пробить новые окна и двери, а старые заложить, в парадных сенях сделать арки и столбы. К основному объему пристроить спереди портал входа, а сзади сделать на белокаменном цоколе пристройку, к которой со двора сделать 3 маленьких крыльца. Для постройки подрядчик обязался брать кирпич «лучшей доброты», колонны и пилястры, замки и планбанты над дверьми и окнами, «цокольки» над фронтоном делать из белого камня.
К 1 октября 1825 г. была окончена вся каменная работа, а с весны 1826 г. шла работа в интерьерах и во дворе, где Зимин выстроил деревянный на каменном фундаменте кухонный флигель с голландской, английской и кондитерской печами.
К 1 августа 1826 г. все работы по дому были окончены, началась внутренняя и внешняя отделка. Для этого были приглашены московские мастера - живописец А. Киселём и лепщик И. Емельянов.
Московский лепщик Иван Емельянов выполнил во фронтоне «медальоны и Владимирский герб с украшением оного и слова года [постройки]», фриз фронтона украсил барельефом и позолоченной надписью «Дом благородного дворянства», а остальной фриз орнаментом с арабеской, над окнами сделал венки, выполнил 12 капителей и 12 пилястров наружных ионического ордера и внутри на 10 колоннах в парадных сенях дорического ордера, капители и лепной карниз в Большой зале. В сентябре 1826 г. московский цеховой живописного художества мастер Тимофей Антонович Киселев окрасил внутри стены и плафоны колерами и расписал барельефами. Дом украсили мраморные камины, зеркала в рамах и мебель красного дерева мастера Греппе, простые и турецкие диваны, кинкеты, канделябры и аплике, портьеры и гардины из желтой и голубой тафты. Из Москвы привезли вызолоченные червонным золотом люстры. В зале баллотировки был поставлен стол губернского предводителя, крытый красным сукном, и 13 столов уездных предводителей под сукном темно-зеленым. Лучшим украшением Гостиной залы стал чугунный бюст Петра 1 — прекрасный подарок господ Баташевых. Снаружи дом был иллюминован шкаликами с сальными светильниками, подъезд освещался двумя фонарями. По отчету князя Голицына дом с обстановкой обошелся дворянству в 132 тысячи 620 руб.
Прибывшее в город Владимир 20 декабря 1826 г. для выборов дворянство «нашло оный дом по постройке его во всех частях украшенным в самом лучшем виде, соответственно общему дворянства желанию и названию его, а потому положило в знак памяти и благодарности сделать в гостиной комнате надпись: «Попечением господина губернского предводителя князя Александра Борисовича Голицына сей дом соорудило Владимирское дворянство 1826 года». После освящения нового дома для гостей был устроен роскошный банкет стоимостью в 517 руб.
Верхний этаж здания предназначался для бальных собраний, в нижнем разместилась канцелярия Депутатского собрания и квартиры служителей. Был назначен штат: смотритель дома, швейцары, официанты, повара и сторожа. В доме устраивались балы, маскарады и мужские клубы, театр, причем все вещи и обстановка брались в пользование старшинами (ответственными инициаторами) этих мероприятий и сдавались под роспись смотрителю.

Однако вскоре здание потребовало ремонта: провалилась балка под стеной между гостиной и газетной, а надворные два крыльца отошли от стены, каменный пол в сенях и паркет требовали исправления и замены. Кроме того, по рапорту смотрителя Тюрикова, необходимо было во дворе построить сарай, погреб с амбаром и флигель с квартирами, в который следовало переместить 4-х служителей с семьями.
Был приглашен губернский архитектор Евграф Петров, который в 1831 по своему проекту построил деревянный двухэтажный флигель на каменном фундаменте, на первом этаже которого разместились кухня, приспешная и людская, на втором этаже жилые комнаты. Во дворе был устроен колодец с валом и колесом под шатром, ретирада и службы. «Весь двор был обведен двумя заборами: один по переулку до сада, каменный с двумя створчатыми воротами, а другой по стороне купца Петровского из горбылей с каменными столбами, который проведен до половины двора».
Ремонт главного здания был более долгим и велся под присмотром В.Г. Дрегалова подрядчиком П.П. Ильиным. Опустившаяся стена между Гостиной и Голубой газетной была подперта кирпичной стеной со столбами в виде колонн, в 1 этаже сделано помещение для архива.
Для отделки интерьера из Москвы Дрегаловым был вновь приглашен живописец Киселев, который «раскрыл» комнаты разного цвета красками.
После окончания ремонта приезжий дворянин мог увидеть Дворянский дом приблизительно так. Войдя в бельэтаж и повернув направо, гость мог попасть в желтую приемную и оттуда в голубую комнату присутствия Дворянского собрания, рядом с которой находилась палевого цвета канцелярская и архив. Повернув из прихожей налево и пройдя желтый коридор, посетитель попадал в желтый зал библиотеки, в центре которой возвышались две колонны. Далее по коридору находились палевая угольная комната Комиссии для ревизии действий депутатского собрания, гостиные розовая, желтая, зеленая и затем голубая, из которой два окна выходили на вал, затем прихожая с лестницей вверх.
Поднявшись по парадной лестнице на второй этаж, гость встречал швейцара из розовой швейцарской, который и провожал его в Большую залу шоколадного цвета с иконой Спасителя и написанным живописцем Даву портретом Николая I в рост в раме. Зал украшали 3 люстры: одна в 60 и две по 24 свечи, на улицу выходило 5 окон и во двор 4 окна. Из залы можно было пройти в палевую гостиную, голубую угольную комнату, светло-фиолетовую уборную. Здесь находились комнаты для возобновления дворянских выборов к должностям, розовая столовая, к которой примыкала светло- зеленая буфетная с 2 окнами, и ретирада тоже в 2 окна. На Большую улицу выходили два балкона и один балкон на угол дома.
К 15 июля 1834 г. ремонт был окончен.


По центру Дом Дворянского Собрания, правее церковь Бориса и Глеба.

1/13 января 1834 г. во Владимире была открыта первая публичная библиотека. Помещения для нее выделили в Доме Дворянского собрания. Библиотека занимала две комнаты на первом этаже. Основой для библиотеки стала книжная коллекция председателя губернской уголовной палаты Михаила Бенедиктова (дяди известного поэта Владимира Бенедиктова). См. Библиотеки города Владимира.

12 октября 1834 г. дворянство принимало в нем Николая I.
Дом чуть не сгорел в огне пожара, который в октябре 1834 г. охватил кремль. Огонь близко подобрался со стороны Троицкой улицы, но был остановлен. В связи с этим губернский предводитель предложил Собранию 13 октября 1834 г. купить пустопорожние участки земли, примыкающие к заднему фасаду, «в ограждение дома от опасности пожара, так и под строения для служб». После опроса дворян 12 июня 1835 г. была приобретена у В.П. Ложкиной примыкавшая к дворянской усадьбе с севера земля с остатками сгоревших каменного и деревянного домов, и земли соседних владельцев дворянок вдов Марфы Борисовны Кузьминой и сестры ее Авдотьи Борисовны Волковой, а также участок священника Спасской церкви Гавриила Архангельского, все за 12835 руб.

Поскольку во Владимире вплоть до 1906 г. не имелось специального здания музея, многие экспозиции и выставки устраивались в комнатах Дворянского собрания.
В 1837 г. здесь была устроена первая выставка произведений Владимирской губернии специально для путешествующего по России наследника престола. В том году он побывал и во Владимире.

Дворянский дом предназначался в основном для мероприятий и торжеств. В особых случаях в собрании давались балы, для которых из Москвы приглашались музыканты Императорских театров, из Москвы же доставлялись фрукты, конфеты, чай и чайная сервировка, мороженое. У местных купцов покупалось для одного бала 4 пуда свечей. Объявления о намеченных балах давались в московских и местных газетах, визитерные билеты продавались по 300, а на хоры по 100 рублей за штуку.
Вот как описывали губернские ведомости устроенный 6 декабря 1840 г., в праздник св. Николая Чудотворца и в день тезоименитства Государя, бал: великолепие отделки Дворянской залы, освещение ее, а вместе с тем простота и вкус, с которым убраны прочие комнаты таковы, что подобный общественный дом едва ли есть в какой-либо губернии. Беломраморная зала ярко освещена богатыми бронзовыми люстрами лучшего вкуса и работы. Из залы проведена дверь во вновь устраиваемый Дворянский пансион. В этой зале будут проходить торжественные акты годовых экзаменаций учеников Пансиона. Для постройки Пансиона дворянство пожертвовало до 1 миллиона рублей как на постройку, так и на внесение в Приказ общественного призрения суммы, с % которой будут содержаться 34 воспитанника из беднейших дворян без всякой платы, а Приказ в течение 37 лет приобретает 500 тысяч рублей чистого капитала… После того как в залу вошли губернатор и предводитель в сопровождении 200 дам и кавалеров, под звуки «Боже, царя храни», исполняемого на хорах полковыми музыкантами Сибирского уланского полка, был открыт портрет Государя чудесной работы Дау, в роскошной раме, по бокам которой на серебряном поле изображены гербы уездных городов, а у подножия герб губернии. Бал шел до 2 часов ночи...

В 1841 г. к зданию Дворянского дома с восточной стороны было пристроено здание Благородного пансиона, в который переехала Владимирская мужская гимназия. Зрительно здания Дворянского дома и Пансиона являли собой одно целое, формировавшее и украшавшее главную площадь города сооружение.

В 1848 г., после сильного городского пожара, было найдено опасным иметь при дворянском доме деревянный флигель с кухней, было решено заменить его каменным.


План квартала, на котором отмечено место постройки каменного флигеля, 1849 г. (Ф.243. Оп.1. Д.677. Л.67а)

Новый флигель было решено возвести по линии улицы, идущей от Владимирской часовни вдоль земляного вала. Осмотрев место постройки, архитектор Я.М. Никифоров сообщал в комиссию: «признаю полезным назначить место для возведения каменного флигеля не за забором, как предполагалось по составленному плану, но по линии улицы, в квартале обывательских построек и на самой линии оного, что же касается до присланного ко мне фасада на постройку флигеля, то по желанию губернского предводителя дворянства, для удобства в помещении, составлен план и фасад в другом виде». Новый план был составлен петербургским профессором архитектуры К.А. Скаржинским (его имя указано в нижней части рисунка фасада: «Архитектор Скаржинский»), проектировавшим в это время Дворянское собрание в Санкт-Петербурге, а в 1853 г. украсившим город зданием Варшавского вокзала.


Первоначальный фасад флигеля (Ф.243. Оп.1. Д.677. Л.67а)

Контракт на строительство был заключен с П.П. Ильиным. Весь 1849 год Ильин подвозил кирпич, за качеством которого следил архитекторский помощник Николай Карлович Рейм. Весной 1850 г. началась постройка, 10 октября 1850 г. все работы были окончены, затем был разобран старый флигель. 25 октября депутат Николаев и архитектор Н.К. Рейм провели приемку выстроенного здания.


Фасад флигеля архитектора Скаржинского, Высочайше утвержденный 22 декабря 1849 г. (Ф.243. Оп.1. Д.677. Л.67а)

Памятник Александру II перед зданием банка. 1913 –1917 гг. Здание банка построено в 1900 г. Справа виден флигель Дома Дворянского собрания.

Площадь Свободы. Почётный пионерский караул у памятника Ленину. 1960 г. За памятником виден старый флигель.

Новое здание состояло из двух этажей, первый этаж перекрыт кирпичными сводами, пол выстлан лещадью белого камня. Архитектор Рейм внес изменения в проект Скаржинского: высота второго этажа была увеличена в полтора аршина, лестницы и своды были сделаны каменными, из белого камня сделаны два наружных крыльца длиной 32 ½ аршина шириной 5 аршин с площадками. В новом флигеле разместились кухня, квартиры служителей, во дворе устроен амбар и ледник. Особым стеклянным коридором флигель соединялся с большим домом и двумя ватерклозетами.
В конце XIX-начале XX вв. к флигелю со стороны главного дома по линии улицы была сделана двухэтажная пристройка с коробовыми сводами.



Перестроенный флигель. Ул. Большая Московская, д. 31. Центральная детская Библиотека


План усадьбы Дворянского дома с постройками, 1883 г. (Ф.390. Оп.1. Д.233а. Л.151)

Следующий ремонт Дворянского дома был проведен в 1854-1856 гг. под руководством губернского архитектора Я.М. Никифорова. По его проекту в 1854 г. к заднему фасаду дома была сделана каменная двухэтажная пристройка с каменной лестницей на чердак. Снаружи кровельщик Медведков покрыл купол и крышу новым железом, окрасил стены к валу розовой краской.
Дубовая парадная лестница за ветхостью была заменена каменной из «подольского камня» с чугунными решетками. Сделаны новые духовые печи и пробиты новые дымоходы в стенах, переделаны хоры. Мраморных дел мастер крестьянин Алексей Алексеевич Захаров привел в порядок мрамор на стенах, а иконописец Петр Захарович Миронов обновил позолоту мебели и лепнины. Особого внимания потребовал паркет, который должен стать главным украшением Большой залы как — по словам А.Б. Голицына — своего рода «гражданского храма».
Для внутренней отделки был приглашен из Москвы лучший архитектор из Министерства путей сообщения А.С. Никитин, незадолго до того оформлявший интерьеры Большого театра в Москве. Он подобрал в Москве мебель по полученным в магазине Годе рисункам, заказал каминные приборы и фонари к подъезду у Крумбюгеля, обои у обойщика Дабо из Петербурга, живописцу Заренко был заказан портрет нового императора.
Вход украсили 2 фонаря на чугунных тумбах каждый о трех лампах, и на стенах 2 фонаря на чугунных кронштейнах каждый об одной лампе. Бельэтаж освещали 6 висячих канделябр и «солнечные лампы» на сводах коридора и парапетах. При входе гостей встречал швейцар в мундире с булавой, второй швейцар ожидал наверху лестницы. Большую залу заливали светом 2 бронзовых люстры о 100 свечах и 8 бронзовых бра о 20 свечах и 4 висячих канделябра. В зале стояли рояль и два беломраморных бюста Петра I и Николая I, а к балу 7 января 1857 залу украсил большой портрет Александра II, изображенного в полный рост на площадке Монплезира. В игорной висели портреты в золоченых рамах генерал-фельдмаршалов князей Меншикова, Суворова, Голицына, Долгорукова и графа Апраксина, Куруты. Официанты в шелковых чулках и мундирах подавали шампанское, чай, мороженое...
24 августа 1858 г. дворянский дом посетил государь Александр II с царицей Марией Александровной, заглянули они и в пансион, где осмотрели выставку сельских произведений Владимирской губернии.
В 1854 г. открылась первая в губернии промышленная выставка. Ее инициатором и создателем был известный владимирский краевед Константин Никитич Тихонравов.
Зал Дворянского собрания был самым большим во Владимире. Поэтому, когда в город приезжали с концертами известные артисты, композиторы, музыканты или выступали писатели, поэты, ученые, их встречали именно здесь.
«Корреспондент С.-Петербургских Ведом. пишет из Владимира: 25-го февраля, в зале дома владимирского дворянства дан был концерт в пользу христиан, пострадавших в Кандии. Съезд был огромный, небывалый в нашем городе, и при нашем небольшом обществе сбору очистилось более 600 руб., несмотря на довольно умеренные цены; правда, что и расходы по устройству концерта были невелики. Справедливость требует сказать, что концерт шел очень удовлетворительно, а гг. В.В. Правоторов (скрипка) и Г.Я. Левензон (фортепиано) обладают талантами, далеко выходящими из ряда обыкновенных» («Антрактъ», №1, 1867 г. 12 марта).
27 апреля 1869 г. в зале выступал с концертом профессор Московской консерватории, выдающийся пианист, композитор и дирижер Антон Григорьевич Рубинштейн.
(Из Воспоминаний о Владимирской гимназии.Кардовский Дмитрий Николаевич ). «Почти все студенты состояли членами землячеств, несмотря на то, что эти землячества существовали нелегально. Наше владимирское землячество объединяло в своём кругу всех студентов, окончивших владимирскую гимназию. Землячество преследовало, главным образом, цели взаимопомощи. А откуда взять средства? Мы устраивали концерты и балы во Владимире, от которых получались довольно большие деньги, во всяком случае, в размере нескольких тысяч рублей от каждого концерта, потому что приглашаемые для участия в концертах артисты не брали за это ничего; зал бывшего Дворянского собрания предоставлялся бесплатно, все хлопоты организаторов вечера студентов, разумеется, тоже бесплатно. Главным расходом был провоз артистов во Владимир из Москвы и обратно и угощение их.
Эти концерты и вечера пользовались у владимирской публики таким успехом, что давали землячеству значительные доходы. Деньги эти владимирские власти по требованию администрации переводили в канцелярию Московского университета, потому что официально концерт устраивался в пользу недостаточных студентов Московского университета, а про землячество ни гу-гу. Деньги землячество от университета получало следующим образом: мы все, владимирские студенты, представляли требующиеся справки о недостаточности, выбирали деньги из канцелярии и потом отдавали их в казну землячества, а последнее уже раздавало их тем, кто действительно нуждался. Кроме того, из этих денег, сколько помнится, отчислялись суммы разным нелегальным студенческим организациям».

Городской клуб возник в 1888 г. В его уставе, утвержденном в 1894 г., говорилось “клуб имеет целью доставить членам своим и их семействам возможность проводить свободное от занятий время с удобством, приятностью и пользою”, “клубу предоставляется право устраивать для своих членов и их гостей балы, маскарады, танцевальные, музыкальные и литературные вечера и драматические представления, выписывать книги, газеты и другие периодические издания, а также приглашать лиц специально по разным наукам для чтения лекций, которые служили бы к распространению между членами клуба полезных сведений”. Пребывание в клубе разрешалось до половины второго ночи. Те, кто оставался дольше этого времени, платили штраф, который увеличивался каждые полчаса. Окончательно же клуб закрывался в пять часов утра. Членами клуба не могли быть лица женского пола, несовершеннолетние, воспитанники учебных заведений, нижние воинские чины юнкера и вольноопределяющиеся, лица, подвергшиеся ограничению прав по суду. Цели дворянского собрания и городского клуба при некоторой разнице формулировок в уставах были сходны.

«Предводители и депутаты дворянства Владимирской губернии на съезде 28 апреля 1870 г. имели суждение о том, что в дворянском доме в продолжение 9 лет помещается губернское по крестьянским делам присутствие и канцелярия его бесплатно и что по изменившимся в хозяйственном отношении дворянским делам имеется надобность в комнатах, где помещается присутствие, а потому единогласно уполномочили губернского предводителя просить губернатора о перемещении означенного учреждения из дворянского дома. Присутствие, получив такое уведомление и имея в виду, что ни в одном из присутственных мест нет свободного помещения, вошло с представлением к министру внутренних дел и просило, на основании Высочайше утвержденного положения главного комитета 10 мая 1862 г., разрешения об ассигновании на наем помещения для губернского присутствия и отопление 700 руб. в год со внесением этой суммы в сметы земских повинностей. На это министр, отношением от 31 мая за № 3801, уведомил губернатора, что, так как наем особого для губернского присутствия помещения не отнесен к числу обязательных для земства потребностей, то включение в земскую смету этого расхода и отпуск денег для производства оного зависит, по смыслу ст. 8 правил о земск. росписи, от усмотрения земских учреждений. Указываемое же Высочайшее повеление 10 мая 1862 г. не может иметь применение к настоящему случаю, ибо оно касается только усиления канцелярских средств губернских присутствий. Сверх того это Высочайшее повеление имело характер временной меры и ныне усиление средств канцелярий губернских присутствий допускается не иначе, как в порядке, указанном Высочайшим повелением 14 марта 1867 г. К сему министр присовокупил, что вопрос о помещении присутствий и их канцелярий был разрешен, по отношению к комиссии для приведения в действие Высочайше утвержденных положений о крестьянах, циркуляром министерства от 2 февраля 1861 г. за № 2, в котором, между прочим, изложено, что заседание комиссии могут происходить: или в доме губернаторском, или в доме дворянского собрания; канцелярия же комиссии помещается или вместе с губернаторской канцелярией, или при дворянском депутатском собрании.
В виду изложенного разъяснения министра губернская управа полагала бы ходатайство присутствия об отпуске денег 700 руб. отклонить» (Журн. 25 июня, стр. 5, Докл. 7, стр. 14-18).
В феврале 1877 г. в Доме дворянского собрания выступал певец Славянский
«Владимирским дворянством устроен в дворянском доме лазарет на 10 офицерских и 80 солдатских кроватей. Лазарет этот также содержался из средств местного управления» (Извлечение из отчета Владимирского местного управления за 1877 год).
1882 г. «Читан доклад губернской управы следующего содержания. Губернский предводитель дворянства просил г. начальника губернии, не признает ли он возможным в виду постановления губернского собрания дворянства увеличить плату за помещение, занимаемое губернским по крестьянским делам присутствием, до 600 руб. По передаче г. губернатором этого отношения в губернское присутствие, последнее постановило: просить губернское земское собрание об отпуске дополнительных денег. Губернская управа при этом присовокупляет, что в настоящее время на этот предмет отпускается 200 р. Собрание постановило: отпустить на наем помещения в дворянском доме для губернского по крестьянским делам присутствия, в дополнение к ассигнованным прежде 200 руб., еще 400 руб. на два года» (Журн. 14 дек., стр. 224, п. 4; докл. стр. 141—142).

1894 г. «Владимирская Губернская Земская Управа представила следующего содержания доклад о найме в дворянском доме квартиры под помещение управы и архив ее. Во исполнение постановления губернского собрания oт 15-го декабря 1893 г., губернская управа вошла в переговоры с г. губернским предводителем дворянства и ныне помещается в более просторном помещении, за помещение управы и архива ее, а также за заседания губернского земского собрания в зале дворянского дома назначается 2400 руб. в год с отоплением. Губернская управа имеет честь испрашивать утверждения расхода по увеличению мебели, замене одних предметов новыми, приобретении некоторых вновь и по найму временного помещения для управы на время переделки флигеля при дворянском доме, как значится в ведомости, в сумме 1921 р. 79 к. Собрание постановило: поручить губернской управе оставить за собой занимаемое ею ныне в флигеле дворянского дома помещение, с платой как за это помещение с помещением для архива, так и за зало во время заседаний губернского собрания, по 2400 руб. в год с отоплением, на каковой предмет и заключить с г. губернским предводителем дворянства условие, сроком на 12 лет. Деньги 2400 руб. вносить в смету губернского сбора, а произведенный на обстановку нового помещения и на наем временной квартиры для управы на время переделки настоящего помещения расход, в сумме 1121 руб. 79 коп., утвердить» (Журн. 13 дек., стр. 63—64, п. 15; докл. стр. 74—75).




Мужская гимназия. 1909 – 1913 гг.

В период Первой российской революции здесь произошло выдающееся событие — первое во Владимире открытое выступление против самодержавия. 17 октября 1905 г. в зале Дворянского собрания состоялся митинг по случаю манифеста, подписанного царем. Выступали кадеты, либералы, эсеры. Все хвалили манифест. И только один молодой человек, поднявшийся на сцену, не одобрил его. Наоборот, он развернул перед изумленной публикой красное знамя с надписью «Долой самодержавие». Этим молодым человеком был студент, социал-демократ, будущий советский ученый и государственный деятель Павел Иванович Лебедев-Полянский.
В Дворянском Доме 28 января 1907 г., в день собрания Владимирского отдела союза русских людей, произошел пожар. «В швейцарской сгорела средина пола с переводами, шириной 3 аршина и длиной 6 арш., а пол в этой комнате сломан весь. Огонь шел по направлению от двери зала, где решетка, и до двери столовой, где вделана в полу другая решетка. В столовой огонь шел по переводам пола на 2 арш. … дверь в столовой – обе половины обгорели. Двери в гостинную и зал покоробило и с них вся краска слетела. Дверь при входе в швейцарскую закоптела и в ней разбиты стекла. Купол – выбиты все стекла в рамах и сломаны в одном окне рамы – зимняя и летняя. Вода проникла через потолки в помещение Губернского Предводителя уборной и спальни…» Весь ремонт дворянского дома выразился в сумме 11214 руб. 62 коп. Собрание Предводителей и Депутатов в заседании 9 декабря 1907 г. постановило: помещения дворянского дома не сдавать ни под концерты, ни под разного рода других наименований вечера как частным лицам, так и местным учреждениям, предоставляя право Губернскому Предводителю Дворянства устраивать бесплатные вечера для пансионеров гимназии.
В здании Дворянского собрания происходили выборы депутатов во II, III и IV Государственную думу. От рабочих Владимирской губернии были избраны большевики: Н.А. Жиделев, С.А. Воронин, Ф.Н. Самойлов.

В годы Первой Мировой войны в доме помещался лазарет для раненых офицеров (открыт 1 сентября 1914), который посещала великая княгиня Елизавета Федоровна.

Владимирский губернский предводитель дворянства письмом от 25 ноября 1917 года на имя председателя губернской управы обратился с просьбой, «ввиду переживаемых в настоящее время событий, принять во временное заведывание Владимирского губернского земства, впредь до решения государственными установлениями вопроса об имуществах, принадлежащих сословным учреждениям, зданий со всей находящейся в них и при них движимостью, оставляющих собственность Владимирского дворянства». Лазарет и канцелярию при нем, помещающиеся в доме дворянства, было решено временно оставить в занимаемых ими помещениях.
30 ноября 1917 года командированные губернской управой делопроизводитель управы М.А. Беляев и помощник делопроизводителя К.А. Дарковский явились в помещение Владимирского дворянского собрания для исполнения возложенного на них журнальным постановлением управы поручения, но и. д. Владимирского губернского предводителя дворянства А.А. Протасьев заявил прибывшим от губернской управы представителям, что от Владимирского губернского Совета Рабочих и Солдатских депутатов 29 ноября к нему поступили требования о передаче всего, принадлежащего дворянству имущества, Совету, в виду чего приступить к сдаче имущества он затрудняется и вместе с тем представляет вопрос на разрешение Владимирского губернского комиссара.
После Великой Октябрьской социалистической революции здание стало, именоваться Народным собранием. А так как зал его был самым вместительным в городе, то здесь проходили губернские съезды Советов, партконференции, собрания, митинги.
«Помню еще один эпизод, относящийся к этому времени. Наш седьмой класс был на втором этаже в коште светлого бокового коридора. Окно из коридора выхолило в сторону банка, во двор бывшего Дворянского собрания. Там на первом этаже размешался отряд Владимирского совета рабочих и солдатских депутатов. Примерно в апреле месяце произошел инцидент. Кто-то из гимназистов скрутил из гимназического ремня подобие револьвера, выставил его в окно и прицелился в находящихся во дворе красноармейцев. Там начался переполох. В гимназию вошел отряд с одетым во все кожаное командиром, розовощеким евреем, не знаю фамилии, но во Владимире я его раньше встречал. Началось расследование. Инспектор гимназии Н.М. Георгиевский разъяснил, что все это было шуткой, демонстрировал командиру ременной револьвер, а мы стояли, смотрели и слушали» (В.А. Успенский).
В декабре 1917 года возник «Союз Учащихся ІІІ-й Интернационал». 12 января 1918 года Союз получил крохотную комнату в помещении Народного собрания (бывший Дом Дворянского Собрания), рядом с фракцией большевиков и начали работу. Союз вскоре после этого был переименован из «союза учащихся III-й Интернационал» в «союз Молодежи III-й Интернационал».
1-й Владимирский уездный съезд открылся 12 декабря 1918 года в час дня в помещении «народного собрания». 15 декабря 1918 г. здесь (Концертный зал) открылся IV-й Губернский съезд организаций рабоче-крестьянской молодежи.
Май 1918 г. - «Это было в губернском комиссариате народного просвещения Владимирской губернии, штаты которого состояли из... двух человек: губернского комиссара и меня, его секретаря. Занимали мы палаццо в крохотной комнатушке внизу «Народного собрания» (А. Безыменский).

Дом Народного собрания
Гарнизонный красноармейский клуб

28 ноября 1918 г. по решению Владимирского губкома РКП (б) в здании Народного собрания создан гарнизонный красноармейский клуб.
1919 год - «Вновь избранный Губком, как и полагалось всякому Губкому того времени, стал подыскивать себе помещение. Рыскали в разных «губах» — но ничего не вышло. Решили с бою брать несколько комнат в помещении быв. Дворянского Собрания. Вышибли кого то — и заняли две комнаты «под канцелярию» и две комнаты под клуб. Затрещали машинки, входящие, исходящие и прочие» (И. Любимов).
«Собственно говоря, у нас не было клуба. Владимирской городской организации вообще не было. Вспоминается громадная (немного темная — но это не важно) комната в «дворянском». На стенах разрисованы различные эмблемы и гербы разных дворянских фамилий и родов. Шкафы с книгами. На стене — около окон — громаднейшие портреты Маркса, Либкнехта и других. Это уже новое - вышибающее «дворянские эмблемы». Рояль — где Безыменский играл и пел — одному ему понятные — негритянские песни. Два высоченных стула, кожаных, на которых когда то восседали дворяне. На этих стульях помещалось человек по 20. Здесь до поздней ночи шли споры, разговоры, дискуссии, обсуждения, и проч. Здесь же выявлялись различные положения и решения,— фиксировавшиеся потом в кратких протокольных записях. Сюда же заходили поболтать и партработники, у которых тоже не было отдельного клуба — «официального». Владимирская буржуазия не добила этот дом и тщательно его обходила за несколько переулков.
1919 год не был годом НЭПа. Не было тогда разных магазинов и ресторанов, кафе и столовых. Но кто из Владимирских Губкомольцев эпохи 1918—19—20 гг. не помнят Татарской лавчонки в подвальном этаже около Губкомола с надписью: «Простокваша, молоко, шашлык». Кто из них после Губкомольских заседаний не ходил туда и «последнюю пятерку» не уплетал на простоквашу — любимое «сладкое» Губкомольцев. Кто не помнит случаев, когда увлекшись за простоквашей — частенько при расплате не хватало денег,— и мы выдавали татарину расписку («Губкомольские банкноты») по несуществующим во Владимире адресам. В этой лавчонке служил мальчик лет десяти, которого Губком, а потом с особенной заботливостью Котихин и Фейгин — охраняли и эксплуатировали?!?!» (И. Любимов).
8 мая 1919 г. во Владимирскую губернию прибыл чрезвычайный уполномоченный ЦК РКП (б) и ВЦИК Н.В. Крыленко. Он прибыл во Владимир с большой группой инструкторов для оказания помощи владимирским товарищам в налаживании работы советских и партийных органов. В 1919 г. (9 мая) с лекцией «Общие задачи настоящего момента» здесь выступил Николай Васильевич Крыленко.
«В гор. Владимире в 7 час. вечера, в Народном собрании состоялся скромный митинг рабочей молодежи. Присутствовала исключительно рабочая молодежь типографий, чайных к жел.-дор. Выступали: т.т. Котихин, Фейгин и др. Заметно отсутствие литературы по движению молодежи. После митинга рабочая молодежь живо расхватила газету «Красная молодежь».
29 февраля в воскресенье утром рабочая и учащаяся молодежь, в количестве свыше 300 человек, собралась в Народном собрании. Среди прибывших есть малолетние — 11 — 12 лет. Настроение оживленное. Выступали т.т. Котихин, Степанов и Фейгин.
Духовой оркестр после каждой речи исполняет революционные гимны. Раздается литература: газета «Красная молодежь», сборник — «Жизнь юного пролетария» и воззвания.
С окончанием Митинга вся собравшаяся рабочая молодежь с плакатами, во главе с оркестром, отправляется на вокзал, увлекая за собою по дороге других.
По дороге встречаются коммунисты, возвращающиеся с воскресника. Коммунисты приветствуют молодежь. Работали 2 с лишним часа. Очищены платформа и часть пути от льда и снега. Юные рабочие и учащиеся возвратились обратно, дружной семьей с пролетарскими, песнями, руководимые Союзом молодежи» («Красная молодежь», 10 марта 1920).
«При Губполитпросвете формируется Государственный хор. Хористам и хористкам, желающим вступить в означенный хор, предлагается явиться для записи 12, 13 и 14 апреля от 6 до 9 час. вечера, в помещение Гарнизонного Клуба, в Желтом зале» («Призыв», 12 апреля 1921).

Далее »»» Центральный клуб

Категория: Владимир | Добавил: Николай (22.08.2017)
Просмотров: 5719 | Теги: Владимир | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar

ПОИСК по сайту




Владимирский Край


>

Славянский ВЕДИЗМ

РОЗА МИРА

Вход на сайт

Обратная связь
Имя отправителя *:
E-mail отправителя *:
Web-site:
Тема письма:
Текст сообщения *:
Код безопасности *:



Copyright MyCorp © 2024
Бесплатный конструктор сайтов - uCoz

ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru